А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Властелин мургов" (страница 33)

   – Не думаю, что нам положено это делать. Мы должны быть все вместе, когда доберемся до Зандрамас.
   Гарион вдруг гневно стукнул кулаком по поручню.
   – Положено! – взорвался он. – Мне плевать, что там кому положено. Я хочу вернуть моего сына. Я устал двигаться черепашьими шагами только потому, что должен подчиняться Провидению, следовать за всеми его хитросплетениями и поворотами. Что плохого может случиться, если мы наплюем на это и отправимся прямо туда, куда нам надо?
   Белгарат невозмутимо взирал на рыжие скалы, почти скрытые за пеленой дождя.
   – Я сам много раз пытался так сделать, но это никогда не удавалось – обычно даже отбрасывало меня далеко назад. Я знаю, твое терпение на исходе, Гарион. Иногда трудно смириться с тем, что, подчиняясь воле Провидения, можно быстрее попасть туда, куда хочешь, но, по-видимому, всегда получается именно так. – Он положил руку Гариону на плечо. – Это так же, как рыть колодец. Вода внизу, но ты должен начать сверху. Пока никому еще не удалось вырыть колодец снизу вверх.
   – При чем тут это, дедушка? Не вижу связи.
   – Увидишь, если подумаешь немножко.
   Прибежал Дарник, в глазах его застыло изумление, руки дрожали.
   – Что случилось, Дарник? – спросил Белгарат.
   – Огромная рыба, я такой никогда в жизни не видел! – воскликнул кузнец. – Как лошадь!
   – Она наверняка у тебя сорвалась.
   – Поломала удочку со второго рывка. – В голосе Дарника была странная гордость, глаза ярко заблестели. – Какая замечательная рыба, Белгарат! Она вылетела из воды, словно камень из катапульты, и прошла по волнам на хвосте. Ах, какая рыба!
   – И что ты теперь будешь делать?
   – Ловить ее, разумеется, только мне нужна удочка покрепче и, может быть, даже канат. Ну и рыба! Прости. – И он заспешил на нос корабля к капитану – поговорить о канате.
   Белгарат улыбнулся.
   – Люблю я этого человека, Гарион, – сказал он. – Правда люблю.
   Дверь возле кормового трапа снова открылась, и появились Шелк с братом. По утрам Гарион первым выходил на палубу, но он знал, что в течение дня подышать бодрящим соленым воздухом и сделать пару кругов рано или поздно выходили все.
   Теперь вот и эта парочка с осунувшимися лицами брела по скользкой от дождя палубе. Выглядели оба не слишком-то хорошо.
   – Как продвигается наше путешествие? – спросил Шелк. Он был бледен, руки заметно дрожали.
   – Понемножку, – проворчал Белгарат. – Вы оба сегодня проспали.
   – По-моему, нам надо было спать еще дольше, – мрачно ответил Ургит. – У меня побаливает голова, где-то тут, у левого глаза.
   Пот тек с него ручьями, кожа приобрела какой-то зеленоватый оттенок.
   – Я ужасно себя чувствую, – объявил он. – Почему ты меня не предупредил, Хелдар?
   – Хотелось тебя удивить.
   – На следующее утро всегда так бывает?
   – Обычно, хотя иногда бывает и хуже.
   – Хуже? Куда уж хуже? Ох, прости. – Ургит бросился к поручням и свесился вниз. Его вырвало.
   – Он не слишком хорошо это переносит, а? – заметил Белгарат так, словно был доктором.
   – Нет опыта, – вздохнул Шелк.
   – До чего же плохо, прямо умираю, – простонал Ургит, вытирая рот трясущейся рукой. – Зачем ты мне позволил так много пить?
   – Такие решения мужчина обычно принимает сам, – ответил Шелк.
   – И, по-моему, тебе за этим занятием было не так уж плохо, – добавил Гарион.
   – Не знаю. Я на несколько часов отключился. Что я делал?
   – Ты пел.
   – Пел? Я? – Ургит опустился на скамью и закрыл лицо руками. – Боги! – вновь застонал он. – О боги, боги!
   Появилась улыбающаяся Прала в черном плаще. Она вынесла страдальцам под дождь две высокие пивные кружки.
   – Доброе утро, господа, – сказала она, сделав легкий реверанс, – госпожа Полгара сказала, что вам нужно это выпить.
   – А что там? – подозрительно спросил Ургит.
   – Я не знаю, ваше величество. Они с найсанцем что-то намешали.
   – Может, это яд, – с надеждой произнес Ургит. – Было бы неплохо – быстро умереть и разом со всем покончить. – Он схватил кружку и шумно втянул в себя ее содержимое. Все тело его передернулось, а на побелевшем лице отразился неподдельный ужас. – Какой кошмар, – прошептал он.
   Шелк, пристально понаблюдав за ним минутку, взял вторую кружку и аккуратно вылил ее за борт.
   – Ты что, свою пить не будешь? – с упреком произнес Ургит.
   – Не буду. У Полгары иногда бывает странное чувство юмора. Я бы и рисковать не стал – посмотрим еще, сколько рыбы всплывет кверху брюхом.
   – Как вы себя сегодня чувствуете, ваше величество? – спросила бедного Ургита Прала с притворным выражением сочувствия на лице.
   – Я нездоров.
   – Ну, так вы сами виноваты.
   – Пожалуйста, перестань.
   Она елейно улыбнулась.
   – А ты и рада, да? – с упреком спросил он.
   – Да, ваше величество, – закивала она, – рада.
   Она взяла кружки и пошла к корме, держась вдоль поручней.
   – Неужели они все такие? – жалобно спросил Ургит. – Жестокие?
   – Женщины? – Белгарат пожал плечами. – Конечно. У них это в крови.
   Дождливое утро все не кончалось. Шелк и Белгарат ушли в каюту, причем, как подозревал Гарион, не только из желания спрятаться от дождя, но хлебнуть чего-нибудь горячительного. Ургит сиротливо сел на мокрую скамью, опустив голову на руки. Гарион с угрюмым видом прохаживался неподалеку.
   – Белгарион, – жалобно попросил король мургов, – тебе обязательно надо так топать?
   Гарион слегка улыбнулся.
   – Шелк действительно должен был предупредить тебя.
   – Почему его все называют Шелком?
   – Это прозвище дали ему коллеги по драснийской разведке.
   – Зачем понадобилось члену драснийской королевской семьи становиться шпионом?
   – Такая у них национальная традиция.
   – Он действительно в этом что-то смыслит?
   – Он один из лучших.
   Лицо Ургита еще больше позеленело.
   – Это ужасно, – пробормотал он. – Я никак не пойму, что это – выпивка или морская болезнь? Засунуть, что ли, голову в ведро с водой, вдруг станет лучше?
   – Ну, разве что если продержать ее там достаточно долго.
   – Это мысль. – Ургит опять положил голову на поручни и подставил лицо под дождь. – Белгарион, – наконец спросил он, – что я делаю не так?
   – Ты выпил чуть больше, чем следовало.
   – Я не об этом. В чем я делаю ошибки – ну, как король?
   Гарион взглянул на него – маленький человечек, безусловно, был искренен.
   Гарион вновь почувствовал к нему симпатию, как когда-то в Рэк-Урге, и решил для себя, что Ургит все-таки ему нравится. Глубоко вздохнув, он сел рядом со страдающим королем мургов.
   – Кое-что ты уже и сам знаешь, – сказал он. – Ты позволяешь людям помыкать собой.
   – Это потому, что я пуганый, Белгарион. Мальчиком я позволял собой помыкать, чтоб меня не убили. Подозреваю, это вошло в привычку.
   – Да, смерти все боятся.
   – Ты-то ведь не боишься. Ты дрался с Тораком в Хтол-Мишраке, да?
   – Это была не совсем моя идея – и поверь, ты даже представить себе не можешь, с каким страхом я отправлялся на этот поединок.
   – Ты? Со страхом!
   – Да. Впрочем, ты уже начинаешь как-то с этим справляться. У тебя здорово получилось с этим генералом – Крадаком, да? – там, в Дроиме. Только всегда помни, что ты король и именно ты отдаешь приказы.
   – Попробую. А что еще я не так делаю?
   Гарион подумал.
   – Ты стараешься за все браться сам, – сказал он наконец. – Это никому не под силу. Слишком много всяких дел сваливается на одного человека. Тебе нужен помощник – хороший честный помощник.
   – А где я найду хорошего помощника в Хтол-Мургосе? Кому я могу доверять?
   – Ты доверяешь Оскатату?
   – Да, пожалуй.
   – Вот с него и начни. Видишь ли, Ургит, у тебя в Рэк-Урге приближенные принимали решения вместо тебя. Они стали сами это делать, потому что ты был слишком напутан или слишком занят другими делами, стараясь укрепить свою власть.
   – Ты непоследователен, Белгарион. Сначала ты уговариваешь меня подыскать верного толкового помощника, а потом утверждаешь, что мне не следует позволять другим людям принимать решения за меня.
   – Ты не понял. Люди, которые до сих пор принимали решения за тебя, – вовсе не те, кого ты облек доверием. Они сами себе присвоили это право. Ты зачастую и не знаешь, кто они такие. Это никуда не годится. Ты должен выбирать людей очень осторожно. И прежде всего – за способности, а уже потом исходя из их личной преданности тебе и твоей матери.
   – Нет людей, преданных мне, Белгарион. Мои подданные ни во что меня не ставят.
   – Тебя это, наверное, удивит. Ведь у тебя нет сомнений относительно преданности Оскатата или его способностей, да? Так вот, может быть, с этого и следует начать. Позволь ему выбрать для тебя управляющих. Сначала они будут преданы Оскатату, но потом станут уважать и тебя.
   – Я об этом даже и не думал. Ты считаешь, получится?
   – Вреда, во всяком случае, не будет, попробуй. Если уж совсем честно, друг мой, перед отъездом ты очень много всего натворил, всех распугал, но это временно, а ведь нужно же когда-то заявить о себе по-настоящему.
   – Я должен хорошенько обдумать все, что ты мне сказал, Белгарион. – Ургит вздрогнул и оглянулся. – До чего ж тут скверно, – сказал он. – Куда ушел Хелдар?
   – Внутрь, в каюту. Думаю, он пытается улучшить свое самочувствие.
   – Ты хочешь сказать, что есть средство вылечиться?
   – Некоторые алорийцы советуют принять еще немного того же, от чего им стало плохо.
   Ургит побледнел.
   – Еще? – ужаснулся он. – Как они могут?
   – Алорийцы – народ храбрый, это известно.
   В глазах Ургита мелькнуло подозрение.
   – А не будет ли мне от этого точно так же плохо завтра утром?
   – Может, и будет. Наверное, поэтому у жителей Алории всегда с утра такое отвратное настроение.
   – Глупо, Белгарион.
   – Знаю. На глупость у мургов нет полной монополии. – Гарион увидел, что его собеседник дрожит. – Шел бы ты в помещение, Ургит, – посоветовал он. – Ко всем твоим проблемам тебе еще только простуды не хватает.
   Дождь прекратился лишь поздно вечером. Капитан-мург посмотрел вверх, на небо, от которого все еще можно было ожидать чего угодно, потом на скалы и рифы, выступающие из бурлящей воды, и благоразумно приказал команде убрать паруса и бросить якорь. Дарник и Тоф с сожалением смотали свои снасти и теперь стояли, с гордостью глядя на десяток блестящих серебристых рыбок, лежащих на палубе у их ног.
   Гарион подошел и восхищенно оглядел их улов.
   – Неплохо, друзья, совсем неплохо!
   Дарник осторожно измерил руками самую большую рыбу.
   – Около трех футов, – констатировал он, – были еще такие же большие, но они сорвались.
   – Так, наверное, всегда бывает, – сказал Гарион. – Да, еще знаешь что, Дарник, я бы почистил их, прежде чем показывать Полгаре. Ты же знаешь, как она к этому относится.
   Дарник вздохнул.
   – Может быть, ты прав, – согласился он.
   Вечером, отведав за ужином добытой Дарником и Тофом рыбы, все сидели вокруг стола в кают-компании и разговаривали.
   – Ты думаешь, Агахак уже поймал Харакана? – спросил у Белгарата Дарник.
   – Сомневаюсь, – ответил старик. – Харакан хитрый. Если уж Белдин не смог его поймать, Агахаку вряд ли удастся.
   – Госпожа Полгара, – вдруг возмутился Сади, – скажите ей, пусть перестанет.
   – Что такое, Сади?
   – Графиня Лизелль портит мне змейку!
   Бархотка, тихо улыбаясь, исподтишка скармливала Зит икру одной из самых крупных рыб, пойманных Тофом и Дарником. Зеленая змейка, довольно урча, подняла голову в ожидании следующего лакомого кусочка.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 [33] 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация