А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Искусство требует жертв. Видеоклип на «отлично»" (страница 1)

   Искусство требует жертв
   ВИДЕОКЛИП НА ОТЛИЧНО

   Глава 1 Денежный дождь

   Витька, Генка и Жмуркин быстро бежали по улице Парковой. Генка и Жмуркин бежали налегке, а Витька прижимал к груди тяжелую волчью голову.
   Улица Парковая походила на полосатую милицейскую палку, фонари через один не горели: то ли лампочки в них расплавились, то ли их просто расколотили, и друзья то ныряли почти в полную темноту, то выскакивали на неширокое освещенное пространство. Почему-то освещенные участки пахли дурацким подсолнечным маслом, а темнота, напротив, благоухала сиренью, отцветшей еще в мае. Так, во всяком случае, казалось Витьке. И он бы с удовольствием подышал этой сиренью, ему даже хотелось остановиться и постоять в прохладном горьковатом облаке…
   И Витька бы так и сделал, если бы…
   Если бы за ними не неслась целая толпа парковских пацанов, вооруженных бейсбольными битами. Парковцы бежали молча и сосредоточенно. Сразу было видно, что шутить они не собираются, а собираются задать Витьке, Генке и Жмуркину основательную трепку. Поколотят для порядка битами и швырнут освежиться в городской пруд.
   – Может, все-таки на помощь позовем? – спросил, задыхаясь, Жмуркин.
   Гордый Генка отрицательно помотал головой. Витька подумал, что звать на помощь бесполезно – суббота, народ смотрит телевизоры и отдыхает, по улицам никто не гуляет, а редкие парочки и собачники вряд ли захотят связываться. Поэтому оставалось одно – драпать. Витька немного опасался, что тяжеловатый Генка скоро устанет и скажет, что настоящему кабальеро[1] не пристало удирать от каких-то там парковцев! Напротив, пора принять честный бой. А принимать честный бой не хотелось. Особенно когда парковцев в пять раз больше…
   Впрочем, Витька и сам изрядно устал – волчья голова оказалась тяжелой и неудобной в транспортировке. Рука Витьки то и дело проваливалась в пасть, а волчьи зубы больно впивались в ладонь. Витька хотел было передать голову Жмуркину, но Жмуркин отказался, сославшись на то, что тот, кто прикоснется к голове волка, может запросто стать оборотнем. Генке и без того было тяжело бежать из-за его грузности и коротконогости. И голову приходилось тащить Витьке.
   За спиной что-то загремело. Витька быстро оглянулся и увидел, что один из парковцев зацепил урну и теперь катается по дорожке, держась за колено. И еще Витька заметил, что расстояние между ними и преследователями изрядно сократилось. Парковцы оказались гораздо более подготовленными к бегу. Недаром ходили слухи, что все они качаются и занимаются вольной борьбой.
   Жмуркин тоже оглянулся.
   – Парки догоняют, – просипел он. – Давайте кричать…
   – Улица Ленина рядом, – выдохнул Генка. – Там не их территория…
   – Не могу больше, – застонал Витька. – Надо было Снежка с собой взять…
   Он снова оглянулся и обнаружил, что самый здоровенный и свирепый парковец, по всем повадкам предводитель и вождь, уже почти их достал и вот-вот прыгнет и вцепится в Генку.
   Тогда Витька резко тормознул, схватил покрепче волчью голову и треснул ею вождя парковцев…
   А началось все так.
   Друзья сидели на крыше жмуркинского дома, смотрели на вечерний город, пили лимонад и грызли тыквенные семечки.
   Витька думал, как хорошо сейчас, наверное, в Новой Зеландии, – и тихо, и комары там не водятся, а новозеландское мороженое, как известно, самое новозеландское во всем мире…
   Генка думал о том, что придется, видимо, перебирать насос, который он смонтировал на прошлой неделе для дачного колодца, а если насос все равно работать не будет, то надо будет придумывать что-нибудь другое. А он, Генка, устал в последнее время придумывать, и вообще ему хочется на море, ведь на море он никогда не был…
   О чем думал Жмуркин, неизвестно, поскольку был он товарищем хитрым, а потому и мысли у него были хитрые и темные. Скорее всего, Жмуркин размышлял о кинематографии и своем месте в ней. Впрочем, весьма может быть, Жмуркин думал о деньгах – он всегда о них думал.
   К тому же, о чем думал Жмуркин, было неизвестно еще по одной причине – Жмуркина не было на крыше. Он отсутствовал, а потому все было тихо и спокойно, как может быть тихо и спокойно только в летний вечер в небольшом городке в центре России. Жара отступила, с далекой Волги несло прохладой. К этой прохладе примешивалась вонь ежегодно горящих торфяников и запах разогретой солнцем железной дороги.
   – Что-то Жмуркина нет… – сказал Генка и посмотрел вниз, за перила.
   – У него заседание, – негромко произнес Витька.
   – Чего заседание? – спросил Генка.
   – Клуба любителей кино.
   – И чем они там занимаются?
   – А, так… Соберутся такие же маньяки, как и сам Жмуркин, посмотрят кино про французских психопатов, а потом сидят обсуждают…
   И тут же на чердаке послышались шаги, грохот падающих ведер, треск, ругань. Потом на крышу выбрался Жмуркин.
   – Вспомни его, вот и оно, – усмехнулся Витька.
   На Жмуркине болтались синие подштанники и белые простыни, он был похож на Карлсона в боевой раскраске, только с портфелем.
   – Вы тут? – Жмуркин скомкал белье и бросил его в люк.
   – Семечек хочешь? – Генка протянул Жмуркину пачку. – Тыквенные, от глистов помогают…
   – От глистов спасайтесь сами, – сказал Жмуркин. – А я хочу вам вот что сказать, удоды. Вернее, показать.
   Жмуркин достал из портфеля пачку денег, небрежно ей обмахнулся и положил на скамейку.
   – Что это? – спросил Витька шепотом.
   – Деньги.
   – Вижу, что деньги. Доллары?
   Генка огляделся.
   – Условные единицы. – Жмуркин зевнул. – Пять тысяч.
   Генка встал со скамейки, закрыл лаз на крышу.
   – Ты что, почку продал? – спросил Витька.
   Жмуркин захихикал.
   – Жмуркин, – Генка накрыл деньги ветровкой, – ты, видимо, совсем с мозгами рассорился?
   – Спокойно, спокойно, – Жмуркин погладил себя по бокам. – Это абсолютно нормальные, чистые деньги…
   – Откуда? – Генка стал серьезен.
   – Каждый парень, который хочет стать серьезным человеком, должен уметь обращаться с деньгами…
   – Жмуркин! – Генка подошел к Жмуркину вплотную. – Жмуркин, отвечай!
   – Ну ладно, ладно, – сдался Жмуркин. – Хорошо, скажу. Эти деньги мне дал Тепляков.
   – Тепляков… – Эта фамилия Витьке ничего не говорила. – Ну и что? Кто такой Тепляков?
   – Ты что? – усмехнулся Жмуркин. – На Луне обитаешь?
   – Тепляков, – сказал Генка. – Тепляков… Я тебе объясню, Витька. В прошлом году Тепляков на свой юбилей наполнил бассейн коньяком десятилетней выдержки. Ясно, кто он такой?
   – Яснее не бывает, – вздохнул Витька.
   – Ну, если Витьке все ясно, то давай, Жмуркин, рассказывай, как ты вступил в сделку с совестью.
   Жмуркин стал рассказывать:
   – Сегодня у нас было заседание Клуба любителей кино. Мы раз в месяц собираемся, смотрим фильм, обсуждаем. Тепляков у нас спонсор и почетный президент, а я типа секретарь. Так вот, Тепляков обычно молчит и бабки отстегивает, если надо. И угрюмый всегда такой. А сегодня пришел в хорошем настроении, после обсуждения встал и речь толкнул. Хочу, говорит, поспособствовать процветанию отечественного кинопроизводителя, хочу, говорит, поддержать молодых. Через месяц в Москве Фестиваль видеоклипов, и я желаю, чтобы наш регион был достойно представлен. Со старыми пердунами на местном телевидении я связываться не буду, они мне надоели. Поэтому предлагаю вам. И даю пять штук. И вывалил пять штук… прямо на стол. Тут Парамохин как подпрыгнет. Говорит: «Я запросто сниму, только так!» И клешни свои уже к пачке тянет. Ну, тут я не вытерпел. Говорю, Парамоха, тебе не клипы снимать, а гадости разные под мостом рисовать, ты же не отличишь Чарли Шина[2] от Мартина Шина. Ты же коновал! Знаете, какую короткометражку он снял в прошлом году? «Безжалостные и кровожадные помидоры»! Графоман от кино! Я ему так и сказал! А Парамон на меня как прыгнет… Тепляков смотрел на все это, смотрел, а потом вторую пачку на стол вывалил. Вот, говорит, ребята, берите баблосы, снимайте клипы. А через месяц я погляжу. Если стоящая у кого вещь получится – еще столько же отвалю. И в Москву клипак отвезу, на фестиваль! А Парамон спрашивает: «А если не понравятся вам наши клипаки, то что с бабульками?» Тепляков ухмыльнулся и говорит: «Работайте – и посмотрим, что с бабульками…»
   – И ты взял? – прошептал Генка.
   – Конечно. Я же не дурак. Чувел просто так деньги отвалил…
   Генка аж хлопнул в ладоши.
   – Не, Жмуркин, – Генка вскочил, – не, Жмуркин, ты дурак! Кретино-Буратино! Такие, как Тепляков, ничего просто так не отваливают!
   – Генка прав, – сказал Витька. – Такие бабки просто так в руки не идут. Бесплатный сыр – только в мышеловке. Мне кажется, что деньги…
   – Надо отдать, – закончил Генка.
   – Верно.
   – Вы что, рехнулись?! – заорал Жмуркин. – Отдать такие бабки?! Вы совсем дураки! Вы даже большие идиоты, чем мне представлялось! Отдать пять штук!
   – Лучше сейчас отдать, – сказал Генка. – Пока еще не слишком поздно. Я даже сам схожу отдать, родственнику Герасиму позвоню, мы вместе сходим. Тепляков тоже как Герасим, в спецназе каком-то служил, должен понять…
   – Все! – Жмуркин потянулся к пачке. – Не желаю больше с вами разговаривать. Я на эти бабки не клип – целое кино сниму!
   Генка неожиданно пододвинул к себе накрытые курткой деньги.
   – Ты чего? – спросил Жмуркин.
   – Ничего, – Генка достал из-под куртки доллары.
   – Себе заграбастать решил? – Голос у Жмуркина задрожал.
   – Дурак, – Генка постучал себя по лбу. – О тебе же забочусь… Если клипа не снимешь – Тепляков тебя размажет…
   Жмуркин попытался выхватить пачку из рук Генки.
   – Вы чего?! – Витька попытался встать между ними, но Жмуркин с неожиданной силой отбросил его в сторону.
   – Отдай! – рявкнул Жмуркин. – Лучше отдай!
   – Дурак…
   – Сам дурак! – Жмуркин изловчился и схватил пачку денег.
   Они принялись перетягивать пачку. Генка был гораздо сильнее, но Жмуркин пребывал в бешенстве и свою природную хилость компенсировал яростью. Они сопели, скрипели зубами и называли друг друга такими словами, которых не знал даже Витька.
   Но вдруг Жмуркин расцепил пальцы. Генка не удержался на ногах, и его отбросило прямо к перилам. Генка взмахнул руками, схватился за поручень, пачка красиво подлетела в воздух, резинка лопнула, и над улицей распустился фейерверк из зеленого цвета купюр.
   – Мама… – только и смог сказать Жмуркин.
   – Опа… – Генка оглянулся через плечо.
   Купюры падали. Над улицей разворачивался щедрый денежный дождь.
   – Мама… – снова сказал Жмуркин.
   – Деньги падают! – закричал кто-то на улице.
   – Вниз! – заорал Витька и кинулся к лазу на чердак.
   Вниз они скатились в темпе скоростного лифта. Тротуар и проезжая часть были усыпаны американскими деньгами, и прохожие жадно их собирали.
   – Это мое! – завопил Жмуркин и кинулся отнимать дензнаки у счастливчиков.
   Но прохожие на Жмуркина не обращали внимания, знай себе собирали деньги и рассовывали по карманам.
   – Это Теплякова деньги! – Генка попытался спасти ситуацию.
   Но даже авторитет Теплякова не помог – народ жадно хватал халяву и с надеждой смотрел в небо.
   – Собираем! – Генка принялся поднимать банкноты с асфальта.
   Витька и Жмуркин тоже.
   Ребята успели собрать восемьсот сорок долларов. Облазив окрестные крыши и гаражи, нашли еще пятьсот двадцать. Итого тысячу триста шестьдесят. Купюры были помятые и грязные, Генка объединил их в пачку и положил в карман.
   – Тысяча триста шестьдесят, – сказал он. – Это, конечно, не пять…
   Жмуркин завыл и треснулся лбом о стену, не сильно, чтобы череп не разбить.
   – Сильнее надо, – сказал Генка.
   Жмуркин стукнулся сильнее, но все же в рамках разумного.
   – Пойдем, – Генка кивнул вверх. – А то последнее отберут…
   Ребята вернулись на крышу.
   Жмуркин был раздавлен. Он сидел, уткнувшись лбом в перила, и молчал.
   – Я такую историю слыхал, – Генка подсел поближе к Жмуркину. – Один тип в прошлом году занял у Теплякова три тысячи баксов, а вовремя не отдал. Тепляков его на чай пригласил. Тот пришел. Сел за стол и вдруг чувствует – ноги в чем-то увязли. Он смотрит, а копыта в тазу с цементом. Тепляков захихикал и велел отвезти этого чувела на старицу.
   Жмуркин всхлипнул.
   – А вот еще история была, – продолжал Генка. – Однажды, когда Тепляков был еще маленький и учился в школе, они с классом отправились на овощную базу перебирать помидоры. И так вышло, что Теплякова направили в хранилище с другим классом. А Тепляков был тогда маленький и щуплый, ну вот, примерно, как Жмуркин сейчас. Он работал, перебирал себе, и вдруг один бобик взял да и швырнул в Теплякова помидором. Все остальные засмеялись и давай тоже кидать. А кому-то помидор не совсем спелый попался, и он закатал им Теплякову прямо в голову. Тепляков сознание потерял, а потом почти месяц с сотрясением мозга в больнице провалялся.
   – И что? – поинтересовался Витька.
   – Он вырос и пригласил всех на встречу школьных друзей…
   – А потом отвез всех на старицу, – закончил Витька.
   – А другой крендель, он с Тепляковым тоже в школе учился, как-то раз взял и рассказал, что Тепляков однажды на уроке хотел в туалет, терпел, терпел, а потом описался. Тепляков его пригласил чай попить…
   – Ладно тебе, Ген, – остановил Витька. – И так фигово все.
   – Что же мне делать? – Жмуркин хныкал. – Я не хочу на старицу…
   – Не, – глумился Генка. – Тебя Тепляков на старицу не повезет, он все-таки гуманист. Тепляков спонсирует одно кадетское училище. Так вот, Жмуркин, он туда тебя определит. А там с тобой разберутся по полной программе…
   – Помогите! – взмолился Жмуркин. – Я все для вас сделаю, я не хочу в кадетское училище…
   – Как тебе помочь?! – Генка треснул Жмуркина по голове. – Как тебе помочь, баран?! Ты же сам на все это подписался…
   – Но…
   – Помочь ему можно, – сказал Витька. – Даже очень легко помочь.
   – Как?! – Жмуркин посмотрел на Витьку с надеждой.
   – Надо взять и снять клип.
   «Надо снять клип», – сказал Витька, и всего через две недели после разговора на крыше ребята удирали по улице Парковой.
   И Витька треснул предводителя парковцев волчьей головой.
   – Так его! – воинственно воскликнул Жмуркин. – Пожар!
   Парковцы окружили своего лидера, Витька, Генка и Жмуркин воспользовались их заминкой, оторвались и через минуту выбежали на улицу Ленина к трамвайной остановке.
   – Все, – Витька привалился к стене и ловил воздух.
   – Голова цела? – спросил Жмуркин. – Голова цела, я спрашиваю?
   Витька пощупал голову.
   – Цела.
   – Не твоя, балбес. Волчья.
   – А что с ней будет!
   – Ну и славно, – Жмуркин улыбнулся.
   – Трамвай, – Генка указал пальцем, – трамвай идет…
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация