А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Только любовь" (страница 5)

   Сама Иллианта соперницей быть не могла, даже если осталась бы в городе. (Мать увезла ее сразу, решив, что их план провалился.) А Руни впервые представила, что может выйти, когда вместо девочки, напрочь утратившей чувство реальности, в жизнь Ливтрасира войдет незнакомая женщина. Та, о которой мечтают обычные жители города: очень красивая, умная, полная радости, без всяких там глупых принципов, не позволяющих брать то, что хочется… Ей стало страшно.
   В Гальдоре вокруг Эрла было немало красавиц, включая певицу, медноволосую Альвенн, которая стала Подругой Хранителя. Они любили его, но как друга, как старшего брата, который мог и защитить, и утешить. Сама мысль о том, что он, Выродок, сын Белой Рыси, способен создать настоящую семью, казалась им странной.
   А здесь, в Агеноре все было иначе. Герой, спасший город от «Службы», притягивал многих. И Сила, живущая в нем, не могла испугать тех, кто жаждал развлечься, найдя благовидный предлог попасть в Круг.
   Раньше Руни спокойно смотрела на дерзкие выходки пылких красоток, считая, что Эрла они не волнуют, теперь Иллианта заставила думать иначе. А вскоре Судьба поднесла Руни новый «сюрприз».

   С первых дней, выйдя из катакомб с остальными детьми, Авра им причиняла немало хлопот. Ей не нравились правила Круга и то, что приходится слушаться старших. Запреты, по мнению Авры, нужны были лишь для того, чтобы их нарушать. От нее доставалось и детям, и взрослым.
   Сорвать нелюбимый урок, сделать в классе ловушку для Силы, тихонько разбить небольшую изящную колбочку с гнусно воняющим газом, который заставит чихать и сморкаться в течение дня… Пнуть соседку, с которой сидит за столом, вылить полный флакончик чернил на одежду мальчишки, который не так посмотрел… Плюнуть, стукнуть, потом укусить… И прикинуться бедной овечкой, которую все обижают…
   Три мага терялись, не зная, что делать с подобным ребенком. И хуже всех было, конечно, Гораду, которого Авра терпеть не могла за его снисходительность к шалостям. (Мягкость и слабость в глазах Авры были едины.)
   Ее встреча с Магом Цветов (Истребителем из «Службы Магии») стала не слишком хорошим уроком (2). Поняв, что отделалась очень легко, Авра твердо решила, что, раз Ливтрасир ее спас, то он должен ее полюбить. Появление Руни ничуть не убавило пыл этой девочки. Может, они бы потом нашли общий язык, но нескладный подросток у всех на глазах начал вдруг превращаться в прелестную девушку, знавшую цену своей красоте.
   Это можно бы было снести, не начни Авра вновь донимать взрослых. Первым, на пробу, был выбран Ионн. Раньше он очень гордился тем, что у него меньше проблем с «милой деткой», чем у его друга, теперь же не знал, как себя защитить. Он боялся ее, как и всех других женщин, которых не понимал и желал, стыдясь этого чувства, считая его грехом.
   Несколько лет назад, выбрав в невесты тринадцатилетнюю Мерту, Ионн верил: за годы, пока она будет расти, они как-то привыкнут друг к другу. Кокетство, достаточно гадкие шуточки и провокации Авры едва не лишили рассудка несчастного Ионна.

   Горад очень долго терпел злые выходки Авры, считая: ребенку прощается все. Но едва только Авра решила сыграть с ним в игру по своим новым правилам, как поняла, что ошиблась в оценке противника.
   Голое плечико, томный двусмысленный вздох и подол ее платья, поднятый до бедер, ничуть не смутили Горада. Он просто ее отчитал перед всеми. Язвительно, хлестко, жестоко. Сказал, что нормальный мужчина не станет возиться с сопливой девчонкой, которой расти и расти. Что от женщины в ней – только платье и пара ужимок, подсмотренных явно у местных распутниц. Что злоба, живущая в ней, и презрение к людям способны убить даже самый живой интерес. (Он, наверно, был рад отплатить ей за прошлые выходки.)
   Авра рыдала весь день, вспоминая, что он говорил, а потом три недели вела себя смирно. И, самое странное, после скандала она начала относиться к Гораду уважительно, даже с симпатией…
   А через месяц, решив, что о сцене забыли, опять принялась за свое.

   –  Можно два-три вопроса? - могла спросить Авра у Руни во время урока истории. – Сколько наложниц положено вирду, который родился в Гальдоре? Как там поступают со старыми и надоевшими женами?
   Потом, еще не дослушав ответ, продолжала:
   –  Я слышала, что жены вирдов вообще не умеют любить…
   Кто-то сдержанно фыркал, а кто-то краснел, потому что тон Авры давал вполне ясно понять, какой смысл вложен в слово «любовь».
   Эти выходки очень смущали ребят, но они им и нравились. Альв, Мерта, Сигрид и Нанна, когда-то дружившая с Аврой, пытались ее осадить, но другие почти восхищались ее неуемностью. Они считали, что Авра пытается всем доказать, что она уже вышла из детского возраста. Эти подростки не думали, что за вопросами скрыт некий личный подтекст.
   На занятиях с Эрлом она становилась другой. Этот юный цветочек, припрятав шипы, начинал источать аромат восхищения, нежности, трепета и целомудренной страсти. К несчастью для Авры, Эрл знал, что за чертик сидит в обольстительной куколке.
   Руни старалась не думать об Авре, однако вопросы, которые девочка ей задавала по двадцать раз в день, не могли не сработать. Они укрепили ее неуверенность, скрытую маской спокойствия и всепрощения.
   Свельд… Агенорская женщина, имя которой осталось загадкой… Авра и Иллианта… Илана… Она была самой последней и самой решительной. Она считала, что ей все дозволено.
   И теперь, глядя на спящего сына, Руни вдруг поняла, что ждала ее все это время. Она сама притянула ее в Агенор, эту женщину… В ней было все, чего Руни боялась: напористость, ум, красота, самомнение. Она не станет щадить тех, кто будет мешать ей добиться желанного, и возьмет все, что захочет… Руни – плохая жена, а Илана не призрак из грез, а конкретный живой человек.

   Глава 6.

   Зал Запретного стал для Иланы открытием. Она считала, что комната будет похожа на книгохранилища, где ей не раз приходилось работать: прямые углы, кучи полок, заваленных книгами, и сундуков.
   Но Зал был совершенно иным, он напомнил Илане большой полумесяц. Две арки делили его на три части: центральный квадрат и два «рога», один из которых был пуст. Его стены скрывали листы меди с примесью золота.
   – Словно огромное зеркало, – с мягкой усмешкой сказала Илана, на миг задержавшись у гладкой блестящей стены. – Хорошо бы такое иметь в своей спальне.
   – Защитный покров. Здесь мы можем опробовать все, что написано в свитках, без риска пробить Силой стены, – спокойно сказал Ливтрасир.
   – Значит, именно тут были мальчики с Ионном в день кражи? – спросила Илана. – А чем, кроме арки, блестящая комната отделена от другой? – через арку Илана отчетливо видела часть стеллажей из соседнего зала.
   – Ничем.
   – Почему?
   – Это нас приучает рассчитывать каждый посыл, соблюдать осторожность и точность. На первых этапах работы над новым приемом мы ставим на арку простейший защитный Барьер, а потом убираем его. Это не позволяет расслабиться. В книгах, оставленных «Службой», подробно расписаны все преимущества комнаты и набор правил, которые нужно запомнить, работая в ней, – пояснил Ливтрасир.

   Люк был спрятан меж плит средней части, Илана его не заметила. Только когда Ливтрасир, попросив выйти двух ребят и востроглазую девочку, взял факел и показал, как колышется пламя, она убедилась, что люк существует.
   Илана, обследовав потайной вход, убедилась, что он крепко заперт.
   – Внутри – механизм, поднимающий эту плиту, – пояснил Ливтрасир. – Но открыть этот люк изнутри можно лишь при условии, что в Зале кто-нибудь снимет четыре замка на коротких цепях, прижимающих крышку.
   – Мне нужно спуститься вниз и посмотреть, – объявила Илана.
   Однако, едва Ливтрасир открыл люк, она резко отпрянула. Липкий пронзительный холод пробрал до костей, вызвав чувство смятения и непонятного страха. Илане не раз приходилось бывать под землей, но такое она испытала впервые.
   – Обычные люди с трудом переносят присутствие Силы, живущей здесь, – тихо сказал Ливтрасир. – Память этих подземных ходов представляет достаточно жуткую смесь самых разных магических практик ушедших народов. Когда Мастера обучали детей в катакомбах, они закрывали ее неизвестным нам способом. После, уже спустя год, их Защита распалась, дав место тому, что скрывала.
   – Понятно, – кивнула Илана.
   Едва заглянув в люк, она уяснила одно: ни один человек не полезет в подземный ход, если не хочет утратить рассудок. Илана считала себя смелой женщиной, но мысль о том, что придется пробыть у открытого люка еще пару лишних минут, ее бросила в дрожь.
   – Ну и мерзость! – сказала она, растирая ладонями плечи, когда Ливтрасир опустил крышку. – Я покрываюсь мурашками!
   – Да, неприятно, – кивнул Ливтрасир. – Но не слишком опасно. Обычный прием: запугать, чтобы не пропустить. Мы умеем себя защищать.
   – Мы?
   – Я, Ионн и Горад.
   – А ребята?
   – Пока еще нет.
   – Кто способен войти в катакомбы снаружи, пройти их, не сбившись с пути и, открыв люк, попасть в зал Запретного, чтобы забрать документ?
   – Представители «Службы», которые знают про эти проходы куда больше нас и умеют себе подчинять то, что скрыто в них. Мы заделали вход за стенами города и наложили защитные чары. Снаружи через него не пройти, но…
   – Но?
   – На холмах, где он был, слишком много пещер, с лабиринтами, и мы не знаем, куда они могут вести. Может быть, есть другой путь наружу, который нам неизвестен. Когда пробудился подземный Страх, мы перестали исследовать сеть переходов, которые не используют. Просто закрыли все, что можно.
   – Допустим, есть такой путь. И его использовал клир или Мастер… Одно исключает другое, не так ли? – спросила Илана.
   – По-моему, именно так.
   – Не совсем, – обронила Илана. – Бывает, начинающий Мастер из «Службы», поверив в свою безнаказанность, делает то, с чем не могут мириться другие. Он знает, что, если это всплывет, он заплатит за промах не только карьерой.
   – Шантаж?
   – Полюбовная сделка, которая выгодна двум сторонам.

   Осмотревшись, Илана заметила лесенку. Взгляд, мимоходом скользнув по ступенькам, отметил: одна из них сломана.
   – Мелен едва не разбился, – сказал Ливтрасир, уловив ее взгляд. – К счастью, он удержался, хотя и рассыпал все книги. В тот самый день.
   – Что-то не помню, – небрежно сказала Илана.
   – Наверное, мы позабыли сказать вам об этом. Припадок, случившийся с Ионном, отвлек. Когда Руни и Лунд обсуждали план ярмарки, Мелен решил принести фолиант, где подробно описано, как проводили их раньше, во время правления «Службы». А книга лежала на самом верху, – Ливтрасир указал ей стеллаж – и он взял с собой лесенку. Но перекладина вдруг надломилась. Мелен удержался, столкнув на пол часть книг. Когда он спустился, то Мерта и Нанна ему помогли их собрать и составить обратно. Айлон, занимавшийся с Ионном, услышал шум. Он зашел в залу, спросил, не нужна ли им помощь. Потом возвратился назад, а Мелен пошел к Лунду и Руни. Закончив складывать книги, девочки тоже пришли к ним.
   – А где был украденный свиток? – спросила Илана.
   – Здесь, неподалеку, в стене у второй арки, за стеллажами. Я уже вам говорил, что там спрятан особый тайник, закрываемый чарами.
   – И есть обычный замок?
   – Есть, хотя и простой. Хитрый ход «Службы Магии». Если кто-то решит отомкнуть его, не сняв заклятий, то просто лишится сознания, а Наделенные Круга получат особый Сигнал.
   – И заклятия…
   – Каждый раз новые. Тот, кто кладет документ, произвольно меняет их, чтобы потом сообщить лишь тому, кому нужно.
   – В теории или на практике? – прямо спросила Илана.
   – В теории, – с чуть виноватой улыбкой сказал Ливтрасир. – Мы не слишком стремимся использовать новые чары.
   Илана терпеть не могла покаянных речей, но слова Ливтрасира не вызвали в ней раздражения.
   – Ладно, осмотрим тайник!

   Эта ниша в стене была очень простой, замок смог бы открыть кто угодно.
   – Меня поразило, что «заговор» был сохранен. Я его снял легко, не заметив чего-то особого. Позже, уже обнаружив пропажу, мы думали, что кто-то просто убрал заклинанья Горада, создав «отражение», копию прежних.
   – Мне это без разницы, – прямо сказала Илана. – Я в этом не смыслю.
   Осмотр показал ей одно: человек, подойдя к тайнику, совершенно невидим для тех, кто стоит рядом со стеллажом, на котором рассыпались книги. И те, кто сидит за второй аркой, тоже не видят его.
   – Ваш Мелен мог сказать детям, что идет к Руни и Лунду, а сам пройти к тайнику. А Лунд с Руни могли посчитать, что Мелен собирает упавшие книги.
   – Все верно, но только Мелен не умеет снимать заклинания. Если бы он попытался коснуться замка, то лишился бы чувств. Он простой человек. И Мелен не поверит тому, кто причастен к делам «Службы».

   Третья часть зала формой напомнила первую. В ней стоял длинный извилистый стол, тоже крытый листами из золота с медью, и семь табуретов. Стеллаж с кучей темных больших цист, в которых хранились старинные свитки, казался довольно обычным. Еще взгляд Иланы отметил высокую нишу, в которой было две лесенки, точно таких же, как та, что попалась ей неподалеку от люка.
   – Продолжим, – сказала она, посмотрев в глаза спутнику. – Где были Руни и Лунд? Где стоял Мелен прежде, чем вышел в соседнюю часть зала? Где ждали Нанна и Мерта, пока Мелен их не позвал? И куда возвратились, убрав книги?
Чтение онлайн



1 2 3 4 [5] 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация