А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Охота на НЛО" (страница 24)

   – Не ищи сор в чужой избе… Не ищи, сам замараешься…
   Александр понял молчание Хейти по-своему.
   – Может быть, вы предпочитаете слово «патриот»? Я согласен. И поверьте, меня не коробит ваше отношение. Оглянитесь вокруг, и вы поймете, что я имею в виду! – Он обвел рукой зал. Потом спохватился и добавил с кривой усмешкой: – Ну, не тут конкретно, но вы меня понимаете…
   – Конечно, ты его понимаешь, – саркастически сказали в голове. – Интересно, что бы ты делал, если бы капитан Слесарев просто прошел мимо в парке?
   Или фээсбэшник Мельников не прикрыл тебя своей спиной… Или сейчас ты их целовать готов, а потом, когда вернешься, опять начнешь нос воротить? Или, может быть, мне лучше помолчать? Это для тебя слишком? Конечно, момент не подходящий… Вот перед тобой сидит спасение твое. Вы с ним замечательно споетесь.
   – Господин Карутар?! – Корнелюк наклонился к столу. – Простите, что-то случилось?
   – Ничего не случилось… – Хейти тяжело выдохнул. – Что нам с капитаном делать?
   – С капитаном?
   – Ну да, со Слесаревым? Он и меня видел, и Объект… И Диму вашего… Кстати, Дима тоже в нашей команде был?
   – Дима? Хм… Дима нет… Дима в нашей команде не был. А что, Слесарев еще жив? – Корнелюк выглядел несколько удивленно.
   – Да вот… Знаешь ли, жив и даже здоров. Твои ребята, однако, плохо работают в команде. Где хоть взял?
   – Кого? Какие ребята?
   В воздухе повисла пауза. Затем Корнелюк усмехнулся.
   – Ладно, – сказал он, отводя глаза. – Не мои ребята это. Их сверху спустили… Мясо. Значит, жив капитан? Плохо это…
   – Понятно, что плохо, – согласился Хейти, а про себя подумал: «Слишком ты со мной откровенен, дружок. Это наводит на совершенно определенные размышления». – Куда его теперь?
   – Куда?.. Туда… – Корнелюк решительно встал. – Пошли… Ты ключики из тела вытащил?
   – Из тела?
   Корнелюк ничего не ответил, только пожал плечами и направился к выходу. Хейти поспешил за ним, неловко пряча «глок» под одеждой.
   Приблизительно через полчаса они сидели в угнанном мусоровозе.
   Александр был за рулем:
   – Дима-то хоть того?
   Хейти посмотрел на его профиль на фоне освещенного окна. Черные волосы как-то неудачно падали на лоб, бородавка выделялась под носом, как щеточка усов. В профиль Корнелюк напоминал Гитлера, но не того, мистически жуткого, а карикатурного, мелкого фюрера районного масштаба.
   – Того… – подтвердил Хейти.
   – И это хорошо… Всегда меня бесил, паскуда. Знаешь, парень с комплексами был… невероятными. Как только на такую работу попал?! Комплекс власти, знаешь такой?
   «Ну, ты тоже непонятно как сюда попал», – подумал Хейти.
   Корнелюк продолжал:
   – Если ты думаешь, что я плох, то ты бы на Диму в действии посмотрел… Зверюга.
   – Странно… – пробормотал Хейти.
   – Что странно?
   – Как будто тридцать восьмой год…
   Корнелюк внимательно посмотрел на Хейти, а потом рассмеялся. Хейти уловил нотку обиды в этом смехе.
   – Нет, ну ты даешь… Я же тебе говорю… Ты не путай нас с ФСБ. Или ты думаешь, что в Штатах лучше в их этом… «Ангаре 18»? Тебе сказано, вневедомственная структура! Понял?
   – Понял, понял… – ответил Хейти, вспоминая Мельникова, пляшущего вместе с толкиенистами.
   Понял.
   – Вот они… – удовлетворенно пробормотал Корнелюк. – Поехали.
   На освешенной улице показался микроавтобус.
   Корнелюк тронулся с места с потушенными фарами и, не откладывая дело в долгий ящик, начал стремительно догонять автомобиль.
   – Пристегнись… – порекомендовал Александр.
   В следующий миг машину тряхнуло. Грузовик протаранил микроавтобус сзади. Водитель атакованной машины прибавил газу, но на такой короткой дистанции это не имело значения. Распахнулась задняя дверка, и по кабине защелкали пули. Хейти пригнулся и прозевал момент следующего удара.
   – И еще раз! – азартно заорал Корнелюк, лобовое стекло посыпалось Хейти на голову.
   Машину занесло и едва не перевернуло.
   Когда Хейти поднял голову, он увидел перевернутый микроавтобус, стекла выбиты, колеса беспомощно вращаются в воздухе.
   – Вперед, вперед… – суетился Корнелюк, выбираясь из побитого мусоровоза. – Мне нужен капитан. Живой или мертвый. Давай…
   Откуда ни возьмись у него в руках объявился короткоствольный автомат. Корнелюк держал на прицеле микроавтобус.
   Капитан был жив. Когда Хейти вытаскивал его через боковое стекло, тот жалобно стонал, кажется, что-то случилось с рукой.
   – Жив! – удивленно воскликнул Корнелюк. – Нельзя сказать, что кстати. Но ничего. Давай его в машину…
   – Зачем? – спросил Хейти, на всякий случай придерживая свободной рукой «глок».
   – План простой, – пояснил Александр, залезая в кабину. – Убиты сотрудники ФСБ. С места преступления пропал подозреваемый. Уехал, по всей вероятности, с сообщниками. Понимаешь, на кого все свалят? Чрезвычайно удачно капитан подвернулся…
   – И не говори, – пробормотал Хейти, поглядывая на Слесарева, который валялся на сиденье без сознания.
   «Одна беда, кто были его сообщники? – пронеслось в голове. – Вероятно, эстонский националист Хейти Карутар. Найденный мертвым, скончавшийся от полученных ранений в ходе проведенной операции. Или как-нибудь так».
   Мусоровоз несся по дороге.
   – Бомба с собой? – спросил Корнелюк.
   – С собой… – успокоил его Хейти. – Кстати, почему нельзя было использовать готовый материал?
   – Ну, ты даешь! Легко получить, легко выследить. Легко спрятать, легко найти. Просто, как сапоги.
   – Понятно…

   ГЛАВА 29

   Вот дедушка идет. У него нет ног.
Егор Летов
   Вывалившись из кабины грузовика в сырую, пахнущую бензином траву на обочине, Сергей попытался перевернуться, но оперся на поврежденную руку и вскрикнул.
   – Плохо дело, капитан, – сказали над головой. – Что там у вас?
   Это был Костюм. Он присел на корточки рядом с Сергеем и ощупал руку прямо сквозь одежду.
   – Вывих, – сказал он. – Чепуха, сейчас исправим. Только не ори, хорошо?
   С этими словами он ловко и резко дернул руку. Боль ударила куда-то в голову, но через мгновение стало необыкновенно легко. Рука почти не болела.
   – Спасибо, – кивнул Сергей.
   – Не за что.
   – Вас и этому учат?
   – Нас много чему учат… Ну что, капитан, прекратим военные действия? – Ствол маленького автомата смотрел прямо на Сергея.
   – Зачем?
   – А затем, что ты и так глубоко залез, Слесарев.
   Сергей огляделся. Мусоровоз стоял на полянке, в тишине, нарушаемой лишь попискиванием птиц и щелчками остывающего двигателя. Хорошо наезженная такая полянка, наверное, лесовозы тут стояли, вон соляркой как воняет…
   На подножке сидел унылый Хейти с мешком в руке. Что у него в мешке? Давешняя кастрюля? Что ж, хороший подарок господам контрразведчикам… если только Костюм – контрразведчик. А ведь он неправильный контрразведчик, не настоящий… «А царь-то не настоящий!», – вспомнилось из «Ивана Васильевича»…
   – Ладно, поговорим. Так и будем по званиям?
   – А чего? Я майор.
   – Штурмбаннфюрер, стало быть? – улыбнулся Сергей.
   – Пошути мне, пошути, – кивнул Костюм. Беззлобно так кивнул, почти по-приятельски.
   – Самое обидное, герр штурмбаннфюрер, – продолжал Сергей, переходя из положения «лежа» в положение «сидя», – что мне уже рассказывал много интересных историй ваш коллега – любитель кактусов. Правда, что-то мне подсказывает, что не такой уж он вам коллега, но тем не менее. Каких историй ждать от вас?
   – А никаких, – серьезно ответил Костюм. – Живым хочешь быть? Хочешь. И он вон тоже хочет. – Костюм мотнул головой в сторону молчаливого Хейти. – Хочет, но молчит.
   – Про жизнь мне он тоже вкручивал, – сказал Сергей, переходя из положения «сидя на заднице» в положение «сидя на корточках». Он прикинул, что вполне может достать Костюма, если тот не просчитает его намерения.
   – И правильно вкручивал, потому что это главный козырь.
   – Главный? А такие понятия, как честь и совесть, тебе знакомы, герр штурмбаннфюрер?
   Костюм очумело посмотрел на Сергея, потом покачал головой и расхохотался. Смеялся он долго, утирая глаза тыльной стороной левой руки; автомат, правда, не опускал. Переведя дух, сообщил:
   – А ведь я даже поверил сначала. Думал, ты это серьезно… Ну, капитан, даешь! Ты, часом, комсоргом в школе милиции не был? «Ум, честь и совесть нашей эпохи». Умеешь фасон давить. Ладно, давай серьезно.
   – А я и говорю серьезно. Я, кстати, партбилет не сжигал, как некоторые. Если хорошую идею просрали, это еще ничего не значит.
   – Ну, тогда считай, что разговора не вышло. Ты мне не так уж и нужен в живом виде, капитан, нужно бы тебе это было понять… Прощай, капитан.
   Сергей вскинулся, как пружина, оттолкнувшись ногами, коротко рыкнула очередь, совсем маленькая очередюшка, а потом Костюм бросился на него. Вернее, Костюма бросило на него, потому что Хейти выстрелил ему в затылок.
   Майор лежал ничком в траве. Автомат валялся поодаль, и Сергей бережно поднял его. Малопонятный автомат, не наш, что ли? Одна малина, главное, стреляет. Осмотрел карманы майора, нашел запасной магазин, удостоверение, бумажник. В бумажнике – несколько сотенных, полтинник, мятые червонцы и мелочь. Неплохо.
   Хейти отстранение смотрел, как Сергей мародерствует. В руке его подрагивал «глок».
   – Спасибо, – сказал Сергей, поднимаясь. – Спас.
   – Я его убил? – спросил Хейти.
   – Ага. Диагноз: труп. Он тебя что, вербовал?
   – Да.
   – Получилось?
   – Почти.
   – За чем же дело стало?
   – Не знаю, – признался Хейти. – Слишком у него гладко все выходило. К тому же он работал не на ваших.
   – А на кого?
   – На Штаты, – сказал Хейти. Сергей развел руками:
   – Ну, надо же кому-то и на Штаты работать… Хотя не верю я, что вот так он запросто работал на эти самые Штаты. Может, и не только на них, а то и совсем не на них… Во, блин. История… Ну, что делать-то будем?
   – Сдаваться? – спросил Хейти.
   – Тю на тебя. Кому? Им? Ладно, пошли со мной, там разберемся.
   Сергей решил временно спрятаться там, куда он вначале послал Хейти, – в старом укрытии. Огромное бомбоубежище, которое так и не успели достроить с приходом Горбачева, записавшего всех условных противников в товарищи по оружию, облюбовали бомжи и жили там постоянно. Милиция их не трогала, кроме редких случаев, когда ради очередного месячника или праздника требовалось провести показательные выступления и отловить десяток-другой лиц без определенного места жительства.
   Огородами и дворами они пробрались к парку, не вызывая особых подозрений: два грязных мужика тащат куда-то мешок, то ли бомжи, то ли рыбаки. В одном месте, правда, на них наорала через забор сухая взлохмаченная старуха, почему-то решившая, что они собрались воровать белье
   Наконец впереди показалось укрытие, чернеющее среди низеньких кустов шиповника выбитой дверью.
   По бетонным ступеням они спустились в сырую, пахнущую дымом и грибами темноту. Впереди, сразу за поворотом, горел костер, возле которого сидели двое.
   Эта парочка была Сергею хорошо знакома: флегматичный длинный Сашок и толстяк Слоненков, известные местные бомжи старой формации Сейчас они что-то жарили на палочках и явно наслаждались жизнью.
   – Привет, мужики! – сказал Сашок, не оборачиваясь. – Садитесь. Некисло позабавимся!
   Слоненков в подтверждение показал бутылку чего-то технического, что явно можно было пить.
   – Привет, – сказал Сергей, подсаживаясь. Сашок тут же узнал его и подскочил:
   – Здравствуйте, товарищ капитан!
   Слоненков, не отличавшийся почтительностью к чинам, что-то невнятно пробормотал. Хейти осторожно опустился рядом.
   – По службе, товарищ капитан? – подобострастно спросил Сашок. – Или как?
   – Выгнали из милиции, вот теперь жить тут буду, – сказал Сергей.
   Сашок икнул, потом понял, что капитан шутит, и заржал.
   – Доставай жратву, – велел Сергей эстонцу. Увидев пищу, бомжи еще больше оживились, Слоненков опять достал свою бутылку.
   – Что там у тебя за отрава? – спросил Сергей.
   – Жидкость для чистки полированных поверхностей, – ответил Сашок. – Редкая вещь! Только в «Хоэтоварах» на Покрышкина продается, и то мало осталось.
   – Не сдохнем?
   – Да ну! – обиделся Сашок. – Второй месяц употребляем, и все в шоколаде.
   – Тогда наливай.
   Сашок извлек откуда-то пластиковые стаканчики, а Слоненков принялся накрывать на стол, что-то бормоча себе под нос. Он был известен своим непроходимым пессимизмом, а также особым мнением на любой счет. В отделении иногда на досуге собирались специально, чтобы послушать в очередной раз отловленного Слоненкова. Затевался разговор так: один из присутствующих рассказывал странную историю, на что Слоненков тут же отвечал еще более крутой, случившейся с его теткой. Теток, судя по всему, у него было немерено, штук сорок, и жизнь каждой была наполнена приключениями. Особенной популярностью пользовалась история про бабушку Слоненкова, которая, собирая грибы, нашла в лесу двести долларов.
   Еще одним увлечением Слоненкова было посещение дискотек. Его часто можно было увидеть у молодежных клубов, притопывающего ножками в такт доносящейся оттуда электронной музыке, за что Слоненков получил у тусующейся молодежи прозвище Ди-Джей Бромн. Что такое Бромн, не знал даже сам Слоненков, но подозревал, что аббревиатура.
   – А я его знаю, – сказал Сашок, указывая на Хейти. – Его на днях наши отпи… Извините, побить хотели. А оказалось, ничего мужик!
   Он разлил в стаканчики мутно-желтую жидкость, пахнущую клеем для резины. Хейти вздохнул, но стаканчик взял. Сергей принюхался.
   – Точно не сдохнем?
   – Нуяже сказал, – заверил Сашок. Оничокнулись и выпили.
   Жидкость для чистки полированных поверхностей провалилась в желудок омерзительным комком, опалив стенки пищевода. Сергей выдохнул, судорожно схватил огурец и принялся жевать. Хейти, напротив, выпил свою порцию стоически, без гримас.
   Что бы там ни было, но после стаканчика Сергею сразу стало легче. Сырой и грязный подвал показался чуть уютнее, а давно не мытые физиономии Слоненкова и Сашка, казалось, излучали добродушие. Впрочем, так оно и было.
   Подцепив кусок колбасы, он устроился поудобнее и прикинул, что же ему дальше делать. Точнее, не ему, а им. Конечно, Хейти можно бросить здесь, под присмотром Сашка со Слоненковым, но это опасно. И брать с собой опасно… Ладно, жизнь подскажет.
   – Сашок, – сказал он, – вот тебе деньги, пойди в секонд-хэнд – знаешь, в кинотеатре «Победа», купи что-нибудь на наш размер по погоде, а то мы пообносились слегка. Хотя… С ним все в порядке, только на меня купи. Да сдачу не пропей и особенно не шикуй!
   – А открылись уже?
   – Открылись, открылись. Вали давай.
   – Есть, товарищ капитан! А на дорожку?
   – Лучше потом. Быстрее вернешься.
   Сашок взял деньги и затопал вверх по лестнице.
   – У меня тетка в секонде купила пальто, а в кармане сто долларов, – мрачно сказал Слоненков, помешивая угли.
   – В самом деле? – вяло спросил Сергей.
   – Ну. Что я, врать буду?
   Костер потрескивал, распространяя запах креозота. Хейти молчал, Слоненков что-то бормотал себе под нос о своих удачливых тетках, а Сергей думал и сопоставлял. Хотя и думы, и сопоставления приводили к одному: деваться некуда. К экс-супруге? Незачем ее под удар подставлять… Из друзей вряд ли кто-то пойдет навстречу… Разве вот Екатеринбургский? Эксцентричный краевед наконец-то сможет побороться с всесильными органами, как оно и полагается почтенному диссиденту со стажем. Где он живет? На Молодой Гвардии, дом 102, подъезд Сергей помнил, квартиру можно и у старух узнать, благо краевед личность популярная. И архивами он, помнится, грозился…
   – Что тебе говорил фээсбэшник? – спросил Сергей у эстонца. Тот пожал плечами:
   – Да не из ФСБ он. Точнее, из ФСБ, но работает на… э-э… – Хейти посмотрел на Слоненкова.
   – При нем можно, – успокоил Сергей. – Надежный человек.
   – На какую-то закрытую контору в Штатах. И у них есть свой интерес в городе. Он сказал, что операция пошла наперекосяк… По плану я должен был контактировать с ним.
   – Какая операция?
   – Вот и я так спросил. Он сказал, что объект охраняется не службой безопасности и что он может в случае ЧП привести в действие такие механизмы, о существовании которых я не догадываюсь… Короче, он – необходимое мне звено. Без него я не выполню задание и не смогу безболезненно покинуть страну. Он мне должен был помочь.
   – Ай да штурмбаннфюрер! А ты его из пестика – хлоп!
   – Вневедомственная структура, сказал он…
   – Вневедомственная, стало быть? Мать их… – Сергей помассировал ноющую руку. Все-таки нужно быть благодарным покойному чекисту-цэрэушнику – руку исправил. Правда, потом сам же и пристрелить собирался, так что благодарности временно отставить…
   – Я ничего не понимаю… Ничего… – устало сказал эстонец.
   – А тебе и не надо. Уедешь в свою Эстонию, будешь там мацу кушать, или что там все кушают у вас в Эстонии, радоваться жизни, в море Балтийском купаться. Понимать нужно мне. Понимать, зачем я оставил свои спокойные и милые дела о краже лодок, тракторов и домашних заготовок, вот этих вот обормотов подвальных, алкоголиков родных и любимых… Полез в этот хренов подвал…
   Сергей остановил себя с трудом, потому что из него попер какой-то словесный понос. Да и кому жаловаться? Эстонцу, который тут, как карась на берегу? Или Слоненкову, которому по большому счету наплевать и на ФСБ, и на ЦРУ, и на тарелки с кастрюлями… Вот истинно счастливый человек.
   Философские мысли прервал Сашок, вернувшийся с уловом. Он честно отдал сдачу (хотя десятку как минимум замылил, в этом Сергей был уверен) и вручил объемистый пакет со словами:
   – Вот, тусуйтесь в заграничном, товарищ капитан!
   Из заграничного в пакете обнаружились джинсовые шорты, что было не совсем по погоде, большая футболка с размытым рисунком и куртка ярко-зеленого цвета из готащевки.
   – Что ж ты принес, зараза? – с горечью спросил Сергей. – Я что, на карнавал иду?
   – Так красиво же, товарищ капитан, – расплылся в улыбке бомж. – Я б сам одел.
   – Я б тебе одел. – Сергей стащил с себя рваные и испачканные кровью и грязью штаны и надел шорты. Хейти захихикал. «Ладно, пусть лучше так, а то молчал как сыч – как бы умом не тронулся», – подумал Сергей и пробормотал: – Как дурак.
   – И очень красиво, – уверенно сказал Сашок.
   «Если вернусь, упеку на пять суток», – решил Сергей.
   – Особенно штанишки вам очень идут. «На пятнадцать», – разозлился Сергей.
   – А я себе галстук недавно купил, всего рубль, а оказался Кристиан Диор, – не обращаясь ни к кому, сказал Слоненков. Ситуация стала напоминать сцену из спектакля театра абсурда. То же, видимо, подумал и Хейти, потому что захихикал пуще прежнего.
   – Ну все, посмейтесь мне еще, – рявкнул Сергей. – Где ваша братия шляется?
   – По бутылки пошли, – сказал Сашок. – А кто и в баню.
   – Значит, так: о нас – никому. С меня два пузыря.
   Уяснили?
   Бомжи закивали.
   – Наливай еще по одной, и хватит, – распорядился Сергей.
   Сашок послушно разлил свою политуру. Выпили, закусили.
   – Не по-людски, – заметил Сашок. – Бог любит троицу.
   – Ну, давай твою троицу… – смилостивился Сергей, подумав, что человек в его одежде, да еще пахнущий выпитой химией, вряд ли привлечет внимание серьезного мента.
   Попрощавшись с гостеприимными бомжами, Сергей и Хейти двинулись к выходу из лесопарка. По раннему времени, им никто не попался, кроме двух собачников и пьяного, который спал на лавочке. У выхода тоже никого не было, только сидела в ожидании покупателей одинокая старуха, торгующая семечками. При виде парочки она прикрыла свое тортовое хозяйство руками, словно наседка.
   – Куда мы идем? – спросил Хейти у ворот
   На толстой тумбе висела драмтеатровская афиша:
   «А. Толстой. Упырь», рядом еще одна: «Цирк. Группа „Руки вверх“.
   – К одному человеку. Очень интересному человеку, – рассеянно сказал Сергей. – Твоя чушка в мешке не рванет?
   – Я так думаю, не рванет.
   – А если и рванет. – Сергей махнул рукой. – Слушай меня: что я скажу, то и делай. Скажу лежать – лежи. Скажу ползать – ползи.
   – Хорошо, – покорно согласился эстонец. Как ни странно, но к дому краеведа они тоже подошли без приключений. На лавочке старух не было, но зато сидел и грелся на солнышке парнишка, с виду больной ДЦП или другой какой страшной хворобой.
   – Земляк, в какой квартире Екатеринбургский живет? Я ему пятерку должен, – сказал пропитым голосом Сергей, подойдя к лавке.
   – В сорок второй, – испуганно сказал больной, двигая в разные стороны руками.
   «Вот на кого надо деньги тратить, подумал Сергей, ведь лечат же, говорят, где-то».
   – Спасибо, земляк.
   Звонка у двери с номером 42 не имелось, и Сергей постучал кулаком. После непродолжительной тишины с той стороны зашаркало, закашляло, и в приоткрывшейся щели показался хитрый глаз краеведа. К удивлению Сергея, он узнал его безошибочно.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 [24] 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация