А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Янтарные небеса" (страница 5)

   Однако Джессика понимала, что слишком многое поставлено на карту. Дэниелу очень важно, чтобы она подружилась с Джейком, да и для нее самой это имеет большое значение. Но вот чего она никак не могла понять, так это враждебности своего деверя. Джессика была уверена, что не сделала ничего, что могло бы дать повод для такого отношения. В конце концов, ведь Джейк сам схватил ее за руку, когда она случайно зашла в его комнату, она вовсе не вешалась ему на шею. Должен же он понимать, что она просто ошиблась дверью.
   Решительно взглянув на него, Джессика проговорила:
   – Вы меня не любите, верно?
   – Верно, – отрезал Джейк и закружил ее в вихре вальса. – Я не люблю женщин, которые обманывают моего брата.
   Джессика рот раскрыла от изумления.
   – Но я вовсе его не обманываю! – воскликнула она. – Я люблю Дэниела!
   Джейк презрительно взглянул на нее.
   – Вы любите его деньги, – холодно уточнил он. – Такие девицы, как вы, другой любви не знают.
   Джессика замерла. Она не знала, чем заслужила подобное отношение, но была глубоко обижена и оскорблена. Будь ее воля, она бы тотчас же бросила Джейка и ушла с площадки. Но Дэниел очень любит брата, значит, ради него нужно проглотить обиду и все-таки попытаться хотя бы наладить с Джейком нормальные человеческие отношения.
   Самым ровным тоном, на который только была способна, Джессика проговорила:
   – Это неправда. Но я вижу, вы уже составили обо мне самое нелестное мнение. Только не понимаю почему. Дэниел просил нас стать друзьями, и, я думаю, нужно хотя бы попытаться ими стать. В конце концов, нам ведь придется жить под одной крышей, – подытожила она.
   – Вовсе не обязательно. – Джейк бесстрастно взглянул на Джессику, однако уже через секунду в его глазах мелькнуло отвращение. – За тысячу долларов вы могли бы сегодня же исчезнуть из нашего дома. Брак ваш будет считаться недействительным, и Дэниел снова обретет свободу. У меня есть деньги, детка, и я вам их предлагаю. Ну, что вы на это скажете?
   Где-то на середине этой оскорбительной речи они перестали танцевать, однако по-прежнему стояли: Джейк – обняв ее за талию, а Джессика – положив руку ему на плечо. Джессика смотрела на своего деверя, вне себя от обиды и гнева, он же сверлил ее холодным взглядом. В этот момент в толпе танцующих послышались возмущенные возгласы, заглушаемые громким цокотом копыт. Музыка стихла. Джессика обернулась и похолодела. Свадьба, еще недавно казавшаяся ей волшебной сказкой, превращалась в жуткий кошмар. И похоже, кошмар этот только начинался.
   На площадке появился верхом на лошади Уильям Дункан. Расталкивая всех, он ехал прямо на Джессику, и лицо его было мрачнее тучи.
   – Дочь моя! – возопил он. – Я так и знал, что найду тебя здесь, в этом вертепе! Иди сюда, презренное отродье! Ко мне!
   Джессика сняла с плеча Джейка руку. Помимо воли ноги сами понесли ее сквозь расступившуюся толпу к отцу. «Нет! – с отчаянием думала она. – Только не это! Прошу тебя, Господи, не дай, чтобы это произошло сейчас!»
   Схватив отца за ногу, она взглянула на его пышущее яростью лицо потемневшими от страха и горя глазами.
   – Прошу тебя, отец, не устраивай сцен! – взмолилась она. – Не причиняй людям беспокойство!
   – Залезай на коня, дочь моя! – мрачно изрек Уильям. – Ты поедешь со мной.
   Джессика отчаянно замотала головой, изо всех сил вцепившись в грубую штанину отца.
   В этот момент она увидела, как сквозь толпу пробивается Дэниел, спокойный и предельно собранный. Джессика рванулась к нему, но отец, схватив ее за плечо, удержал.
   – Не подходи, парень! Эта женщина моя, а своего я никому никогда не отдаю! – прорычал он.
   Джейк заметил, что рука Дункана потянулась к пристегнутому к седлу дробовику, и машинально провел рукой по бедру, пытаясь нащупать револьвер. Во время долгого путешествия он привык постоянно носить с собой оружие. Вспомнив, что оставил его в доме, он тихонько выругался. Понимая, что брату угрожает опасность, Джейк ринулся к дому за оружием.
   Дэниел спокойно встретил разъяренный взгляд Дункана.
   – Добро пожаловать, мистер Дункан. Надеюсь, вы всегда будете моим самым дорогим гостем. Но Джессика теперь моя жена, и вы пугаете ее.
   С этими словами Дэниел направился к Джессике.
   Дункан молниеносно выхватил ружье, и в толпе кто-то испуганно ахнул. Дэниел остановился и с изумлением взглянул на тестя.
   – Дэниел! – в ужасе закричала Джессика. Уильям Дункан нажал на курок.
   Все дальнейшие события Джессика видела как будто со стороны и сквозь призму звуков и красок. Вот лицо Дэниела исказилось от боли, на его белоснежной рубашке расплылось ярко-алое пятно, которое с каждой секундой становилось все больше и больше. Дэниел начал медленно оседать на землю. В толпе раздались крики ужаса. Джессика услышала и свой собственный голос, резкий и пронзительный, повторяющий снова и снова:
   – Нет! Нет! Нет!
   Отец грубо схватил ее за руки, потянул вверх и перебросил через седло лицом вниз. Джессика слабо пыталась сопротивляться, однако все ее попытки оказались тщетными. В ушах звенело, и она не сразу поняла, что слышит собственный крик. Дэниел лежал на земле не шевелясь, и Джессика, увидев это, принялась отчаянно вырываться из рук отца. Она, рыдая, тянула руки к любимому. Казалось, еще секунда, и она сумеет соскользнуть на землю, но в этот момент шею ее пронзила острая боль, перед глазами встал туман, и как Джессика ни старалась, дотянуться до Дэниела она уже не смогла… Отец пришпорил лошадь, и под ее мерное укачивание Джессика почувствовала, что теряет сознание. Последней ее мыслью была мысль о том, что она никогда больше не увидит Дэниела.
   Джейк услышал звук выстрела в тот момент, когда ставил ногу на нижнюю ступеньку лестницы. И не просто услышал, а почувствовал, словно пуля пронзила ему сердце. Похолодев от ужаса, он повернулся и бросился бежать, расталкивая собравшихся локтями. Подбежав к безжизненно распростертому на земле телу брата, он опустился перед ним на колени.
   В плече Дэниела зияла рваная рана, из которой фонтаном хлестала кровь. Пропитав рубашку, она уже стекала на землю. Джейк крепко прижал к ране руку, пытаясь остановить зловещий поток.
   – Где доктор Петерс? Кто-нибудь, скачите за ним… Да быстрее же, черт подери! – крикнул он.
   Несколько человек сорвались с места и бросились бежать, кто-то завопил:
   – Бегите за шерифом!
   Толпа вокруг Джейка начала сужаться. На лбу его выступили капельки пота, дыхание с трудом вырывалось сквозь приоткрытые губы, руки тряслись от напряжения. Кто-то подсунул под голову Дэниела сложенную в несколько раз куртку, кто-то, тихонько всхлипывая, накрыл его ноги шалью, кто-то сказал:
   – Нужно занести его в дом. Еще кто-то возразил:
   – Нет, сбегай за бинтами. Попытаемся здесь остановить кровотечение.
   Все эти голоса слились в ушах Джейка в один общий гул. Он слышал только свое собственное хриплое дыхание, чувствовал под руками лишь липкую теплоту и видел, как вздымается и опускается грудь Дэниела – единственное доказательство того, что брат все еще жив.
   Лицо Дэниела побелело от потери крови, на лбу выступил пот, взор затуманился. Он долго смотрел на Джейка, словно не узнавая. Внезапно лицо его исказила гримаса такой острой боли, что Джейку пришлось призвать на помощь все свое мужество, чтобы не заплакать.
   – Джейк… – едва слышно прошептал Дэниел. Он с трудом дотянулся до руки брата и тут же бессильно уронил ее. На лице его промелькнула тень беспокойство. – Обещай мне…
   – Что? – хрипло спросил Джейк. – Все, что угодно, только скажи.
   – Привези ее обратно, – прошептал Дэниел. – Поклянись мне, что бы ни случилось, ты привезешь ее…
   Туман поплыл у Джейка перед глазами. Он стиснул зубы, не в силах проронить ни слова. Потом поспешно, пока Дэниел не успел закрыть глаза, прошептал:
   – Конечно, я ее привезу. Не волнуйся.
   Дэниел легонько потянул Джейка за рукав и, с трудом разлепив спекшиеся губы, прошептал:
   – Обещай…
   Лицо Джейка помрачнело. Бросив взгляд на ведущую к «Трем холмам» извилистую дорогу, Джейк внезапно осипшим голосом произнес:
   – Обещаю.

   Глава 3

   Джессика прижалась лицом к железной решетке, защищавшей разбитое оконное стекло, и взглянула на ночное небо, пытаясь увидеть луну или звезды и по ним хотя бы приблизительно определить, который сейчас час. Но сегодня, как и в предыдущие дни, небо было затянуто темными тучами. За окном стояла непроглядная мгла. По земле мелькали темные тени – это ветер теребил ветви деревьев и косматый мох, покрывавший стены дома. В лицо Джессике брызнули холодные капли дождя. «Сколько же дней прошло с тех пор, как я сюда попала?» – тоскливо подумала она.
   Отец погиб, и Джессика осталась одна.
   Уильям Дункан увез дочь из «Трех холмов» в Луизиану, однако Джессика не помнила из этого путешествия ровным счетом ничего. Она словно пребывала в страшном сне. В ушах по-прежнему звучало эхо выстрела, перед глазами стояло изумленное лицо Дэниела и кровавое пятно, расплывавшееся на его рубашке, в голове билась одна-единственная мысль: Дэниел, единственный добрый и порядочный человек, которого подарила ей судьба, умер, и виновен в его смерти ее собственный отец.
   Джессика понимала, что ее ждет в доме тетки. Когда-то Евлалия являлась предметом зависти всей семьи. Младшая дочь простого лавочника, она умудрилась выйти замуж за богатого плантатора и уехала с ним на его роскошную плантацию «Виргинские дубы», чтобы жить там в довольстве и роскоши. Но война отняла у нее все. Муж погиб, землю конфисковали, дом сгорел, а сама Евлалия повредилась рассудком. Всю жизнь для Джессики самой страшной угрозой было, что ее отправят к тетке. И вот теперь это произошло.
   Они прибыли к развалинам, бывшим когда-то процветающей плантацией «Виргинские дубы», под вечер, и отец, обдавая Джессику тяжелым запахом виски, принялся громко разглагольствовать о том, что собирается оставить ее у тетки Евлалии ради спасения ее же души. Вытащив несчастную из наемного экипажа, он поволок ее по ветхим ступенькам дома. Джессика пребывала словно в оцепенении. Все казалось ей нереальным, все было безразлично. Уильям распахнул покосившуюся входную дверь, и та издала жалобный звук, похожий на стон умирающего. Они вошли в обшарпанный холл, и отец принялся во всю глотку звать свою сестру Евлалию. Из темноты выплыло призрачное видение: костлявое тело, давно не мытые, висящие сосульками седые волосы, бледное морщинистое лицо, горящие, как угли, глаза. Тетя Евлалия… Отец грубо толкнул Джессику, и она, не ожидавшая ничего подобного, рухнула на грязный пол прямо под ноги старухе.
   – Вот моя дочь, – прошипел он, и в голосе его прозвучала такая ненависть, что у Джессики кровь застыла в жилах. – Она носит в себе дьявольское семя. Черви гложут ее сердце! Греховный мир завладел ее мыслями, и изо рта ее вырываются богохульные речи! Ее нужно запереть, чтобы сатанинские силы не смогли проникнуть в ее душу. А вину свою пусть день и ночь искупает смиренной молитвой. – Отец на секунду остановился перевести дух, вытер вспотевший лоб и напыщенно продолжал: – Сам же я призван читать проповеди дикарям, живущим по ту сторону гор. Посему поручаю тебе, сестра моя, спасение души этого заблудшего дитя. Но прежде чем отправиться выполнять миссию, порученную мне Господом, я не прочь испить бокал вина, если просьба моя не будет тебе в тягость.
   Словно издалека до Джессики донесся приторно-сладкий голос Евлалии:
   – Ну конечно, брат Уильям, мы с полковником будем счастливы оказать вам гостеприимство. Прошу вас, проходите в гостиную, располагайтесь поудобнее, а я тем временем прикажу кухарке приготовить вам легкий ужин, чтобы вы могли восстановить утраченные после долгого пути силы.
   Никакой гостиной в доме тетки не было, и, насколько Джессике было известно, полковник погиб больше десяти лет назад. Только теперь она пришла в себя и поняла, какой кошмар ее ожидает.
   На ужин им подали на выщербленных тарелках черствые маисовые лепешки и в тыквенных чашах настойку из одуванчиков. Для себя Уильям раздобыл кувшин домашнего вина. Евлалия важно восседала во главе стола в поношенном платье и стоптанных туфлях, словно знатная великосветская дама, которой, впрочем, когда-то была.
   Джессика украдкой обвела взглядом унылую столовую, по углам которой висела паутина, тускло освещаемую стоявшей на столе и издававшей мерзкий запах сальной свечой.
   Обстановку ее составляла немногочисленная и убогая мебель: у стульев недоставало ножек, у кресел – подлокотников. На полу виднелись засохшие следы рвоты. В углу стояла какая-то старая бочка. В потолке зияла здоровенная дыра, сквозь которую проглядывало ночное небо. Джессика даже представить себе не могла, что отец может оставить ее в таком месте.
   За столом мало ели и так же мало разговаривали. Уильям коротко и выразительно приказывал Евлалии содержать свою дочь в строгости ради ее же пользы. Евлалия же сладким голоском распространялась о том, какие у нее в саду растут чудесные незабудки и сколько гостей она собирается пригласить на следующий бал. «Сумасшедший дом», – подумала Джессика, и мысль эта была единственной здравой со дня свадьбы. Не может быть, чтобы отец оставил ее в этом сумасшедшем доме, решила она.
   Поужинав, отец нетерпеливо вскочил и бросил на дочь какой-то странный взгляд. Джессике показалось, что в глазах его промелькнуло сожаление. Но нет, лицо его вновь исказилось ненавистью. Значит, она ошиблась, решила Джессика. Видимо, мерцание свечи, отбрасывающей трепещущий свет на лицо отца, ввело ее в заблуждение.
   – Лучшего ты не заслуживаешь, сука! – зло прошипел он. – Пойду помолюсь за спасение твоей души.
   И Уильям, подхватив под мышку кувшин домашнего вина, помчался со всех ног на зов Господа… и навсегда исчез из жизни Джессики.
   Осознав наконец, какая участь ее ждет, она пронзительно вскрикнула и бросилась было за ним, но сильные черные руки схватили ее и понесли. Джессика отчаянно брыкалась, кричала, царапалась, но все было напрасно. Ее принесли в кладовку с зарешеченным окном и заперли. Отныне ей предстояло сидеть в этой темнице.
   На следующее утро Джессика увидела сквозь решетку, как Рейф, огромный чернокожий детина, слуга Евлалии, несет по лужайке, заросшей высокой, по колено, травой, безжизненное тело Уильяма Дункана. Отца нашли в болоте. Он плавал на поверхности лицом вниз, обхватив руками пустой кувшин из-под вина.
   Джессика боялась отца, вспышки его гнева приводили ее в ужас, ей всегда хотелось вырваться из-под его господства, однако она никогда не испытывала к нему ненависти. В конце концов, Уильям был ее родным отцом, а Джессике с малых лет внушали, что дети должны почитать своих родителей. Она понимала, что должна оплакивать отца, но слез не было. С его смертью в душу Джессики проник леденящий холод, ужасающая смесь двух чувств: облегчения, оттого что отца больше нет на свете, и страха, оттого что она осталась совсем одна. Чувства эти были настолько странны и противоречивы, что Джессике, целиком и полностью занятой тем, чтобы в них разобраться, было не до выражения скорби. Может быть, когда-нибудь она и поплачет по нему. А сейчас ей необходимо приложить все силы к тому, чтобы остаться в живых.
   Поначалу Джессика еще пыталась следить за временем и не теряла надежды. Мало ли кто может зайти в усадьбу и постучать в ее ветхую входную дверь. Например, какой-нибудь мелкий торговец, или бродяга, или кто-нибудь еще. Тогда она расскажет ему, в какое затруднительное положение попала, и ей непременно помогут. Да что она, в самом деле, сделала, чтобы подвергаться такому бесчеловечному наказанию? Всего лишь вышла замуж, причем за человека хорошего и доброго. Она никого не опозорила, не нарушила никакого закона. Так за что ей такие страдания? Господь должен быть к ней милосерден. Ведь если она и совершила какой-то грех, то весьма незначительный, и ее можно за него простить.
   Но время шло, один унылый день сменялся другим, и Джессика постепенно поняла, что никто ее не спасет. Ни единая живая душа не пройдет мимо усадьбы, а если кто и окажется вдруг где-то неподалеку, то увидит лишь полуразрушенную старую плантацию, каких по берегам Миссисипи и по ее заболоченным рукавам множество. Так зачем ему останавливаться, зачем подходить к ней? Ему и в голову не придет, что здесь кто-то живет. Кроме того, никто не знает, куда увез ее отец. Если бы даже ей представилась возможность послать письмо, к кому она может обратиться с просьбой о помощи? Дэниел, дорогой, любимый Дэниел, погиб от руки отца. Если бы отец был жив, у нее хотя бы оставалась надежда, что он когда-нибудь увезет ее отсюда, из этого сумасшедшего дома. Но отец умер, а Евлалия ревностно выполняет последнее желание человека, который никогда не вернется, чтобы отменить его. Джессика осталась одна на всем белом свете, и нет никакой уверенности в том, что ее кто-то вызволит отсюда, разве что она сама придумает какой-нибудь хитроумный способ, чтобы выбраться из своей темницы.
   Но день сменялся ночью, и ни самих перемен, ни надежды на них не было. Отчаяние уступило место ужасу, потом депрессии, и Джессика чувствовала, как с каждым днем убывает у нее воля к жизни. «Скоро я стану такой же сумасшедшей, как и старуха, захватившая меня в плен, – подумала Джессика, отходя от окна. – И умру в этой проклятой темнице…»
   В комнате уже стояла кромешная мгла. Джессику мучил голод. Он стал уже ее обычным состоянием, поскольку Евлалия кормила ее лишь овсяной кашей и мамалыгой, и то не каждый день, а порции были крошечные. Но Джессика страдала не столько от голода, сколько от темноты. В углу кладовки уже начали свою возню крысы, а скоро изо всех щелей выползут жуки, крупные, величиной с человеческий палец, шумные насекомые, способные издавать лапками пронзительный треск. Эти отвратительные создания толпами носились по полу, даже карабкались иногда на ее голые ноги…
   Вздрогнув, Джессика обхватила себя руками. В ее темнице был леденящий холод, хотя на дворе стояло жаркое лето. На бедняжке была лишь ночная рубашка, потрепанная и замызганная. Всю остальную одежду Евлалия отобрала и почему-то изорвала в клочья. Волосы Джессики стали липкими и сальными, поскольку со дня приезда она не принимала ванну, и теперь они ниспадали ей на плечи и спину грязными сосульками. Иногда несчастная девушка использовала воду, которую ей давали для питья, чтобы умыться, однако этого было явно недостаточно, чтобы привести себя в порядок, и Джессика оставила эти бесплодные попытки, а вскоре вообще перестала чувствовать исходящий от нее неприятный запах. За дверью послышались шаги, и Джессика вздохнула с облегчением: наконец-то она будет хоть и не долго, но не одна. В ржавом замке со скрипом повернулся ключ, и дверь, взвизгнув, отворилась.
   Евлалия никогда не приходила одна, так что если Джессика и подумывала вначале сбежать, когда ей приносили еду, то вскоре поняла, что сделать это ей не удастся. С Евлалией остались двое: Рейф, бывший невольник, которому после отмены рабства некуда было идти, и Уилл, надсмотрщик, жилистый, с похотливым взглядом мужчина, который считал усадьбу «Виргинские дубы» последним прибежищем, где можно укрыться от северян и всяких подонков, наводнивших после Гражданской войны юг. Он считал, что огромные невозделанные территории могут дать ему возможность сколотить когда-нибудь состояние. Эти двое слуг рыскали по округе, добывая для Евлалии продовольствие, крали, если не получалось по-другому, и ходили с собаками в лес на охоту. Они охраняли немощную старуху, которая по-прежнему была для них госпожой, запасали дрова и выполняли какие-то работы по дому. Массу времени они проводили за чисткой ружей, а бывало, и просто сидели на обветшалом крыльце, лениво жевали табак да сплевывали его в зияющие щели. А еще они сторожили Джессику.
   Сегодня сопровождал Евлалию и остался у дверей, пока она носила племяннице скудный ужин, Рейф. Джессика была этому рада. Всякий раз, когда приходил Уилл, она ощущала неловкость и страх, а когда он ощупывал своими черными глазками ее едва прикрытое тоненькой рубашкой тело, ее пробирала дрожь.
   Евлалия вошла в каморку, неся в одной руке поднос, а в другой – потрескивающую свечу, которой служила сосновая шишка с налитым в нее воском.
   – Добрый вечер, дорогая. Ну как, тебе сегодня лучше?
   Евлалия вбила себе в голову, что Джессику нужно держать взаперти из-за болезни. Поначалу Джессика еще пыталась спорить с теткой, но, поняв, что это бесполезно, махнула на все рукой.
Чтение онлайн



1 2 3 4 [5] 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация