А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Охота на нечисть" (страница 18)

   – А ты вообще не вмешивайся. – С Рикки мигом слетела его показная любезность. В светлых глазах, казалось, застыл лед – так был холоден его взгляд. М-да, достойного сына вырастил Шерьян, ничего не скажешь. Аж дрожь невольная пробила.
   – Почему? – скорее из чувства противоречия возразила я. На самом деле мне совсем не улыбалось идти и воевать неизвестно с кем.
   – Сейчас увидишь, – вместо Рикки ответил мне Шерьян. Повелительно вздел руки вверх и прошептал несколько слов. С его пальцев слетела ослепительно белая молния, в свете которой стало видно неприглядное зрелище.
   Увидев нашего противника, я не на шутку струхнула. Захотелось тихо заскулить и покаянно замахать хвостиком, вымаливая право на жизнь. Представьте себе огромную – в два человеческих роста – змею, вместо головы у которой отвратительная бородавчатая жабья морда. Ядовито-зеленые чешуйки прилегают так плотно, что кажется невозможным вогнать между ними меч. Да, такой броне даже дракон бы позавидовал. И мои спутники собираются сражаться с этими исчадиями бога-отступника? Безумцы! Надо бежать, и бежать как можно скорее!
   – Прямо в руки Марию. – Рикки хмыкнул, резким взмахом обнажив меч, но пока не торопясь вставать в полный рост. – Есть у меня дурное предчувствие, что именно он на нас этих тварей натравил.
   – Тефна, все не так плохо, – постарался утешить меня Шерьян, заметив, как я скисла после слов его сына. – Их яд нам будет не страшен благодаря защите. Жабозмеи достаточно неповоротливы и медлительны. Будем надеяться, нам не составит труда с ними справиться.
   Я была бы рада поверить храмовнику. Но не могла при всем своем желании. Уж больно грустно прозвучал его голос. И слишком сильно сжались его пальцы на рукояти меча.
   Чуть искрясь, сверху опустилась серебристая магическая пелена, которая плотно укутала меня с ног до головы.
   – На всякий случай, – пояснил Шерьян. – Чтобы ядом не оплевали. Жаль только, что от их укусов мое колдовство не сумеет уберечь.
   Подобные же завесы секундой позже окружили и храмовника с его сыном. Мужчины переглянулись, одобрительно кивнули друг другу, встали и бесшумным скользящим шагом двинулись вперед.
   Я невольно залюбовалась их слаженными движениями. Однако мое восхищение мигом пропало, когда первая жабозмея приподнялась на рудиментарных задних лапах и прицельно метнула вперед длинную зеленую слюну. Плевок попал в голову Рикки, но, не причинив ему ни малейшего вреда, тут же стек по непроницаемой стене защиты. Беда только, что, воспользовавшись секундной слепотой юноши, эта же жабозмея бросилась в атаку.
   – Берегись! – зычно крикнул Шерьян, ловко уклоняясь от выпада своего врага.
   Рикки машинально ушел в сторону и рубанул мечом по шее мерзкого создания. Хотя... Я даже не знаю, что назвать шеей у змеи.
   Так или иначе, но клинок юноши отлетел от чешуи жабозмеи с неприятным лязгающим звуком. Рикки небрежно смахнул остатки слюны со своей защиты и вновь пошел вперед, пытаясь пробить чешуйки противницы и ловко уклоняясь от выпадов жабьей пасти. У Шерьяна дела обстояли намного хуже. Ему пришлось сражаться сразу против двух отвратительных созданий. Храмовник без устали крутился, создав вокруг себя светящийся контур от взмахов меча. Жабозмеи недовольно шипели, пытаясь достать его, но неизменно терпели поражение. Интересно, надолго ли хватит у Шерьяна сил для поддержания подобного темпа боя?
   Мне было страшно наблюдать за приятелями. При каждом опасном выпаде жабьей пасти хотелось кричать во весь голос от ужаса. Но, стиснув зубы, я молчала. Еще не хватало, чтобы от моей несдержанности и трусости кто-нибудь отвлекся и в итоге получил рану или погиб.
   Неожиданно мои охранные чары неприятно затрещали, и по кокону поплыли зеленые разводы. Я недоуменно моргнула, не понимая, что происходит. Это еще что такое?
   – Тефна, берегись! – страшно крикнул Рикки, кинув взгляд себе за спину. – Сзади!
   Я обернулась, не понимая, что мне может грозить со спины. И тут же с громким шипением отпрянула. Потому как ко мне неторопливо приближалась та самая жабозмея. Ничего себе, значит, их все-таки четыре. Замечательно, а как с ней сражаться прикажете? У меня ни меча, ни самого завалящего ножа нет. И помощи ждать не от кого – у Шерьяна и Рикки своих проблем хватает.
   От жабозмеи трудно было ожидать сочувствия по поводу моего бедственного положения. Она раззявила внушительную пасть, показав длинный толстый язык, и ринулась вперед. Я едва успела увернуться, подхватив с земли палку. Затем двинулась вокруг нее, вспомнив слова Шерьяна о медлительности этих созданий. Авось повезет, и мне удастся уходить от атак до той поры, пока подмога не подоспеет.
   Однако уже через минуту я осознала, что мои ожидания не оправдаются. Жабозмея очертила толстыми кольцами своего тела небольшую площадку для боя, ежесекундно угрожая укусить меня.
   Я пару раз ткнула в чешую мерзкого создания, не особо надеясь на успех. Палка, упруго звеня, каждый раз отскакивала от жабозмеи, не принеся ей ни малейшего вреда. Плохо, очень плохо. Надо срочно что-то придумать, иначе я рискую погибнуть в самом расцвете сил.
   Браслет требовательно нагрелся на запястье, будто намекая на что-то. На что, хотелось бы мне знать? Шерьян прямо сказал, что жабозмеи нечувствительны к магии. Или попробовать? В конце концов, хуже положения быть просто не может.
   Я встряхнула правой рукой, судорожно формулируя в голове желание. Пусть эта тварь рассыплется прахом!
   Тоненькая золотистая нить вырвалась из браслета и опутала создание бога-отступника. Жабозмея издала неприятный клокочущий звук, от которого волосы на голове у меня встали дыбом. Никогда прежде не слышала ничего подобного. Словно кто-то острыми когтями провел по железу. Но радоваться было рано. Чудовище встряхнулось всем телом, скинув с себя золотую сетку, и вновь ринулось вперед, едва не отхватив от моего бока приличный кусок.
   Я опять завертелась вокруг противника. Нет, Тефна, так не пойдет. Человек проигрывает в скорости реакции зверю. Быть может, стоит превратиться в кошку? Вряд ли Рикки сейчас будет против, учитывая, что он борется за свою жизнь.
   Однако впервые в жизни мне не удалось перекинуться по собственному желанию. В животе слабо забилась боль и тут же утихла. Странно, очень странно. Не думала, что контроль вездесущего юноши распространяется так далеко.
   Жабозмея продемонстрировала угрожающий оскал и легонько махнула кончиком хвоста, едва не сбив меня этим с ног. Я в последний момент отпрянула, подпрыгнула и безрезультатно треснула ее палкой по голове. Что же, что же делать? Тефна, думай. Иначе в ближайшее время упокоишься в столь неаппетитной пасти.
   Краем глаза я заметила, как Шерьян вогнал меч в сочленение между крупной чешуей на шее одной из тварей. Та издала горловой клекот и неожиданно рухнула на землю, подняв тем самым кучу пыли. Ага, значит, там у них слабое место?
   Палка на роль боевого оружия никак не годилась, но иного у меня просто не было. Я машинально увернулась от клацающих челюстей жабозмеи и наметила себе цель. Именно там, где голова незаметно переходит в длинное туловище. Кажется, чешуя там намного слабее, чем на остальном теле. Рискнуть? Но для этого было бы неплохо забраться на эту гадость верхом. Эх, где наша не пропадала!
   Я крутанулась вокруг своей оси, примеряясь к размерам твари. Отбила палкой очередной ее выпад, едва не лишившись своего единственного оружия. И легко прыгнула вперед, невольно задержав дыхание и спасаясь от невыносимого смрада, который исходил от исчадия бога-отступника.
   Следующие минуты слились для меня в один сплошной кошмар. Ноги крепко сжимали ребристые бока чудовища, которые до крови обдирали нежную кожу бедер даже сквозь плотную ткань штанов. А руки прощупывали твердые сочленения чешуи, выискивая слабое место. Казалось, будто я оседлала дикую кобылицу – небо и земля постоянно менялись местами, да так, что вскоре я потеряла малейшую ориентацию в пространстве. Но наконец пальцы наткнулись на мягкую незащищенную ямку в основании черепа жабозмеи. Рискнем.
   Палка с противным чавканьем ушла в тело чудовища, погрузившись более чем наполовину. Уши заложило от пронзительного тонкого визга противника. Не выдержав, я закрыла уши руками и кубарем слетела с поверженной противницы. Так ведь и оглохнуть недолго.
   Шерьян отвлекся от боя всего на секунду, кинув на меня встревоженный взгляд. И тут же поплатился за это. Оставшаяся жабозмея с невероятной скоростью мотнула головой и вцепилась зубастой пастью ему в предплечье. Мужчина коротко вскрикнул и с разворота рубанул по шее чудовища. Меч попал в сочленение чешуек и намертво в нем застрял. Раз – и храмовник оказался безоружным. Что самое плохое – жабозмее его удар ничем не повредил.
   – Отец! – Рикки крутанулся волчком, безуспешно пытаясь поразить своего противника мечом. – Берегись!
   Шерьян без проблем ушел от первого выпада жабозмеи. Но поскользнулся на траве, мокрой от вязкой слизи, которая все это время хлестала из шеи его первой жертвы. Ой-ой-ой, как плохо. Кажется, сейчас наш отряд безвозвратно уменьшится.
   Моя жабозмея сдыхала, не делая никаких попыток подняться. Я покрепче перехватила свою палочку-выручалочку и бросилась на подмогу храмовнику.
   – Тефна, не лезь! – Шерьян заметил мое движение краем глаза, пытаясь откатиться в сторону от нависшей над ним жабьей морды.
   Ага, сейчас! Так я его и послушалась. С диким улюлюканьем я бесстрашно подскочила к жабозмее и со всей силы огрела ее своим смехотворным оружием. Хрясть! И в руках у меня остался лишь крошечный обломок.
   Чудовище недоуменно замерло, так и не дотронувшись до храмовника, и повернулось ко мне. Я оказалась лицом к лицу с огромной бородавчатой гадостью. И по всему выходило, что сейчас эта тварь поужинает мною.
   Время замедлило ход. Долго, мучительно долго я наблюдала, как приближается ко мне страшная зубастая пасть, как вылетает из нее толстый мясистый язык, словно жабозмея облизнулась в предвкушении. Тефна, ну куда тебя вечно тянет? Спасительница недоделанная. Святые отступники, как жить-то хочется!
   Запястье обожгло запульсировавшим браслетом. Будто против своей воли я медленно подняла руку на уровень глаз и помертвевшими от ужаса губами прошептала:
   – Пожалуйста, помоги!
   Целый миг после этого ничего не происходило. Живот свело от предчувствия невыносимой боли, в намертво сведенном спазмом горле застрял крик. И вдруг...
   Наверное, со стороны это смотрелось очень красиво. Когда большое чешуйчатое тело окуталось мерцающей красной сетью. В воздухе невыносимо запахло кровью и смертью. Чужой, хвала всем богам. С громким чавканьем непонятное заклинание погрузилось в тело моей противницы. И без малейшего усилия с моей стороны неожиданно располосовало его на множество крошечных кусочков.
   Кровавый смрадный фонтан потрохов ударил во все стороны. Но до меня и моих приятелей не долетело ни капли. Просто испарилось, осев на прочной серебряной завесе, которая за долю секунды до этого прочно отгородила нас от творящегося безобразия.
   Покончив с одной жабозмеей, алая змейка вызванного мною колдовства двинулась дальше. Одно мгновение – и с противницей Рикки произошло то же самое.
   С тихим хлопком странная магия исчезла. Истончившись, погасла и наша защита.
   – Что это было? – Рикки глядел на меня с нескрываемым удивлением. – Тефна, что ты сделала? Я никогда прежде не видел ничего подобного.
   – Понятия не имею. – Я ответила ему не менее потрясенным взглядом. – Это все как-то само собой получилось.
   – Извините, что отвлекаю вас от разговора, – простонал Шерьян, с трудом приподнимаясь и садясь на склизкую траву. – Но кажется, я сейчас потеряю сознание.
   Я ахнула, заметив, что храмовник сжимает побелевшими от напряжения пальцами левой руки предплечье правой. Разодранный в лохмотья рукав был насквозь мокрым от страшной рваной раны.
   Рикки тотчас же молча кинулся на подмогу. Без малейшего усилия оттащил отца дальше от неприглядного побоища, уложил на сухое место и осторожно отвел его руку. Затем замер, кусая губы.
   – Скверно, – с трудом выдохнул Шерьян. – Это ж надо было так сплоховать.
   – У этих тварей укусы ядовиты? – отрывисто спросил Рикки, очнувшись и торопливо разрывая остатки рубахи на бинты.
   – Смертельно ядовиты, – поправил его храмовник. – М-да, попал я. Нужен целитель магического уровня не меньше моего. Желательно – из храма богини-матери.
   – Где ж его тут достать. – Рикки дрожащими руками быстро наложил жгут на плечо отца, словно не желая верить его словам. – Прижечь огнем?
   – Нет, – отказался Шерьян. Устало откинулся на землю и закрыл глаза. Его слова прозвучали совсем тихо и неразборчиво: – Пустое. Через пару минут все будет кончено.
   – Отец! – сорвался на крик Рикки. – Не смей, слышишь? Не смей умирать!
   – Не шуми. – Шерьян поморщился. – Будь мужчиной. Доведи Тефну до эльфов. Впрочем, кому я рассказываю? Ты сам прекрасно знаешь, что делать.
   Храмовник помолчал немного и внезапно добавил с грустной улыбкой:
   – Хорошо, что этот яд позволяет оставаться человеком до самого конца. Не хотелось бы умереть в беспамятстве, бредя о всякой ерунде.
   – Умереть?! – Тут уже не выдержала я. Опустилась на колени подле Шерьяна и зло сощурилась. – Ты думаешь, я позволю тебе умереть? Фигушки! Сначала долг отдай!
   – Тефна! – возмутился Рикки. – Как ты можешь в такой момент...
   – Какой момент? – тут же повернулась я к нему, безуспешно пытаясь скрыть слезы. – У должников всегда неподходящие моменты, когда деньги с них требуешь. Ну нет! Я его и с того света вытащу!
   – Не ругайтесь, – попросил Шерьян, закрывая глаза. – Мне так хорошо сейчас. Тело как перышко и боли почти нет. Так, только печет немного.
   Я шмыгнула носом, утерла кулаком глаза и решительно простерла над раной руку.
   – Браслет, миленький, помоги! – взмолилась я. – Пожалуйста!
   Ничего не происходило. Тусклая металлическая полоска, обхватившая мое запястье, привычно холодила кожу.
   – Бесполезно. – Рикки обреченно покачал головой. – Тефна, даже я сейчас не могу ничего сделать.
   Юноша прерывисто вздохнул и отвернулся, пряча от меня предательский блеск своих глаз.
   – Уже скоро, – скорее прочитала по губам, чем услышала я от Шерьяна. Тот лежал на траве такой спокойный, такой умиротворенный, что неожиданно меня разобрала дикая злость.
   – А ну помоги ему! – приказала я, изо всех тряся рукой и пытаясь так разбудить несговорчивый предмет. – А то я... Я не знаю, что я сделаю! Пойду и сдамся Марию! Отправлюсь за Шерьяном через круг мертвых! Превращусь в кошку и навсегда забуду, что когда-то была человеком!
   – Не надо, – чуть слышно попросил меня Рикки. – Тефна, это некрасиво. Дай мне... Дай мне проститься с отцом.
   Юноша, более не стыдясь, тихо заплакал. Повернулся и лег рядом с Шерьяном, уткнувшись лицом ему в здоровое плечо. С протяжным свистом погас последний магический огонек, который освещал место битвы, и все вокруг потонуло во мраке безлунной южной ночи.
   Я зарычала от бессильной ярости. Ненавижу, когда ничего нельзя исправить!
   Браслет неожиданно потеплел, откликаясь на ту бурю эмоций, которая бушевала у меня в душе. В кончиках пальцев настойчиво запульсировал жар. Что-то рвалось из меня наружу, отзываясь на горе и отчаяние.
   С приглушенным восклицанием Рикки вдруг отпрянул от отца. Шерьяна в тот же миг окутала белесая дымка, сквозь которую с трудом можно было различить его фигуру. Лишь рана виднелось через нее багрово-черным провалом.
   Я зажмурилась. Закусила губу, сдерживая невольный стон, когда терпеть головную боль, сосредоточенную в районе глазниц, стало невыносимо.
   – Тефна, что с тобой? – откуда-то издалека донесся до меня испуганный оклик Рикки. – Ты вся горишь бесцветным пламенем.
   Я не стала проверять, говорит ли юноша правду, поскольку и так чувствовала это. Кожа пылала от жгучих прикосновений незнакомого огня, который крепко обнимал меня, словно самый преданный любовник. Странно, что еще не пахнет паленым.
   Браслет нагрелся еще сильнее. Я закричала от боли, срывая горло. Кажется, теперь мне известно, что чувствуют сжигаемые на костре. Затем изогнулась дугой от невыносимого напряжения. И обмякла, безвольно опустившись на землю.
   Нет, я не упала в обморок. По крайней мере, я слышала все, что происходило вокруг. Вот раздается встревоженный голос Рикки, но разобрать его вопроса я при всем желании не могу. Звуки сливаются в одну сплошную какофонию. Вот кто-то трясет меня за плечи и даже несколько раз хлестко ударяет по щекам. Неприятное и несколько унизительное, кстати, ощущение. А вот...
   Я задохнулась от радости, услышав знакомый голос Шерьяна. Судя по удивленной интонации, он о чем-то спрашивал сына. Тот ответил, и через секунду кто-то мягко и нежно провел рукой по моему лбу, стирая испарину.
   – Дурная кошка! – с трудом разобрала я. – Только приди в себя – и я тебя выпорю.
   Я собралась ответить, что тогда откушу ему вылеченную руку, но язык не послушался меня. Такое впечатление, будто тело принадлежит не мне. Дико хотелось свернуться клубком и заснуть, но этого сделать я была не в силах. Вообще ничего не получалось. Только и оставалась, что думать, не имея ни малейшей возможности выразить свои мысли.
   Я напряглась изо всех сил, пытаясь сделать хоть что-то. И внезапно мне это удалось. Со слышимым только мне хлопком оцепенение, сковавшее мое тело, вдруг" пропало. Я слабо шевельнула пальцем, убеждаясь, что он мне повинуется, и наконец-то открыла глаза.
   Первым же, кого я увидела в свете очередного магического огня, был Шерьян, который склонился надо мной. Я скользнула взглядом по нему и облегченно вздохнула, когда увидела, что от смертельной раны ничего не осталось. Даже шрама – просто белая новая кожа, складывающаяся в причудливые отпечатки зубов жабозмеи на фоне загара храмовника.
   – Дурная кошка! – в сердцах повторил Шерьян, творя загадочные пассы над моей головой. – Ты хоть понимаешь, что сейчас сделала?
   – Спасла тебе жизнь, – самоуверенно заявила я. – Между прочим, не в первый раз.
   Храмовник не стал отвлекаться на мою реплику. Он положил одну руку мне на лоб, а другую – на затылок и замер с чрезвычайно озабоченным и озадаченным выражением лица.
   Замолчала и я, с тревогой прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. Да нет, вроде все в порядке. Ничего не болит, все двигается, ничего не отваливается. Только в ушах немного звенит от слабости. Но это и неудивительно, после таких-то приключений.
   – Надо уходить, – прервал странное занятие Шерьяна Рикки, подходя ближе. – Мы изрядно наследили. Магический огонь виден на много миль. Совершенно точно, что совсем скоро сюда прискачут или наемники, или Марий со своими людьми, или они все вместе.
   – Да-да, сейчас, – рассеянно отозвался Шерьян. Задумчиво посмотрел на меня, не спеша убирать руки, и прошептал: – Ничего не понимаю. Никакой потери жизненной силы. Но это невозможно! За подобное колдовство многие маги заплатили бы жизнью!
   – Говорят, что у кошек семь жизней, – попыталась я пошутить. Кряхтя, встала и отряхнула штаны. – Одной можно и пожертвовать ради друга. Ты сам-то как?
   – Прекрасно, – ответил Шерьян без тени улыбки. – Только прохладно без рубашки и смыть кровь хочется. Но не думай, что ты так просто уйдешь от разговора. На следующем привале я серьезно тобой займусь.
   Я скептически хмыкнула: уж больно грозно это прозвучало.
   – Уходим! – прошипел Рикки, подавая отцу свой плащ, чтобы тот оделся. – Успеете со своими разговорами!
* * *
   Перед глазами плыло от голода. Желудок давно перестал урчать, поняв, что ничего съедобного все равно не получит, и принялся за методичное переваривание самого себя. Горло пересохло от жажды, даже губы облизнуть нечем. Язык словно сухая терка.
   Жарко. Солнце безжалостно припекает, вытягивая из тела последние драгоценные капли влаги. Ноги давно одеревенели от усталости. Шагаешь, шагаешь вперед. Давно забыла, куда и зачем мы идем. Главное – не останавливаться. Главное – уйти подальше от чего-то страшного, что крадется на бесшумных лапках за спиной.
   Я споткнулась на незаметной в зарослях пожухлой травы кочке и едва не растянулась во весь рост. Нет, Тефна, нельзя садиться. Иначе ты просто не поднимешься, пока не отдохнешь как следует. Святые отступники, за что мне это?
   – Тефна, не отставай, – не оборачиваясь, кинул Шерьян и вновь замолчал, сберегая дыхание.
   Я послушно ускорила шаг. Следующие несколько часов слились для меня в один сплошной кошмар. Я шла и шла, не думая ни о чем другом. Глаза слезились от пыли. Вокруг расстилалась унылая безжизненная степь, выжженная безжалостным солнцем. Даже взгляду зацепиться не за что. Такое чувство, будто мы остаемся на месте, а дорога издевается над нами, выпивая все силы.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18] 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация