А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Лесной экстрим. В погоне за снежным человеком" (страница 3)

   – Надо дальше проверять. – Витька вытряхнул из верши тину и нескольких черных улиток.
   – Ну-ну. – Жмуркин с сомнением посмотрел на улиток.
   Во второй верше тоже, кроме улиток, ничего не обнаружилось.
   – Это как-то не похоже на рыбу, – заметил Жмуркин.
   Витька промолчал.
   В третьей и четвертой верше не было даже улиток.
   – Хороший признак, – хихикал Генка. – В следующем снаряде будут жуки-плавунцы.
   Но жуков-плавунцов они не поймали. Пятая верша оказалась забита упитанными головастиками, в шестой не было ничего.
   – Хорошо хоть ужей каких-нибудь не поймали, – продолжал издеваться Жмуркин. – Я ужей без хрена не уважаю.
   – Не сезон сейчас для рыбы, – объяснял Витька. – Июль, жарко, водоросли размножаются. Вода цветет – рыба не клюет…
   – Плохому рыбаку всегда водоросли мешают, – не унимался Жмуркин.
   Генка согласно кивал головой.
   – А может, атмосферное давление шалит. – Витька разглядывал пустую вершу. – Генка же говорил, что погода должна поменяться…
   Ни шестой, ни седьмой верши обнаружить не удалось. Витька даже нырял, стараясь найти снасти. Безрезультатно.
   – Водяные утащили, – злобно заметил Жмуркин.
   Витька не ответил и стал пробираться к последней верше.
   – У тебя, Витька, просто неудачливая рука, это же всем широко известно. – Жмуркин принялся раздеваться. – Ты рыбу распугиваешь, рыба тебя не любит. А меня любит. Последнюю корзину я достану.
   – Ты же воды боишься, – напомнил Генка.
   – Да тут всего по колено, – Жмуркин полез в ручей, – рискну уж… Под корягой?
   Витька кивнул.
   Жмуркин нетерпеливо погрузил в ручей руки и стал искать по дну. Витька уныло за ним наблюдал. Генка точил о камень свой швейцарский нож.
   – А!!! – заорал вдруг Жмуркин. – Меня что-то схватило за руку!
   – Неужели золотая рыбка? – спросил Генка.
   Жмуркин дернул руку. Верша не отпускала.
   – Кусает! – завизжал Жмуркин и дернул сильнее.
   Верша соскочила и упала в воду. На руке у Жмуркина висело длинное пятнистое существо, похожее на толстую змею. Существо вцепилось Жмуркину в руку и пыталось отжевать ему пальцы.
   – Анаконда[8]! – верещал Жмуркин. – На меня напала анаконда!
   Генка не выдержал и засмеялся. Витька тоже засмеялся.
   – Чего вы ржете! – истерично кричал Жмуркин. – Помогите мне!
   Но Витька и Генка не собирались помогать Жмуркину, они валялись на траве и тряслись от хохота.
   – Да отстань ты наконец! – Жмуркин не выдержал и стукнул рукой с вцепившейся в него тварью по земле.
   Существо хрустнуло и выпустило руку Жмуркина.
   Витька застонал и схватился за живот.
   – Анаконда в России… – Жмуркин внимательно рассматривал свой трофей. – Это же сенсация! Надо ее сохранить как-нибудь… Мы совершили научное открытие. Анаконда…
   – Это не анаконда, Жмуркин, – сквозь смех сказал Витька.
   – А что же тогда?
   – Это налим.
   И Витька с Генкой снова захихикали.
   – Налим… – Жмуркин разочарованно потыкал рыбину пальцем. – Если это налим, то значит… значит, его можно есть!
   – Это точно. – Генка подобрал рыбину с травы. – Можно. Только почистить надо.
   – Я и так уже пострадал, – сразу же сказал Жмуркин.
   – Я сам почищу. – Витька отобрал у Генки налима. – Тут свои тонкости… Нож только, Ген, дай…
   Жмуркин стал зализывать ранки от рыбьих зубов, Витька принялся чистить налима, а Генка улегся на травку и стал бездельничать.
   С налимом Витька провозился долго. Недавно Витька видел передачу про японские рестораны и теперь хотел приготовить налима по старинному японскому рецепту. Он выпотрошил рыбину, отрезал голову, отделил мясо от костей и срезал кожу. Получившиеся куски Витька разрезал на маленькие части и аккуратно разложил на листьях лопуха.
   – Готово! – Витька сделал приглашающий жест. – Питательное японское блюдо, угощайтесь!
   – Сырым, что ли, есть будем? – Генка задумчиво потрогал пальцем кусочки рыбы.
   Жмуркин, наоборот, жадно схватил свою порцию, запихал в рот и принялся жевать. Генка, глядя на него, тоже цапнул рыбы, но почти сразу же ее выплюнул и прополоскал рот водой из котелка. Жмуркин же продолжал жевать. Постепенно на его лице проступало выражение задумчивого отвращения.
   – Теплый еще, – сказал Генка. – Еще недавно в реке резвился…
   Жмуркин не выдержал и тоже выплюнул рыбу.
   – Ну и зря. – Витька принялся уплетать налима. – Очень питательно.
   На самом деле ему не очень понравился сырой налим. Даже больше – налим показался ему весьма омерзительным по вкусу, но уронить себя в глазах друзей Витька не мог. Поэтому, скрепя сердце, Витька съел всю оставшуюся рыбу, запил водой и зажевал хвоинкой.
   – Хорошо. – Витька выковырнул ногтем из зубов налимью косточку.
   – Ну что же. – Генка поднялся с травы. – Пообедали, пора и в путь.
   – Время стучит нам в темя, – добавил Жмуркин.
   – Я сейчас, – кивнул Витька.
   Он стоял над последней вершей и думал. Вдруг в животе у него громко заурчало. Витька плюнул и пнул вершу ногой. Она скатилась к ручью, булькнула и затонула.
   – Вот вам и японская еда, – сказал Витька и побежал догонять друзей.

   Глава 5 Рай в шалаше

   Лес выглядел очень странно. Половина деревьев была повалена, а другая половина росла как ни в чем не бывало. Пробираться через такой валежник было тяжело, но Генка сказал, что другой дороги нет. Надо придерживаться выбранного направления, а значит – идти через бурелом.
   – Прошлогодний ураган. Но это еще ничего, – утешил Генка, – в Бразилии мы бы вообще среди лиан дорогу прорубали…
   – Хорошо, что мы не в Бразилии, – вздохнул Витька.
   – Нам повезло, что у нас есть топор. – Генка опять разглядывал топорик с разных сторон. – Ну, пусть не совсем настоящий, а всего лишь туристическая разновидность. Но все равно. С помощью топора в лесу можно делать все что угодно. Вечером построим шалаш и будем ночевать нормально, как люди.
   – Пожрать бы что-нибудь лучше раздобыл, – сказал Жмуркин. – Из топора только в сказке суп делают…
   – Тут я вам не помощник. – Генка заткнул топорик за пояс. – Это вон Витька в деревне жил, он должен знать, что в лесу можно есть.
   – Середина лета, – сказал Витька. – У грибов еще роста нет, а ягод здесь много не бывает. Места не те. Так что есть нечего. Сырую рыбу вы не захотели…
   – Мы не японцы, – сказал Генка. – Сегодня утром я в этом окончательно убедился.
   – А я бы, пожалуй, сейчас уже не отказался и от сырой рыбки, – мечтательно сказал Жмуркин. – Если японцы едят, то мы чем хуже?
   – Сырую речную рыбу есть опасно, – возразил Генка. – В ней могут водиться бычьи цепни. А вы знаете, что такое бычьи цепни[9]? Это огромные черви, они живут внутри организма и только ждут своего часа. Так что я спас вас от мучительной смерти.
   – Зря все-таки рыбу выкинули. – Жмуркин проглотил слюну.
   – Ты, вместо того чтобы причитать, лучше бы огонь раздобыл, – сказал Витька.
   – Огонь мы добудем, – заверил Жмуркин. – Это я беру на себя.
   – Смотрите-ка! – хмыкнул Генка. – Жмуркин что-то берет на себя!
   Жмуркин не ответил, а только ускорил шаг. Так что Витьке и Генке даже пришлось подстраиваться под него. В таком темпе они шагали почти час, а потом наткнулись на небольшую, в несколько метров шириной, речушку.
   – Опять речка, – вздохнул Витька.
   – Я же говорил, что их тут полно. – Генка зевнул. – Их тут до фига. Речки, ручьи, болота…
   Эта речка была не похожа на предыдущую. Она была извилистой, с крутыми обрывистыми берегами и, судя по всему, глубокой. Дна, во всяком случае, не было видно.
   Витька подтащил к берегу старую сухую сосну и закинул ее в реку. Трехметровое дерево полностью погрузилось в воду.
   – Я плавать не умею, – сразу же сказал предусмотрительный Жмуркин.
   – Жмуркин, – ехидно сказал Витька, – ты совершенно зря волнуешься. Ты не утонешь.
   – Это почему? – насторожился Жмуркин.
   – Потому что мы построим мост, – вывернулся Генка и стал осматриваться в поисках подходящего дерева.
   Подходящее дерево нашлось скоро – высокое, стоявшее на травянистом косогоре. Жмуркин посмотрел на него с сомнением и сказал:
   – Надо идти вдоль реки. На истории всегда говорили, что поселения образуются на берегах рек. Если мы пойдем вдоль реки, то, может быть, выйдем к какой-нибудь деревне.
   – Ты посмотри, вода какая, – указал пальцем Генка.
   – Какая?
   – Торфяная. Эта речка вытекает из одного болота и, скорее всего, в другое болото впадает. Так что поселений на берегу ждать бессмысленно. Видимо, мы к западу уклонились.
   И Генка направился прямиком к выбранному дереву, на ходу вытаскивая топорик.
   Топорик несколько не соответствовал толщине его ствола. Топорик был маленький, а ствол толстым.
   – Ты год будешь его рубить, – сразу же сказал Жмуркин. – Я называю это мартышкин труд.
   – Нас тут, кажется, трое. – Генка поплевал на руки. – Втроем срубим быстрее. К тому же…
   Генка раскинул руки и обнял ими ствол. Пальцы сомкнулись.
   – Видишь, – Генка пошевелил пальцами, – если пальцы сходятся, то, значит, рубить имеет смысл. Так что не колотись, Жмуркин, все будет мумитрольно…
   Генка размахнулся и ударил топориком по дереву.
   – Главное тут – чтобы потом вся эта радость тебе на башку не грохнулась, – говорил Генка, вгоняя в кору тонкое лезвие. – Дерево, правда, обычно падает на самого последнего рубщика…
   – Пожалуй, я тоже немного разомнусь, – сказал Жмуркин. – А то что-то плечи затекли…
   Генка улыбался.
   – Только ты, Жмуркин, смотри, как надо правильно рубить, – подсказывал Витька. – Вот так – не поперек древесных волокон, а как бы наискосок. Врубаешься снизу, затем врубаешься сверху. И так вокруг всего дерева.
   – Лучше было бы обход поискать, – ворчал Жмуркин.
   – Обход… можно… до… вечера… искать… – Генка продолжал врубаться в древесину. – И не найти… А дерево, да к тому же сухое… для рубки самое… подходящее…
   Генка продолжал ловко орудовать топориком. Витька искал вокруг шесты, чтобы повалить дерево в нужную сторону, Жмуркин следил за Генкиными движениями и уворачивался от отскакивающих белых щепок. Генке удалось врубиться в ствол сантиметров на пятнадцать, правда, не с одной стороны, а по окружности. Казалось, что дерево обгрыз огромный трудолюбивый бобер.
   – Все, – Генка вытер со лба пот. – Теперь ты давай.
   Генка протянул топор Жмуркину. Жмуркин принял инструмент, примерил к руке.
   – Как рубить-то? – спросил он у Генки.
   – Душевно. – Генка развалился на мху. – Душевно руби, Жмуркин, душевно. И не забывай, что снежные люди боятся воды почти так же, как ты. А если мы на тот берег переберемся, между нами будет река.
   Жмуркин крякнул и ударил топориком по стволу. Щепка отскочила и шлепнула Жмуркина в лоб. Жмуркин ойкнул.
   – Бывает, – философски заметил Генка. – А могло и глаз выбить. Такое каждый день случается – какому-нибудь балдаресу щепкой глаз вышибает…
   И Генка засмеялся.
   – Дурак, а уколов не делаешь, – пожал плечами Жмуркин и снова ударил по дереву.
   В этот раз у него получилось лучше. Постепенно Жмуркин приноровился и стал орудовать топором увереннее, почти так же, как Генка.
   Подошел Витька с двумя длинными палками.
   – Я вижу, ты, Жмуркин, стал настоящим дровосеком, – сказал он. – У тебя, наверное, призвание…
   Жмуркин не ответил. Он продолжал работать. И до первой сорванной мозоли успел основательно истоньчить дерево.
   – А теперь последний штрих. – Витька отобрал топорик у Жмуркина. – Последний штрих всегда наносится мастером. А вы возьмите палки, что я принес, и толкайте дерево в сторону реки. И запомните – стоять рядом не стоит – щепкой башку может оторвать.
   Витька перехватил топорик и попробовал ногтем лезвие. Генка и Жмуркин уперлись палками в ствол. Витька зашел к дереву со стороны реки и стал вырубать оставшуюся древесину. Дерево вздрагивало при каждом ударе, сверху на Витьку сыпалась кора, сучья и мелкие ветки. Витька упрямо углублялся в древесину.
   Когда толщина сердцевины сравнялась с толщиной руки, дерево хрустнуло и просело.
   – Толкайте, медузы! – крикнул Витька.
   Жмуркин и Генка налегли на палки. Дерево хрустнуло еще раз и стало клониться к реке. Витька схватил третью палку и стал помогать товарищам. Дерево наклонилось сильнее. И вдруг раздался треск необыкновенной громкости и пронзительности, будто внутри ствола сломался какой-то главный, крепящий дерево к земле стержень.
   – Отскакиваем! – крикнул Витька и отпрыгнул в сторону.
   Жмуркин и Генка отпрыгнули вслед за ним. Дерево дрогнуло, совсем как живое, сломалось и обрушилось в реку. Вода взорвалась под тяжестью веток, брызги поднялись в воздух так высоко, как если бы в реку бросили гранату. Несмотря на пасмурный день, над водой даже поднялась быстротечная радуга.
   – Классно! – крикнул Жмуркин. – Вот это бы снять!
   Витька довольно улыбнулся.
   – Настоящий мужчина должен взорвать школу, спалить дом и срубить дерево, – сказал он. – Добро пожаловать в наш клуб.
   – Удачно упало, – кивнул на дерево Генка. – Было бы чуть-чуть покороче – и не достало бы до того берега. Снайперски срубили.
   Витька вскочил на дерево, попрыгал. Оно лежало плотно, почти не шевелилось. Витька подмигнул друзьям и стал переходить через реку. Сучьев на стволе было мало, и Витька легко переправился на другой берег. Как по мосту. Он ни разу не покачнулся и не потерял равновесия.
   Вторым пошел Жмуркин. Жмуркин вспрыгнул на ствол, прошел по нему метра два и сразу же вернулся обратно.
   – Высотобоязнь – признак одаренных натур, – изрек Жмуркин и сел на дерево верхом.
   Жмуркин перебирался долго – верхом ползти было не очень удобно. Зато надежно.
   – Командир всегда последний. – Генка заткнул топорик за пояс, залез на ствол и, посвистывая, пошагал над рекой.
   Он дошел до середины дерева, как вдруг из лесной чащи раздался тоскливый протяжный рев. Генка вздрогнул и закачался.
   – Держись! – крикнул Витька. – Руки в стороны!
   Жмуркин присел от страха и чего-то зашептал.
   Генка балансировал над водой. Казалось, что он танцует какой-то странный дерганый танец, смысл которого заключается в беспорядочных резких движениях рук и ног.
   Вой повторился.
   Генка устал балансировать, оттолкнулся от ствола и красиво нырнул в воду. Вынырнул у самого берега, ухватился за корень, подтянулся до края обрыва. Витька и Жмуркин протянули ему руки и вытащили наверх.
   Генка быстро огляделся, подхватил с земли толстую корягу.
   – Мосты за собой надо сжигать, – сказал Генка.
   Он подсунул под ствол корягу, навалился на нее всем весом и столкнул дерево с обрыва. Вода булькнула, течение поволокло верхушку дерева, камень сорвался с противоположного берега, и бывший мост медленно поплыл вниз по течению.
   Ребята быстро уходили в лес, молча и сосредоточенно, стараясь ступать по мягкому синеватому мху и то и дело оглядываясь. С противоположного берега продолжали обиженно выть. Жмуркин все время оглядывался, и, чтобы он не задерживал продвижение маленького отряда, Генка велел ему считать шаги. Когда Жмуркин насчитал пятнадцать тысяч, Генка велел тормозить.
   – Довольно. – Генка остановился. – Пора шалаш делать. Если идти дальше, то не успеем до темноты. Опять на дерево лезть придется…
   – Как шалаш-то строить? – Жмуркин привалился к ближайшей сосне. – Я никогда не строил…
   – Легко! – Генка выхватил топор. – Шалаш на быструю руку строить легко. Я видел, как это делается.
   – Ну-ну. – Витька привалился к сосне рядом со Жмуркиным. – Посмотрим.
   – Для строительства шалаша необходимо… – Генка огляделся. – Вон та деревягина, похожая на рогатину, необходима.
   Генка подошел к молодой елке, раздваивающейся в двух метрах от земли, размахнулся и почти под корень свалил ее с одного удара. Обрубил двойную верхушку и заострил конец.
   – Это надо воткнуть в землю против вот этого дерева, – Генка сунул елку Жмуркину и указал пальцем на дерево непонятного происхождения – то ли можжевельник, то ли лиственницу.
   Жмуркин с Витькой легко воткнули рогатину в мягкую почву и подперли ее с трех сторон рогатками поменьше. Генка тем временем вырубил из березки длинную жердь и подобрал с земли еще несколько жердей покороче. Один конец длинной жерди Генка укрепил в развилке рогатины, другой пристроил в дупле «можжевелолиственницы». Короткие жерди Генка пристроил к длинной поперечине с обеих сторон – получился похожий на палатку треугольный домик.
   – Теперь надо уложить на поперечины лапник – и готово, – сказал Генка. – Давайте ломать ветки.
   Наломать еловых веток и уложить их на жерди труда не составило. К тому же ребятам после активного дня на воздухе очень хотелось спать – поэтому они спешили и строительство закончили быстро.
   – Ну вот, на все про все полчаса ушло, – довольно сказал Генка и сильно пнул получившееся сооружение.
   Шалаш выстоял.
   – Вокруг окопать бы еще надо. – Витька осматривал шалаш с разных сторон. – На всякий случай…
   – Некогда. – Генка забрался внутрь. – Спать хочется. Да и дождя сегодня не будет – лягушки не квакали.
   – Змеи могут заползти… – Витька зевнул и тоже забрался внутрь.
   – Змеи? – спросил снаружи Жмуркин.
   – Анаконды, – ответил Витька. – Анаконды и боа-констрикторы. Они залезут к тебе на грудь, Жмуркин, всю ночь будут смотреть тебе в глаза, а потом устроят констрикцию…
   – Я серьезно ведь. – Жмуркин бродил вокруг шалаша, проверяя, не выглядывают ли изо мха эти самые боа-констрикторы[10].
   Но людоедских змей видно не было, Жмуркин помучился-помучился и тоже залез под хвою.
   – Не бойся, Жмуркин, – уже сквозь сон сказал Витька. – Змеи тебе не страшны.
   – Почему это? – спросил Жмуркин.
   – Змея змею не кусает, – пояснил Витька и громко захрапел.
   – Сам дурак, – сказал Жмуркин, но Витька его уже не слышал.
   Жмуркин поворочался.
   – Ген, – прошептал он. – Ген, а снежный человек к нам не залезет?
   Генка не ответил.
   Жмуркин подумал, что, наверное, снежный человек должен опасаться человеческого жилья, и успокоился. Но затем все-таки протянул руку, нащупал Генку, вытащил у него из-за пояса топорик и засунул под сосновые ветки рядом с собой. После этого Жмуркин уснул, и ему, как всегда, ничего не приснилось.
   А Витьке вот приснился сон. В этом сне Витька сам почему-то был снежным человеком и водился в глухом лесу. Но покоя ему в этом лесу не давали то охотники, то рыбаки, то туристы, то журналисты, то ловцы снежных людей и летающих тарелок. И вот однажды он пошел погулять, и его поймал отряд скаутов[11] из города. Сначала они его для порядка поколотили, а потом заставили собирать цветной металл в пользу голодающих детей Эфиопии. И он целый день бродил по городской помойке и собирал старые аккумуляторы. Аккумуляторы были очень тяжелые…
   Витька проснулся от странного звука. Совсем рядом от него кто-то громко и часто дышал. Витька сел.
   – Ген, – позвал он. – Это ты дышишь?
   – Нет, – ответил Генка. – Не я.
   – Жмуркин?
   – Это не я, – дрожащим голосом ответил Жмуркин. – Это за стеной.
   – Черт! – Генка тоже сел. – Это он.
   – К-кто он?! – спросил Жмуркин, уже заикаясь.
   – Кто-кто, Жак Ив Кусто, – передразнил Генка. – Ясно же, кто!
   Генка принялся шарить руками вокруг, выискивая топор.
   – А что ему надо? – спросил Жмуркин.
   – Перекусить хочет… – ответил Генка. – Жмуркин, топор ты стянул?
   – Ага, – прошептал Жмуркин.
   – Смотри, держи его. А теперь не шевелитесь.
   Витька стал не шевелиться. Хотя это давалось ему нелегко. Дышали с ним рядом, и чувствовалось, что дышит крупное существо. Витька даже понюхал воздух, но через хвою шалашных стенок ему не удалось ничего разобрать. Вдруг у Витьки возникла идея – просунуть руку через переплетение веток и пощупать это существо. Потом можно будет всем рассказывать, что он трогал настоящего снежного человека. Витька уже потянул к стене руку…
   Дыхание переместилось вперед.
   – Куда это он пошел? – спросил Жмуркин.
   – К выходу, – неуверенно ответил Генка. – Вернее, ко входу. Топор где?
   Жмуркин завозился, разыскивая топор.
   – Давай топор сюда, – прошипел Генка. – Скорее!
   – Не могу, – ответил Жмуркин. – Он под корнем застрял…
   Возле входа в шалаш треснула ветка.
   – Уходим через стенки, – продолжал командовать Генка. – Темно-то как… Жмуркин, ты найдешь, наконец, топор?!
   Шалаш вздрогнул, и внутрь стало просовываться что-то большое и, как показалось Витьке, лохматое.
   – Тикаем!!! – заорал сбоку Генка и рванул через стенку.
   – И-и-и! – завизжал Жмуркин и полез вслед за ним.
   Витька перекатился к другой стенке, раздвинул хвою и выполз наружу.
   Снаружи было лишь немного светлей, чем внутри. Генка и Жмуркин нервно ждали его у сухой березы, Жмуркин сжимал в руке топорик.
   – Скорее давай! – прошептал Генка. – Я там свой костюм оставил – он сейчас догадается и наружу вылезет.
Чтение онлайн



1 2 [3] 4 5 6 7 8 9 10

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация