А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Охота на нечисть" (страница 14)

   – Я примерно представляю, о чем ты говоришь. – Шерьян сгорбился на стуле, словно постарев разом на несколько десятков лет. – Продолжай, пожалуйста.
   – Помещение, в котором располагался круг, по-моему, было спрятано под храмом. – Я говорила, а передо мной словно вновь вставали древние стены запретного святилища. – По крайней мере, окон там не было. Лишь свечи, много свечей. Мне было больно смотреть по сторонам. Глаза резало от непривычного обилия света. Но... Именно там я видела руны, похожие на те, которые были на клинке. Они были вытканы на гобелене, который висел рядом с алтарем. И еще... Там был изображен круг мертвых. С пятью лучами.
   – Ты уверена? – резко перебил меня Шерьян.
   – Абсолютно. – Я криво усмехнулась.
   – А загадочного храмовника ты разглядела?
   – Его – нет, – с сожалением хмыкнула я. – Говорю же – глаза болели. Да и вообще, там, по-моему, кроме меня, больше никого не было. Все словно опасались чего-то. Мне сказали, что за мной будут наблюдать откуда-то сверху. И ушли, оставив одну.
   Я вновь надолго замолчала, устало потерла рукой лоб. В висках слабо забили первые несмелые молоточки головной боли. Слишком тяжело мне дался этот разговор.
   – Что-то пошло не так? – осмелился меня поторопить Шерьян.
   – Все пошло не так! – раздраженно кинула я. – Это был неправильный круг. Неполный. Он высасывал из меня энергию, ничего не давая взамен. Я умирала по-настоящему. В мое тело словно вселялось что-то. Что-то совершенно чужое и чуждое мне. И я прервала ритуал. До сих пор не понимаю, как мне удалось это сделать. В последний момент вырвалась с той стороны, ободрав себе бока и едва не лишившись половины хвоста.
   – Полагаю, храмовники были недовольны таким твоим поступком. – Шерьян скривил уголки губ.
   – Наверное, ты прав, – невесело улыбнулась я. – С учетом, что шрамы на моей спине появились как раз в наказание за это своеволие. Меня избили плетью до полусмерти. Пытались заставить вернуться в то святилище и открыть круг. Потом кинули в подвал и забыли. Наверное, ждали, когда я умру.
   Я сжала кулаки, не замечая, как ногти до крови впиваются в кожу. Зло усмехнулась, на миг почувствовав на своих плечах тяжелые удары плети.
   – Именно тогда я поклялась, что когда-нибудь найду того храмовника, – выдохнула я. – Найду и убью. И только благодаря этой клятве я еще жива.
   Шерьян ничего на это не ответил. Какое-то время тишину в комнате нарушал лишь треск догорающей свечи.
   – Спокойной ночи, Тефна, – наконец словно через силу произнес храмовник. После чего резко встал и ушел, более ничего не добавив.
* * *
   На следующий день я проснулась в прекраснейшем расположении духа. К моему удивлению, Шерьян не навестил меня утром. Иркший, который принес мне завтрак, на все мои вопросы лишь отмалчивался, таинственно улыбаясь. Поэтому после недолгих раздумий и сомнений я решила самостоятельно проверить, чем таким важным занимался Шерьян, раз даже проведать меня не соизволил.
   Ноги сегодня держали меня не в пример более крепко, голова не кружилась, даже шрам не пульсировал болью от порывистых движений. Поэтому я без лишних раздумий отправилась на прогулку.
   Дом в этот ранний утренний час казался совершенно пустым. К этому моменту Иркший, по своему обыкновению, уже отправился в деревню за продуктами. Шерьян тоже не спешил показаться мне на глаза. Это даже несколько обидело меня. Надо же, какое недопустимое легкомыслие! А если по мою душу вдруг явятся храмовники во главе с Марием? Неужто мне вновь придется воевать с ними в одиночку?
   Немного повздыхав из-за подобной несправедливости, я выглянула во двор.
   На свежем воздухе было хорошо. Солнце еще не припекало в полную силу. Легкий ветерок приятно оглаживал кожу, забираясь под просторную рубаху. Влажная от росы трава мягко стелилась под босые ноги. Я вздохнула полной грудью и опустилась на лавочку около дома. Спокойно-то как! Нет, по громкой суете города тоже иногда скучаешь, но лишь в деревне, вдали от забот и хлопот цивилизации, понимаешь, как иногда прекрасно просто сидеть и наблюдать за неспешным ходом светила по небосводу.
   От благостного неторопливого течения мыслей меня отвлек слабый шум, который донесся откуда-то с задней стороны дома. Я нахмурилась и прислушалась, зябко обхватив себя руками. Нет, не почудилось – опять! Странный свист, будто от разрубаемого воздуха. Очень интересно.
   Понятное дело, я немедля отправилась на разведку, на всякий случай вооружившись валявшей неподалеку сучковатой палкой. И уже через минуту осторожно выглядывала из-за угла дома, выискивая источник непонятного шума.
   Им оказался Шерьян. Храмовник, одетый лишь в штаны из легкой светлой ткани, занимался с мечом. Капельки пота блестели на его обнаженной груди, переливаясь на солнце. Вот он сделал неуловимый выпад, тут же ушел в сторону от воображаемого противника и встал в боевую стойку. На секунду я залюбовалась его выверенными и точными движениями. Ничего не скажешь – фехтовальщиком Шерьян был отменным.
   – Ты встала? – Я вздрогнула от неожиданного вопроса. Храмовник, не глядя на меня, крутанулся вокруг своей оси и наискось рубанул по воздуху. После чего кинул через плечо: – Вижу, скоро тебя придется запирать в комнате, чтобы хоть немного умерить твой пыл к прогулкам в одиночку.
   – Мне стало скучно, – попыталась я оправдаться. – Иркший куда-то ушел. Ты и не появлялся.
   Шерьян, не обращая ни малейшего внимания на мои слова, закружился в каком-то сложном пируэте. Острый кончик меча нестерпимо яркой искоркой горел на солнце, вычерчивая замысловатые фигуры.
   – Здорово, – совершенно искренне восхитилась я, обрывая свои бесполезные объяснения. – Шерьян, а ты можешь научить меня?
   – Научить чему? – Храмовник вновь ушел в сторону незаметным для глаз движением. То, что при этом он вел со мной разговор, похоже, нисколько не мешало ему. По крайней мере, у него даже дыхание не сбилось.
   – Сражаться с мечом, – Я пожала плечами, удивленная его недогадливостью. – Или, по крайней мере, сражаться против того, у кого есть меч.
   – Зачем тебе это? – Шерьян наконец-то остановился, небрежным жестом утер пот со лба и посмотрел на меня. – Ты же метаморф.
   – Клыки и когти не всегда помогают против клинка. – Я криво усмехнулась. – К сожалению. Когда в следующий раз я столкнусь с Рионием, то хочу быть готова к поединку.
   – Никакого поединка между тобой и Рионием не может быть, – жестко отрубил Шерьян. – Ни я, ни Гворий больше подобного не допустим.
   – И все же, – с нажимом произнесла я. – Вы не всегда будете рядом. Шерьян, я не шучу. Пожалуйста, научи меня.
   По всей видимости, храмовник засомневался. Он задумчиво поднял меч на уровень глаз, словно проверяя остроту клинка, затем вновь взглянул на меня.
   – Ты еще слишком слаба, – наконец вынес свое решение мужчина. – О каких упражнениях может идти речь, если и недели не прошло с момента твоего возвращения из земель мертвых?
   – Пусть не сейчас, – упрямо отозвалась я. – Пусть завтра или позже. Но научи!
   Шерьян какой-то миг колебался. Затем неопределенно пожал плечами, словно говоря – будь по-твоему.
   – Отлично! – Я воссияла улыбкой. – Когда начнем?
   – Сначала докажи, что ты в порядке, – усмехнулся Шерьян. – Тефна, учти, я не буду делать скидок на то, что ты девушка и не так давно была на пороге смерти. Занятия с мечом не приемлют безалаберности, жалости или халатности. Ты готова биться против меня по-настоящему?
   – Готова. – Я бесстрашно задрала подбородок. – Шерьян, тебе не удастся запугать меня. Намного хуже, когда ты не можешь ничем ответить врагу. А я до сих пор не понимаю, каким образом Рионий ранил меня. Он двигался слишком быстро для человека и даже для метаморфа.
   – Храмовники отличаются от обычных людей, – уклончиво произнес Шерьян. – Нас учат обращаться с оружием с самых ранних лет. Сначала мы сражаемся тренировочными деревянными мечами. И только после года подобных занятий допускают до поединка с боевыми клинками. Более того, существуют определенные ритуалы, которые помогают развить скорость и координацию движений. Я думаю, в некотором смысле тебе будет легче. Ты метаморф, поэтому изначально обладаешь хорошей реакцией. Но, с другой стороны, я не намерен делать тебе скидок. Тефна, подумай хорошенько, надо ли тебе это? Из меня вряд ли получится добрый учитель.
   – Я не боюсь! – Я громко фыркнула, если честно, не слишком поверив в запугивания храмовника. – Шерьян, я хочу научиться. И мне все равно, каким образом это будет сделано. В конце концов, цель оправдывает средства. Я не желаю, чтобы в следующий раз меня кто-нибудь покалечил или убил!
   Храмовник какое-то время молчал, вертя в руках обнаженный клинок и любуясь солнечными зайчиками, которое отбрасывало отполированное лезвие. Затем подобрал с земли ножны и резко вогнал в них меч, будто не заметив того, как я вздрогнула от неприятного металлического звона.
   – Будь по-твоему, – негромко произнес Шерьян. – Но только, чур, Гворию потом не плакаться на мою жестокость.
   – Достал ты меня с этим Гворием! – громогласно возмутилась я. – Что за дурная привычка при каждом удобном случае его вспоминать? Я видеть его больше не желаю! Никогда и ни при каких обстоятельствах!
   Наверное, мне показалось, но в глазах храмовника мелькнула тень радости после моих слов. Шерьян на удивление ласково улыбнулся и мягко произнес:
   – В таком случае начнем через три дня. Если, конечно, все эти дни ты проведешь на ногах и при этом ни разу не упадешь в обморок. Иначе все время до отъезда к эльфам будешь лежать в постели и печально вздыхать по поводу моего самоуправства.
   – Даже не подумаю! – самоуверенно заявила я. – И вообще, кажется, я ясно сказала, что к эльфам не поеду. Забыл, что ли?
   – Разве такой разговор можно забыть, – промурлыкал Шерьян, несколько плотоядно посмотрев на меня. – Особенно то, чем он едва не закончился. Хочешь повторить его?
   Я смущенно засопела и нервно дернула за шнуровку рубахи, затягивая ее туже. Ничего не понимаю. Чем объяснить поведение приятеля? То убегает из комнаты в самый интересный момент, то намекает, что не прочь повторить. Точно издевается надо мной.
   – О твоем желании уехать к гномам мы поговорим позже. – Шерьян никак не отреагировал на мое громкое демонстративное фырканье. Вместо этого он небрежно перекинул через руку рубашку, которая лежала на ближайшем чурбаке. Потом повернулся и мягко повторил: – Обязательно поговорим, Тефна, и очень серьезно. Но не сейчас. А теперь извини, но я намерен искупаться.
   Стыдно признаться, но я поплелась вслед за храмовником на берег озера, оправдывая себя тем, что мне скучно оставаться в одиночестве. Но на самом деле меня грызло недостойное желание увидеть, как Шерьян будет плавать. Интересно, он при этом разденется полностью? Не все же мне обнаженной перед ним щеголять.
   Впрочем, он нисколько не протестовал против моего присутствия. И стесняться меня тоже не был намерен, как оказалось. Я и глазом не успела моргнуть, как Шерьян скинул с себя последнюю одежду, неспешно взошел на деревянные мостки и рыбкой нырнул в сонную гладь озера.
   – Эм-м-м, – протянула я, не ожидая подобного развития ситуации. Покраснела, огляделась по сторонам, убеждаясь, что, кроме меня, никто свидетелем этой сцены не стал. И быстренько рванула к дому, да так, что только босые пятки засверкали. На всякий случай.
   Если Шерьян и удивился моему стремительному исчезновению, то ничем это не показал. По крайней мере, за обедом и ужином он был все так же безукоризненно вежлив, лишь изредка бросая на меня внимательные косые взгляды. Видимо, надеясь, что я все-таки потеряю сознание и тем самым избавлю его от необходимости учить меня обращаться с оружием. Однако вопреки всем ожиданиям мое самочувствие было просто великолепным. Я уплетала за обе щеки жаркое с грибами, запивала все это горячим травяным отваром и улыбалась во весь рот. Если ты думаешь, Шерьян, что я отступлюсь от своего намерения, то глубоко ошибаешься! Хочешь или нет, но тебе придется заняться моим образованием.
   Мое настроение было столь чудесным, что его не испортила даже ежевечерняя перевязка. На этот раз Шерьян долго медлил, перед тем как приступить к экзекуции.
   – Что? – наконец раздраженно спросила я, несколько устав держать поднятой рубаху. – Шерьян, ты заснул, что ли?
   – Нет. – Храмовник криво усмехнулся и легонько провел мазью по длинному ярко-алому шраму. – Просто думаю, что тугую повязку можно уже не накладывать.
   – Счастье какое! – сдавленно произнесла я, когда получила возможность вновь дышать после раскаленного прикосновения Шерьяна. – Надоели эти бинты хуже беззубого вурдалака.
   – Но мазью шрам все равно надо обрабатывать каждый день, – бессердечно добавил храмовник.
   – Конечно-конечно, – мрачно отозвалась я.
   Вот так всегда – только обрадуешься чему-нибудь, как тебя тут же спешат вернуть с небес на землю.
   Шерьян долго не решался встать с моей кровати, явно желая что-то сказать. Он то и дело открывал рот, но тут же закрывал его обратно.
   – Что? – Я рискнула поторопить приятеля, изрядно устав от его красноречивых гримас. – Ты мне хочешь еще что-нибудь сказать?
   Какое-то время храмовник колебался. Я прямо видела, как у него в голове идет непонятная, но весьма ожесточенная борьба.
   – Тефна. – Голос Шерьяна был настолько тих, что мне пришлось напрячь весь свой слух, когда он осмелился задать мне вопрос – Тефна, ты сильно ненавидишь того храмовника, который держал тебя в плену?
   – Почему тебя это интересует? – невежливо ответила я вопросом на вопрос.
   – Просто, – неопределенно протянул Шерьян. – Просто интересно.
   – Да, я ненавижу его, – отчеканила я, глядя поверх головы храмовника. – Ненавижу за то, что по его приказу несколько месяцев не видела солнца, сидя в сыром подвале. Ненавижу за то, что только по его прихоти мне пришлось питаться крысами, пытаясь выжить. Я могу еще долго перечислять, но только зачем? По-моему, и так все понятно. Я ответила на твой вопрос, Шерьян?
   – Да, – кивнул он и наконец-то встал с кровати. – Ответила.
   И уже около самой двери, приготовившись выйти, Шерьян небрежно обронил через плечо:
   – Завтра подъем на рассвете.
   – Почему так рано? – взвыла я, несколько обескураженная подобным заявлением.
   – Как почему? – нарочито удивился храмовник. – Мы вроде условились, что я начну обучать тебя некоторым приемам владения мечом. Естественно, полную нагрузку сразу я давать не буду. Но от легкой разминки и пробежки завтра и послезавтра тебе не удастся отвертеться. Под моим присмотром, конечно. Чтобы сами занятия начались без неприятностей.
   – Мы так не договаривались, – пробурчала я, сворачиваясь в клубочек и широко зевая. – Про тренировки надо было заранее предупреждать.
   Шерьян равнодушно пожал плечами, словно говоря – извини, не мои проблемы. А я тяжело вздохнула и подумала про себя, что с такими темпами первоначальная замечательная идея рискует обернуться настоящим кошмаром.
   Как Шерьян и обещал, на следующее утро он поднял меня ни свет ни заря. В комнате было еще темно, когда кто-то настойчиво потряс меня за плечо.
   – Чего надо? – сонно пробормотала я, не торопясь выбираться из приятной сладкой дремы.
   – Вставай! – потребовал до омерзения бодрый Шерьян, безжалостно отбирая у меня подушку. – Уже утро!
   – Какое утро? – возмутилась я, с трудом разлепляя один глаз. – Еще даже солнце не встало!
   – Вот пока оденешься, умоешься, и рассветет, – глубокомысленно заметил храмовник, делая попытку стащить с меня и одеяло. Я тихо ахнула и звучно шлепнула приятеля по слишком смелым ручкам. Совсем уже стыд потерял!
   – Если передумала – так и скажи, – обиженно произнес Шерьян. – Драться-то зачем? В конце концов, это была твоя идея.
   – Да встаю я, встаю. – Я моментально проснулась, испугавшись, что храмовник откажется от своего обещания.
   – Я жду тебя во дворе, – предупредил Шерьян. – Если не выйдешь через пять минут, то решу, что ты струсила. Ясно?
   – Угу, – буркнула я. Дождалась, когда он покинет комнату, плотно прикрыв за собой дверь, и быстро оделась. С кряхтением нагнулась, зашнуровывая ботинки, которые сиротливо жались к ножке кровати, и, не удержавшись, зевнула во весь рот. Спрашивается, и чего мне спокойно не живется? Лежала бы сейчас, десятый сон бы видела. Нет, захотелось великой воительницей стать.
   С такими невеселыми раздумьями я вышла на улицу. Мрачно покосилась на небо, которое медленно светлело, предвещая скорый восход, и, ежась от холода, кинула себе в лицо несколько горстей ледяной воды из умывальника. После чего вытерлась полотенцем, которое держал наготове храмовник.
   – Проснулась? – осведомился он, с непонятным весельем разглядывая мою недовольную физиономию. – Тогда бегом вокруг дома. Три круга.
   – Зачем? – вяло запротестовала я. – Я хочу научиться сражаться мечом, а не бегать от противника. Последнее у меня и так неплохо получается.
   – Правда? – Храмовник с сомнением вздернул брови. – Вот и проверим твои умения. Только, чур, никаких превращений в кошку. И никакого геройства. Станет плохо – сразу же прерываем тренировку. Понятно?
   – Да. – Я кивнула, с сомнением прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. Вроде бы ничего не болит. Даже шрам не беспокоит.
   – Вперед, Тефна! – отрывисто приказал Шерьян. – Учти, если догоню – посуду мыть заставлю.
   – Ага, щаз, – скептически протянула я и без предупреждения помчалась от храмовника.
   Оказалось, что бегать в человеческом облике весьма непросто. Нет, мне и раньше приходилось заниматься этим тяжелым делом не в теле кошки. Но обычно на небольшие расстояния и только в случае крайней необходимости.
   Несоразмерно длинные ноги путались и заплетались, руки так и тянулись к земле, пытаясь помочь нижним конечностям. Даже голова мешалась, увеличивая сопротивление воздуха.
   – Что-то слабенько, – насмешливо произнес над моим ухом ни на каплю не запыхавшийся Шерьян. Шаловливо шлепнул меня чуть ниже поясницы и легко вырвался вперед.
   Я обиженно фыркнула, но вслух возмущаться не стала, сберегая дыхание. Вместо этого сжала кулаки и напрягла все свои силы, пытаясь вырваться вперед.
   Светлая песчаная дорожка ласково стелилась под ноги. Ветер упруго бил по разгоряченному лицу. Где-то над головой вывел первую торжествующую руладу зяблик. Но все это не радовало меня, поскольку, несмотря на все мои старания, перед носом настойчиво маячила спина Шерьяна, не приближаясь ни на шаг. Храмовник словно издевался надо мной. Он держался впереди на четко определенном расстоянии, то и дело кидая на меня через плечо озорные взгляды. Стоит ли говорить, что подобное положение дел не изменилось и к концу третьего круга.
   Когда пробежка завершилась, я без сил упала на лавочку, где уже восседал все такой же свежий Шерьян. По-моему, у него даже испарины на лбу не выступило. И где справедливость, спрашивается? Если меня можно хоть выжимать.
   – Устала? – заботливо поинтересовался мужчина.
   – Да! – рявкнула я, несколько огорченная нерадостной перспективной мытья посуды. – И вообще, чего ты надо мной издеваешься? Я только-только после тяжелой раны в себя пришла, а ты уже гонять начал почем зря!
   – Не хочешь – не будем продолжать. – Храмовник пожал плечами и встал, намереваясь отправиться в дом.
   – Стой! – испуганно окликнула его я. – Шерьян, я пошутила.
   – Ну ладно. – Шерьян обернулся с таким видом, будто только что сделал мне огромное одолжение. – Тогда продолжим тренировку.
   Стоит ли говорить, что уже через полчаса я готова была молить о пощаде? Храмовник заставлял меня бегать, прыгать, приседать и даже отжиматься. Я терпела, стиснув зубы и не позволяя себе даже малейшего стона усталости. Ничего, Тефна, когда до мечей доберемся – ты за все издевательства над собой отыграешься.
   Подобное положение дел не изменилось и назавтра. Вновь Шерьян поднял меня чуть свет, вновь гонял до десятого пота по окрестностям. И вновь мне пришлось после каждой трапезы мыть за всеми посуду, в очередной раз уступив ему в беге.
   Долгожданные изменения в распорядке наших тренировок произошли только в назначенный Шерьяном срок. Когда я в очередной раз жадно хватала открытым ртом воздух, сидя на лавочке и пытаясь отдышаться после выматывающей пробежки, храмовник неожиданно подал мне руку, помогая встать. Потом окинул меня откровенно оценивающим взглядом.
   – Чего смотришь? – Я тут же заволновалась, одергивая рубашку.
   – Нет, просто размышляю, – протянул Шерьян. – В принципе реакция у тебя должна быть лучше, чем у обычных людей. Но начинать занятия сразу же на настоящих мечах глупо и даже опасно. Даже не за себя боюсь – за тебя. Вдруг поранишься.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация