А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Российская преступность. Кто есть кто?" (страница 31)

   Моя милиция меня…


   Мне довелось участвовать в нашумевшей телепрограмме «Преступление без наказания», посвященной второй годовщине смерти Листьева. Передачу вели попеременно Владимир Познер, Владимир Киселев и Светлана Сорокина, аудитория состояла из главных редакторов и ведущих журналистов столичных изданий. А вопросы планировалось задавать трем руководителям силовых структур – министру внутренних дел Анатолию Куликову, директору ФСБ Николаю Ковалеву и Генеральному прокурору Юрию Скуратову. Но все они дружно проигнорировали приглашение ОРТ, РТР и НТВ прийти в телестудию и рассказать, как их ведомства борются с мафией и раскрывают заказные убийства.
   Вместо начальников пришли первые замы. И, не отвечая ни на один конкретный вопрос, стали забрасывать нас цифрами, якобы свидетельствующими об увеличении раскрываемости преступлений и уменьшении темпов роста преступности. Особенно агрессивно вел себя представитель внутренних дел Владимир Колесников. Я слушал этого грузного, самоуверенного и самовлюбленного генерала и думал: если бы его подчиненные так же отчаянно и решительно сражались с криминальными группировками, как он набрасывается на журналистов и независимых криминологов (указывающих, что раскрываемость учтенных преступлений увеличивается только за счет массового сокрытия тяжких преступлений от учета), – если бы рядовые милиционеры были так же храбры на улице, как их начальник – в телестудии, просто не о чем было бы говорить.
   Проблема не только в неспособности наших правоохранителей раскрывать серьезные заказные убийства. Речь идет о том, что вся система организованной правоохраны положена на обе лопатки всей системой организованной преступности. И, находясь в этом лежачем положении, – расслабляется. Чтобы не было слишком больно от насилия над законом.
   Бессмысленно вести речь о серьезных попытках раскрывать деяния организованного криминалитета. Ведь даже элементарное силовое единоборство между мафиози и милиционером все чаще заканчивается трагически для последнего.
   8 февраля 94-го года был совершен вооруженный налет на квартиру, в которой проживали пятеро бойцов из азербайджанской группировки. Из квартиры был вынесен целый мешок ювелирных изделий, в том числе 400-граммовый слиток золота. Соседи, услышав выстрелы и необычный шум, позвонили в милицию. К злополучному подъезду подоспели сотрудники ОВД «Кузьминки» – старшие лейтенанты Александр Акимов и Леонид Пасечник. Как раз в это время из парадного выскакивали злоумышленники. Однако неожиданной эта встреча оказалась только для милиционеров. Первый удар ножа – и замертво падает Пасечник. Автоматная очередь – и ранен Акимов. Его добивают в спину все тем же ножом. Преступники садятся в «Волгу» и спокойно покидают двор дома 117 по Волгоградскому проспекту.
   На другой день ГУВД Москвы, как всегда в таких случаях, провело операцию «Возмездие». Были задержаны более сотни кавказцев, изъяты несколько десятков стволов. Но о том, удалось ли задержать убийц, ничего не сообщалось. Значит, опасный прецедент был все-таки создан. Бандиты еще раз убедились: при встрече со стражами порядка можно смело вступать в бой. Скорее всего они не окажут никакого сопротивления. Скорее всего убившие их не понесут никакого наказания.
   Буквально через три дня этот нерадостный для законопослушного населения постулат еще раз подтвердился. На этот раз милиция столкнулась с балашихинской мафией (полтора месяца назад потерявшей своего предводителя Фрола, но от этого не потерявшей свою боеготовность). Точнее, «наехать» попытались лишь на одно из ее подразделений – на бригаду, которая специализировалась на дальнобойщиках. У бандитов был одинединственный принцип: свидетелей ограбления (то есть водителей и пассажиров) в живых не оставлять.
   Итак, располагая всей полнотой информации о профессионализме и жестокости местных мафиози, «вязать» их отправили группу в количестве… двух сотрудников ОВД: сержанта патрульно-постовой службы и участкового инспектора. Исход милицейской операции в деревне Пестово (близ городка Железнодорожного) можно было легко предсказать. Изрешеченные автоматными очередями, оба стража порядка остались лежать в избе, где размещалась «малина». С противоположной стороны – 1 убитый, 0 раненых. На что надеялись милиционеры – на внезапность, на устрашающий вид своих погон или на хорошо поставленный голос, каким они привыкли командовать: «Бросай оружие, руки за голову!» – этот вопрос можно уже отнести к разряду риторических.
   Что уж говорить о противоположных случаях, когда преимущество внезапности – на стороне бандитов. Весьма характерная история произошла в Актюбинске. Здесь бандиты прельстились складом оружия, располагавшимся в здании, где был расквартирован спецназ городского ОВД. Три злоумышленника без единого выстрела (у них были только ножи) перебили весь наряд из четырех вооруженных до зубов и прекрасно обученных для рукопашного боя спецназовцев. Шансов выжить им не оставили. Оправданием для руководства элитного подразделения могло послужить лишь одно вскрывшееся впоследствии обстоятельство. Один из бандитов был тоже когда-то спецназовцем и расправлялся со своими бывшими сослуживцами. Но утешение, прямо скажем, весьма слабое.
   Когда в боях в Буденновске, Первомайском и Грозном спецназовцы так и не смогли оправдать приписываемые им молвой качества суперменов, военные обозреватели доказывали, что во всем виноваты неграмотные генералы, или объекты, не соответствующие предназначению элитных подразделений, или фактор заложников. Но оказывается, что и в более «приспособленных» условиях они, мягко говоря, не проявляют того профессионализма, что демонстрируют перед телекамерами на показательных учениях.
   Так, в Крыму, при взятии банды Бабака – шести головорезов, живущих в симферопольских катакомбах, – решили использовать пресловутый спецназ. Результат безрадостный: бандиты, не потеряв ни одного «штыка», без особого труда отбились и при этом отправили на тот свет двух спецназовцев. Лишь после гибели через пару месяцев самого Бабака преступников удалось задержать.
   Что уж говорить о простых милиционерах. Вероятность того, что их бой с бандитами будет неравным (в пользу последних), за последние годы невероятно возросла. В Елабуге по приказу преступного авторитета убивают депутата Верховного Совета Татарии Санды Гафиятуллина. Киллеров двое. За ними гонится целый взвод стражей порядка. Преступники вместо того, чтобы бросить, как требует от них «матюгальник», оружие, решают принять бой. И оказывается, что с их стороны это решение правильное: четверо милиционеров ранены, а одному из бандитов удается-таки уйти – целым и невредимым.
   Иногда возникает ощущение, что милиционеры делают все от них зависящее, чтобы преступники не пострадали. В апреле 95-го бригада правоохранителей по вызову соседей отправилась на место вооруженного ограбления. Однако стражам порядка и в голову не пришло оцепить указанный дом, расположенный на Осеннем бульваре.
   Пока люди в форме толклись у одного подъезда, грабители спокойно вышли из другого (для этого им потребовалось всего лишь перелезть на соседний балкон). Столь же непрофессионально милиционеры действовали и в дальнейшем. Одного из преступников удалось засечь на автобусной остановке. Как и в вышеперечисленных случаях, завязался бой. Открытая местность, бандит с пистолетом против четырех стражей порядка с двумя пистолетами Макарова и двумя автоматами. Результат потрясающий: ни одна из полусотни выпущенных в преступника пуль не достигла цели. Бандит ушел.
   Беспомощность наших милиционеров, которых, похоже, учат чему угодно, но только не сражаться, иной раз вызывает даже чувство сострадания. Несчастного опера из 108-го отделения милиции угораздило стоять в наряде по охране гостиницы «Интурист» в тот роковой день, когда туда пожаловали двое грабителей. Уложив на пол весь обслуживающий персонал расположенного в фойе пункта обмена валюты и ювелирного киоска, люди в масках спокойно чистили сейфы.
   И в этот момент в фойе вбегает наш герой, вызванный кнопкой тревоги. Один из грабителей оборачивается и производит всего два выстрела – в левую ногу милиционера и в правую. Незадачливый опер, даже не успевший снять свой табельный пистолет с предохранителя, валится на пол, а урки без особой спешки завершают работу.
   Так что коммерсанты и банкиры, которые очень любят, чтобы их охраняли люди в погонах, могут надеяться на визуально-психологический эффект, но не на реальную защиту от матерых уголовников. Из трех случаев перестрелки при налете на обменные пункты в 95-м году в одном (вышеупомянутом) случае милиционер получил ранение, а в двух других стражи порядка расстались с жизнью.
   Даже когда милиционеры знают, что имеют дело с хорошо вооруженными и на все способными бандитами, даже когда имеют возможность заранее приготовиться к предстоящей операции, они все равно несут потери. В центре Ижевска убиты два сотрудника МВД. Через четыре часа убийцы обнаружены и блокированы. Начинается перестрелка. И снова два стража порядка получают тяжелые ранения. При этом из всей банды в итоге удается задержать лишь одного «бойца». Буквально через несколько дней аналогичный бой между преступниками и милицией разгорается на улицах приморского города Арсеньева. Результат почти тот же: ранены трое милиционеров, а все бандиты благополучно скрылись.
   Нет, моя милиция меня не бережет. Хотя бы по той причине, что не может уберечь саму себя. Даже когда противники – безусые юнцы. В голове не укладывается, как трое кадровых офицеров не смогли справиться с московской шпаной на улице Менжинского. Выяснение отношений возле кинотеатра «Арктика» началось с замечания одного из милиционеров (они возвращались после дежурства домой) по поводу чрезмерно шумного поведения юнцов. Разговор не получился – и в ход пошли пустые бутылки и железные прутья. Итог печален: 30-летний младший лейтенант Александр Юсупов убит, его спутники тяжело ранены. Несовершеннолетние преступники разбежались.
   Стражей порядка трудно упрекнуть в том, что они намеренно избегают опасности, специально стараются держаться подальше от тех мест, где слышны взрывы или выстрелы. Нет, они искренне пытаются обуздать хотя бы уличную преступность. Но увы. Надо констатировать, что старая школа боевой подготовки сотрудников МВД безнадежно устарела. Да, наши милиционеры легко справлялись с гопниками и урками, вооруженными «перьями» и «заточками». Но как только в руках у уголовников появилось скорострельное оружие, перевес сразу же оказался на их стороне.
   Криминальная хроника стала напоминать фронтовые сводки. Перестрелка на Петровско-Разумовском рынке с двумя преступниками: погибли два милиционера, ранены два сотрудника МВД и три охранника. Из бандитов пуля задела лишь одного (второй скрылся). Штурм одноэжтажного дома на улице Гастелло (там засели три бандита во главе с рецидивистом Аджаевым) с участием СОБРа и ОМОНа: ранено 11 (!) милиционеров, из них двое получили тяжелые ранения в живот (где хваленые бронежилеты?!).
   А вот сухая статистика. В 1994 году в боях между милицией и бандитами погибло соответственно 185 и 291 человек, ранено 572 милиционера и 1500 уголовников.
   Чего же не хватает сотрудникам патрульно-постовых служб и оперативникам для того, чтобы по-настоящему противостоять преступникам? Может, огневой мощи? Отнюдь. Сегодня милиция до зубов вооружена «стволами» самыми разными – на все случаи жизни. Например, специально для борьбы с организованной преступностью созданы: пистолет-пулемет «ПП-93», пистолет-пулемет «кедр», пистолет-пулемет «кипарис», пистолет-пулемет «клин», усовершенствованный пистолет Стечкина «бердыш», малогабаритный автомат «вихрь».
   Если верить прилагаемой к ним технической документации, по своим характеристикам они не уступают лучшим мировым аналогам, «способны пробивать бронежилеты вплоть до девятой степени защиты включительно». Их надежные чувствительные прицелы «обеспечивают ведение огня на поражение даже в закрытых невентилируемых помещениях складского типа», а скорострельность этого оружия позволяет «перекрыть плотным огнем практически любую жилую площадь».
   А может, все дело в том, что милиционеров у нас слишком мало, может, просто некому выходить на сражения с расплодившимися как грибы после дождя преступными группировками? Но и это не так. Численность одной только московской милиции составляет 110 тысяч человек. Если мысленно разбить Москву (в пределах Кольцевой автодороги) на километровые квадраты и равномерно расставить стражей порядка по их периметру, люди в фуражках окажутся не далее 9 метров друг от друга. Крыса не прошмыгнет незамеченной – не то что преступник.
   Допустим, такая арифметика некорректна. К реальной борьбе с преступностью имеют отношение лишь 40 тысяч служивых. Остальные 70 тысяч управляют и хозяйствуют. Но даже на эти 40 тысяч, как свидетельствует статистика, приходится в среднем 80 тысяч преступлений в год. Если бы каждый милиционер за полгода предотвратил хотя бы одно правонарушение, Москва бы полностью очистилась от криминалитета. В реальности же за пять последних лет количество преступлений, совершенных бандитскими группировками, выросло на 63 процента. Каждое пятое криминальное происшествие в стране – на счету оргпреступности.
   Преступники настолько обнаглели, что уже открыто издеваются над теми, на чьи (так и хочется сказать – хрупкие) плечи взвалена… охрана правопорядка. Бирюлевская шпана справилась с местным участковым с помощью баллончика с нервно-паралитическим газом. Несчастного Петра Мирнодонова повалили на пол и прямо в опорном пункте милиции ОВД «Бирюлево-Восточное» начали пытать. На лбу участкового вырезали бритвой слово «мент», на каждой щеке – по букве X, на груди – пятиконечную звезду. Надо ли говорить, что многие районные милиционеры, которые не виноваты, что их ничему не научили (похоже, сейчас в школах милиции учат только одному – обирать лоточников), идут на дежурство как на казнь.
   А их руководство бьет все мировые рекорды по коррумпированности. Говоря о преступниках с генеральскими лампасами, Куликов заметил: «Их зачастую трудно посадить на скамью подсудимых, зато можно опозорить!» И пообещал в дальнейшем назвать некоторые имена.
   Впрочем, иные уже известны. Например, начальник ГУВД Московской области генерал-лейтенант Вячеслав Огородников и его заместитель по тыловому обеспечению генерал-майор Валерий Аксаков. Оба были отстранены в ходе операции «Чистые руки», о которой скажем чуть ниже. С наиболее жесткой формулировкой уволили Аксакова: за действия, дискредитирующие звание сотрудника милиции. Ему инкриминировали незаконное получение квартиры и машины, попустительство при разворовывании изъятого оружия и разглашение служебной тайны. «Тут и предательство, и бездействие, и сращивание с преступным элементом!» – так прокомментировал отставку генералов и их подчиненных в областной милиции министр внутренних дел Анатолий Куликов.
   Известно и еще одно имя – 57-летнего генерала Игоря Шилова, бывшего первого замначальника Главного управления уголовного розыска МВД, а проще говоря, сыскаря N 2 Российской Федерации. Его ареста потребовали сотрудники ГУОПа. Арестовывать его, правда, не стали, но обыск все же провели – и в служебном кабинете, и в квартире. В результате было обнаружено несколько тысяч патронов от автоматов и карабинов. Поводом же для «наезда» послужило возбуждение очередного уголовного дела против многократно судимого за мошенничество осведомителя уголовного розыска Корнеева.
   Прикрываясь фальшивым удостоверением офицера МВД, он знакомился с бизнесменами, а затем «кидал» их на крупные суммы. Оказалось, что ему покровительствовал сам генерал Шилов. Проблемы у генерала возникли и из-за сына, адъюнкта академии МВД. Правда, его провинность состояла лишь в том, что он попросил у одного из сотрудников ГУУР пригоршню патронов для своего карабина накануне охотничьего сезона. Но к тому времени Шиловы уже были «под колпаком» у ГУОПа.
   Надо заметить, что и у последнего ведомства не все в порядке с кадрами. В сентябре 95-го в своем рабочем кабинете застрелился замначальника ГУОПа и по совместительству начальник РУОПа Поволжья Владимир Еремкин. Незадолго до этого была получена санкция саратовской облпрокуратуры на его арест. На этот раз сам высокопоставленный руоповец оказался под колпаком у начальника УВД Саратовской области. Правда, в предсмертной записке полковник намекал, что его тревоги связаны с тем, что РУОП собрал немало информации о коррупции в правоохранительных органах и властных структурах региона.
   Пуля оборвала жизнь и замминистра внутренних дел Удмуртии Николая Перевощикова. Вместе с ним под автоматным огнем погибли три члена его семьи: жена, сын и дочь. А причина все та же – коррупция. Перевощиков стал жертвой собственной близорукости или осознанного нежелания замечать один страшный факт: его зять был бандитом. Более того, этот молодой человек был правой рукой ижевского уголовного «авторитета» Дмитрия Малышева, по чьему приказу вышибал долги и участвовал в совершении как минимум одного заказного убийства. Если бы не эта трагическая развязка, жители Удмуртии могли бы так и не узнать об этой удивительной семье, где в соседних комнатах жили, за одним обеденным столом сидели руководитель республиканских правоохранителей и лидер республиканских уголовников.

Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 [31] 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация