А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Дневник киллера" (страница 1)

   Дэнни Кинг
   Дневник киллера

   1. Обмен любезностями

   До чего же паршиво, когда ты один.
   Тот, кто вам скажет, что это не так, – врет. Седые старики в свитерах, примостившись у стойки бара и обмениваясь рассказами о былых кутежах, вспоминают холостяцкие годы со слезами умиления – так уж им положено. На самом деле каждый из них мечтает отправиться на тот свет раньше своей старухи, чтобы не пришлось самому готовить, убираться и все такое прочее.
   Бывает, конечно, что и молодые ребята начинают доказывать, что "бабы того не стоят", мол, без них лучше. Но это опять-таки вранье – а что еще скажешь, если тебе в очередной раз пришлось ползать и унижаться перед какой-нибудь юбкой, чтобы она не хлопнула дверью и не пошла искать себе другого?
   Мужчина создан, чтобы быть с женщиной, так же как женщина создана, чтобы быть с мужчиной. Это часть великого плана матери-природы, и чертовски скверно, когда остаешься на обочине – если не держать себя в руках, можно совсем расклеиться. Женщины таких нюхом чуют, а отчаяние – не самый лучший одеколон. Лежишь вот так ночью один и думаешь: где она, девушка твоей мечты? Может, тоже думает о тебе и ждет, когда ты ее найдешь? Интересно, что она делает сейчас: лежит в постели или, может быть, скандалит с мужем и мечтает, что подвернется наконец кто-нибудь получше? А вдруг как раз в эту минуту она страстно обнимает кого-нибудь, сгорая от желания? Развлекается со своим любовничком, отбросив всякий стыд, в то время как я лежу здесь совсем один – я, единственный, кто мог бы любить ее по-настоящему!.. Почему? Почему она с ним, с этим козлом, когда я здесь?!
   Ну, хватит ревновать, а то совсем заведусь. Понятно, что она – лишь плод моего воображения, и все-таки я ее люблю. Звучит глупо, однако мы прожили с ней вместе всю жизнь, и не один раз. По крайней мере дюжину раз. Я встречал ее, женился, растил детей, старился и умирал, все в течение одной бессонной ночи. Невеселое это дело – влюбиться в иллюзию. Чего я только с ней не выделывал в своем воображении, стараясь доказать свою любовь! Награждал ее лейкемией, опухолью мозга и разными прочими штуками, чтобы потом появиться перед ней наголо выбритым – в знак солидарности, потому что она потеряла волосы из-за химиотерапии. И заслужить этим ее любовь! Да что там болезни, она у меня переживала войну, ее били, резали, калечили, обжигали и даже насиловали в особо извращенной форме – и все во имя любви, чтобы я потом мог остаться с ней, заботиться о ней и отомстить за нее. Помню, как однажды ей отрезало обе ноги трамваем.
   Это одна из моих любимых фантазий.
   Причем я никогда не видел ее лица – и это несмотря на все, через что мы с ней прошли вместе. У нее просто нет лица. Нет, неправильно, лицо, конечно же, есть, просто я его никогда не видел, и пока не увижу, эти фантазии так и останутся фантазиями. Вот тут и приходит настоящее отчаяние – ты начинаешь искать ее, единственную, повсюду. Кассирша в супермаркете, девушка, сидящая напротив в метро, те, кого встречаешь на улице... Кто она?
   Может быть, Дженет?.. Она на мгновение перестала жевать и благодарно улыбнулась мне с другой стороны стола. Как там у нее с лейкемией? Увы, Дженет лишь протянула руку и зацепила вилкой что-то с моей тарелки, даже не спросив, есть ли шансы, что химиотерапия поможет.
   – Как мило, что ты меня пригласил, – хихикнула она.
   – Я тоже очень рад.
   – Для меня это редкое удовольствие, – продолжала Дженет, окидывая взглядом свое стокилограммовое тело.
   – Что ты имеешь в виду?
   – Бифштекс. Обычно я ни к чему такому не притрагиваюсь – только салаты.
   – Да, конечно, – пробормотал я, взглянув на ее тарелку: весь гарнир был сдвинут в сторону.
   Сказать, что Дженет непривлекательна, было бы в высшей степени несправедливо. Крупная женщина, безусловно, и в то же время красивая. Для некоторых полнота автоматически означает уродство, но я никогда с этим не соглашусь. Сияющие глаза, безупречный цвет лица и детская наивность – вот что такое Дженет. Ей бы сбросить килограммов сорок, была бы настоящей красоткой. Впрочем, тут я, пожалуй, немножко загнул. Так или иначе, женщина вполне симпатичная. Просто я не был уверен, что она в моем вкусе. Впрочем, после долгой голодовки о вкусе не особо заботишься.
   – Просто чудо, – облизнулась она, подбирая хлебом остатки соуса. – Посмотрим, что у них есть из сладкого?
   – Давай. – Я положил нож и вилку и уже было поднял руку, подзывая официанта, как Дженет остановила меня.
   – М-м... Иан, – промямлила она смущенно, – а... а ты не будешь доедать?
   Я посмотрел на почти полную тарелку, потом на горящие глаза своей спутницы.
   – Нет, не буду. Угощайся, если хочешь.
   – Какой смысл оставлять, – проговорила она, жадно накидываясь на мою отбивную.
   – Ну зачем же морить себя голодом... – Я наблюдал за ней, вытаращив глаза. Да, наесться досыта рядом с этой особой будет непросто. Не то чтобы оно меня так уж доставало: женщине всегда приходится потакать, если потом хочешь получить свое. Однако настроение у меня начало портиться – чем дальше, тем больше.
   Очистив мою тарелку и доев мой кусок хлеба, Дженет довольно улыбнулась и кивнула, давая понять, что готова. Официант подкатил к нам столик со сладостями, и она снова принялась изображать супермодель на диете.
   – О! О, я себя чувствую настоящей преступницей! О нет, этого никак нельзя... но оно такое вкусное, такая красота... Как ты думаешь, можно мне кусочек? Иан, пожалуйста, только не говори никому!
   О сегодняшнем вечере? Еще бы, черт побери! Никому. Даже под пыткой.
   – Ну что ж, так и быть, я возьму – вон тот кусочек торта и... что это – ванильное мороженое? Совсем немножко, одну ложечку. Нет, пожалуй, еще чуть-чуть, на тарелке оно выглядит таким маленьким, правда?
   Когда официант наконец подкатил столик ко мне, я попросил только кофе.
   – А ты что, не будешь? – сочувственно спросила Дженет.
   – Нет-нет, спасибо, можешь забрать и мой десерт, если хочешь, я не очень люблю сладкое.
   – Правда? А как же шоколадки – "Марс" и все прочее?
   Прокол. Я забыл, что познакомился с Дженет, когда покупал шоколадные батончики. Черт, склероз. Дело в том, что Дженет работала в газетном киоске недалеко от моего дома; пару месяцев назад я ее там и приглядел. Она казалась дружелюбной и симпатичной и вдобавок немного одинокой, как и я сам. И совсем не такой толстой, хотя здесь скорее всего сыграли роль романтические иллюзии. Так или иначе, мы встретились взглядом, Дженет улыбнулась, отсчитывая сдачу, и потом я целый день думал о ней. Мне захотелось узнать ее получше, и я стал заглядывать туда время от времени – то за шоколадкой, то за газетой, то еще за какой-нибудь мелочью, – только чтобы получить вместе со сдачей очередную улыбку и весь остаток дня быть в хорошем настроении. Вскоре мы уже знали друг друга по имени и обменивались шутками. Ничего похожего на роковую страсть – просто приятные и теплые отношения. На прошлой неделе я наконец решился. Проследил, где она живет, и "случайно" натолкнулся на нее в автобусе. Мы очень мило поболтали, я помог Дженет с сумками и пригласил выбраться куда-нибудь посидеть.
   И вот она передо мной – во всей красе. И что только я в ней нашел? Когда ждешь чего-то, оно всегда кажется лучше, чем на самом деле, так ведь?
   – Ну да, конечно... "Марс", "Киткат" – другое дело. Я имею в виду всякие пудинги и десерты, они слишком сытные.
   Дженет наморщила лоб, пытаясь разрешить эту загадку, потом засмеялась и сменила тему:
   – Слушай, Иан, а чем ты занимаешься?
   – Компьютерами.
   – О! – с уважением протянула она. – Должно быть, интересно! – Интереса в ее голосе не ощущалось. – И что ты с ними делаешь?
   – Разрабатываю интернет-сайты.
   – О! – Все, что она смогла из себя выдавить. Мы немного помолчали – я ждал новых вопросов, но их не последовало, лишь еще одно задумчивое "О!".
   – А ты давно продаешь газеты?
   – С детства, с пятнадцати лет. Сначала подрабатывала после уроков, а когда окончила школу, мистер Уилсон взял меня на полную ставку.
   – Ну и как, нравится?
   – Еще бы, это же лучшая работа на свете! Мечта любой девчонки – работать там, где продаются сладости.
   – Вот как? – А я и не знал. – Мне казалось, все девчонки мечтают стать актрисами или супермоделями.
   Дженет нахмурилась.
   – Неправда, – пробормотала она, уставившись в тарелку с пирожными. – На самом деле они мечтают продавать конфеты. Если, конечно, сами себе не врут.
   Ну конечно. Кейт Мосс, которая получает миллионы фунтов в год и летает по всему миру от одного шикарного плейбоя к другому, втайне мечтает получить работу, где можно прикарманить пару батончиков "Баунти", когда в камере наблюдения меняют пленку.
   Дженет не отрывала глаз от тарелки. Она мрачно подцепила ложечкой уголок мороженого и поднесла ко рту так медленно, как будто это была пудовая гиря.
   Ее чувства были явно задеты.
   Мне вдруг стало стыдно. В самом деле, почему бы каждой девчонке не мечтать продавать конфеты и почему Дженет не имеет права верить в эту чушь, если ей так нравится? С какой стати разрушать ее иллюзии? В конце концов, все мы живем среди иллюзий, разве не так? Уж я-то точно. В мире, где блеск и красота ценятся выше всего, каждому требуется какое-нибудь утешение. Как простому человеку сохранить хоть каплю уважения к себе, когда даже звезды из мыльных сериалов, самые страшные из всех, кого видишь по ящику, годятся рекламировать одежду и записывать клипы? Вот ты и говоришь себе, что Брэд Питт, Джордж Клуни или кто там еще – они, конечно, мечта любой женщины, но смогли бы они, скажем... и тут вставляешь что-нибудь такое, что сам хорошо умеешь, типа водить автобус или прописывать очки – и уже готов примириться с тем, что ты не Брэд Питт или Джордж Клуни.
   Вот этим самым и занималась Дженет, когда уверяла себя, что ее занятие – мечта любой девчонки. Самоутверждалась, в общем. А я взял и все испортил. Что поделаешь, надо как-то выкручиваться.
   – Да уж, вряд ли какая-нибудь из этих супермоделей могла бы работать столько, сколько ты, и при этом оставаться такой же хорошенькой и веселой, – нашелся я.
   Комплимент был примитивен до глупости, однако подействовал. Дженет тут же воспрянула духом и даже выдала пару глубоких замечаний вроде того, что кто-то там даже не знал бы, как раскладывать утренние газеты.
   Несколько минут мы обсуждали достоинства и недостатки использования супермоделей в мелкой торговле, затем Дженет торжественно выложила свой главный козырь:
   – Ты только посмотри на них; они же тощие как палки! Какой парень захочет такую девушку? О какой сексуальной привлекательности можно говорить, когда там и подержаться не за что? С женщиной должно быть тепло и уютно в постели.
   Мне не хотелось тут же разрушать еще одну ее иллюзию, и я что-то одобрительно промычал, не найдя более выразительного способа объявить о своей непреходящей любви ко всему пышному и объемному.
   – Ну а ты, Дженет, каких мужчин предпочитаешь?
   – О! О! – Мне показалось, что речь пойдет об еще одном куске торта. – Мне бы хотелось оказаться в руках этакого здоровенного волосатого дикаря. – Она хихикнула.
   Не очень-то тактично с ее стороны, поскольку я уж точно не подходил под такое определение, тем более если учесть, как старательно я только что одобрял толстух.
   – Например, Пирс Броснан. Он как раз такой, ведь правда? Высокий, черноволосый, красивый... и опасный! Смотришь – просто дрожь в коленках.
   Ну да, ясное дело, ей Джеймса Бонда, а мне – жирную квашню. Я чуть было не сказал, что такой, как она, опасно иметь слабые колени, но в последний момент сдержался. Однако ее слова меня все-таки завели, хотя и не знаю почему: я уже пришел к выводу, что Дженет не имеет ничего общего с той, единственной, и вовсе не собирался завоевывать ее расположение. Девица просто плохо воспитана. Я пригласил ее обедать, позволил выбирать все, что угодно, всячески ей поддакивал – могла бы хоть сделать вид, что считает меня мужественным и привлекательным.
   Не стоило, конечно, так расстраиваться из-за пустяков, но у меня всю жизнь так. "Это всего лишь Иан Бриджес, подумаешь..." Суки.
   Она продолжала пускать слюни насчет мышц и волосатой груди, а я мрачно перебирал в уме недостатки своей фигуры. Официант начал собирать тарелки.
   – О! Мою пока не убирайте, я, пожалуй, возьму еще маленький кусочек пирога, – встрепенулась Дженет, схватив нож и вилку.
   – Да-да, конечно, ведь платишь не ты, подумаешь... – вырвалось у меня.
   Боже мой! Закрыв лицо руками, я принялся изливаться в извинениях и лишь через пару минут решился взглянуть на нее.
   Интересно, почему Дженет не чувствовала себя так же, когда задела мои чувства?
   Не надо, не надо, не стоит думать об этом, а то еще больше заведусь. Все, забыли, проехали.
   – Извини, пожалуйста, – повторил я, – заказывай, бери что хочешь.
   И знаете что? Вы не поверите – она взяла. Есть же такие люди – ничто не может оторвать их от жратвы!
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация