А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Чародей на том свете" (страница 16)

   – Ну как… – осведомился вновь появившийся Упуат, прямо‑таки лучившийся удовольствием. – Ух ты, клинок тебя признал! Клинок Рассекающего! Он и другому Рассекающему‑то не дается, если хозяин ему не прикажет! Ты, уважаемая Эйяно, и в самом деле кое‑что можешь! Ну да это не так важно теперь – я тут нашел клад почище твоего меча.
   – Что, так много золота добыл? – ехидно осведомилась эвенкийка.
   – Нет, золота как раз маловато. Видать, они его продавали кому надо. Денег у них тоже не так чтобы много, да и то все больше дебены. Зато вот что там валялось. – Он показал Эле полупрозрачную шкатулку, внутри которой что‑то переливалось.
   – Это амулет мгновенного перемещения. Очень дорогая штука. И редкая: чтобы ее изготовить, нужно не меньше трех земных лет работы, десяток толковых магов и алхимиков плюс куча ингредиентов вроде толченого зуба химеры и жала священного скорпиона Ло. Химеры, кстати, вымерли еще тогда, когда я жил в Египте.
   – И работал там богом, – с иронией бросила девушка.
   – Да, именно тогда, – не стал спорить Упуат. – Эти ублюдки, видимо, даже и не знали, что им попалось в руки. Сколько она стоит, даже боюсь и подумать.
   – И кому мы ее продадим в этой пустыне? – И тут только до Эли дошел смысл услышанного. – А мы чего, сможем теперь попасть куда угодно? – с опаской, словно боясь спугнуть неожиданную удачу, произнесла она. – И обратно домой?
   – С этим ничего не выйдет, – вздохнул Упуат. – Но вот в этом мире мы действительно можем попасть практически куда угодно.
   Разочарованная девушка отвернулась.
   Велика радость – возможность свободно путешествовать по миру, где пустое, равнодушное небо, пески и скалы, жуткие твари, питающиеся людьми и при этом наделенные разумом и владеющие оружием и магией.
   Голод, отступивший было, злорадно напомнил о себе.
   «Лучше бы скатерть‑самобранку нашли», – подумалось.
   Но Упуат не обратил на ее огорчение внимания.
   Ловко работая лапами, открыл шкатулку – при этом его голову окутал перламутровый туман – и принялся колдовать над амулетом, похожим на светящуюся жемчужину размером с голубиное яйцо…
   – Так‑так, – бормотал он под нос. – Сейчас мы тебя настроим, и будешь ты, как миленький, пахать на нас. Надолго тебя не хватит, конечно, ну так мы тут задерживаться и не собираемся.
   Пока он возился с новой игрушкой, девушка уселась в тени скалы, положив меч на колени.
   Что толку? Ну, перелетят они в другой конец пустыни… Ну, пусть даже там будет не пустыня, а леса и горы. И что дальше? Искать мифические «порталы» до конца жизни? Или разбойничать на дорогах, грабя путников при помощи этого замечательного меча?
   – Эйяно, – тихо и непривычно серьезно позвал ее Упуат.
   – Ну что еще?
   – Знаешь, у меня с ним чего‑то не получается. Ты не посмотришь? Понимаешь, – словно извиняясь, продолжил нетеру, – я ведь не маг, если честно. Все, что я умею, – это от рождения. Наука, генная инженерия… А здесь настоящий чародей нужен, природный, так сказать.
   – Ты что, издеваешься? – Она не на шутку разозлилась. – Я этот твой амулет из зубов химеры и хвоста священного таракана вижу в первый раз!
   – Ничего, – ободряюще произнес Открыватель Путей. – Главное – ты можешь видеть то, что надо.
   – Ладно, давай его сюда, – сменила гнев на милость Эля.
   И вновь она толком не поняла, что произошло. Ведь только хотела осмотреть чудо‑приборчик повнимательней. Но вдруг жемчужное яйцо засияло, по нему пробежали многоцветные полосы, и…
   На ладони Эли сидел самый настоящий скорпион необыкновенного перламутрового цвета.
   Она чуть не завизжала и не сбросила его. Но, слава Сэвэки, он был всего лишь искусно сделанным украшением. Разве что на кончике жала бился крохотный зеленый огонек.
   – Ура! Вышло! – и Упуат кинулся ее облизывать, чуть не сбив с ног. – Клянусь Великим Дуатом, пробудилась‑таки красавица наша спящая!
   Хентиреку, демон и десятник стражи Амдуата, недоверчиво вгляделся в приближающихся со стороны пустыни странников.
   Вернее, странницу.
   К Сокарису приближалась девушка, одетая по дурацкой моде Верхнего мира, в короткие штаны (нет, он никогда к этому не привыкнет – женщина в штанах!) и цветастую рубаху; босиком, но при этом с длинным мечом на плече.
   А рядом с ней бежал, весело подпрыгивая, большой черный пес, похожий на волка.
   С одной стороны, старому вояке приходилось тут видеть и не таких путешественников.
   С другой – что бы этим двоим делать в пустыне? Вроде у горожан не самое любимое место для прогулок. Конечно, войны давно не было, разбойников тут, в песках, отродясь не водилось (все разбойники, кажется, давно уже сбежали в города)…
   Но для порядка надо бы девицу проверить.
   Ведь наверняка пустоголовая, не взяла с собой ни медальона с гербом своего Дома, ни каких‑либо других документов. Пусть бы посидела «до выяснения» в камере.
   Однако до конца караула оставалось всего полтора часа, а задерживать девчонку – хлопот не оберешься. Вызывать патруль, писать рапорт, потом выслушивать упреки от начальства в глупом усердии, а от освобожденной девчонки – угрозы дойти до самого Апопа… Негодные людишки из его десятка будут наверняка втихомолку посмеиваться над опростоволосившимся начальником. Старший инспектор участка, чего доброго, потребует внеочередную взятку (будто и без того ему четверть добытого не таскают!)…
   – Оно нам надо? – усмехаясь в седые щетинистые усы, спросил караульный самого себя. – Оно нам не надо.
   И уже через час, когда появился сменщик (Рамсес, хоть и хомо и бывший фараон, а мужик правильный и службу понимающий), Хентиреку и думать забыл про девицу с псом.

   Глава двенадцатая
   ЛАДЬЯ МИЛЛИОНОВ ЛЕТ

   Нельзя сказать, что пробуждение Даниила на новом месте было таким уж приятным.
   Наверное, не следовало мешать вчера вино (хоть оно там финикийское или не финикийское) с пивом. Тем более что неизвестно еще, из чего его тут варят, в этом мире демонов‑алкашей и клыкастых девиц.
   Встряхнув головой и потерев виски, археолог решил, что нужно будет спуститься в харчевню и попросить чем‑нибудь подбодриться.
   Он потянулся за одеждой и… не обнаружил ее.
   Первой мыслью было что‑то совсем не подходящее ни к месту, ни к ситуации.
   А именно: «Проклятые воры!!!»
   Но тут он увидел нечто странное.
   На табурете рядом с койкой лежал необычный костюм – уже хорошо знакомый парню по его египетской эпопее традиционный гофрированный передник, блестящий золотой шлем с загнутыми бараньими рогами и расписной нагрудник.
   Ничего не понимая, Даня, как был голый (черт с ними, со всеми местными приличиями, да и есть ли они тут вообще), вылетел в коридор, громко требуя начальство.
   – В чем дело, молодой человек? – строго осведомился египтянин‑портье, явившийся на шум.
   – Вот, это что такое? – только и смог выдавить из себя разъяренный постоялец, подавляя рефлекс – прикрыть чем‑нибудь низ живота.
   – Странно, что вас не предупредили, – пожал плечами портье. – Это облачение для путешествия в столицу, которое обязаны носить все впервые прибывшие в Амдуат.
   – А… зачем? – только и нашелся Даниил.
   – Таков порядок. Всякий новоприбывший до принятия подданства обязан носить именно эту одежду, – попугайски повторил египтянин. – Если хотите, такова традиция, молодой человек. Сколько себя помню, так было всегда. Я сам носил такую.
   – А вещи мои где?
   – Вот они, – портье указал на не замеченный Даней тючок белой материи, завязанный цветной тесьмой и опечатанный большой печатью.
   Парень присмотрелся. На оттиске были изображены лежащий Анубис и девять связанных рабов – печать древнеегипетского некрополя.
   – Но вскроете вы эту печать лишь после посвящения, иначе…
   Служитель многозначительно пошевелил пальцами.
   – Так что одевайтесь, друг мой, и поспешите. Ладья, которая доставит вас в столицу, отправится в полдень, а вам еще придется добираться до порта. Имейте в виду, у нас тут ни ав‑то‑буса, ни других ваших новых штучек нет, а на извозчиков тратиться не советую – обдерут. Как пальму обдерут!
   Ничего не оставалось, как взять тючок с одеждой, переложить бусины‑мани в мешочек на поясе передника (парню показалось, что одной или двух все же не хватает – черт, надо было пересчитать вчера) и покинуть гостиницу.
   В порядке мелкой мести Даниил нарочито не попрощался с портье.
   И направился на пристань.
   …При дневном свете Уэрнес не казался таким уж потусторонним и странным, хотя много симпатичнее на вид не стал. Улицы были такие же неровные и замусоренные, оборванцев в толпе было не меньше, чем вчера, а ароматы зачастую не радовали обоняние.
   Тем не менее гость уже отчасти освоился и смотрел на окружающее не с опаской, а скорее с любопытством.
   Дворцы соседствовали с бараками и ветхими коробками стандартных домов вполне современной архитектуры. Традиционного вида харчевни – с блестящими стеклом и никелем кафетериями и сосисочными.
   На глаза попадались рестораны разнообразной, земной кухни: от итальянской до эскимосской. Несколько раз встречались даже заведения, где, как сообщала реклама, подавались блюда, любимые атлантами и жителями других мифических (?) стран.
   Время от времени Даня выбирал в толпе людей, чей вид, по его мнению, заслуживал доверия, и спрашивал дорогу в порт.
   Ему обычно охотно отвечали (видно, рекомендацией служил его костюм новичка). Правда, разок‑другой он нарвался на невежливое «Понаехали тут!», «Спроси у Апопа!» или вообще «Пшел к Осирису, сопляк!».
   Иногда его окликали местные «извозчики», но, помня о предупреждении египтянина беречь наличность, Даня решительно отказывался от их услуг.
   Представители этого цеха, надо сказать, были вполне под стать городу.
   Первый раз к нему обратился рикша, во второй – здоровенный демонюка с притороченным на закорки креслом, потом – хозяин птички, бывшей, судя по всему, младшей сестрой тех, на которых ездили местные полисмены, и, наконец, кентавр.
   «Ну, дела! А этот‑то как сюда попал?!»
   Венцом всего был трехглазый, поросший сиреневой шерстью водитель древнего бензинового рыдвана, непонятно как не рассыпавшегося от старости.
   На дорогу археолог убил часа полтора, но в итоге таки вышел на набережную местной реки, которую, как помнил из древних источников, кажется, называют Урн.
   В первый момент было ощущение, что он вышел на берег моря. Ибо противоположного берега Урна видно не было. Казалось, золотистое дневное небо Амдуата сливается вдалеке с такими же золотистыми водами, медленно катящимися мимо ошалевшего пришельца.
   Но больше, чем река, удивила его «Ладья Миллионов Лет».
   Честно говоря, ожидал, что означенная Ладья будет каким‑нибудь дощатым сооружением – вроде тех, что он видел в прошлом.
   Ну, пусть и большего размера.
   Однако увиденное заставило его онеметь.
   У пристани стоял исполинских размеров туристский лайнер. Если не такой большой, как те, что плавали по морям в его время, но уж никак не меньше старинного «Титаника» или «Куин Мэри».
   И внешний облик его почти ничем не отличался от них. Разве что отсутствием труб и дыма. Кроме того, корабль был выкрашен не в традиционный белый, а в золотистый цвет. А название выведено громадными – во весь борт – иероглифами синего цвета.
   «Месектет», – прочитал завороженный парень.
   Ну да, все верно. Ночная Ладья бога Ра, в которой он якобы путешествует по подземному царству на протяжении Двенадцати Часов – своеобразных губерний, на которые делилась эта странная земля (так, по крайней мере, значилось в Данькиных учебниках египтологии).
   Несколько минут Даниил молча созерцал этого плавучего исполина, по сходням которого поднималось множество людей.
   Тут же суетились полуголые грузчики – закатывали в открытые прямо в бортах аппарели доверху нагруженные тележки, бочки, волокли мешки, в то время как из других ворот их коллеги вытаскивали точно такие же бочки и ящики.
   «Это что ж, – даже позволил себе слегка возмутиться Горовой, – ныне священную Ладью низвели до уровня круизного теплохода и грузовой баржи?»
   Билеты продавались тут же, в длинной палатке с окошечками. Над нею красовалась надпись: «Пертийу – место Третьего Часа».
   «Прогресс налицо. Уже Третий. Осталось каких‑то девять».
   До чего осталось, задумываться особенно не хотелось.
   Отстояв очередь человек в пятнадцать, Даня протянул сидевшей в палатке девушке (одетой немногим скромнее танцовщицы стриптиз‑клуба) пригоршню бусинок – все, что у него было.
   – Билет до Сокариса, – коротко бросил он. Она мягко отвела его ладонь.
   – Для вас, Ра‑Атум, проезд бесплатный. Пожалуйста, вот, – она протянула ему толстую пластиковую табличку с выдавленными иероглифами. – Третий класс, каюта номер 1121. Приятного путешествия.
   …У главного трапа стоял еще один персонаж местной мифологической нечисти – человек‑скорпион, ростом раза в два выше Даниила.
   Одет он был странно. Низ – длинная разрезная юбка, из‑под которой выглядывали вполне скорпионий хвост жуткого размера со зловещим жалом на конце (не будь Даня уже подготовлен, определенно завопил бы от страха) и покрытые щетинистыми волосками босые ноги с когтями на пальцах. Верх – белоснежный морской мундир с кучей золотых нашивок и эполетами, а на здоровенной башке – такая же белая с золотым фуражка.
   Он встречал пассажиров, порою приветствуя некоторых кивком головы.
   Не без опаски проскочив мимо членистоногого капитана, Даниил довольно долго бродил по удивительному кораблю в поисках каюты.
   Обострившийся голод заставил его задержаться в одном из буфетов, где он позавтракал супом из репы и вареной телятиной – ничего другого в этот час там не было (хорошо хоть, не мутантными ящерицами угостили!).
   Подкрепившись, он вновь продолжил поиски каюты, про себя удивляясь судну, на котором ему пришлось плыть.
   Интересно, откуда аборигены его взяли? Неужели перетащили с Земли? Ну, пусть не целиком, а в разобранном виде? Или где‑то здесь научились строить?
   И что у него за двигатель – и скорость хорошая, и почти бесшумный? Неужели атомный реактор? Или, может, магический?
   Ладно, это не столь важно.
   Наконец, спросив дорогу у какого‑то матроса, усердно драившего медный поручень, Даниил нашел свое временное обиталище, указанное на табличке билета и имевшее номер 1121.
   Доставшаяся ему каюта по скупости убранства вполне соответствовала третьему классу. Правда, надо отдать должное, была чистой и почти уютной – с диванами, застеленными циновками, и стенами, обитыми пластиком под дерево.
   Его соседями по каюте были четверо. Трое мужчин и женщина. Вернее сказать, представительница женской части местных нелюдей, хотя и очень похожих на homo sapiens, с младенцем. Наличие «демоненка» весьма поразило Даню.
   Хотя, если вдуматься, чему удивляться – ведь берутся же они откуда‑то?
   Не местный же Владыка Апоп выбрасывает их из‑под хвоста в готовом, так сказать, виде? (Впрочем, если бы дело обстояло и так, Горовой тоже не удивился бы.)
   Представительница «слабого пола» производила впечатление скорее замотанной жизнью домохозяйки не первой молодости, а не жуткой вампирши, мечтающей попить человеческой кровушки.
   Один из пассажиров оказался индусом, тут же усевшимся, скрестив ноги, и начавшим что‑то бормотать под нос. Другой – толстяк лет сорока, непонятной национальности и занятий, тут же завалился спать. Лицо третьего – бедно, хотя и опрятно одетого старичка, в рубахе из вытертого льна и много раз чиненных сандалиях, показалось Даньке смутно знакомым.
   Однако куда больше, чем спутники, заинтересовала гостя груда ярких глянцевых буклетов, наваленных на столике каюты.
   Как Даня и предположил, это были своего рода путеводители по Амдуату.
   Ему повезло. Среди них отыскались и те, где текст был на русском языке (он бы, разумеется, понял и по‑египетски, но все ж родной язык предпочтительней).
   Следующие несколько часов парень провел, с головой погрузившись в буклеты. Правда, он не был уверен, можно ли им верить.
   Как выяснилось, Амдуат был не другой планетой, не каким‑то подземным царством и уж тем более не громадной пещерой, а чем‑то более удивительным.
   Был он огромным, действительно огромным, куда больше Земли пузырем, надутым в непонятном Ничто (можно сказать, Хаосе). Или, скорее, некоей вытянутой в этом Ничто спиралью, чьи концы сливаются друг с другом, при этом не соединяясь в обычном смысле слова.
   На внутренней поверхности этого пузыря и существовали все его обитатели – от самого Апопа Предвечного, местного Владыки, до последнего раба, продавшегося потустороннему миру за ящик водки (были и такие).
   Как такой пузырь мог образоваться, путеводитель не объяснял, да археолог и не понял бы, поэтому оставалось просто принять сей факт к сведению.
   Амдуат – целый мир, с пустынями, огромными озерами‑морями, с островами, где могли поместиться целые страны, реками и горными хребтами.
   Мир, который гораздо больше Земли. Только одна небольшая область царства, Уэрнес, где он сейчас пребывал, заметно превосходила Египет его мира.
   Тут жили самые разные человеческие племена и народы, потомки тех, кто попал сюда различными путями. Но кроме них и уже знакомых Дане демонов Амдуат был населен всевозможными удивительными существами.
   Иные из них были подобны зверям и птицам, иные – рептилиям и даже насекомым. И это не говоря о сонме неразумных тварей вроде исполинских жуков с собаку величиной. (Вообще‑то земная наука утверждала, что насекомых размером больше мыши или крысы существовать не может, но, видать, местные жуки этого не знали и прекрасно себя чувствовали.)
   Их фотографии вызывали у Даниила смешанное чувство любопытства и опасения.
   Река Урн, по которой он плыл сейчас, оставляла далеко позади все земные реки – и Амазонка, и Волга были бы достойны звания лишь ее второразрядных притоков.
   Извилистым зигзагом протекала она по всему Амдуату, через все более‑менее обитаемые его земли, свиваясь в не поддающееся воображению кольцо и соединяя все местные царства – от Уэрнеса и крайних пустынь до области вечной ночи – Хетемит, где терпят муки враги Амдуата, включая и некоторых богов.
   И правил в этом мире не кто иной, как Великий Змей – Апоп. В классической мифологии – владыка разрушения и зла, повелитель всех темных сил.
   В буклете же он, напротив, характеризовался с самых, что называется, лучших сторон и самыми превосходными эпитетами.
   Говорилось, что он устрашает даже богов, и те уже давным‑давно не смеют посещать Амдуат без особого на то соизволения.
   С восторгом сообщалось, что его длина 450 локтей (в построчном примечании соответственно в футах, метрах, аршинах и так далее).
   Тут же приводилась история, как местный властелин вздумал в своем натуральном виде прогуляться по столице, Сокарису Вечному, и как при этом разрушил двести двенадцать домов, из них – два стоэтажных небоскреба.
   Автор буклета выражал неподдельное восхищение мощью и силой владыки, при котором процветали равно и люди, и демоны, и все мыслящие и бессловесные твари, и смертные, и бессмертные. Триста лет назад за особые заслуги перед царством местные аристократы упросили государя принять звание «Отца Отечества». Поэтому Апоп зачастую именовался в буклете этим титулом или попросту «Батькой».
   Упоминалось в этом справочнике для неофитов и еще кое‑что, весьма заинтересовавшее Даню. А именно – проходы, соединяющие Амдуат с Верхним миром (как он догадался – так тут называлась Земля) и, как было обтекаемо сказано, «со множеством других мест». Интересно, каких же?
   К сожалению, подробно на этой теме автор не останавливался, но археолог твердо решил разузнать как можно больше и быстрее об этих порталах. Ведь, как бы то ни было, жить тут вечно он не намерен. С Упуатом или без него, но он вернется к себе домой.
   – Любопытствуете, молодой человек?
   Подсевший к нему старичок, показавшийся гостю знакомым, доброжелательно смотрел на него.
   – Да вот, – решил Даня поддержать беседу со старожилом (надо же хоть немного прояснить ситуацию), – в конце концов мне тут жить… Да, простите, не представился. Даниил Сергеевич Горовой. Можно просто Даниил. Археолог.
   – Приятно встретить соотечественника и коллегу, – оживился дедок. – Матвей Семенович Каплун, к вашим услугам.
   Тут Даня только что не открыл рот от изумления, вспомнив, где он мог видеть собеседника.
   Перед ним сидел не кто иной, как академик Каплун, умерший сорок лет назад!! Тот, по чьим учебникам учился и он, и его профессор! Корифей новейшей египтологии, чья слава соперничала со славой Шампольона, расшифровавшего иероглифы, и Картера, отыскавшего гробницу Тутанхамона! Открыватель древних гробниц и засыпанных песками храмов. Человек, нашедший десять тысяч свитков из хранилища главного Храма Тота (считавшихся пропавшими еще при царице Клеопатре).
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация