А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "''Магия'' – энциклопедия магии и колдовства" (страница 13)

   На сегодняшний день моральные принципы племени азанде не очень сильно отличаются от наших принципов в оценке поведения, как хорошего, так и плохого, но, поскольку они не выражены в религиозных терминах, их родство с правилами поведения, сформулированными в известных религиях, не является на первый взгляд очевидным. Духов мертвых в племени азанде нельзя считать арбитрами моральных норм и поведенческих санкций, поскольку эти духи являются членами
   Кровнородственных групп и пользуются авторитетом только в этих группах, т.е. среди людей, у которых они пользовались авторитетом, когда были живы. Бог в племени азанде имеет очень неопределенное влияние, и к нему не взывают как к стражу морального закона, которому нужно подчиняться только потому, что он – Верховное Существо.
   Поэтому моральные нормы, в большинстве своем не охватываемые уголовным и гражданским правом, формулируются у племени азанде в терминах колдовства. "Зависть есть зло из-за колдовства: завистливый человек может убить кого-нибудь", – говорят они, и аналогично они говорят о других антисоциальных чувствах.
   Когда в племени азанде говорят, что действие или чувство является злом, то имеют в виду, что оно социально неприемлемо и осуждается общественным мнением. Оно является злом потому, что может привести к колдовству и может принести дурную славу тому, кто нарушает моральные нормы. Здесь не место предпринимать углубленный анализ правовых норм и моральных принципов племени азанде, но следует отметить, что мы осуждаем те же самые чувства, что осуждают и они; родители внушают своим детям мысль о необходимости не поддаваться этим чувствам, и принцы наставляют своих подчиненных старательно остерегаться этих чувств. Если вы ненавидите своего соседа без серьезной причины, то вы проявляете слабость характера, и люди будут избегать общения с вами. Если вы клевещете на своего соседа, вы приобретаете дурную славу, и люди будут говорить, что вы – лжец, а принц не поверит вам, когда вы обратитесь к нему с жалобой. Если вы скупы, люди не будут приглашать вас на угощение, и соседи будут часто намекать на ваше отсутствие среди гостей и будут издеваться над вами в ваше отсутствие, так что вам станет стыдно. Мелочный человек также становится предметом насмешек своих соседей и оказывается в одиночестве. Но основным возражением против этих недостойных черт является то, что все они являются источником и внутренним импульсом колдовства, и если вы спросите туземца племени азанде, почему эти черты плохи, то он ответит, что они плохи потому, что ведут к колдовству…
   В племени азанде говорят: "Смерть всегда имеет причину, и ни один человек не умирает беспричинно", имея в виду, что смерть всегда является следствием чьей-либо вражды. Даже самые сильные мужчины умирают от колдовства, вызванного ненавистью. Поэтому и существуют афоризмы: "Они ненавидят слона, и он умрет" и "Они злословят о сяоне, и он умрет". Именно колдовство убивает человека, а толкает колдуна к убийству ненависть.
   "В племени азанде говорят, что колдовство – это зависть, поскольку человек совершает колдовство, когда сердце его озлоблено. Завистливый человек – то же самое, что колдун. Сведущие в этом вопросе говорят, что колдовство всегда наносит вред человеку, поскольку сердце колдуна озлоблено против этого человека".
   И скупость может послужить отправной точкой для убийства.
   Люди остерегаются отказывать в просьбах о подарках, чтобы просящий не околдовал их, поэтому считается, что "человек, постоянно просящий подарков, является колдуном".
   Подозревают в колдовстве и тех, кто всегда говорит вокруг да около и боится откровенного разговора. Туземцы племени азанде очень чувствительны и обычно настороженно воспринимают любые намеки даже в совершенно безобидном разговоре. Это служит частым поводом для ссор, и обычно нельзя понять, то ли говорящий имел намерение обидеть, то ли слушающий беспричинно усмотрел обидный смысл.
   Например, человек сидит со своими соседями и говорит: "Ни один человек не живет вечно". Один из стариков, сидящих поблизости, неодобрительно ворчит на это замечание, хотя сказавший поясняет, что он имел в виду только что умершего старика, но при этом другие могут подумать, что он желает смерти одному из сидящих с ним рядом.
   Человек, предвещающий другим несчастье, сразу же будет заподозрен в колдовстве, если с кем-нибудь из этих людей действительно случится несчастье. Человек в гневе угрожает другому и говорит: "Тебя не станет в этом году", и если какое-то время спустя человек, которому это было сказано, заболеет или с ним случится несчастье, то он сразу вспомнит эти сказанные в гневе слова и обратится к оракулам, поместив имя произнесшего эти слова первым в списке подозреваемых.
   Злобный нрав также вызывает подозрения в колдовстве. Мрачных и сварливых людей, людей, страдающих каким-либо физическим уродством или получивших увечья, подозревают из-за их злобности: все те, кто обнаруживает скверные привычки, например, испражняется в огородах других, мочится на людях, ест, не помыв руки, или же употребляет в пищу черепах, жаб и домовых крыс, – все они принадлежат к тому типу людей, которые могут заколдовать других. Сказанное относится и к невоспитанным людям, которые входят в чужую хижину, не испросив прежде разрешения, не могут скрыть своей жадности при виде пищи или пива, делают оскорбительные замечания о своих женах и соседях или бросают им вслед оскорбления и проклятия и т.д.
   Необязательно, что каждый, кто обнаруживает эти неприятные черты, считается колдуном, но именно эти чувства и манеры поведения вызывают у других людей подозрения в колдовстве, поскольку в племени азанде считают, что тот, кто проявляет эти качества, имеет желание совершить колдовство, даже если он не способен этого сделать. Поскольку именно эти качества вызывают враждебность соседей, имена людей, проявляющих эти качества, наиболее часто помещают перед оракулами, если кому-либо из соседей случится заболеть.
   А раз этих людей часто обвиняют в колдовстве, возможно, поэтому они приобретают репутацию колдунов. Прослеживается тенденция считать колдунами тех, чье поведение в наименьшей мере согласуется с социальными требованиями. Если людей, один или два раза совершивших колдовство против своих соседей, не воспринимают постоянно как колдунов, то некоторых людей оракулы разоблачают столь часто, что они приобретают устойчивую репутацию колдунов и считаются колдунами вне конкретных ситуаций несчастья. Редко обвиняют в колдовстве тех, кого мы могли бы назвать добрыми гражданами, – а таковыми, конечно, являются наиболее богатые и наделенные властью члены племени, и, как правило, обвиняют тех, кто досаждает своим соседям и проявляет слабоволие.
   Действительно, было бы неплохо показать, что слабость, так же как ненависть и зависть, провоцирует обвинения в колдовстве, поскольку ни у кого, кто в течение долгого времени жил среди туземцев племени азанде, не может быть сомнения, что они не склонны спрашивать у оракулов относительно влиятельных лиц и предпочитают справляться о женщинах или мужчинах, которые не пользуются влиянием при дворе, т.е. о тех, кто не сможет позже отомстить за оскорбление, нанесенное обвинением в колдовстве. Это имеет еще более очевидный характер для разоблачений, совершаемых знахарями с помощью оракулов, чем для обычных оракульских разоблачений. В племени азанде не согласились бы с этим моим замечанием. Конечно, иногда обвиняют в колдовстве и влиятельных лиц, а бедняков не обвиняют вообще или обвиняют очень редко. Я предлагаю здесь только общее описание той тенденции, которая делает правомочным мое утверждение о зависимости между обвинениями в колдовстве и равным социальным положением, поскольку только сильное различие в статусе исключает вражду, обычно вызывающую обвинения в колдовстве.
   В чем моральные принципы туземцев племени азанде имеют глубокое отличие от наших, так это в том спектре событий, которые, по их мнению, имеют моральное значение. В племени азанде почти любое происшествие, нанесшее человеку ущерб, считается случившимся из-за ненависти другого человека. Плохое для человека является плохим и в моральном отношении, т. к. проистекает от злого человека. Любое несчастье рождает мысль о нанесенном оскорблении и желание отомстить. В племени азанде любая утрата считается случившейся из-за колдунов. Для туземцев смерть, как бы она ни произошла, является убийством, вопиющим об отмщении, поскольку для них важным является само событие или факт смерти, а не тот инструмент, благодаря которому она произошла, будь то болезнь, дикий зверь или копье врага.
   В нашем обществе только некоторые несчастья считаются происшедшими в результате злодеяния других людей, и только в очень ограниченных ситуациях мы можем отомстить строго предписанным способом тем, кто совершил преступление. Болезнь или неудача в экономических делах не считаются у нас ущербом, причиненным нам другими людьми. Если человек болен или если его предприятие потерпело крах, он не может отомстить кому-нибудь, как он мог бы это сделать, если бы его часы были украдены или если бы на него совершили нападение. Но в земле азанде все несчастья происходят из-за колдовства, и этот факт позволяет человеку, пережившему утрату, в любой ситуации осуществить месть установленным способом, поскольку любое несчастье приписывается действию человека. В таких ситуациях, как кража, прелюбодеяние или насильственное убийство, всегда участвует человек, на которого направляется месть. Если он известен, то против него возбуждается дело в суде; если он неизвестен, его выслеживают с помощью карающей магии. Альтернативой представлениям о колдовстве выступают ситуации, в которых человек не присутствует. Каждое несчастье предполагает колдовство, а каждая вражда предполагает того, от кого она исходит…
   Взглянув на колдовство под этим углом зрения, легче понять, почему туземцам племени азанде не удается заметить и признать тот факт, что не только любой человек может быть колдуном с этим они с готовностью согласятся, – но и что большая часть незнатных людей является колдунами. В племени азанде незамедлительно вызовут сомнения ваши слова, если вы скажете, что большинство людей являются колдунами, хотя, по моему опыту, всех, за исключением знати и незнатных людей, пользующихся влиянием при дворе, оракулы в тот или иной раз разоблачают как совершивших колдовство против своих соседей и, следовательно, как колдунов. Это неизбежно, поскольку все люди страдают от несчастий, и любой человек может оказаться чьим-либо недругом. К любому человеку кто-то может испытывать неприязнь, а этот человек может в какой-нибудь день заболеть, или понести потерю и спросить у оракула о тех, кто не пользуется его расположением. Но, как правило, только те, кого невзлюбило большинство соседей, часто получают обвинения в колдовстве и приобретают репутацию колдунов.
   Помня о динамичном и всеобщем характере колдовства, мы сможем лучше понять, как получается, что колдуны не подвергаются остракизму и гонениям: к тому, что зависит от преходящих обстоятельств и свойственно большинству людей, нельзя относиться со всей строгостью. Положение колдуна никоим образом не аналогично положению преступника в нашем обществе, и, конечно же, колдун не является изгнанником, который живет под тенью позора и которого избегают соседи. Конечно, я ожидал обнаружить, что колдовство вызывает отвращение у туземцев племени азанде, но я также ожидал увидеть, что колдуна подвергают социальному остракизму, хотя и не убивают в настоящее время благодаря европейскому правлению. Но оказалось, что это далеко не так. Наоборот, закоренелые колдуны, известные на много миль вокруг, живут как обычные граждане. Часто они являются уважаемыми отцами и мужьями, желанными гостями в доме и на празднике, а иногда и влиятельными членами правящего совета при дворе принца.
   Некоторые из моих знакомых были известными колдунами. Одним из них, кого я хорошо знал, был мой друг Тупуа из клана Амозунгу, видная фигура при дворе Гангура. Никто бы не заподозрил, наблюдая общественную деятельность Тупуа в жизни района, что все считают его колдуном с долгим стажем, пользующимся большим авторитетом в совете колдунов. Его не подвергали остракизму, и он не страдал ни от какого ущемления в правах. Он даже не был непопулярным. Когда через некоторое время я стал слышать истории о Тупуа, я был удивлен тем, что все считают, что такой мирный старик совершил несколько убийств и принес множество несчастий своим соседям. Казалось просто шуткой, что часть правительственного поселения, в котором он жил, не была заселена лишь потому, что никто не хотел рисковать и поселиться с ним рядом. Считалось благоразумным не рассказывать ему о предстоящих хозяйственных делах или же, если было невозможно воспрепятствовать тому, чтобы он узнал о них, следовало умилостивить его и добиться от него одобрения этих предприятий. Например, охотник старался уйти после игры так, чтобы Тупуа не заметил этого. Когда я шел охотиться на цесарку, мне обычно советовали сделать крюк и не проходить мимо дома Тупуа, поскольку мои товарищи боялись, что, если он нас увидит, то пошлет своего духа, который отпугнет цесарку. Они не испытывали недоброжелательности к Тупуа, просто они хотели иметь гарантию, что у них будет кое-что на обед. С другой стороны, Тупуа должен был обязательно знать о коллективных походах, и поэтому перед походом его вместе с другими стариками (чтобы это не выглядело относящимся только к нему) заставляли публично пролить воду на землю в подтверждение своей доброй воли. Таким образом, люди просили у стариков благословения для похода, но молчаливо все понимали, что просят они воздержаться от колдовства в отношении предстоящей охоты. Каждый охотник старается завоевать расположение всех стариков в округе перед крупной охотой и поэтому раздает им мясо после какой-нибудь успешной охоты.
   Время от времени спокойное течение нашей жизни нарушалось резким выпадом против Тупуа. Одна такая сцена произошла через две недели после моего приезда во вторую экспедицию. Услышав нарастающий шум, я вышел из хижины посмотреть, что происходит, и нашел Зингбондо из клана Авотомбо, в неистовой ярости кричащего, что Тупуа убил двух его родственников и что он отомстит за них. Ссора имела отношение к правительственному строительству дорог. Вторая сцена также произошла из-за правительственных работ, как и многие другие ссоры в наши дни. Мой друг Бадобо из клана Акове сказал своим товарищам, расчищающим правительственную дорогу вокруг поселения, что он нашел обрубок дерева, о который несколько дней назад споткнулся и ушибся Тупуа, когда возвращался поздно ночью после гостей. Вдобавок Бадобо сказал своим друзьям, что они должны как можно лучше очищать дорогу, чтобы никогда больше такой важный человек, как Тупуа, не спотыкался и не падал. Один из сыновей Тупуа услышал эти слова и передал их отцу, который сделал вид, что усмотрел в них двойной смысл и нашел во всем поведении Бадобо что-то издевательское. Он обратился с жалобой на Бадобо к своему высокопоставленному соседу, который нашел слова Бадобо довольно невинными (хотя сам Бадобо уверял меня, что это не так) и присудил решение в его пользу. После этого Тупуа подошел к Бадобо и плюнул ему на ноги большим "колдовским" плевком. Этот поступок вызвал общее осуждение и ДРУЗЬЯ Бадобо стали выражать беспокойство, говоря: "Увы, Бадобо не выживет. Тупуа совершил над ним ужасную вещь, и у него нет возможности избежать смерти". Однако Бадобо избежал смерти, возможно, потому, что сам был колдуном. Некоторое время спустя родственники умирающего человека видели, как он плюнул в тыквенную бутыль, пошел к кустам и спрятал ее там, видимо, для того, чтобы продолжить свое злодеяние. Очевидно, что намерение Тупуа состояло в том, чтобы плюнуть перед Бадобо в знак доброй воли, но, поскольку он имел репутацию колдуна, его действие было проинтерпретировано в неблагоприятном свете.
   Тупуа имел большое пристрастие к пиву и, казалось, неизменно получал оповещение, когда я собираюсь дать горшок или два пива своим слугам и соседям, и, не будучи приглашенным, неизменно появлялся на вечеринке. Это меня так раздражало, что я строго запретил давать ему пива. Моего приказа не послушались, и, когда я стал расспрашивать – почему, мне было сказано, что все боялись обойти Тупуа, передавая по кругу бутылку, поскольку он, безусловно, колдун и причинил бы вред любому, кто таким образом оскорбил бы его. Несмотря на репутацию Тупуа, никто не стал бы его оскорблять, называя колдуном, не будучи только сильно разгневанным, и никто не стал бы упоминать это общее мнение в присутствии друзей Тупуа.
   На самом деле колдун пользуется определенным престижем благодаря своим способностям, поскольку все проявляют осторожность, чтобы не обидеть его, т. к. никто не хочет навлечь на себя беду. Именно по этой причине Тупуа предлагали пиво, и именно поэтому хозяин, убивший на охоте дичь, посылает мясо в качестве подарка всем старикам, живущим в соседних домах. Если старый колдун не получит мяса, он помешает охотнику убить дичь в следующий раз. А если же он получит свою долю, он захочет, чтобы было больше убитой дичи, и воздержится от вмешательства. Точно так же человек поостережется беспричинно сердить своих жен, поскольку если одна из них окажется колдуньей, то он своим скверным характером навлечет беду на свою голову. Человек будет по справедливости распределять мясо между своими женами, чтобы ни одна из них, получив меньшую долю, из чувства обиды не помешала ему убить крупную дичь в следующий раз.
   Вера в колдовство является важным коррективом для жестоких влечений, т. к. проявления злобы, скупости или враждебности могут иметь серьезные последствия. Поскольку в племени азанде не знают, кто является колдуном, а кто – нет, они допускают, что все их соседи могут оказаться колдунами, и поэтому остерегаются обвинять кого-либо без серьезного на то основания. Эти представления о колдовстве оказывают действие двумя способами. Например, ревнивый человек, боясь, что будет заподозрен в колдовстве теми, к кому он испытывает ревность, будет стремиться избежать этого подозрения, скрывая свою ревность. Кроме того, те, к кому он ревнует, могут оказаться колдунами и попытаются причинить ему вред в ответ на его враждебность, поэтому он будет скрывать свою ревность из страха быть околдованным.
   В племени азанде считают, что никогда нельзя быть уверенным, что кто-то лишен способности к колдовству. Поэтому они говорят: "Спрашивая у оракулов о колдовстве, никого не упускай из виду", подразумевая, что лучше спросить у оракула о каждом без исключения. С этим связан их афоризм: "Нельзя смотреть в человека, как в открытую корзину", означающий, что невозможно увидеть колдовство внутри человека, и поэтому лучше не навлекать на себя злобу, поскольку ненависть является стимулом любого колдовского действия.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [13] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация