А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "100 великих спортсменов" (страница 36)

   КРИСТИ МЭТЬЮСОН
   (1880—1925)

   Америка начала 1900-х годов была уверена и самодовольна, она не сомневалась в отношении собственного места в истории, но искала себя. И находила собственную сущность в своих героях: Тедди Рузвельт – в политике, Джек Лондон – в литературе и Кристофер Мэтьюсон – в спорте.
   Репутация Мэтьюсона основывалась на его прославленном «скрытом броске» – умении так бросить мяч, что кисть его прятала мяч от бэттера да еще подкручивала его, так что снаряд попадал в ноги игроку команды-соперницы, и на его немыслимом умении владеть собой. Элегантно орудуя мячом, Мэтти чередовал свой «ублюдочный питч» с мячами, пущенными по быстрой кривой, причем попадания его были точны, как движения парикмахера, выбривающего усатого клиента. Совершавший за игру в среднем полтора прохода, Мэтти заставил спортивного журналиста Ринга Ларднера вознести ему следующую хвалу: «Никто на свете не способен так точно направить мяч в любое нужное место». Умение Мэтти было столь велико, что ему до сих пор принадлежит рекорд по количеству иннингов без прогулки, равный 68 за тридцать дней и поставленный в 1913 году.
   Однако основой славы Мэтьюсона являются не его мастерство и не бросок, а три победы над командой «Филадельфия Атлетикс», одержанные в мировой серии 1905 года, ставшие тремя холмами, с высоты которых он мог спокойно взирать на бейсбольный мир и на его рекорды, доколе существует эта игра.
   Это выступление, как написал впоследствии один из биографов, «было столь же несравненным, как "Большой шлем" Бобби Джонса в гольфе». Стоя на питче в трех полных играх за шесть дней, Мэтьюсон превратил биты могучих «Атлетов» в тростинки, которыми они совершили всего четырнадцать ударов за три игры. Пробежку ему пришлось совершить лишь однажды, и встречи эти превратились в величайшую демонстрацию мастерства питчера во всей истории серии да и всего бейсбола. Менеджер «Атлетикс», бессмертный Конни Мак, впоследствии ворчливо признавал: «Мэтьюсон был величайшим питчером среди всех, кто выходил когда-либо на поле в этом качестве. Он обладал необходимыми знаниями, точным суждением, совершенным контролем и формой. Смотреть на его выступления было увлекательно – в тех случаях, когда он не играл против твоей команды».
   В течение первых пятнадцати лет двадцатого столетия репутация Мэтьюсона росла и ширилась. Он не только добился 22 в среднем побед за сезон за семнадцать лет, но в том же самом году, когда «Атлеты» всухую проиграли ему в серии, Мэтти завоевал питчерский вариант «Тройной короны», возглавив список Национальной лиги по победам, ERA и ударам навылет. Кроме того, он три года подряд имел по тридцать побед. Его точность и расчет были таковы, что смотреть на него было чистым удовольствием, даже когда ему противостояли в лучшем случае самые обыкновенные противники. Особенную слабость в отношении его испытывали две команды – «Кардиналы» и «Красные», подчинявшиеся натиску Мэтьюсона с мрачной покорностью судьбе и проигравшие ему 23 и 22 встречи подряд. Как сказал обозреватель Дамон Раньян: «Вчера Мэтьюсон питчировал против Цинциннати. Иначе говоря, команда Цинциннати проиграла бейсбольный матч. Первое заявление с неизбежностью следует из второго».
   Великий спортсмен, блиставший в качестве раннера и дроп-кикера в Бакнелле, а потом выступавший в профессиональном футболе, Мэтти услыхал зов сирен бейсбола и оставил школу в погоне за своей мечтой. Он никогда не оглядывался назад и тринадцать раз имел более 20 побед в сезоне, а всего на его счету 373 победы – до сих пор действующий рекорд Национальной лиги.
   Одним из первых делегированный в Зал славы, этот герой-джентльмен в соответствии со словами Джона Макгроу был «величайшим питчером, среди всех когда-либо выступавших». Но не только. Он был больше, много больше. Кристи Мэтьюсон был также, как написал спортивный журналист В.О. Макджихан, «самым любимым публикой среди всех игроков в мяч и самым популярным атлетом своего времени».

   БОБ МАТИАС
   (1930—2006)

   Если спорт представляет собой, как предположил кто-то и когда-то, метафору метафоры, то год 1948-й стал годом, когда спортивная арена в большей степени чем когда-либо была полна устремлений – прошлых, нынешних и будущих, чем за всю свою долгую историю. С центральной площадки еще отказывались уходить несколько исполнителей, карьеру которым продлила Вторая мировая война, теперь скорее принадлежащие к поколению отцов спортсменов, а не самих спортсменов. К ним можно добавить несколько звезд, спортивная жизнь которых была прервана войной. Теперь они вернулись, чтобы дать свое последнее выступление. А рядом с ареной уже ждали своего времени несколько будущих звезд. И среди них был семнадцатилетний школьник из Туларе, Калифорния, по имени Боб Матиас.
   Матиас, могучий молодой человек, ростом шесть футов два дюйма и весом под 80 килограммов, с лицом киногероя, проявил свои способности в баскетболе и футболе. Однако высот он достиг в мире легкой атлетики, поставив более двадцати рекордов в толкании ядра, метании диска, беге с барьерами и прыжках в высоту. Весной 1948 года тренер предложил разностороннему спортсмену заняться десятиборьем.
   Как вспоминал Матиас, когда тренер подошел к нему «и предложил заниматься десятиборьем, я спросил, что это такое, но тренер смог только сказать, что этот вид объединяет десять других, но каких именно он назвать не смог».
   Тогда его тренер выписал книгу о десятиборье. Уплатив 3,95 доллара за доставку, они отыскали под буквой «Д» следующую информацию: оказалось, что десятиборье включает в себя такие виды – прыжки с шестом, прыжки в длину, метание копья и бег на 400 и 1500 метров, которыми Матиас никогда не занимался.
   Имея всего три недели на подготовку перед проводившимся ААЮ первенством Южно-Тихоокеанского региона, Матиас превратился в лабораторию, состоявшую из одного человека, отдававшего каждое волокно своего существа преодолению десяти препятствий, отделявших его от величия. Естественным образом он оттачивал каждый вид, за приметным исключением прыжка с шестом, который казался будущему чемпиону непреодолимым, поскольку он вновь и вновь оказывался не в силах взять высоту в восемь футов, и технику его при этом можно было уподобить разве что «незастеленной постели». Не считая ситуацию безнадежной, Матиас продолжал тренировки в прыжках с шестом, пока и это умение не покорилось ему.
   Не обремененный репутацией или ожиданиями, Матиас выиграл региональный чемпионат по десятиборью, что позволило ему принять участие в квалификационных предолимпийских соревнованиях, проводившихся в рамках Национального чемпионата ААЮ (Американской ассоциации университетов), состоявшегося через две недели. Во время своего всего лишь второго выступления в десятиборье Матиас победил троекратного чемпиона страны Ирва Мондшейна из Нью-Йоркского университета и Флойда Симмонса. Сильный парень из Северной Каролины стал в возрасте семнадцати лет, восьми месяцев и трех недель самым молодым из участников американских легкоатлетических команд, добивавшихся права выступать на Олимпиадах, и национальной знаменитостью.
   Лондонские Игры 1948 года, первые Олимпийские игры за прошедшие двенадцать лет, привлекли внимание всего мира. И ни один из атлетов не вызывал большего внимания, чем семнадцатилетний носитель американского олимпийского огня. Но сперва следовало доказать весомость своих претензий на славу, и молодому человеку пришлось встретиться с самым большим контингентом спортсменов в истории десятиборья – тридцатью пятью десятиборцами из двадцати стран мира, отрядом настолько большим, что его пришлось разделить на две группы. Матиас вытащил короткую соломинку и попал во вторую группу, что было невыгодно, так как соревнования в ней заканчивались последними – поздно вечером
   Вечер 5 августа стал для Матиаса временем борьбы – одновременно с соперниками и проливным дождем. Результаты, показанные нашим героем в высокую воду, в общем, выдерживали не очень придирчивую инспекцию, но неопытность стоила ему ценных очков и едва ли не шанса на золото.
   Тем не менее к концу первого дня Матиас имел 3848 очков, позволявших ему находиться на третьей позиции позади француза Игнаца Эйнрика и аргентинца Энрике Кистенмахера.
   Дождь поливал стадион «Уэмбли», превращая семьдесят тысяч зрителей и тридцать пять участников соревнований в подобия пятнистой форели. Соревнования второго дня начались в десять утра и продолжались до темноты в полном смятении.
   Борьба со стихиями – дождь нельзя было назвать ласковым – началась с того, что Матиас засиделся на старте и пробежал барьерную дистанцию хуже, чем ожидалось. Далее был диск, коронный его вид. Матиас забросил снаряд примерно на 45 метров, но кто-то, как-то и каким-то образом сбил с места его флажок, и Матиас получил меньше очков, чем вытащил ему диск из той грязной лужи, в которую превратилось поле. Тем не менее официально зачтенные ему 44 и 45 сантиметров были достаточно хорошим результатом, для того чтобы вывести его на первое место. Метание копья проходило в особо сложных условиях, и судьям приходилось светить фонариками, чтобы Матиас мог видеть стартовую линию. И все же во второй попытке молодой человек превзошел противоборствовавшую природу, послав копье на 50 метров 85 сантиметров, и этого хватило для того, чтобы захлопнуть дверь. Теперь ему оставалось только пробежать с хорошим временем 1500 метров, чтобы удержать победу. Отнюдь не переутомляясь, Матиас рассекал грудью ветер и дождь и финишировал, имея 49 секунд в запасе.
   Эти соревнования по десятиборью, длившиеся двенадцать часов и тридцать пять минут, стали в буквальном смысле слова соревнованиями на выживание. Однако в итоге самый молодой член американской легкоатлетической команды стал и самым молодым обладателем золотой медали, превзошедшим поставленный Джимом Торпом в 1912 году рекорд во всех видах, кроме бега на сто ярдов и 1500 метров. Эллисон Данциг писал в «Нью-Йорк Таймс»: «Под дождем, на залитой водой дорожке… под гаснущим светом и под прожекторами, это было выдающимся достижением». Когда репортер газеты спросил у парня, что он теперь намеревается делать, Матиас ответил: «Начать бриться».
   Если его выступление на Олимпийских играх 1948 года было названо «удивительным достижением», то еще больших комплиментов заслуживала победа Матиаса в Хельсинки, одержанная через четыре года. Там Матиас, невзирая на боли в поврежденном бедре, стал первым двукратным олимпийским победителем. Еще он установил новый мировой рекорд, превысив старый с рекордным для олимпийской истории разрывом. Его героическая борьба с травмой и болью была настолько драматична, что Брутус Гамильтон, тренер легкоатлетической команды 1952 года, назвал его «не только величайшим атлетом мира, но и величайшим спортивным бойцом».
   А потом Боб Матиас оставил спорт непобежденным, закрыв книгу с повестью об одной из самых удивительных судеб в истории легкой атлетики – да и всего спорта.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 [36] 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация