А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Обходной путь героя" (страница 20)

   – Но почему везет другим, а не мне? – вырвалось у Людвига. – Почему у меня рождались лишь дочери? За что меня обделили наследником?
   – Ну не любит тебя Бог, – ответил Светлан. – И я его понимаю. Да и что у тебя наследовать, подумай!.. Твою злобу и жадность, твою глупость?
   – Это Головень навел на меня порчу, – произнес магистр с убежденностью, на которую редко везет более умным. – Так пусть за подлость графа заплатит его же отродье – это лишь справедливо!
   – Что тут скажешь? – пожал плечами Светлан. – Логика – железная. От высосанной из пальца предпосылки через притянутые за уши аргументы приходим уже к полной белиберде. А спрос, как всегда, с бессильных… Впрочем, на месте де Компре ты так и сделал бы, а герцог и граф – скотинки родственные.
   – В тебе они и вовсе совпали, – огрызнулся Людвиг.
   – Ошибаешься, – сказал богатырь. – Я зверь иной породы, и вас, убогих, мне понять трудно.
   Магистр вдруг оскалил прореженные зубы, ухватившись за последнюю радость.
   – И все равно, ты зря сюда гнал, – объявил он. – Лишь началась свалка, гаденыша закололи. И что бы теперь ни сотворили со мной, ты проиграл!
   – Это тебя утешает? – поинтересовался Светлан. – Ну надо ж, какой дальновидный! Одна беда: дурак.
   Ухватив кресло за спинку, он вздернул его в воздух – естественно, вместе с Людвигом – и перенес к распахнутому окну, поставив на широкий подоконник, дабы магистр стал виден монахам, отчаявшимся своротить наружные двери, но с похвальным упорством пытавшимся взобраться по гладкой стене. Возможно, им это и удалось бы – если б нашлись шесты. Но по двору не валялось лишнего, а в прочие дома их тоже не пускали, сообразив-таки принять меры.
   Ну, и Людвиг кое-что увидал: летучий корабль, плывущий сюда от гостевой башни, на носу которого картинно выставилась графиня де Компре, держа на руках маленького графенка, целого и, судя по всему, невредимого. Впрочем, стояла она так, что снизу не углядишь, – тоже шита не лыком.
   – Ты не с теми взялся играть, родной, – пояснил богатырь. – Это тебе не девчушек топить.
   Непохоже, что магистр испытал облегчение, узнав, что с его души сняли камень. Хотя подумаешь, одним меньше!.. Но вот зубами-то зачем скрежетать?
   Меченосцы наконец оставили попытки, видимо, убоявшись, что в ответ на свои старания получат, чего добиваются: любимого начальника… сброшенного прямо на их головы. Или решили не нарываться на повторную взбучку – ибо тогда им может повезти меньше. В этом они, пожалуй, правы.
   Суденышко уже поворачивалась, плавно подчаливая к окну. А когда пришвартовалось, вместе с его странной командой в комнату вступила Инесса, здешняя настоятельница. Во плоти она выглядела не хуже, несмотря на уродующее платье, и хотя босиком, наверно, ходила постоянно, ее ступни выглядели ухоженными, как у придворной дамы… или как у ведьмы, более привычной к полетам.
   – Бесстыдство! – зашипел магистр, увидав Мишку. – Как смеешь – здесь?.. Убери срам, потаскуха!
   Ишь, и нас тоже, оказывается, принципы. То есть поделиться-то ими – всегда готовы…
   – Щас, – огрызнулась ведьма. – В кладовку снесу – на хранение. – И пожала плечиками: – Село – оно и есть село.
   – Ну ты, столичная штучка, – окликнул Светлан. – Не слыхала про чужой монастырь и его устав?
   – Так аббатиса как раз не возбухает, – живо возразила она. – А этот – будет еще учить! Сам только что младенцев не жрет.
   – Ладно, про него и собаки не брешут.
   – Клейма ставить негде – я же говорю!
   Махнув на нее рукой, богатырь вернул пленника на прежний постамент, откуда тот не смог бы лягаться, но рот ему залеплять не стал – пусть уж пользуется свободой высказываний. Перед гласностью все равны.
   А дамы уже обживали комнату, радуясь возможности ощутить под ногами твердь – пусть и недолго. Как выяснилось, магистр вовсе не был аскетом, и в его шкафчике отыскалось недурное вино и разные вкусности, вряд ли одобряемые орденским уставом. Отшельницу деликатесы, конечно, не заинтересовали, а остальных совершенно не смутило, что продукты – не их. Но больше всех здешнему обилию обрадовался Рауль – то ли проголодался, то ли вообще любил поживиться, когда представлялся случай.
   Кстати, мальчуган, как и ожидалось, оказался смуглый, складненький, смазливый… но отчего-то вызвал у Светлана неприязнь – возможно, из-за пронзительного голоса и шумливых повадок. Он походил на вздорную собачку, все время требовавшую внимания и совершенно не умевшую себя вести. Хоть и говорят: все детки – милые… Но мало ли что болтают!
   Ну, вытащили пацана – и слава богу. А воспитанием пусть занимается мать. Или уже упущен момент?
   Как-то незаметно наступил рассвет. Впрочем, долину накрывал такой плотный слой облаков, что светлей стало ненамного. Эдакие сумерки, грозящие затянуться на полный день.
   – Да что вы роетесь тут? – не стерпел Людвиг. – Думаете, со мной кончено?
   – Вот так кончаются войны, – усмехнулся Светлан. – Много о себе мнишь – на здешней доске ты не в главных фигурах.
   – За мной тысячи отборных бойцов!..
   – Все их стрелы мне – как летний дождь, – отмахнулся он, решив не уступать оппоненту в бахвальстве.
   – Да что вы можете мне сделать: казнить? Ну нате, рубите! – вытянул магистр шею. – Мне не страшно!
   – Это потому, что прежде тебя не пугали всерьез, – сказала Мишка. – Избаловал тебя старший брат, чтоб ему… Но мы-то – не твои родичи. И на короля нам, в общем, начхать. А к тебе у нас ба-альшой счет!
   – Да я хоть сейчас его заколю, – вскинулась графиня. – И пусть Луи посмеет сказать хоть слово!..
   Грозно осклабившись, богатырь прибавил:
   – Мне не нужно срубать голову – я ее оторву. И покажу придворным, готовым тебе присягнуть. Как считаешь, это поможет им сделать правильный выбор? Хотя выбирать уже будет не из чего.
   Если это и не убедило магистра, то поколебало его уверенность. Он-то полагал, что имеет дело со слугами короля… Интересно, когда Людвиг утратит ее вовсе – станет молить о пощаде?
   И в этот миг из-за окна раздался тягучий вой трубы. Что-то новенькое в звуковом оформлении!.. С чего вдруг монахов потянуло на музыку?
   – Это просьба о переговорах, – пояснила Анна. – К нам высылают парламентера.
   – Из катапульты, что ли? – удивился Светлан. – Я ведь порушил лестницы.
   Снова подойдя к окну, он отпихнул лодку в сторону и поглядел вниз. В самом деле, перед домом рядом с трубачом стоял латник, выряженный в картинку, а прочие меченосцы, играя по правилам, отступили подальше.
   – Где-то я уже видел этот белый плащ, – пробормотал богатырь. – Неужто еще один призрак? А выглядит, как живой.
   Метнув прозрачный аркан, он оплел парламентера тугой петлей и мощным рывком вознес к верхнему этажу, поставив на подоконник. А увидев его лицо, произнес:
   – Надо ж, какой живучий!.. Выходит, Гийом тогда промахнулся?

   Глава 17

   Это и в самом деле оказался приор меченосцев, второй человек в ордене, нарвавшийся на меч королевского сына несколько дней назад, но ныне выглядящий вполне здоровым. И кто ж его подлатал столь быстро? Видимо, русалки? Ведь он свалился прямо в их заботливые… э-э… лапы. Какой ни есть, а союзник.
   – Д’Адуи, – поклонившись, назвался приор. – К вашим услугам, монсеньор.
   Сияющими доспехами и молодой статью он по-прежнему напоминал Белого Рыцаря, но теперь не казался таким уж веселым. Впрочем, ситуация не располагала. Однако хладнокровия не утратил, несмотря на странный способ доставки. Или иного приор и не ждал от бывшего монаха, гораздого на сюрпризы? Тогда, на Озере, беднягу удивили намного больше.
   – И чем ты можешь услужить? – пожал плечами богатырь. – Ну заходи, раз пришел. Во всяком случае, я вовсе не желал, чтоб тебя убили.
   Приор улыбнулся – бледной тенью прежней улыбки. Похоже, его впрямь вытащили из-за порога. А кто побывал там, редко остается таким же.
   – У парня меч быстрый и острый, – сказал он. – Не его вина, что я еще жив.
   – Вряд ли тебя утешит, но Гийом признал, что погорячился. И понять его, в общем, можно.
   – Наверное, монсеньор, – не стал оспаривать д’Адуи.
   – Ладно, оставим прошлое. С чем сейчас пожаловал?
   – Во-первых, чтоб узнать о судьбе пленных.
   – Да! – спохватился Светлан. – Хорошо, что напомнил. Пошли – время собирать камни.
   На пару с гостем он снова обошел здание, разыскивая оглушенных и на том же аркане спуская их на первый этаж, уже открытый для посещений. Очистив дом от посторонних, богатырь и приор вернулись в общую комнату… то есть это теперь она сделалась общей, захваченная сборной командой. Ле Сан уже добавил сюда мебели, перенеся из соседних, – он был гораздо сильней, чем выглядел. Поэтому всем хватило, где устроиться, а магистр пыхтел и сверкал глазами, возмущенный посягательствами на собственность, с которой успел сродниться. Но базар таки фильтровал, как видно, дорожа правом свободной речи. Потому что, если б он принялся изливать все, что накипело, такой фонтан заткнули бы сразу.
   Кивнул гостю на свободное кресло, Светлан опустился на кушетку рядом с Мишкой и блаженно вытянул ноги, привалившись спиной к стене. Конечно, он не устал, но, когда жизнь смахивает на калейдоскоп, начинаешь ценить минуты покоя.
   – Если пришел для переговоров, то их не будет, – сообщил богатырь парламентеру. – Безоговорочная капитуляция – только так. На мою милость. А чего она стоит, я уже показал. Или, по-твоему, мне было трудно сделать инвалидом каждого… э-э… из выживших.
   – Мне хватило и прошлой встречи, чтобы вполне уяснить вашу цену, – откликнулся д’Адуи. – Но магистр не пожелал меня слушать. А предвидеть такой итог было нетрудно.
   – Ну надо же! – удивился Светлан. – Хоть кто-то здесь умеет смотреть вперед. Жаль, что решают другие… то есть решали, – поправился он, бросив взгляд на связанного магистра. – Теперь, похоже, за главного как раз ты. Да?
   – Только в пределах этой крепости, монсеньор, – ответил приор. – Весь орден мне не подчинен.
   – Ну, на безрыбье… Так как насчет капитуляции?
   – На вашу милость – разумеется, – кивнул гость, избегая смотреть на магистра, явно недовольного столь быстрой сдачей. Глупец бы тут торговался долго, но д’Адуи относился к умным. Что ж, тем проще вести с ним дела.
   – Вот и славно, – сказал богатырь. – Я даже верну вам цацки… если пообещаете не шалить.
   – Разумеется, монсеньор, – повторил приор. – Мы более не воюем с вами.
   – Ну так иди и объяви своим. И железки можешь с собой прихватить. Или помочь?
   – Справлюсь, – коротко ответил монах, вставая.
   На Людвига он так и не взглянул, хотя тот пытался поймать его взгляд, будто рассчитывал что-то передать мимикой. Пора бы магистру понять, что его время кончилось. Или опять до бедняги дойдет после всех?
   – А после, если желаешь, возвращайся, – пригласил Светлан. – Нам будет, что обсудить.
   – Конечно, монсеньор.
   Приор впрямь обернулся быстро и молча занял прежнее кресло. Подчиненных он успокоил, приказав готовиться к отбытию, уцелевшее оружие сбросил вниз, заодно и сам опоясавшись мечом. А за пазухой не держал ничего – видно, знал, что с богатырем такие фокусы не проходят. Нет, все-таки хорошо, что д’Адуи не дурак.
   А Светлан, пользуясь тем, что рты обеих дам и постреленка заняты едой, уже затеял небольшую лекцию, сев на любимого конька:
   – Если бы Бог жил в каждом человеке, наделяя того душой, вокруг была бы благодать – вот та самая: божья. Мы не знали бы ни войн, ни насилия, каждый и впрямь почитал ближнего за брата. Но, создавая людей, Творец недоучел чего-то – возможно, их плодовитости. Или переоценил собственный потенциал. В любом случае, со временем тел оказалось больше, чем душ, и с каждым поколением ситуация ухудшается. Да еще Сирк, его оборотная сторона, тянет одеяло на себя. А ныне душевные люди вовсе обратились в редкую сеть, коя, хоть и удерживает человечество на краю, мало влияет на общий климат. И что делать тем, кто остался без души, но наделен сознанием? Ведь дабы выжить, им требуется единение.
   – Как в стае, что ль? – пробурчала Мишка. – Животный инстинкт, ха!
   – Есть отличие: развитое сознание умеет созидать. А общими усилиями они вполне способны сотворить бога – по своему подобию. И этой фальшивкой подменить Творца, преследуя и истребляя его отпрысков, – при этом даже полагая, что служат ему. И вот такой суррогатный бог, вобравший в себя законы зверей, начинает драться за выживание, стремясь все к большей власти, подминая новые умы и целые нации, требуя поклонения, благословляя убийства во славу себя. По сути, это обычный диктатор – только более могущественный, почти неуязвимый и живущий намного дольше. И каждый такой виртуал сражается с подобными себе за право остаться единственным на планете. Вдобавок, с этими псевдобогами происходят трансформации: нередко они хиреют, потому что число их сторонников сокращается, а то и вовсе погибают – когда подчиненную стаю подминает другая. К тому ж, люди меняются быстрей богов, и рядом с одним виртуалом может вырасти родственный, чтобы затем урвать себе львиный кус, а то и прикончить родителя – законы-то дикие.
   – Ведь бывает, что от богов отказываются вовсе, – заметила ведьма.
   – На словах, – возразил он. – На деле же место бога занимает идея, а взамен религиозной стаи образуется национальная или сословная. Фанатам идеи тоже начхать на людей, вместо тех они видят державу – то есть как раз помянутого виртуала, сотворенного массами. Сочувствие, доброта – для них пустой звук. Значимо лишь то, что на пользу их божеству, а цель – чтоб оно делалось могучее и грозней. Ибо только с ним они ощущают родство и это оно одаривает своих слуг здоровьем, силой, властью – горизонтальных связок тут попросту нет. А когда такой псевдобог хиреет и его сменяет другой, молодой и ярый, приверженцев прежнего пускают в расход – посредством гильотины и подвальных расстрелов.
   – Допустим, ваши построения верны, – с улыбкой произнес приор. – И что? Если мы впрямь бездушны, какое нам дело до вашего Творца? Нас-то он не одарил крупицами своей божественной сущности – за что ж ему поклоняться?
   – Все же он сформировал людей как вид – значит, вы обязаны ему обликом и рассудком. Не так мало, а?
   – Но если следовать вашей логике, сознание стоит немного без души, а все мы – лишь умные звери. Чего ж удивляться, если мы поклоняемся и служим нашему предводителю, впитавшего в себя силу миллионов. Собственно, нам не остается иного.
   – Некоторым – возможно. Тем, в ком вообще не осталось Бога. Но часто душа все-таки есть – просто ее мало и божий глас в ней слышен едва-едва. К тому ж, она столь слаба, что не способна противиться напору толпы – что называется, озверелой. И вместе с другими человек творит зло. Зато потом за беднягу принимаются угрызения. Ибо борьба Бога и демонического суррогата происходит именно в сознании каждого, в ком еще жива душа. Иным выбор дается легко, но остальным… Нужно почаще прислушиваться к себе: не скребет ли?
   – Когда под полом заводятся мыши, их истребляют, – усмехнулся д’Адуи.
   – Образ занятный, но вряд ли к месту – душа не «заводится», она дается с рождения. А уж сколько протянет… Лучше подумай над тем, что происходит с бездушными после смерти. Ну да, при жизни они обычно благоденствуют – но вот что затем?
   – И что же? – откликнулся приор, невольно заинтересовавшись.
   – Виртуальный демон – не истинный бог, он не вбирает в себя сознания умерших, а лишь вытягивает из них всю силу, оставляя пустые оболочки. Посему почти все демонопоклонники проваливаются в пустоту, выпадая из кругооборота. И лишь немногих своих слуг, самых преданных и полезных, демон наделяет суперсвойствами, превращая в сверхлюдей… или, вернее сказать, в живых покойников.
   – Упыри! – воскликнула ведьма.
   – Неиссякаемое здоровье, запредельная сила, – произнес приор. – Плюс вечная жизнь. Разве плохо?
   – Это не бессмертие, – возразил Светлан. – Это неизменность. Миг, растянутый на века. Постепенно сатанея от тоски, ты будешь бегать по кольцу, как заведенный. На сколько тебя хватит, как думаешь? Если раньше тебе не снесут голову или не вобьют в сердце осиновый кол, ты возненавидишь всех, включая себя, и станешь завидовать смертным, ибо у них есть надежда – они-то еще не сожгли мосты. А когда твоя злоба обратится и против хозяина, тебя уволят.
   – Ликвидируют?
   – Отправят в резерв – скажем так. Причем даже не в свой, ибо и демонам не нужны психи. Но где-то есть спрос на бешеных псов, а там их превращают в чудищ уже и обличьем.
   – Пропащие Души, – пробормотала Мишка.
   Кивком подтвердив, богатырь прибавил:
   – И как вам такой финал? У англичан он зовется dead end – ну полный тупик!..
   – Это лишь ваши фантазии, – пожал плечами приор. – С чего мы должны верить?
   – Это – гипотеза, – поправил Светлан. – Верить я не предлагаю, но попробуйте опровергнуть. Хоть кто-то видит противоречия?
   – Это не довод, – упрямо сказал монах. – Мало ли что можно напридумывать?
   Впрочем, сомнения в нем зародились – уже кое-что. А обрисованные перспективы, пусть и отдаленные, вроде вызвали опаску. Может, и этот еще не вполне пропащий?
   – Интересно, а кто заправляет резервом? – задумчиво спросила ведьма. – И сколько там скопилось тварей? Допустим, в среднем упыри выдерживают тыщу лет, а по всему миру их слоняется… сколько?
   – Зависит от численности жителей, – откликнулся Светлан. – Коя, как ты знаешь, – функция времени. Простыми формулами тут не обойтись.
   – А мы и сложных не боимся. Но вообще набирается… много.
   – Уж это точно, – ухмыльнулся он.
   – Если, как вы утверждаете, все созданные людьми боги грызутся меж собой, – снова заговорил приор, – значит, у них нет общего господина. Но почему тогда свои отходы они сваливают в общую канаву?
   – Насчет господина – еще вопрос. И среди людей есть хозяева, кои поощряют драки холопов – это держит тех в форме. К тому же главный враг для всех демонов как раз Создатель, а чтоб его свалить, они и без приказа пойдут на сотрудничество.
   – Выходит, владыка у демонов есть? – прямо спросил д’Адуи. – Но если их сотворили мы…
   Теперь и он нарвался на гневный взгляд магистра, вовсе не склонного делать допущения. Уж здесь вопросы не задаются – никем. Задумываться – еще не хватало!.. А голова тебе не мешает?
   – На сей счет у меня три версии, – сказал Светлан. – Во-первых, господина могли создать себе сами демоны – по примеру людей. Эдакий супердемон второго поколения, властвующий над всеми.
   – Виртуал, сработанный виртуалами, – пробурчала Мишка. – Круто!
   – Во-вторых, он мог существовать еще до людей, а значит, ни с ними, ни с Творцом этот хмырь не имеет общего.
   – Кто же его сотворил тогда? – усмехнулся приор. – Звери?
   – Ты сам сказал. И, думаешь, это исключено? Если прикинуть, сколько зверья владеет мозгами, не сильно проигрывающими человечьим, и все сложить… Тем более что они не затевают войн и крестовых походов – ну, кушают друг друга по мере надобности. И у них есть причины не любить сапиенсов.
   – А что у нас на третье? – спросила ведьма.
   – Не компот, увы. Самое тяжелое блюдо. Ведь неспроста нашему врагу служит Зодиар, выходец из иного мира, совсем чужой местной фауне.
   – Думаешь, и Хозяин нездешний?
   – Я не знаю. Возможно, он связан с несколькими мирами – если не со всеми. Или, как считает Лора, это обходный маневр темных сил, с которыми воюют наши соседи. У тамошнего-то Врага могущества больше, чем у здешних божков, – вот те и пошли к нему в услужение. Ведь господь – это лишь оборотная сторона божьего раба. И наоборот.
   – Но тогда какую койку в этом бардаке занимает Озерный Дьявол? Ведь и он должен лизать чей-то зад… всеми своими Горгонами, ха!
   – Вот об этом лучше спросить наших дьяволопоклонников, – сказал богатырь. – Тем более один из них хотя бы пытается думать о последствиях. Или нет?
   – Мы не поклоняемся озерному монстру, – возразил приор. – Орден лишь пытался использовать его мощь, дабы захватить власть в стране.
   – По-твоему, Дьявол удовлетворится столицей? Дескать, пожертвуем одним городом, раз не выходит по-иному, зато потом страна сможет спать спокойно, ибо придем мы, спасители, и наступит тишь… Только не темни, – предупредил Светлан. – Со мной этот номер не пройдет – вот она знает, – кивнул на Жизель. – И не думай долго, потому как времени в обрез.
   Недолго подумав, приор сказал с осторожностью:
   – Вообще, наши союзницы заверяли, что смогут обуздать чудище. А вы полагаете это ложью?
   – Может, и нет – на данный момент.
   – Как это: «на данный»?
   – Да просто: если Дьявол захватит Эльдинг, то поглотит сотни новых бедолаг, превратив их в Горгоны, и разрастется настолько!.. И уж тогда русалочьего влияния может не хватить. Конечно, об этом Матери не стали говорить, а вы не сообразили выяснить. Или не знаешь, как обманывают правдой?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 [20] 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация