А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Искусство войны" (страница 5)

   Глава 5

   Проф вернулся в пятницу вечером. А рано утром в субботу я уже должен был уезжать в военный лагерь.
   – Как дела? – спросил проф.
   – Э-э-э, нет, рассказывайте лучше, как ваши!
   – Армия может организовать все! – провозгласил проф.
   – Знаете старый девиз? «Сложное мы делаем сразу, невозможное требует немного больше времени».
   – Хм, нe знал, но он мне нравится, – проф воззрился на меня с подозрением. – Почему это ты не хочешь рассказывать, как твои дела?
   – Вы такой догадливый или уже успели поговорить с капитаном Стромболи?
   – Догадливый. Докладывай.
   Я кивнул, вздохнул и рассказал, как я жил эти несколько дней.
   – Да-а, – потянул проф. – Ну, я уже это говорил, с тобой всегда что-то случается. Мне придется просто с этим смириться.
   – Вот и хорошо, а то Стромболи уже грозился запереть меня в парке. Если бы вы с ним согласились… Плохи были бы мои дела.
   – Вот и помни, что я могу это сделать.
   – Р-рр!
   Проф посмотрел на меня с веселым интересом:
   – Война?
   Я покачал головой:
   – Гораздо хуже. Когда самурай почему-то не мог вызвать обидчика на поединок, он делал харакири у него на пороге. Это месть.
   – Надо же, я сам подтолкнул тебя к изучению истории, – вздохнул проф. – Но это не в твоем стиле. Что-то вроде сдачи в плен еще до боя.
   – Самураи не считали смерть поражением, иногда это могла быть победа.
   – Брэк! А то мы с тобой никогда не остановимся.
   – У вас просто кончились аргументы, – ехидно заметил я и увернулся: проф попытался меня поймать. Через пару минут ему это удалось.
   – Ну и что? – спросил я отсмеявшись. – Розария больше нет, а все остальные колючие кусты слишком хлипкие, чтобы бросить туда меня. Выкопали бы пруд – не было бы проблем.
   – Ты разве когда-нибудь предлагал его выкопать? – Удивился проф.
   – Конечно! Я даже яму для него сделал.
   – Да, действительно, а я не понял. Это был такой новейший метод рытья прудов. А осколки от всех окон должны были украсить дно, – проф такой же ехидный, как я.
   – Не-е, осколки – это ошибка эксперимента.
   – Куда бы бросить этого болтливого типа? – пробормотал проф, взгромождая меня себе на плечо.
   – Только не в терновый куст! – завопил я, дрыгая ногами.
   – Я тебе что, братец Лис? Конечно, не в терновый куст. Пруд, говоришь… Обойдемся без пруда.
   В результате я оказался в бассейне. За кроссовками потом пришлось нырять.
* * *
   Вечером я написал Винсенто письмо с советом, как следует обойтись с воинственным братцем, и перекачал на диск наладонника всё, что собирался прочитать за этот месяц. Брать с собой тяжелый ноутбук глупо, считыватели, наверное, все захватят, а мой маленький красавец внешне от них почти не отличается.
   Утром проф тепло попрощался со мной, но почему-то не захотел сам отвезти меня к месту сбора. Я удивился и немного обиделся, но виду не подал.
   Я погладил перышки Самурая, почесал за ушком Геракла, погладил Диоскуров…
   В элемобиле меня вез Фернан.
   – Ты скоро будешь сдавать экзамены?
   – Угу, – кивнул он.
   – Удачи.
   – Не слышу энтузиазма в твоем голосе, – насмешливо заметил Фернан.
   – Ты хоть иногда появляйся, – потянул я жалобно.
   – Ага, обязательно. Буду появляться и устраивать тебе медосмотр.
   – Не-ет!
   Мы засмеялись.
   На посадочной площадке стоял большой аэробус, а вокруг довольно много народу. Фернан пожал мне руку и уехал, даже не выбираясь из машины. Что это со всеми сегодня?
   Я подошел к толпе и понял: и проф, и Фернан поступили совершенно правильно. Мы же уже большие мальчики, и нам надо попрощаться со своими девочками, как-никак на пять недель уезжаем. Родители Алекса, например, были здесь, но провожали они Тони, а на старшего сына из деликатности даже не смотрели: он обнимался с Джессикой. Один только синьор Монкалиери стоял над душой Гвидо, как памятник самому себе. Он не этниец, что с него возьмешь?
   Я заметил одноклассника Ларисы, с которым дрался весной. У него на шее висела Розита.
   Мы с Ларисой не болтали: всё уже сказано, только стояли обнявшись, пока сержант не предложил мне решить, не хочу ли я остаться. Тогда я поцеловал Ларису в носик и забрался в аэробус.
   Никогда не летал в аэробусах, и вообще никогда не ездил ни в каком нормальном транспорте, только боевые катера, боевые подлодки, бронированные элемобили…
   Салон был разделен на отсеки, по шесть кресел в каждом. Гвидо, раньше всех сбежавший внутрь, «забронировал» нам один из них.
   Тони сразу же прилип к иллюминатору: помахать маме с папой.
   Шестым к нам подсел мой старый знакомец – «уменьшенный вариант Марио». Он тоже долго прощался со своей девочкой, и, когда он вошел внутрь, все остальные места уже были заняты.
   Мы с ним обменивались враждебными взглядами. Лео был удивлен: он не знал, в чем дело, а Гвидо, как и Тони, смотрел в окно. Алекс тихо веселился пару минут, а потом сказал:
   – Ладно, раз уж только я со всеми знаком… Представляю. Это мой одноклассник Роберто, тот самый, Лео, что посадил мне так понравившийся тебе фингал. Роберто, это мои друзья. Весной ты дрался с Энриком. Он у нас главный любитель покомандовать, но у него это неплохо получается, поэтому он до сих пор жив. Лео – лучший стрелок на всей Этне, и к тому же, скорее всего, ты не справишься с ним на боккэнах.
   – Хм, – недоверчиво кашлянул Роберто.
   Лео покраснел от смущения:
   – Хотел бы я знать, почему ты до сих пор жив, главный болтун на всей Этне?
   – Мы за него еще не брались, – заметил я.
   – Просто вы не можете поделить мою шкуру.
   – Ты слышал? Мы не можем поделить шкуру неубитого Алекса.
   – Разыграем, – лениво отреагировал Лео, – ту монетку ты не потерял?
   – Я ее передал музею обороны Мачераты! Так что Алекс в безопасности.
   – Вот и хорошо, – облегченно вздохнул чудом оставшийся в живых приколист. – Продолжаю, около окна сидят мой брат Тони и герой обороны этой самой Мачераты, Гвидо.
   Гвидо, не оборачиваясь, заехал Алексу локтем в живот. Алекс охнул.
   – Готов, – констатировал Лео, – сейчас шкуру и поделим.
   Вокруг аэробуса летали «Сеттеры» сопровождения: демонстрировали восторженным зрителям фигуры высшего пилотажа. Тони постоянно дергал то меня, то Алекса, чтобы поинтересоваться, умеем ли мы это.
   А мы пикировались до самой посадки, все были очень довольны: давно мы не собирались все вместе, а тут еще нам что-то такое интересное предстоит. Алекс просветил Лео и меня на этот счет: каждый год какой-нибудь сюрприз на подземном полигоне, да и остальная программа не оставила меня равнодушным.
   Примерно через час Роберто перестал смущаться и принял участие в нашей болтовне. В общем-то, раз он больше не поглядывает на Ларису, я ничего против него не имею.
   Через два часа мы прилетели на прекрасный остров Пальмарола, самой природой предназначенный для детских военных лагерей, скалы не слишком сложные; пляжи большие и посыпанные золотым песочком; лагуны с прозрачной водой, пронизанные солнцем до десятиметровой глубины; большая система изумительно красивых карстовых пещер; высокие холмы, заросшие хвойным лесом; быстрые ручьи и маленькие речки, огромные поля с высокой травой. Плюс всё то, что сделано руками человека: полосы препятствий, стрельбища и еще что-то такое под землей. Детям подробностей не рассказывают, все только догадываются, что там расположен большой полигон, на котором и устраивают каждый год разные сюрпризы. Осенью, зимой и весной здесь тренируются новобранцы. Из багажного отсека выгрузили наши рюкзаки.
   – Стой, – сказал Лео Гвидо, – сколько тебе сейчас можно таскать на спине?
   – А чего? – заинтересовался Роберто.
   – Под Мачератой, – ответил я, – Гвидо всю кожу со спины из бластера… – Я свистнул.
   – Понятно. Гвидо надулся:
   – Со мной всё в порядке!
   – Ну вот что, герой, – решительно заявил я, – если ты сию же минуту не дашь слово, что всякий раз будешь честно признаваться, если у тебя что-нибудь заболит, ты вообще рюкзак в руки не возьмешь, понял?! И благодари бога, если мы не будем таскать тебя самого.
   – Ладно, – проворчал Гвидо, переспорить меня он не надеялся.
   – То-то же. Так как?
   – Ну, он пока легкий, только одежда и всякие мелочи.
   – Л сколько тебе можно загорать?
   – Пять минут в день, – вздохнул Гвидо.
   – Я прослежу, – пообещал Лео.
   Я кивнул. Гвидо застонал в отчаянии.
   – Вам с Тони, – предложил Алекс, – надо собраться на конференцию «что такое старший брат и как с ним бороться».
   – Вместе со мной, – смеясь заметил Лео, – я тоже самый младший.
   Трудно поверить, что это так. Но комментировать я не стал. Лео, наверное, так же мечтает о младшем братишке, как и я.
   Нам сейчас предстоит небольшой марш: пятнадцать километров по холмам, к нашему лагерю.
   – Года три назад, – признался Алекс, – я еще верил, что того, кто отстанет или заноет, немедленно отправят домой.
   – А что? Не отправят? – заинтересовался Тони, кажется, он немного испугался.
   – А какая разница? – удивился я и подмигнул ему: все будет в порядке, малыш.
   Может быть, следовало отправить его к ровесникам? Э-э-э… В прошлом году я просил Алекса позаботиться о Гвидо… О мальках надо заботиться, но не настолько, чтобы они так и не научились плавать.
   Тут к нам подошел одетый в полевую форму пехотный капитан. Мы поздоровались. Он ответил.
   – Кажется, я здесь еще не всех знаю, – заметил он. – Начальник военного лагеря, капитан Ловере.
   Лео, Тони, Роберто и я назвались.
   Роберто смотрел на меня во все глаза. Черт возьми! Опять, как осенью в университете: я представляю из себя не то, что я есть, а сына знаменитого отца! Как я тогда сказал-то?… «Знаменитая фамилия и последствия неудачной лоботомии – два разных диагноза». Этого хватило. Сейчас не всё так просто.
   Капитан Ловере, если и был удивлен, то ничем этого не показал. Впрочем, у него же есть список, он знал, что я сюда еду.
   Построились – и вперед. По холмам. Для малышни – серьезное испытание.
   По дороге Алекс объяснял нам, как тут все устроено. В один аэробус помещается триста пассажиров. И это все ребята, что будут в нашем лагере. Детские лагеря устраивают вдоль берега моря, рядом с пляжами. На расстоянии несколько десятков километров друг от друга. Транспорт на острове представлен несколькими легковыми джипами и маленькими катерами, поэтому большая часть перемещений – на своих двоих. Чтоб ноги не атрофировались.
   К подземному полигону, тому самому, на котором всегда устраивают разные сюрпризы, впрочем, возят на катере. Я так понял, что это что-то вроде нашей трассы, только проходить ее на этот раз будет не Геракл и не Диоскуры, а я сам.
   Через три часа мы пришли.
   – Гвидо, – велел Алекс, – бросай рюкзак и беги занимай то самое место.
   Гвидо так и сделал.
   – А чем это место лучше остальных? – поинтересовался я.
   – Практически личный СПУСК к воде, а главное – на отшибе. Ладно, идите за ним. – Алекс кивнул в сторону убегающего Гвидо и скинул свой рюкзак мне в руки, – а я пошел за палаткой.
   Мы отправились за Гвидо. Наличие среди нас ужасно убедительного Роберто избавило нашу компанию от необходимости драться: свой спуск к воде – штука привлекательная. Двум другим компаниям, претендующим на то же место, хватило минуты, чтобы решить: игра не стоит свеч.

Однажды две собаки
Нашли три кулебяки,
Задумались собаки:
Как делим кулебяки?
Тут прибежал большой собак,
И вмиг не стало кулебяк!
Вздохнули две собаки,
Всё ж обошлось без драки,[5]

   – продекламировал Тони. Мы посмеялись.
   – Ты это сам придумал? – спросил я.
   – Ага!
   – Здорово! – восхитился я.
   – А за дразнилки, – заявил Роберто, сделав зверскую рожу, – мелких щенков будем топить в море!
   Тут к нам вернулся пыхтящий от напряжения Алекс с большущей армейской восьмиместной палаткой.
   – Отбились? – спросил он, слегка отдышавшись. – Давайте быстренько обустраиваться, тогда нас уже нельзя будет согнать.
   Когда палатка была поставлена, к нам подбежал какой-то незнакомый сержант и, не представившись и не спросив наших имен, велел поставить ее поровнее. Алекс и Гвидо этого типа не знали.
   Мы удивились – и поставили палатку поровнее. Он подбежал еще раз и опять велел переделать. Роберто взялся уже за защелки, но я его остановил:
   – Погоди, в жизни не видел палатки, так идеально поставленной.
   Ребята тоже оглядели палатку и согласились. Через десять минут сержант опять подбежал и на этот раз похвалил результат нашей работы:
   – Совсем другое дело! – сказал он довольным тоном.
   Когда он убежал хвалить или ругать еще кого-то, мы дали волю своему веселью.
   – Хорошее развлечение, но вдруг ему кто-нибудь поверит? – поинтересовался Алекс, когда мы отсмеялись.
   – Кто не понимает шуток, тот делает лишнюю работу, – пояснил Лео.
   – Не знал, что чувство юмора тоже можно тренировать, – признался я. – В прошлом году тоже так было?
   – Не-е, я этого типа вообще в первый раз вижу, странный он какой-то, – удивился Гвидо.
   После обеда было какое-то «построение». Алекс, немного смущаясь – ведь он соблазнил меня и Лео, – заверил нас, что эта тоска быстро кончится, и бывает она только в самом начале и самом конце смены.
   Форму нам не выдавали, но выглядел строй довольно однообразно: защитного цвета шорты и белые футболки с синим ястребом на груди. Забавно, мне показалось, что это самая подходящая одежда для военного лагеря, и пару дней назад я заказал себе еще полдюжины таких футболок в дополнение к тем, что у меня уже были, – жаль, что я столь банально мыслю. Только у Алекса, как главного любителя повыпендриваться, ястреб был на спине.
   – Придется тебе носить ее задом наперед, – заметил Роберто.
   – Такая, как у всех, у меня тоже есть, – ухмыльнулся Алекс.
   Тоска действительно быстро кончилась: капитан Ловере только напомнил тем, кто знал, и сообщил тем, кто не знал, что категорически запрещается купаться в одиночку, купаться после заката, заплывать за буйки, лазать по скалам без инструктора и выходить за пределы лагеря, не получив разрешения дежурного офицера и не записавшись у него в журнале. Все остальные запреты такие же, как и везде. В прошлом году, вспомнил начальник лагеря, пришлось не только исключать, но и срочно эвакуировать одного любителя обижать маленьких: слишком уж много оказалось желающих дать ему по морде, они даже встали в очередь. Алекс прикрыл глаза и мечтательно улыбался, слушая все это.
   – Ты чего? – спросил я тихо, хотя уже и так догадывался, «чего» он.
   – Да так, я первым набил морду этому типу, успел безо всякой очереди.
   – Понятно, – хмыкнул Лео.
   Потом нас распустили до самой тренировки: настоящая работа начнется завтра. А сегодня весь лагерь забрался в море и собирался не вылезать из него как можно дольше: океан рядом с Палермо еще не прогрелся, так что это первое настоящее купание в году.
   Тренировка закончилась через несколько минут после заката. Черт возьми! А как же искупаться после нее? Душ – неадекватная замена морю.
   Алекс постарался меня утешить:
   – Уже через три дня тренировка будет кончаться до заката.
   – Точнее, это закат будет наступать позже, – заметил я для всех. – Ты меня не слишком утешил, – это уже Алексу. – А что, любителей ночных купаний ловят?
   – Ловят! И отжиманиями не отделаешься.
   Намек понят, нарываться и влипать не хочется – не маленький. К тому же, если я отправлюсь купаться, за мной обязательно кто-нибудь последует. А подставлять я никого не буду.
   Я вздохнул. Промежуток в две минуты от конца тренировки до заката Феба меня не устроит, мне надо хотя бы двадцать минут.
   Уже довольно поздно вечером мы разожгли маленький костерок и сели вокруг. Лео не зря тащил на себе гитару.
   Жаль, что мне горыныч на ухо наступил, мне это еще в приюте сказали. Пришлось помалкивать. А все остальные пели песни, и к нашей компании постепенно прибилось человек пятнадцать. Разогнал нас сигнал «отбой».
   Так и не похулиганив, мы улеглись спать. Где-то в отдалении тот самый инструктор, которому не понравилась наша палатка, очень громко требовал, чтобы кто-то заткнулся.
   – Чего он орет? – сонно удивился я. – Приказал бы им отжаться раз пятьдесят – и все, сами бы спать захотели.
   – Прямо как сержант из адриатического боевика, – поддержал меня Алекс. – Ну, такого дурацкого. Сначала он объясняет своим солдатам, какое они дерьмо, а потом в боевой обстановке оказывается чем-то вроде родного отца. Я думаю, так не бывает. А этот очень хочет соответствовать образу.
   – Угу. В общем, он никогда не воевал.
   – Почему ты так решил? – спросил Лео.
   – Ну, не знаю. Мне так кажется. Я тут неделю назад летал на Южный, возил туда Линаро.
   – Взял над ним шефство?
   – Что-то вроде, – сухо ответил я.
   Потом рассказал всю историю нашей поездки в оккупированный Урбано, очень повеселил всех уровнем военной подготовки кремонцев – и добавил:
   – Мне показалось, что они бы меня в любом случае послушались. После Мачераты… ну, как будто я знаю что-то такое, чего им никогда не понять.
   – Не никогда, а пока в бою не побывали, – отметил Алекс.
   – Ну вы даете! – восхитился Роберто.
   – Алекс – настоящий герой! – заявил Тони.
   Настоящий герой сразу же щелкнул его по носу. Мы тихо посмеялись.
   – Э-э-э, а после Джильо ты ничего такого не чувствовал? – заинтересовался Лео.
   – Н-нет.
   – Под Мачератой у нас и боя-то ни одного не было. Просто мы видели очень грязную войну.
   – Угу, может быть. А этот какой-то труженик тыла. Вот и орет. И с палаткой он не пошутил, он просто считает обязательным пару раз придраться, все равно к чему. И еще, это я виноват, что этот тип тут бегает.
   – Это как?
   – Я предложил генералу организовать военные лагеря для кремонских ребят, ну, чтобы они по джунглям не бегали, так он сразу предупредил, чем это нам грозит. И уехал. А вернулся только вчера.
   – И что мы теперь с тобой сделаем… – мечтательно потянул Алекс.
   – Бросьте в море, – предложил я, – прямо сейчас. Кстати, отличная идея! Вы не купаетесь, а я не виноват, что там оказался.
   – Плохая идея, – раздалось снаружи.
   Мы притихли. Я выбрался наружу: за палаткой стоял капитан Ловере.
   – Так это ты виноват, что у меня забрали заместителя? – поинтересовался он.
   – Ага. И сколько раз я должен отжаться? – немного ехидно поинтересовался я.
   – За что? За болтовню после отбоя или за мои кадровые проблемы?
   – За всё сразу.
   – Тебе столько не сделать. А за болтовню ты сам назначил. Кстати, правильно.
   Я хмыкнул и упал на песок: отжиматься. Когда я закончил, капитан уже ушел. Я огляделся – вокруг ни души – и быстренько окунулся в море. Ну почему Пальмарола не находится немного севернее? Там летом Феб садится попозже.
   Не успев просохнуть, я забрался обратно в палатку, только Лео еще не спал:
   – Ну как, эффективное снотворное? – спросил он шепотом.
   – Ага, и для всех вокруг тоже, – ответил я так же тихо. – Между прочим, просекать надо, когда тебя кто-то слушает!
   Лео согласился.
Чтение онлайн



1 2 3 4 [5] 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация