А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Охотник за головами" (страница 18)

   Напарник взглянул на них и отказался спорить.
   На обратном пути Скарлетт спросил:
   – Как насчет пара?
   – Ты о чем?
   – Пока мы доберемся до дома, превратимся в ледышки. Тут недалеко есть старая японская баня с отдельными кабинками. Если ты не помешана на скромности, можем доехать туда согреться и высушить вещи. А если помешана, высади меня и езжай домой.
   Кэтрин Спэн, стуча зубами, согласилась.
   Через пятнадцать минут Рик сидел один в маленькой комнатке с обернутым вокруг талии полотенцем и предвкушал появление Спэн из бани.
   Они сдали вещи улыбчивому молодому японцу, обещавшему вернуть их через час, после чего Спэн скрылась в бане. Скарлетту осталось сидеть и воображать, как она раздевается.
   Его воображение дошло уже до лифчика, когда дверь распахнулась. Рик поспешно опустил глаза. Спэн в полотенце, по-полицейски обернутом вокруг талии, подошла к паровому отделению и остановилась у входа, вдыхая горячий воздух. Ее грудь мерно вздымалась. Наконец она вошла и села на деревянную лавку. Только тогда Скарлетт отважился на секунду поднять глаза.
   – Ну как?
   – Неплохо, – ответила она спокойно.
   Когда он взглянул на нее в следующий раз, она закрыла глаза и расслабилась. Он медленно оглядел ее с головы до ног, потом взгляд его остановился на груди.
   «Лучшие буфера, какие я когда-либо видел», – подумал он.
   Спэн не открывала глаз, полностью уйдя в мир чудесной теплоты и неги. Скарлетт перенес внимание на нижнюю часть ее тела, которую туго облегало намокшее полотенце. Он испытал вдруг неодолимое желание броситься на нее и сорвать полотенце, и ему пришлось ущипнуть себя за ногу.
   «Да, сэр. Я очень хочу кусочек этого».
   Но больше всего он хотел скорее выйти из бани.

   Подарок

   16.45
   Скарлетт и Спэн вернулись в штаб без четверти пять. Там было полно народу – Конные готовились к завтрашней операции. Всем раздавали списки подозреваемых с фотографиями. На доске объявлений висел приказ о распределении функций, и Скарлетт начал искать в нем их роли. В это время Спэн позвонила капралу Типплу из отдела экономических преступлений и нашла его на месте.
   – Отлично, – обрадовался Типпл. – Я как раз жду вашего звонка. Вам нужны расшифровки разговоров Харди?
   – Именно.
   – Может, встретимся завтра перед операцией? Я сейчас как раз работаю над делом "Дамбалла".
   – Дамбалла? – Спэн помнила, что это имя как-то связано с вуду.
   – "Дамбалла Энтерпрайзис". Так называется компания Ракстроу. Завтра я вам все расскажу.
   – Где и когда?
   – Сбор назначен на семь. Как насчет встречи в 6.15 в актовом зале?
   – Я буду.
   – Отлично. Захватите очки. Читать придется много.
* * *
   23.56
   – Опять один, Роберт? – спросил Авакумович.
   – А, Джозеф, – Деклерк отвернулся от окна. – Я как раз думаю о завтрашней операции.
   – Я не мешаю?
   – Нет, что ты. Наоборот.
   Близилась полночь, и комнату наполняли причудливые тени от лампы. Стол был завален отчетами, компьютерными распечатками и записками самого Деклерка. На нем оставалось место только для фотографии в серебряной рамке. Русский взял фото и посмотрел на женщину.
   – У нее умные глаза, – сказал он, – и очень красивое лицо.
   – Да, мне с ней повезло.
   Что-то в его голосе привлекло внимание Авакумовича. Он поглядел на суперинтенданта более пристально. Деклерк выглядел плохо: морщины, синие круги под глазами. Угол рта дергался, хотя он пытался это сдержать. Казалось, что он в любой момент готов рухнуть под навалившейся на него тяжестью. Но больше всего русскому не нравилась ирония в голосе друга.
   Он бережно вернул фотографию на место, поставив ее так, чтобы Деклерк мог видеть женщину. "Единственная проверка дружбы, – подумал он, – это окажется ли друг рядом, когда он тебе нужен".
   – Можно сказать прямо?
   – Говори, Джозеф.
   – Ты слишком жесток к себе.
   – Смешно. То же самое утром говорила мне Дженни.
   – Ты слишком много берешь на себя. Я ведь так же сильно хочу поймать этого типа.
   – Наверное.
   – Так раздели этот груз со мной! Охотник задирает тебя, потому что ты главный его противник. Он вел бы себя так же, если бы на твоем месте сидел кто-то другой. Разве ты не видишь, что он только и хочет, чтобы ты вышел из себя и играл в обороне, если тут уместен шахматный язык.
   – Может быть.
   – Роберт, попробуй меня понять. Удары Охотника по тебе ранят и меня. Я ведь тоже полицейский, хоть и не в форме. Для меня много значат и Конные, и ты сам. Помнишь, когда я оказался здесь, совсем один? Тогда ты пришел ко мне на помощь. За мной долг, Роберт, и я хочу его уплатить. Позволь мне работать с тобой и взять на себя часть твоего груза.
   Несколько минут суперинтендант молчал. Потом он встал, положил руку на плечо Авакумовича и подвел его к стене. Теперь бумаги покрывали ее в несколько слоев.
   – Видишь, Джозеф? Что со всем этим делать?
   Авакумович улыбнулся:
   – Есть два предложения. Во-первых, предложить всем продавцам пленки для "Поляроида" записывать фамилии покупателей. Раздать им список подозреваемых и дать телефон штаба.
   – Отличная идея. А второе?
   – У меня для тебя подарок ко дню рождения. Посмотри и скажи, что ты об этом думаешь.
   «Ну и память!» – подумал суперинтендант.
   – Пошли. Он у меня в лаборатории.
   Деклерк отправился с ним в подвал. Комната была погружена в темноту; только на столе горела лампа, освещая большой микроскоп и стеклянную ванночку рядом с ним.
   – Смотри. С днем рождения.
   Деклерк заглянул в микроскоп и увидел тускло-черную щепку.
   – Это я нашел в лобковой кости Лиз Грейнер, – сказал сзади Авакумович. – Это могло быть занесено извне при извлечении костей, и тогда не имело бы никакой ценности. Но там не могло быть такого материала. Мне пришлось повозиться, прежде чем я определил, что это такое.
   – И что же это?
   – Щепка черного дерева.

   Дамбалла

   Четверг, 4 ноября, 7.45
   – По-моему, он выглядит неважно, – сказала Моника Макдональд.
   – Кто, Деклерк?
   – Ага.
   – Представляю, как на него давят, – заметила Кэтрин Спэн.
   Рик Скарлетт спросил:
   – Как вы думаете, почему он велел обращать внимание на все, сделанное из черного дерева? Да еще сообщать об этом лично ему?
   – Не знаю. Может, это как-то связано с его предупреждением против простых решений. Хочет все время держать нас настороже, чтобы чего не пропустили.
   – Похоже на то, – согласился Типпл. – По-моему, он вообще немного повернут на своей работе.
   – Да, – согласился Льюис. – Но как ты думаешь, он правда считает, что мы выполняем "священную обязанность"?
   – Не знаю. Вся эта облава вообще довольно сомнительна. Если мы кого-то и поймаем, тут же на нас накинутся адвокаты и прочая братия. Не забывайте про хартию прав.
   – Я думаю, он больше заботится не об этих правах, – сказал Льюис, – а о каком-то другом праве... моральном, что ли.
   – В любом случае, мне его жалко, – подвела итог Моника.
   – Мне тоже, – согласился Льюис. – Надо поработать как следует.
   Открыв дверь, они вышли в накрапывающий дождь. В холле штаба остались Типпл, Скарлетт и Спэн.
   – Можно еще раз посмотреть? – попросила Кэтрин Спэн.
   Капрал передал ей расшифровки. Пока она читала, Скарлетт спросил:
   – Как, по-твоему, можно найти Харди?
   – Не знаю. Я его не видел. Собственно говоря, я занимаюсь Ракстроу, а не Харди.
   – Странно, что они еще не заметили, что их слушают.
   – Ничего странного. Ты бы видел, какой там бардак.
   Скарлетт замолчал, глядя в окно. Тучи собрались еще гуще, предвещая уже не дождь, а настоящую бурю.
   – А Ракстроу? Его где найти?
   – Скорее всего он в студии. Он держит музыкальную студию как владелец фирмы "Дамбалла Энтерп-райзис".
   – Дамбалла – это бог-змея в культе вуду.
   – Знаю. Еще его можно поискать в "Звонке из Лондона". Это клуб на Пендер-стрит.
   Типпл порылся в кармане и достал помятую рекламку, на которой было написано:
   Приходите к нам в четверг вечером, 4 ноября 1982!
   ЧУДО-КОНЦЕРТ ПРЯМО ИЗ АНГЛИИ!
   Будут важные гости!
   "БОГИ ВОДУ" снова с вами!
   Спасите ваши души!
   "Звонок из Лондона" 742, Уэст-Пендер-стрит.
   – А почему ты думаешь, что он там будет? – спросил Рик Скарлетт.
   – "Боги вуду" – это его группа.
   Спэн наконец дочитала расшифровки и отдала их Типплу.
   – А откуда звонили по межгороду, Билл?
   – Сейчас посмотрим, – Типпл взял один из листов. – Тот, что говорит "Оревуар" – волк. Он звонил из Нью-Орлеана.

   Облава

   8.36
   Сперва они взялись за торговцев порнографией.
   Рик Скарлетт вошел в секс-шоп на Гренвилл-стрит, надев поверх формы дождевик. Фуражку он тоже снял, и с его головы текли струйки воды. Магазин был пуст, и полицейский быстро прошелся по нему, пробежав глазами по рядам книжек в мягкой обложке, надувных женщин и искусственных членов. Потом подошел к продавцу и молча встал перед ним.
   Продавец, лысый толстый мужчина лет сорока, своими сальными глазками и пухлыми влажными губами наводил на мысль, что секс занимает его мысли не только на работе. Оторвавшись от книжки "Виды анального сношения", он поднял глаза на стоящий перед ним дождевик и сразу заподозрил неладное. В этом он не ошибся.
   Рик Скарлетт распахнул плащ, открывая форму полицейского.
   – Ах, черт! – воскликнул продавец, и его пальцы рванулись к кнопке звонка. Но Скарлетт перехватил их и сжал железной хваткой.
   – Ни звука, – предупредил он, – не то пожалеешь.
   Толстяк уронил руку, и тут в магазине появилась Кэтрин Спэн. Она сразу прошла в заднюю часть, где за занавеской открылись шесть кабинок для пип-шоу[37]. В одной из них под дверью виднелись две пары мужских ног. За кабинками в стене была еще одна дверь. Подергав ее, Спэн обнаружила, что она заперта.
   Разбежавшись, она изо всех сил ударила в дверь ногой, и та влетела внутрь, рассыпая щепки. Внутри на лавочке сидели двое мужчин. Один из них уже основательно накурился, и голова его тонула в облаке зеленоватого дыма. В руках он нежно перебирал детские трусики. Второй, Курт Шмидт, владелец кинотеатра "Серебряный экран", как раз настраивал видеокамеру. Живот его все еще был забинтован в том месте, где феминистки полоснули его бритвой.
   Лучи света слева и справа от них освещали небольшую эстраду, на которой стояли двое детей. Девочка лет девяти или десяти была одета в черный кожаный корсет и белые чулки; лицо густо намазано, как у шлюхи. Рядом с ней – мальчик того же возраста, голый, в соломенной шляпе и с игрушечным ружьем в руках. Его гениталии были раскрашены ярко-красным.
   – О Господи, нет! – воскликнул Шмидт, увидев вбежавшую Спэн. Он успел открыть камеру и засветить пленку, потом повернулся к выходу. Спэн схватила его за руку, но он вырвался и размахнулся для удара. В этот момент в помещение влетел Рик Скарлетт.
   Курильщик только сейчас начал понимать, что происходит. С идиотской улыбкой он поднялся с места, но Скарлетт уже выхватил пистолет:
   – Стоять! Полиция! – крикнул он, нацеливая дуло в живот Курта Шмидта.
* * *
   10.50
   Макдональд и Льюис не ожидали, что дверь им откроет этот человек. Декстер Флеш не был похож на свое фото в полицейском архиве, но с тех пор прошло уже восемь лет.
   Они удивились, еще когда узнали, что Д. Флеш по-прежнему живет по указанному в 1974-м адресу. Тогда его признали виновным в одиннадцати сексуальных нападениях на женщин и приговорили к году тюрьмы и двум годам обязательного наблюдения у психиатра. Уже тогда у врачей возникли сомнения в его психическом здоровье.
   10 мая 1974 г. Декстер Флеш в белом халате и со стетоскопом на шее вошел в гимнастический зал местной школы, где занимались 12 девочек. Показав карточку медицинского колледжа, он отозвал в сторону учительницу и доверительным шепотом сообщил, что школьный совет поручил ему проверить учениц старших классов на лобковых вшей. Есть подозрения, что эти паразиты имеются именно у девушек этого класса. Не знает ли она (учительница), кто это может быть?
   Да, подтвердила учительница, у одной или двух девушек на ногах появилась сыпь.
   "Тогда посмотрим", – сказал Флеш.
   Устроив по соседству временный кабинет, доктор Флеш велел заводить к нему школьниц по очереди. К несчастью для него, вскоре в гимнастический зал явилась директриса – узнать подробности несчастного случая, происшедшего там накануне. Она очень удивилась, застав Декстера Флеша спускающим трусы с очередной жертвы.
   В каком-то смысле ему повезло. Еще минута, и его обвинили бы в двенадцати сексуальных нападениях.
   С тех пор прошло восемь лет. Дверь полицейским открыл совсем другой человек. Моника поглядела на Льюиса, а тот на нее, и оба подумали: "Как все меняется!"
   – Что вам угодно? – спросил Флеш голосом, нежным, как птичье молоко.
   – Мы хотим поговорить с Декстером Флешем, – сказала Моника, нахмурившись.
   Человек перед ними облизал губы, как котенок. Его огненно-рыжие волосы спадали на плечи пышным каскадом. Лицо его покрывала косметика, при взгляде на которую Моника определила, что ее накладывали не меньше двух часов.
   Еще больше поражала его фигура. Ее изящные линии подчеркивались одеждой – черный французский лифчик, плотно облегающий грудь, и черная блузка с открытым воротом. Внизу были белая свободная юбка и сапоги из "змеиной кожи". Картину дополняли ухоженные алые ногти, серьги в ушах и золотой браслет-змейка на левом запястье. Если честно, то Рыжий Льюис подумал, что, может быть, он никогда не видел женщины привлекательней, чем этот мужчина. Правда, как-то приближалась к нему адвокатша по имени Лорелея Эш, которая сделала из него полного дурака на одном процессе. Но у нее не было таких глаз.
   «Господи, хоть бы не было эрекции!» – подумал Льюис, невольно улыбаясь.
   – Боюсь, что Декстера больше нет, – сказал Флеш.
   – А где он? – осведомилась Моника.
   – Его нет, и все.
   – Кто же вы, мисс Флеш? – тихо спросила Моника. – Трансвестит или транссексуал?
   Мужчина, ставший женщиной, пожал плечами:
   – И то, и это. Всего понемногу.
   – Не возражаете, если мы войдем?
   – Боюсь, что возражаю. Уже поздно, и мне надо работать.
   – А кем вы работаете?
   – У меня студия макияжа. Я делаю из домохозяек настоящих женщин. А теперь прошу извинить...
   – Мисс Флеш, мы из полиции. Отряд по поимке Охотника за головами, – сказал Льюис.
   – Н-не понимаю. При чем тут я?
   – Вы можете дать отчет о своих занятиях за последние три недели? – спросила Моника.
   – О чем? Вы думаете, что я... Вы с ума сошли, сестра!
   – Я вам не сестра, мисс Флеш. И требую прямого ответа. Где вы были в про...
   Кошачьи глаза расширились, и Флеш резко шагнул назад, попытавшись одновременно захлопнуть дверь. Но Льюис успел просунуть туда ногу.
   – Вы... вы... свиньи! – взвизгнул Флеш.
   – Полегче, – сказала Моника. – Не пере...
   – Отстаньте от меня, чертовы свиньи! – в глазах транссексуала зажегся истерический огонек. – Это же надо, обозвать меня... МЕНЯ... насильником!
   – Никто вас не обвиняет! – Льюису пришлось тоже повысить голос.
   – Убирайтесь отсюда! Оставьте меня в покое!
   – Успокойтесь! – крикнул Льюис, но Флеш резко повернулся, налетев на стеклянный столик в коридоре. Скрежет чего-то металлического по стеклу добавил полицейским неприятных впечатлений. В следующий момент Флеш распустил ремень и резким движением сдернул с себя юбку и трусы.
   Моника Макдональд с трудом могла поверить, что смотрит на мужчину и видит анатомически безупречную женскую вульву, с которой и близко не могло сравниться все, что они видели на стриптиз-шоу.
   – Может, теперь вы что-нибудь поймете! – выкрикнул Флеш, побагровев от гнева. – Я НЕ НАСИЛЬНИК! Я ЛЕСБИЯНКА!
   Взрыв эмоций прошел, и без лишних слов Декстер Флеш опустился на пол возле стеклянного столика и заплакал.
   Моника подошла к нему и, осторожно взяв за руку, помогла подняться. Но чудо косметики на его лице уже потекло и расплылось безобразными пятнами.
* * *
   12.20
   Сигнал поступил вскоре после полудня. Ближе всех к месту оказались Скарлетт и Спэн, пытавшиеся отыскать в разваливающемся доме в Ист-Бродвее шесть раз судимого педераста. Поймав сигнал по патрульному радио, они уже через пятнадцать минут прибыли туда, где их ожидала промокшая Моника Макдональд.
   – Может быть заваруха, – г сказала она. – Мы ждем Рабидовски.
   – А где клуб? – спросила Спэн.
   – За углом через квартал. Рыжий следит на ним.
   – А что случилось? – Это уже спросил Скарлетт. Кэтрин Спэн из достала из кобуры свой 38-й и щелкнула затвором.
   – Мы искали рокера по фамилии О'Брайан. Кличка "Бич". Он из Эдмонтона, там ездил с "Варварами", но здесь перешел к "Железным черепам".
   – Судимости есть? – спросила Спэн.
   – Семь лет назад, пять и два в Калгари, за изнасилование и хулиганство. Опасный тип.
   – Он в клубе?
   – Да, вместе с еще десятью рокерами. Они подъехали сюда полчаса назад на мотоциклах и привезли с собой девушку. Похоже, она вовсе не хотела идти с ними. Возможно, похищение.
   – Черт! А где Рабидовски?
   В этот момент из-за угла вырулила полицейская машина, в которой сидел Бешеный Пес. Он вышел, и следом из фургона выскочили еще трое здоровяков с "ремингтонами".
   – Кто знает, куда идти? – коротко спросил Рабидовски.
   – Я, – ответила Моника.
   – Тогда ты и Скарлетт со мной. Спэн, бери этих ребят и заходи справа. Когда я открою дверь, вбегайте все сразу. Понятно?
   Спэн села за руль машины, трое подручных Рабидовски забрались назад, и они поехали направо. Сквозь пелену дождя впереди встало кирпичное обшарпанное здание, где правили бал "Железные черепа". Спэн едва успела затормозить, как фургон Рабидовски, вывернувшись из-за угла, с грохотом ударил в тяжелую дверь клуба.
   – Давай! – крикнул Бешеный Пес, хватая револьвер.
   Фургон прогрохотал семь футов по коридору и встал возле зала, где проходило торжество. Макдональд и Скарлетт тоже выскочили наружу.
   В зале шла настоящая вакханалия.
   В его центре возвышался восьмифутовый человеческий череп, украшенный железными пластинами. Из его глаз били мощные лучи прожекторов – единственный источник света в зале. В зубах мертвой головы, тоже сделанных из стали, был зажат топливный бак "Харлей-Дэвидсона".
   Лицом к черепу стояла девушка, привязанная к железной решетке. Ее платье было разорвано в клочья. Возле нее, схватив ее одной рукой за волосы, а другой за грудь, стоял человек с лицом, покрытым шрамами. Его длинные волосы свисали сальными прядями; единственной одеждой была джинсовая куртка с оторванными рукавами и надписью на спине: «Бойся варваров!» Кожа его блестела от машинного масла.
   До того, как появилась полиция, рокеры – а их было человек тридцать, – сидели на стульях, попивая пиво и глядя на представление. У всех у них были мощные мускулы, накачанные за годы возни с железом, и раздутые от многих литров пива животы.
   Теперь все они вскочили и схватились за оружие. У большинства были цепи и бейсбольные биты. Первый подбежавший к Рабидовски уже готовился опустить ему на голову стальной прут, когда кулак Бешеного Пса швырнул его назад. Потом Рабидовски поднял свой "Хеклер-энд-Кох" и выстрелил несколько раз в потолок.
   Когда сверху полились капли дождя, Рик Скарлетт уже второй раз за день гаркнул:
   – Стоять! Полиция!
   И снова все замерли на месте.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18] 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация