А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Чародей и летающий город" (страница 1)

   Кристофер Раули
   Чародей и летающий город


   Холодные песчаные смерчи кружились и скользили по улицам города, который раскинулся так далеко внизу, что его очертания едва угадывались. Старый Магистр оперся о перила, щурясь в лучах солнца, кое-где пробивающегося сквозь стремительно летящие облака. Ветер шевелил мех на его груди, длинные уши мерзли. Он уже много лет не поднимался на эту башню, хотя когда-то очень любил здесь бывать. Не хотелось лишний раз смотреть на руины там, внизу, – он и так знал, что его мир умер. Но сейчас старику было необходимо увидеть небо, широкий горизонт.
   Его дух пришел в смятение от странного сна. Даже сейчас, спустя много часов после пробуждения, Шадрейхт ощущал необыкновенную ясность сознания. В таинственном средоточии всего сущего все еще слышался величественный гимн, и сердце древнего Магистра стучало в такт этим звукам.
   Неужели его посетили боги? Вопрос потряс все его существо. Это казалось невозможным, тем болев для того, кто был невероятно стар, мудр и абсолютно уверен, что боги, если когда-то давно и существовали, исчезли навсегда. Но чем еще можно объяснить такой необычный сон? Если это вообще был сон. Тихое пение, золотое лицо, туловище гигантского насекомого… В глазах, словно созданных из зеленого стекла, светился необыкновенный ум. Существо, сначала испугавшее старика, ласково заговорило на незнакомом языке, но все же Шадрейхт прекрасно понял нежную песню.
   Облака поредели, яркий солнечный свет устремился вниз, и Магистр зажмурился. Прикосновение теплых лучей разбудило и другие воспоминания.
   Когда-то мир был прекрасен… А сейчас по развалинам Канакса носились клубящиеся смерчи. У Шадрейхта снова защемило сердце при мысли о былом величии города, и он – в который раз! – отвел взгляд и устремил его на юг.
   Из расселины Сауронлорда столбом поднимался черный дым, стремительный ветер хлестал его и разносил вширь. Там, под темной непроницаемой завесой, колышущейся в небе, клубилась чудовищная сила. Там гнули спину миллионы рабов, в угоду господину сжигавшие саму землю, чтобы выкачать из нее ее сокровища. Там продолжалась работа величайшего обманщика, Сауронлорда Двенадцати Миров.
   Теперь, когда все потеряно, боги заговорили с ним, со старым Шадрейхтом, Магистром и хозяином тайной крепости, и дали ему ключ к уничтожению Сауронлорда, Властелина Двенадцати Миров. Заклинание, способное исказить магию Обманщика, заточить проклятого чародея по ту сторону зеркала и навечно оставить его в преддверии ада!
   Двенадцать миров восстанут из праха. Миллионы погубленных возопят из могил, благословляя долгожданную месть.
   Увы…
   Слеза выскользнула из глаза и оросила старческую серую щеку.
   Увы, боги ждали слишком долго: сила лордов Элима давно иссякла. Цитадель врага стала неприступной для тех, кто некогда властвовал над здешними землями. Теперь у поверженных имелся ключ, но не было возможности использовать его. Врагу ничто не грозило. Их мир так и останется пылью под его сапогами.

   Глава 1

   – Эй, Эвандер! Поди-ка сюда! – раздался окрик с кормы. Гибкий юноша поднял голову с взъерошенной копной выгоревших на солнце волос, соскочил с подвесной койки и взбежал по ступеням, ведущим на палубу. Одет он был как простой моряк: брюки из хлопкового полотна и незастегнутая рубашка – грудь юноши была открыта теплому бризу залива Иссэк.
   Море блестело в утренних лучах солнца. Прямо по курсу лежал мыс Бакан, за ним неясно вырисовывался меловой хребет Зуб Торментара. «Крылатый торговец» шел с попутным ветром, и Эвандер знал, что через час-полтора они войдут в гавань Порт-Тарквила.
   – Косперо, помнишь, что ты мне обещал? – крикнул юноша коренастому краснолицему мужчине, стоящему на бушприте.
   – Помню, помню, постреленок ты эдакий. Мы пойдем в таверну «Дикий попугай», как я и обещал.
   – Таверна «Дикий попугай» в Порт-Тарквиле! – воскликнул юноша так громко, что привлек внимание помощника капитана, и тот свирепо уставился на парня поверх перил средней палубы.
   – Прежде чем кто-либо из вас ступит на твердую землю, капитан прочтет небольшую лекцию об опасностях Порт-Тарквила! – прорычал помощник капитана.
   Юноша и коренастый мужчина обменялись предостерегающими взглядами и демонстративно занялись такелажем. Но через минуту Косперо знаком показал, что помощник снова отвернулся и можно спокойно разговаривать.
   – Мой принц, вы увидите в «Диком попугае» самых роскошных и самых соблазнительных в мире девиц.
   Взгляд юноши стал неприятно пристальным.
   – Простите, мой… я имею в виду… – поперхнулся Косперо.
   – Ты прощен, старый друг, но тебе следует быть более внимательным. Нет больше принца Данаиса. Он исчез навсегда, иначе его сумеют найти, и мне придет конец.
   Косперо, опустив глаза, покачал головой:
   – Мои извинения, Эвандер, но с тех пор как меня приставили заботиться о тебе, я не могу ни на минуту забыть, кем ты являешься. Я…
   Они уже давно были в бегах, однако привычки дворцовой жизни не так-то легко забывались.
   – Довольно. – Взгляд юноши посветлел. – Расскажи мне еще раз о тех девицах, что приходят в «Дикий попугай». Говоришь, они носят красные пояса и ведут себя уверенно, развязно и вызывающе?
   – Так и есть, – ответил Косперо, добродушная улыбка вновь вернулась на его лицо. – Их, конечно, не стоит путать с обычными шлюхами, да они и не шлюхи. Нравы здесь не такие, как в Кассиме, и нельзя судить этих женщин по нашим меркам.
   Оба забыли об оговорке. Ветер надувал паруса фок-мачты, и «Крылатый торговец» плавно скользил к берегу.
   К полудню судно вошло в док, и команда разгрузила бочки с медом из Зеуксады, тюки кож из Иссэка. На берег высадилась горстка пассажиров – пятеро монахов, держащих путь в монастырь на высоком хребте Бакан, за городом.
   Свобода маячила на расстоянии, которое можно было бы преодолеть всего за несколько минут, но сперва матросам пришлось выслушать лекцию капитана об опасностях, поджидающих их в пивных заведениях Порт-Тарквила. Капитан вышел на полуют и оттуда воззрился на команду сверху вниз, словно зловещая грозовая туча.
   – Ага, я смотрю, все уже ждут не дождутся вкусить береговой вольницы!
   Прежде чем продолжить, капитан одарил всех свирепой ухмылкой.
   – Я не такой человек, чтобы мешать вам наслаждаться вашей долей радостей жизни, во всяком случае не тогда, когда вы на берегу. Но, чувствую, мой долг – предупредить вас о некоторых особенностях жизни на Баканском побережье, сиречь здесь. – Капитан сделал паузу и внимательно посмотрел на подчиненных. – К сожалению, приходится признать, что, хотя я и сам набирал команду, среди вас все же попадаются глупцы, которые не слушают советов вашего дорогого старого капитана. Так вот что я вам скажу… – Взгляд его стал еще более пронизывающим. – Глупцы, напивающиеся в Порт-Тарквиле, рискуют проснуться закованными в цепи в телеге, которая тащится на ту сторону холма, в Бакан. Именно в цепях, с кляпом во рту, по дороге на невольничий рынок! – Капитан выпятил нижнюю губу и уперся руками в бока. – Так что если кого-то из вас привлекает жизнь сельскохозяйственного раба, то валяйте, забудьте мои советы. Обязательно как следует надеритесь тарквильскими винами – они крепкие, легко пьются и здорово ударяют в голову. Как только хозяин корчмы увидит, что вы залили шары, он тут же предложит вам стаканчик за счет заведения, вот и пейте!
   Капитан Инндиби минуту всматривался в море, а потом вновь свирепо вперился в толпу матросов.
   – И тогда уж вы точно проснетесь по дороге на невольничий рынок Сколы.
   Команда бесстрастно взирала на капитана. Большинство уже слышало и эту лекцию, и множество подобных. Порт-Тарквил печально славился многим, в том числе таинственными исчезновениями матросов. Каждый позаботится о себе сам. Тем не менее капитан продолжал:
   – А тем, кто достаточно глуп, чтобы забредать в такие проклятые дыры, как «Дикий попугай», – здесь Инндиби бросил хмурый взгляд на высокого юношу с выгоревшими волосами, – я напомню, что Порт-Тарквил печально известен разрушительными болезнями плоти. Подцепите здесь какую-нибудь холеру, и еще на полпути к дому нам придется выбрасывать вас за борт, в холстине, привязав к ногам булыжник.
   Эвандер покраснел. Взгляд капитана Инндиби было невозможно выдержать – слишком уж он был прямым и проницательным. Юноша про себя посмеялся собственному смущению – спустя месяц после отплытия из Зеуксады он имеет полное право искать общества противоположного пола. Плевать на старого Инндиби; они пойдут в «Дикий попугай», как только ступят на берег!
   Наконец речь капитана кончилась. Спустили трап, и моряки ринулись на берег, радуясь, что после длительного путешествия могут ступить на твердую землю.
   Порт-Тарквил был городом каменных домов, ютящихся у подножия огромного мелового хребта – самой яркой детали пейзажа. Улицы, площади и пристань были мощеными – выложенными морским камнем.
   Бродя по пристани, матросы с «Крылатого торговца» заметили: с Порт-Тарквилом что-то не в порядке. Пропал дух праздника, неизменно присущий этому месту и воспетый в легендах, которые рассказывали по всему Эйго. Пропали нарядные корзинки с цветами, раньше, бывало, висевшие на каждом фонаре. Исчезли яркие полотнища, прославлявшие всемирно известные таверны.
   Несколько смущенные, матросы оглядели заброшенную главную базарную площадь и, недоуменно пожимая плечами, пошли дальше, мимо пустых торговых лотков и магазинов с закрытыми ставнями, по извилистым улочкам, в центр города.
   Какая-то старуха проводила их взглядом и смачно сплюнула. Заорала кошка. Дети бросались врассыпную, двери вдоль мощеных улочек с треском захлопывались.
   В конце концов Косперо нашел нужную улицу и по мощеной мостовой вывел Эвандера к знаменитой гостинице, которая оказалась трехэтажным строением из белого камня с шиферной крышей. Вывеску украшало изображение красно-желтой птицы. Путешественники толкнули дверь и вошли. Увы, все говорило о том, что «Дикий попугай» был уже не диким. Таверна казалась прискорбно прирученной.
   Несколько стариков в углу нянчились с кружками; из верхнего окна падал свет, но в таверне все равно было мрачно и неуютно. Ни музыкантов, ни музыки, веселящей сердце и зовущей в пляс ноги. Вместо соблазнительных ароматов – верного знака, что на кухне готовится добрый обед – пахло плесенью. И – что хуже всего – не было видно ни единой девицы.
   – Это и есть тот самый «Дикий попугай»? – осведомился юноша, оглядывая пустые столы и стулья у стойки.
   – Мы пришли слишком рано. Ближе к вечеру здесь будет негде яблоку упасть, – поспешно ответил Косперо. – А пока давай возьмем легкого вина и осмотрим город. Гостиница «Ребурбиш» славится своим великолепием. Можно подняться по тропинке на склон Зуба, взять с собой завтрак и насладиться видом моря.
   – Косперо! За последние четыре месяца я наелся видами на море до конца дней своих. Я хочу встретиться со знаменитыми девицами в красных поясах.
   Косперо мрачно кивнул. «Принц Эвандер, – подумал он, – молодой человек в самом расцвете сил. Его нетерпение вполне объяснимо».
   Из кухни в зал для гостей вышел грузный мужчина с черными усами и угрюмо осведомился, чего желают путешественники.
   – Пожалуйста, два стакана вашего замечательного вионьерского вина, хозяин, – ответил Косперо. – И посоветуйте, где бы нам купить снеди для пикника? Мы прибыли на «Крылатом торговце» – он стоит на якоре в гавани – и решили сегодня прогуляться по Торментаре.
   Хозяин причмокнул, продемонстрировав единственный сохранившийся передний зуб.
   – Э-э… м-м-м… боюсь, благородные господа, что в данный момент у нас нет вионьерского. По правде говоря, у нас вообще нет хорошего вина. Лучшее, что могу предложить, это ролага. Оно слабое, но еще не скисшее.
   Косперо сморгнул и перестал гладить свой кошелек.
   – Как? Нет вионьерского? Жаль, жаль. А я предвкушал, как буду пить это вино, я прекрасно помню его букет. Ладно, давайте тогда ролагу.
   Через минуту перед путешественниками стояли два стакана со светло-розовым вином.
   – За «Дикий попугай»! – провозгласил тост Косперо.
   Едва глотнув, Эвандер поперхнулся, возмущенно вскрикнул и с грохотом опустил стакан на стойку.
   – Отвратительно, – прошипел молодой человек. Косперо прекрасно понимал, в чем дело. Принцу редко доводилось пить плохое вино. Винные погреба во дворце Седимо были не только обширны, но еще и предоставляли сказочный выбор вин со всего Седимо-Кассима и из других стран.
   – Н-да, этому вину не хватает крепости, – смущенно пробормотал он.
   – Этой водянистой гадости не хватает не только крепости.
   Косперо тяжело вздохнул и повернулся к хозяину:
   – Вино кислое, и пить его практически невозможно.
   Хозяин потеребил прямые кончики усов:
   – Как бы там ни было, это все, что у меня есть на продажу.
   Косперо еще раз сморгнул.
   – Тогда, похоже, «Дикий попугай» здорово сдал с тех пор, как я последний раз посетил его. Хозяин грустно улыбнулся.
   – Ваша правда, – ответил он.
   Это смиренное признание обескуражило Косперо.
   – Ну, так где же мы можем купить качественные продукты для пикника?
   – Только не здесь, – сообщил хозяин.
   – Ладно, тогда в какой-нибудь городской лавке?
   – Только не в Порт-Тарквиле. Здесь больше не водится хорошей снеди. Весь наш сыр покрывается плесенью через час после изготовления. Все наше вино скисает; виноградники не плодоносят. Пшеница не зреет на наших полях. Овес приходится завозить из-за Бакана. Нет, на этот раз визит в Порт-Тарквил не доставит вам удовольствия, друзья мои.
   Лицо Эвандера вытянулось.
   – Так девицы в красных поясах не придут сегодня вечером в «Дикий попугай»?
   – Конечно же, не придут. Они сейчас в премерзком настроении и скорее убьют мужчину, чем лягут с ним в постель.
   – Невероятно! – воскликнул Косперо, с отвращением вертя в руках стакан с вином. – Что же стряслось с Порт-Тарквилом?
   В глазах хозяина вспыхнуло беспокойство. Он прислонился к стене и бросил быстрый взгляд в окно, на меловой склон Бакана: там виднелось только синее небо и одинокое белое облачко.
   – Новый чародей с Черной горы наслал на нас проклятие.
   – Что это за чародей такой? – спросил Косперо.
   – У него много имен; чаще всего мы называем его чародеем с Черной горы.
   – Откуда он взялся?
   – Говорят, однажды лунной ночью он появился на Баканском побережье, еще говорят, что он прилетел через океан с заброшенных островов.
   – Заброшенные острова! Бр-р-р…
   – Он невероятно алчен и порочен. Все здешние земли, от гор до долин и равнин, он сделал бесплодными. С нас – с Порт-Тарквила – он потребовал ежегодную дань: восемь девственниц. Мы отказали: неужто он думает, будто отцы Порт-Тарквила отдадут своих любимых дочерей какому-то чудовищу?
   – И что произошло после вашего отказа? – спросил стройный юноша с выгоревшими волосами.
   – Он наслал на нас страшное проклятие: через некоторое время мы все умрем с голоду, и Порт-Тарквилу придет конец. – Бесстрастно произнеся столь печальное предсказание, хозяин вновь скрылся на кухне.
   С тяжелым сердцем Косперо и Эвандер направились обратно в гавань. Проходя мимо пустынного рыбного рынка, они услышали рев разъяренной толпы. Крики, угрозы и взрывы рукоплесканий гулким эхом отдавались на улочках, застроенных каменными домами.
   – Посмотрим, в чем там дело, – предложил Эвандер.
   Они свернули и через пустующий рыбный рынок прошли к широкой площади с часовней. Здесь, похоже, собрался чуть ли не весь город.
   – Что происходит? – спросил Косперо, заметив неподалеку матроса по имени Хэрнэр.
   – Мэр Порт-Тарквила собирается прочесть указ.
   На помост возле порога часовни вскарабкался дородный мужчина в черном бархатном камзоле, белых панталонах и треуголке.
   – Граждане! – раз за разом кричал мэр, размахивая шляпой, чтобы привлечь внимание толпы. В конце концов люди затихли.
   – Я, Голфо, ваш достопочтенный мэр, должен сообщить вам, что наша последняя попытка завязать торговые отношения с волшебником оказалась безрезультатной.
   В толпе послышались возмущенные крики. Глаза мэра заблестели от ярости.
   – О да, я знаю, кое-кто из вас считает, что мы должны просто-напросто опустить руки и сдаться. Но сейчас на кону стоит честь Порт-Тарквила! Я, Голфо, никогда не соглашусь на позорные требования чародея. Мы не позволим темным силам с заброшенных островов глумиться над нашими дочерьми!
   – Так он будет глумиться над нашими костями! – заорал мужчина, стоящий в первых рядах.
   – А-а, Коноко, отец двух сыновей, ты, конечно, хочешь, чтобы мы отдали своих детей этому чудовищу! А как бы ты заговорил, потребуй он в дань маленьких братьев Коноко, а?
   Многие в толпе начали выкрикивать оскорбления в адрес Коноко, который отвечал на них, не теряя самоуверенности. Какая-то старуха попыталась в него плюнуть, но друзья Коноко оттеснили ее назад. Городские констебли направились к спорящим, чтобы разнять их.
   Когда шум улегся, мэр Голфо вынул из кармана камзола свиток пергамента и начал читать:
   – Слушайте, жители Порт-Тарквила! Видя, в какой упадок пришла наша жизнь, избранные вами представители собрали с богатейших купцов города пять тысяч дукатов. Эта сумма будет передана великим волшебникам города Монжона как плата за снятие проклятия с Баканского побережья и изгнание злого чародея с Черной горы. Далее, мы принародно заявляем, что данный чародей – негодяй, мерзкий старик, пожиратель падали, отвратительный извращенец…
   Внезапно Голфо зашелся в приступе кашля и был вынужден прервать чтение. Приступ продолжался минуту или две, лицо мэра краснело все сильнее и сильнее, пока наконец не сделалось багровым.
   Наконец кашель прекратился. Голфо со стоном выпрямился и принялся, кривясь, засовывать себе в рот пергамент, который только что читал. Вскоре его лицо почернело, и мэр упал на колени. Объятая ужасом, толпа начала стремительно растекаться по улочкам. Мэр все еще стонал, заталкивая в себя пергаментный лист, но никто не пытался помочь несчастному. Даже констебли попятились. Такое проявление могущества темных сил само по себе казалось не только пугающим, но и отвратительным. Дело шло к тому, что мэр так и подавится, прежде чем кто-либо поможет ему.
   Тогда Эвандер выступил вперед и склонился над корчащимся Голфо. Тот слабо пытался оттолкнуть юношу. Эвандер отвел его руки и прижал к телу.
   – Ну же, Косперо, подержи его!
   – Вы уверены, что хотите этого, мой принц? Косперо бросил тревожный взгляд на неясно вырисовывающуюся громаду горы Бакан. Толпа почти разошлась.
   – Косперо, поспеши! Еще немного, и он задохнется.
   Тот повиновался, и Эвандер, с большим трудом раскрыв рот мэра, извлек мятый пергаментный лист, бросил на землю и несколько раз хлопнул несчастного по спине, чтобы помочь отдышаться. К концу этой процедуры по лицу Голфо катились слезы.
   Наконец мэр вновь обрел способность говорить; правда, в его хриплом голосе звучали рыдания:
   – Знаю, молодой человек, я должен вас поблагодарить, но, простите мне мои слова, лучше бы вы оставили меня умирать. Мне теперь незачем жить. Мы станем вечными рабами этого треклятого чародея.
   – Ну-ну, уверен, все не так уж плохо, – сказал Эвандер.
   – Отнюдь, отнюдь… – Мэр поднялся на ноги и заковылял прочь, к рыбному рынку, оставив Эвандера и Косперо одних на площади. Внезапный порыв холодного ветра взвил в воздух дохлых насекомых и обрывки шерсти с мостовой возле ткацких лавок.
   – Не нравится мне это, – заявил Косперо. – Вернемся-ка на корабль.
   Кассимцы быстро зашагали по пустынной улочке в сторону гавани, где стоял на якоре «Крылатый торговец», и ледяной ветер неотступно дул им обоим в спину.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация