А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Сценарий схватки" (страница 19)

   21

   Это была третья кошмарная сестра в этом сезоне – Аннет и Белинда появились и ушли как обычно; они покрутились пару дней недалеко от Барбадоса и Мартиники, а потом сдвинулись к северо-востоку, чтобы умереть в каком-нибудь необитаемом углу Атлантики.
   Клара начала точно также. Но в ту ночь она приблизилась к ближайшей остановке в паре сотен миль к северу от Антигуа, довела себя до состояния бешенства и двинулась на запад. К девяти часам утра, когда я впервые услышал о ней от метеостанции в Палисадо, она находилась к северу от Пуэрто-Рико и продолжала приближаться.
   Я выпил еще чашку кофе, размышляя над сложившейся ситуацией, потом подошел к стойке портье и вызвал такси – художник – постановщик накануне конфисковал мой джип – и отправился к церкви, где должна была начаться съемка. Они так и сделали, вернее все собрались там и были погружены в ежедневную болтовню и игру в покер. Там было так тихо, как я и ожидал; единственным звуком было монотонное гудение, наполовину обязанное работе генератора, а наполовину – ругательствам звукооператора, возившегося со своей аппаратурой.
   Церковь Родди представляла весьма впечатляющее зрелище: пятьдесят футов высоты, две башни, построенные из камня, насчитывавшего 400 лет, трещины в котором были заполнены мхом. Нужно было подойти на несколько футов, чтобы увидеть, что камень на самом деле представлял грубо раскрашенные ящики, мох был из пластмассы, а сама церковь была всего лишь фасадом, поддерживаемым лесами.
   Джи Би, Луис, Уитмор и мисс Хименес сидели вокруг моего джипа в тени пальмы и пили кофе из бумажных стаканчиков. Мне показалось, что Уитмору было приятно меня увидеть; мисс Хименес выглядела так, словно могла обойтись и без этого.
   – Так что, самолет готов? – спросил Уитмор.
   – Похоже, что так.
   Джи Би протянула мне стаканчик с кофе.
   – Спасибо. – Я подумал, не рассказать ли им, что агент Эллис крутится поблизости, но потом решил не делать этого. Я подумал, что если он представляет дополнительную опасность, то я всегда смогу об этом сказать – и отменить рейд. Я все еще был свободным человеком, как уже отмечала Джи Би.
   – Мне необходимо взглянуть на бомбы, прежде чем я проведу окончательные работы, – сказал я. – Вы о них что-нибудь слышали?
   – Предполагается, что их вчера отправили морем. Скорее всего мы должны получить их завтра, – проворчал Уитмор.
   – Это будут вполне надежные современные изделия, не проржавевшие, с гарантией, что они взорвутся в нужное время и в нужном месте и не раньше. Я прав?
   Он пожал плечами.
   – Приятель, нужно просто дождаться и тогда увидим.
   Я кивнул и посмотрел на церковь.
   – Долго вы собираетесь здесь снимать?
   – Сегодня и, может быть, парочку сцен завтра.
   – Я постараюсь все закончить сегодня; дело в том, что надвигается ураган.
   В этот момент режиссер сказал:
   – Уолт, мы готовы.
   – Побродите поблизости, – сказал мне Уитмор и забрался в джип. Несколько человек закричали: "Тишина", съемочная команда положила карты, а Уитмор завел джип, подъехал к фасаду церкви, остановился, вышел и закурил сигарету.
   Режиссер закричал:
   – Стоп!
   А потом они повторили это еще три раза.
   Луис протянул мне сценарий, так что я мог посмотреть, что будет дальше. Боливар Смит появляется на площади с грузом оружия (задняя часть джипа была набита пустыми винтовочными ящиками), чтобы встретиться с вождем повстанцев, но не может найти никого, кроме милого старого священника. Однако из разговора с милым старым священником зрители узнают, что а) Амазония является бедной, но милой страной, которой управляет жестокий диктатор, и б) Уитмор жестокосердный поставщик оружия, который готов продать свой груз диктатору, если повстанцы не найдут необходимого количества песо, чтобы с ним расплатиться.
   Все это конечно происходит еще до того, как любовь крестьянской девушки (сцены с которой Уитмор поспешно отснял еще месяц назад, так как не смог с ней справиться) превращает его не только в человека, который бесплатно отдает оружие повстанцам, но и возглавляет их восстание.
   И после этого они счастливо живут в подлинно демократической стране со стабильной экономикой.
   Он вернулся пешком обратно, оставив джип перед церковью, а команда операторов продемонстрировала взрыв энергии и передвинула камеру на несколько метров вперед.
   – Так что вы сказали об этом урагане?
   – Центр урагана придет сюда не раньше, чем через два дня, даже если придет, а возможно, что этого не произойдет. Но он выглядит весьма обширным, так что на его краях также может возникнуть неприятная ситуация. Вы помните ураган Флору, который пронесся пару лет назад? Его основной удар пришелся на Кубу, это примерно две-три сотни миль к северу, но у нас здесь был ветер, скорость которого достигала 60 узлов, и выпало несколько дюймов дождя. В результате смыло половину горных дорог, порвало телефонные линии и нарушилось водоснабжение. – Кивком головы я указал на церковь. – Не думаю, что это сооружение выдержит ветер в 60 узлов.
   – Вы чертовски правы, приятель, – задумчиво сказал он и нахмурился.
   – И мне хотелось бы убрать "митчелл" с острова. Он тоже не выдержит такой ветер.
   – Да... Ну, держите нас в курсе. А теперь... Вам еще что-нибудь нужно для самолета? Как насчет вооружения?
   Я пожал плечами.
   – Если бы удалось найти парочку "браунингов" калибра 0. 50 и несколько сотен патронов к ним, то я бы их забрал.
   – Довольно солидный заказ. – Он нахмурился. – Я могу достать пару пистолетов-пулеметов или автоматов, но...
   – Тогда оставим это. Они будут только мертвым грузом. В любом случае, я ни на что не рассчитывал.
   – Вы собираетесь вылететь безоружным? – спросила Джи Би.
   – На "вампире" стоит четыре двадцатимиллиметровых пушки. Если они поднимут в воздух хотя бы один, пистолет-пулемет против них ничего не сможет. Самолет им не собьешь. – Потом я вспомнил, что именно это собирался сделать Уитмор – в фильме. – Конечно, я прошу прощения у мистера Уитмора.
   Луис ухмыльнулся.
   – В воздухе вам понадобится соответствующий запас патронов. Авиационный пулемет стреляет примерно в два раза быстрее обычного. – Затем, увидев мое недоуменное лицо, пояснил: – Во время войны я был авиационным стрелком.
   Мисс Хименес повернулась, чтобы взглянуть на него, этого он ей явно не говорил. Она все время думала о нем, как об актере и – абракадабра – он неожиданно оказался воином. Жаба превратилась в принца.
   – И где вы этим занимались? – спросил я.
   Он подарил мисс Хименес печальную виноватую улыбку принца, собирающегося вновь обратиться в жабу, и сказал, обращаясь ко мне:
   – В Техасе. Меня сделали инструктором. Видимо решили, что актеры представляют слишком большую ценность, чтобы рисковать ими в боях. Или просто оставляли лучших людей, чтобы защищать Техас. В конце концов, Техас никогда не подвергался вторжению. Могу я быть уверенным, что этого не произошло именно в результате моих действий?
   Я с симпатией усмехнулся. Как и большинство летчиков – истребителей, я был невысокого мнения о полезности бортовых стрелков – и с высочайшим уважением относился к их проблемам. Летчик – истребитель просто должен соответствующим образом направить свой самолет и нажать гашетку – и чертовски мало кто из них мог сделать это надлежащим образом. Стрелок стрелял по сторонам, вверх и вниз с движущейся платформы по движущейся мишени – и обычно успевал расстрелять только четверть запаса патронов.
   Но мисс Хименес упустила один момент: Луис просто должен был быть хорошим стрелком. Его могли держать в стороне от боевых операций, потому что он был из Голливуда, но это не могло стать причиной, по которой его сделали инструктором: там не хотели, чтобы стрелков, которые должны были участвовать в операциях, готовили неумелые люди.
   Я начинал угадывать в Луисе под его элегантными испанскими или беверли-хиллскими манерами крепкого и знающего человека.
   В этот момент режиссер сказал:
   – Уолт, мы готовы.
   Пожилой актер, которого я прежде здесь не встречал, но знал по некоторым фильмам Уитмора, стоял у дверей церкви, одетый в пыльную рясу священника. Уитмор подошел и встал рядом; кто-то сунул ему в руку наполовину выкуренную сигарету; режиссер сдвинул его на пару шагов и торопливо исчез за камерой, после чего началась съемка.
   Священник вежливо спросил:
   – Вы кого-то ищете, сеньор? ...
   – Просто одного парня, падре, – ответил Уитмор.
   – По делу, сеньор?
   – Он заказал кое-какой... товар. Я привез его из-за гор.
   Священник кивнул.
   – Это ваша повозка... Ах, черт возьми, я хотел сказать джип.
   Режиссер закричал:
   – Стоп!
   Священник покачал головой и печально сплюнул.
   – Черт возьми, босс, я понимаю, забыл, что мы снимаем не вестерн.
   Джи Би тихо сказала позади меня:
   – Так ли это?
   Я приехал в Боскобель вскоре после одиннадцати, и именно в это время там началась суета. Механики и летчики загоняли самолеты, занимавшиеся опрыскиванием, в единственный ангар; другие летчики и пара фермеров, владевших легкими самолетами, толпилась в углу хижины, служившей аэровокзалом, изучая сводку погоды, прислушиваясь к сообщениям по радио и требуя, чтобы клерк еще раз позвонил в Палисадо на метеостанцию.
   Я спросил о последних новостях и пятеро присутствующих мне их рассказали. Клара все еще продолжала продвигаться примерно в нашем направлении – скорее к югу, чем к западу, и последний раз ее видели примерно в 250 милях к северо-востоку от Либры.
   – Это весьма солидный ураган, – сказал один из летчиков, занимавшихся опрыскиванием. – Сообщают, что в трехстах милях от центра порывы ветра достигают скорости в пятьдесят узлов.
   – Ну, и как вы считаете, что мы узнаем из сообщений из Либры, Гаити и Кубы? – мрачно спросил человек, стоявший возле радиоприемника.
   Существовала определенная зацепка – даже три зацепки. Сейчас Клара должна была навалиться на республику, а к полуночи возможно достичь Кубы и Гаити. Но все эти три точки были явно плохи с точки зрения получения от них полезных сообщений о погоде. Куба и Либра – из-за того, что они по своей природе были очень скрытными, а Гаити – потому что это было просто Гаити.
   И прежде чем американские самолеты, наблюдающие за погодой, достаточно точно определят центр урагана, им обязательно придется обследовать все его края – и именно края, особенно передний край, меня интересовали. Летчик, занимавшийся опрыскиванием, искренне сказал: – Мне очень жаль, что в ангаре больше нет места, Кейт.
   – Я пришлю тебе почтовую открытку из Каракаса, – сказал я. – Там светит солнце, дует легкий бриз с моря, хотелось бы, чтобы ты оказался там.
   Человек возле приемника рассмеялся.
   – Это он говорит после того, как заполучил девочку из Каракаса, остановившуюся в Шау-парке. Дружище, тебе довелось ее увидеть? – Он оторвал руки от приемника и достаточно широко раскинул их в воздухе, чтобы показать формы мисс Хименес.
   – Я видел ее, – сказал летчик. – Знаешь, Кейт, – должен сказать, что Бог явно за тобой присматривает. Ты приводишь девочку и он посылает ураган, чтобы тебя проверить: если это действительно любовь, ты не позволишь легкому ветерку тебя остановить.
   – Как сказала актриса епископу, – добавил человек у приемника.
   Я шагнул к двери и взглянул на небо. То же самое суеверно делал каждый второй пилот. Но оно было все еще чистым и голубым, если не считать пушистых белых кучевых облаков, поднимавшихся над Голубыми горами; с востока дул нормальный мягкий ветер. Ничего подозрительного не было – пока.
   Но центр урагана не должен быть большим; это был четко очерченный район, в котором вокруг центральной точки, в которой сохранялось спокойствие, дул ветер со скоростью 150 миль в час, и этот центр не превышал в поперечнике сорока миль. Не эта часть приносила основной ущерб: разрушала дома, выбрасывала пароходы на главные улицы городов, опрокидывала тяжелые самолеты. Но это был всего лишь желток разбитого яйца; белок же растекался все дальше и шире. Клара могла изменить облака на расстоянии в 1000 миль от своего центра, заставить ветер дуть вспять на 500 миль впереди себя.
   И в том и заключалась наша главная трудность: если ураган будет продолжать двигаться в том же направлении, в котором он перемещается сейчас, то первым его признаком будет северный ветер. А так как взлетная полоса идет с востока на запад, как идут все взлетные полосы на Ямайке, то северный ветер при взлете окажется поперечным. И слишком сильным поперечным ветром, чтобы можно было рискнуть взлететь. Так я мог оказаться пришпиленным здесь еще тогда, когда центр урагана будет находиться от меня в 500 милях, и даже если он не подойдет сюда в течение ближайших двадцати четырех часов, то нам с "митчеллом" придется здесь торчать до тех пор, пока он не приблизится.
   Летчик, занимавшийся опрыскиванием, спросил меня:
   – Ты собираешься вылететь в полдень?
   Это могло иметь определенный смысл, так как едва ли были основания ожидать первых изменений направления ветра раньше трех часов ночи. Их могло и вовсе не быть. Раньше или позже Клара должна была повернуть – и двинуться на север и восток. Но Каракас, как и любой безопасный аэропорт к югу от нас, означал огромный расход горючего...
   – Я подожду, – решил я наконец.
   – Вот что значит любовь, – сказал человек у радиоприемника.
   Летчик с опрыскивателя фыркнул.
   – Если у него осталось хоть капля здравого смысла, ему сегодня ночью следует спать с самолетом.
   Я кивнул. Конечно, было приятно довериться метеостанции и считать, что мне позвонят в отель, когда ветер сменится на северный и достигнет скорости, скажем, более пятнадцати узлов, но... Лучше я буду спать с самолетом. Ведь я же его командир.
   Я прошелся по взлетной полосе, чтобы посмотреть, что делают электрики, и предупредил их, чтобы сегодня вечером они не оставляли никаких болтающихся проводов. Но они уже почти закончили. Новый пучок чистеньких проводов в яркой пластмассовой изоляции тянулся по ободранной переборке за кабиной; на приборной доске была установлена аккуратная панель с одним тумблером и четырьмя кнопками, которые следовало нажать.
   – Все работает нормально, – заверил меня старший. – И когда закончат снимать сцену, мы все это снимем. После этого катушки и магниты можно будет использовать снова. Конечно, если вы не собираетесь эксплуатировать самолет, как фронтовой бомбардировщик?
   Это была удачная шутка. Все весело рассмеялись.
   Я немного выпил в "Золотой Голове", потом вернулся в отель, чтобы немного соснуть, купив по дороге керосиновую лампу.
   В семь часов я проснулся и позвонил на метеостанцию в Палисадо. Клара продолжала приближаться. Все сообщения были посвящены тому, что она ранним утром натворила в Пуэрто-Рико: деревья и телефонные столбы повалены, связь прервана, во внутренних районах острова были наводнения и оползни – одним словом, обычный перечень несчастий. Но все это происходило на расстоянии по крайней мере трехсот миль. В республике должно было произойти примерно то же самое – но уже днем. Единственное, на что мне оставалось надеяться, так что генерала Боско застигнет на улице без плаща.
   Но я не хотел, чтобы это случилось со мной. Я не хотел сталкиваться ни с одной частью сестренки Клары. Сейчас она выглядела уже довольно большой девочкой.
   Я умылся, одиноко выпил рюмку в баре, лениво поужинал и наконец заставил себя в половине десятого двинуться в сторону Боскобеля.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [19] 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация