А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Боевой дракон" (страница 43)

   Глава 54

   Воды Внутреннего моря были теплыми и солеными, то есть не совсем по вкусу вивернам, которые предпочли бы воду попрохладней. И все же они испытывали удовольствие от плавания – Базил, Альсебра и Влок, которого невозможно было отговорить, если он на что-нибудь решился. Остальные остались в укрытии на поросшем лесом склоне. Они должны были дожидаться три дня, после чего уйти и попытаться соединиться с главными экспедиционными силами.
   Каждый дракон транспортировал на спине двух человек: Базил нес Лагдален и Лессис, Альсебра – командира эскадрона Уилиджера и копьеносца Рикарта, а Влок – Свейна и графа Фелк-Хабрена.
   Лессис пыталась уговорить графа и командира эскадрона остаться с основным отрядом, но оба не согласились. Что до графа, то чувство чести и жажда мщения его были настолько всеобъемлющи, что спорить с ним было бесполезно. Уилиджер же просто показал пальцем в сторону Кости:
   – Там мой человек. Я обязан его спасти.
   Виверны испытали потрясение, погрузившись в морскую воду. В них заговорил голос дикой крови предков, дрожью отдаваясь в каждой клетке огромного тела. Они справились с его зовом, каждый по-своему. Базилу это чувство было уже известно, он ожидал его и попросту отклонил, как и в прошлый раз. Его мальчика мучили на этом острове, и дракон спешил на помощь, а еще – хотел повергнуть врага, причинившего им так много зла. Альсебра, как всегда, трезво оценила свои ощущения и нашла самый правильный выход, сделав заодно вывод и на будущее – она решила продолжать свою карьеру в легионе и дальнейшую жизнь на границе Кенора – подальше от соблазна дикой жизни. Влок был более уязвим, кроме того, незнакомые чувства озадачили его, и он их даже испугался, а потому решил не обращать на них внимания, сосредоточившись на плавании, на приближении к острову и на предстоящей работе. Вспомнив о ней, Влок стал тверже алмаза – Влок шел убивать.
   Так как виверны – отличные пловцы, а вода была спокойна, как в мельничном пруду, путешествие проходило без особых приключений. Впрочем, кое-какие опасные твари в этих древних водах еще оставались. В одном месте вода расступилась перед ними футов на двести, и длинная шея, заканчивающаяся головой с пастью, полной зубов, поднялась из пучины. Глаза размером с блюдце оценивающе оглядели пришельцев. Драконы были великоваты для добычи. По зрелом размышлении морское чудовище решило не связываться с ними. Голова скрылась под водой, и они снова остались одни.
   Позже они заметили треугольный парус чуть дальше к северу. В скором времени стал различим небольшой флот – один большой корабль и три маленьких, все с треугольными парусами. Флот прошел севернее, по направлению к острову, и никто не заметил ни драконов, ни их пассажиров, которые нырнули в воду, уцепившись за драконьи плечи и ремни.
   Тем временем остров, окаймленный темно-серыми пляжами, постепенно вырастал перед глазами. Над пляжем возвышались скалы крошащейся лавы. Тут и там виднелись рощицы низкорослых деревьев. Пейзаж этот был наполнен какой-то суровой красотой. Здесь непрерывно продолжалась работа, и выполнял ее вулкан, рокочущий и выпускающий время от времени тонкие струйки темного дыма.
   Пришельцы выбрались на пляж, усеянный вулканическим мусором. Колкий песок в верхней части пляжа переходил в вулканическую гальку, за которой лежали горы корявой пемзы. Люди отыскали путь вверх по утесу, где лава, спускавшаяся волнами, застыла в виде гигантских ступеней.
   Наверху обнаружился низкорослый лесок. Невысокие пальмы теснились вокруг ручья, поросшего колючим кустарником. Кустарник этот существенно замедлил продвижение, и до наступления ночи маленький отряд успел пройти лишь полпути к вершине. Теперь, когда вулкан рокотал, а делал он это один-два раза в час, пришельцы чувствовали, как земля слегка трясется под ногами. Им также было слышно, как шипят газы, выходящие из раскаленной лавы.
   Драконы немного отдохнули, пока Лессис совещалась с Уилиджером и Фелк-Хабреном. Она узнала, где находятся мальчики, когда с помощью птиц обследовала остров. Пленников подняли на вершину вулкана, к самому кратеру, где им грозила опасность задохнуться в горячих газах. Ступени, ведущие туда, начинались за кузнечным комплексом, выстроенным на северной стороне вулкана. И еще – здесь, за неприступными стенами и караульными башнями, Лессис ощущала присутствие самого Херуты Скаш Гцуга. Поиски следовало вести весьма осторожно. Херута был чувствителен к магии ведьм, однако ни одна из ныне живущих колдуний не владела такими тонкими чарами, как Лессис из Валмеса. Она могла незаметно нанести визит туда, где магическое вторжение любого другого колдуна показалось бы грубым топотом по звонким половицам. Все же существовал риск, что Херута обнаружит ее, так силен он был в высших сферах. Как посвященный в систему Татагада Док, он мог даже сломить сопротивление Руки Матери и истощить ее паразитной энергией. Поэтому из осторожности Великая Ведьма даже не пыталась проникнуть в крепость по этой стороне вулкана. Но на большом расстоянии нелегко разглядеть что-либо на ментальном уровне, особенно если стараешься прикасаться к объекту незаметно. Так что у Лессис были только смутные догадки, как можно пробраться внутрь этого комплекса строений.
   Уилиджер был захвачен каким-то странным, потусторонним видением. Он чувствовал, что попал в самую середину лихорадочного сна, за кулисы сцены, на которой для невидимой аудитории, олицетворяющей загробную жизнь, играла музыка. С сознанием графа Трего тоже творилось что-то непонятное. Только ему, в отличие от Уилиджера, все представлялось с кристальной четкостью. Он теперь понимал, репутация колдуний вполне обоснована. Скажи ему кто-нибудь, что эта женщина с серыми волосами поплывет через море на большом драконе, он рассмеялся бы в лицо этому фантазеру. Если бы ему сказали, что по зову этой женщины слетятся стаи чаек и других птиц, он бы заподозрил говорящих в сумасшествии. Теперь он и сам навидался такого, что заставило бы поседеть чьи угодно волосы.
   Перед графом находилось логово врага. Его нужно было атаковать. Но стратегия здесь, очевидно, должна быть изощренной. Сам граф умел только разрушать то, на что ему укажут. Если у колдуньи есть план, он с радостью подчинится ей.
   Дорога была слишком изрезанной и ненадежной для того, чтобы драконы могли рисковать в ночном переходе. Они легли спать, карауля по очереди, и тронулись с места лишь на заре. Есть было абсолютно нечего – лишь немного пресной воды. Драконы были очень голодны.
   Итак, отважные воины двинулись в гору. Примерно через час они достигли дороги, проложенной в толстом слое пепла. Лессис и Уилиджер исследовали ее. Уилиджер пытался представить себе, для чего предназначена эта дорога, построенная весьма необычно. Огромные плиты были выложены на сорок футов в ширину на всем протяжении тщательно расчищенного в пепле пространства. Лессис не решилась воспользоваться дорогой, хотя было очевидно, что, сделав это, отряд доберется до цели намного быстрее. Ведьма предположила, что дорога эта связывает крепость с океанским побережьем.
   Осторожность довольно быстро оправдала себя. Со стороны вулкана донеслась череда резких криков, потом прозвучал горн.
   Драконы мгновенно исчезли в кустарнике, продемонстрировав врожденное проворство хищников. Через несколько мгновений укрылся и весь отряд.
   По дороге проехал тяжелый фургон, который тянула армия рабов под присмотром свирепых бесов в черной одежде Падмасы. В фургоне лежали дюжины обтесанных каменных шаров – снаряды для оружия, призванного изменить мир.
   Со стоном и скрежетом вращались колеса огромного фургона. Им правили бесы со свирепыми лицами и грубой кожей, время от время опуская длинные плети на спины рабов. Здесь были представители всех рас – от чернокожих людей королевства Импало до оливковокожих баканцев, изредка попадались даже бледнолицые люди с выгоревшими на солнце волосами. Глаза их ничего не выражали, кроме смертельной усталости. Они были всего лишь вьючными животными. Изможденных голодом и непосильной работой, их беспрестанно и немилосердно хлестали длинными плетями. Работая целыми днями как животные, к вечеру они получали лохань с кормом для скота, спали на голом полу, а по утру бесы будили их, поливая из шланга.
   Эта ужасная процессия долго грохотала мимо: за первым шел второй фургон, а замыкал шествие эскадрон бесов – рослых кряжистых тварей, вооруженных мечами и щитами. Их задачей было предотвращение бунта рабов.
   Драконов подмывало разделаться с бесами. Огромные руки вивернов яростно хватали воздух, глаза заволокло яростью. Но дисциплины никто не нарушил, и драконьи мечи остались в ножнах.
   Когда же прошел последний бес, дорога снова опустела. Маленький отряд людей и драконов пересек дорогу, вступил на склон, покрытый тоннами пепла, и скрылся из глаз.

   Глава 55

   Обращение с захваченными драконопасами изменилось. Их увели от огненных губ вулкана и поместили в апартаментах, состоящих из трех просторных комнат, обставленных в крэхинской манере – резное дерево и шелковые портьеры. Бесов, тащивших на себе Джака, отослали. Пришел Кригсброк, осмотрел Джака и кликнул врача, чтобы тот перевязал его и вправил вывихи.
   Мальчикам дали воды и немного пищи. Изголодавшись, они набросились на еду, едва успев сказать друг другу несколько слов, потом уснули.
   Кригсброк еще раз осмотрел Джака. Уходя, он предупреждающе поднял палец:
   – Не пытайтесь обмануть Повелителя, он сразу обо всем догадается. Помните об этом, вы, оба!
   Релкин подумал, что ему-то было теперь известно о власти Повелителя больше, чем самому Кригсброку. Еще это странное заявление: «Я хочу быть твоим другом». Слова беспрестанным эхом отдавались в голове драконира. Они звучали, пожалуй, смешно, но у Релкина не было сил смеяться. Его положение было слишком рискованным. Ему грозили смерть или рабство, а он шел между ними по лезвию ножа в кромешной темноте.
   Вскоре после ухода Кригсброка дверь отворилась, и появился сам Повелитель. Он вплыл по воздуху, не касаясь пола, держа себя в воздухе собственной силой. Челюсть Релкина отвисла. Повелитель умел летать!
   В центре комнаты Херута позволил ногам снова коснуться пола. Подобные фокусы чрезвычайно выматывают. Он сам поражался, до чего дошел! Унизиться до того, чтобы стараться поразить воображение ведьмовского выкормыша! Хотя надо отдать ему должное – это был очень ценный выкормыш. Если его удастся обратить, он станет источником весьма полезной информации. Преодолев себя, Херута заговорил самым сладким голосом, на который был способен его ороговевший костяной рот:
   – Пойдем прогуляемся со мной, молодой человек. Нам есть о чем поговорить.
   Херута указал на дверь, ведущую во внутренний дворик. Релкин услышал близкое журчание воды. Дворик зарос цветами и кустарником. В середине его переливал струи фонтан. Казалось невежливым отказаться от этого невинного предложения, к тому же, может быть, удастся спасти Джака.
   – Ты не обычный молодой человек, Релкин из Куоша. Ты отмечен Синни. Подобные вещи, поверь, не скроешь от моих глаз. Ты можешь быть опасным врагом. Ты и твой дракон нанесли моему делу несколько ужасных ударов. Говорят, что вы лучшая пара во всех легионах, это так?
   Херута узнал об этом, взломав чужую память и изучив все, что маленький Джак знал о Релкине. Теперь он знал гораздо больше.
   Релкин постарался ответить как можно более ровным голосом:
   – Я не понимаю. Ты хотел уничтожить меня, превратить в раба. Теперь же ты снизошел до меня. Почему?
   Какая очаровательная бесцеремонность для маленького уличного оборвыша из грязного аргонатского городка!
   – Я думаю, потому, ребенок, что ты слишком ценен, чтобы тобою разбрасываться. Конечно, я могу уничтожить тебя. Или даже отправить в команду рабов, где ты будешь работать до смерти. Но я не делаю этого. Я хочу показать тебе, за что я борюсь. За великое добро для всех.
   Релкин вскинул голову:
   – Как это?
   – Открой свой разум мне навстречу, позволь показать тебе мир, который мы построим.
   – Ты не можешь, – недоверчиво начал Релкин, – значит…
   – Приди, уступи мне только эту малость. Позволь показать тебе то, о чем я говорю. Всю свою короткую жизнь ты был игрушкой в чужих руках. От тебя многое скрывали. Ты должен узнать другую сторону медали.
   Релкин ничего не ответил, все еще потрясенный услышанным. Херута продолжал ворковать:
   – Приди. Позволь показать тебе мир без скорби и ненависти, мир, где не знают войн. Где люди с радостью служат своему делу.
   – Я видел Туммуз Оргмеин. Я знаю, как устроен твой мир.
   – Ну конечно, у тебя сложилось превратное мнение. А как иначе могло быть, ведь ты видел пограничный город, наполненный солдатами. Ты ведь знаешь, что солдаты – грубая компания. Солдатское общество агрессивно. То, что ты видел, у кого угодно может вызвать не правильный взгляд на вещи.
   – И твой закон – это всегда закон Повелителя и раба. В Аргонате мы свободны.
   – Свободны? – Повелитель исторг из клюва жужжащий звук. – Вы, живущие в древнем рабстве? Закабаленные бессмертными ведьмами? Знаешь ли, сколько они живут?
   Релкин знал, что Лессис уже не первый век служит Империи Розы. Это был факт, который обычному человеку понять трудно.
   – Знаю.
   – Задолго до того, как ты родился, ребенок, создали они свою фантастическую систему. Эта система не способна существовать самостоятельно. На ее поддержание затрачиваются огромные усилия. Это неестественно. Ведьмы долго не продержатся. Наш путь лучше. Пусть поначалу он кажется несколько грубоватым, но потом лишнее отомрет и перестанет вызывать вопросы. – Он заметил недоверие в глазах Релкина. – Тобой всю жизнь правили женщины, ребенок. Ты не понимаешь правления мужчин.
   Эти слова вернули жизнь языку Релкина.
   – Я понимаю правление мужчин, потому что именно к этому стремимся мы в Аргонате. Права у мужчин те же, что и у женщин, и все равны перед законом. Я хорошо это знаю. И правление мужчин не означает рабства в королевстве.
   – По правде говоря, для необразованного парня ты достаточно мудр, драконир Релкин. Ты придерживаешься старых богов. Мне это нравится. Твоя вера – во всяком случае, добрый знак. Старые боги были богами мужчин! Тогда мужчины правили, а женщины подчинялись.
   – У нас нет рабства. Мы – свободные люди.
   – Свободные люди сами правят в своем доме. Свободные люди правят женщинами, как и всем остальным.
   – Нет надобности мужчине командовать женщиной, каждый ценен для нации по-своему. У каждого мужчины есть женщина, мать. Об этом и говорят в храме. Не можешь же ты отрицать такую очевидную вещь.
   Мальчик перепевал всю эту чушь, которую они называли «Великим Благом Кунфшона» и которой руководствовались как конституцией. Это был бред, размягчающий мозг, предназначенный для мужчин, не имеющих твердости бороться за власть над миром и побеждать.
   – Это не значит, что женщинам даются те же права, что и мужчинам.
   Заметив, что Релкин нахмурился, Повелитель сменил тему. Совершенно ясно, что идеология ведьм пустила в мальчишке глубокие корни.
   – Только приди ко мне, я хочу показать, чего ты сможешь достичь. Я хочу показать возможности, открывающиеся перед тобой.
   Релкин поднял глаза.
   – Я дам тебе королевство.
   И Херута повел рукой перед лицом драконира. Релкин увидел прекрасный город из белого камня, похожий на Марнери. На башнях плескались длинные флаги. Красивые люди гуляли под ними, празднуя коронацию Релкина. Пели золотые трубы, белые кони бежали через зеленое поле. И все это принадлежало ему.
   – Ты станешь королем восточного побережья. Ты станешь известен как Релкин Справедливый, память о твоем правлении будет жить в веках.
   Король! Воображение вспыхнуло золотым светом. Неужели это существо говорит серьезно? Для мальчика-сироты из провинции Голубого Камня эти слова значили очень много. Свет застил ему разум.
   – И как правитель великого королевства, ты получишь возможность делать добро. Ты сможешь ввести справедливые законы, и люди станут благодарить мудрого правителя.
   Казалось, белый город поплыл ему навстречу, такой реальный, раскрашенный такими яркими цветами, что Релкину хотелось протянуть руку и потрогать его. Стать королем!
   Релкин Справедливый – имя, которое останется в вечности и войдет во все летописи. Все это не могло не манить. Словно острый коготь лесного чудовища, соблазн поймал мальчишку и потащил к себе.
   И тут новый голос заговорил в нем, голос, перекликающийся с тем, чему его учили раньше в его родной деревне. Он называл Повелителя змеем шипящим, ловцом сердец. Он говорил, что в Падмасе не существует королей. Повелители правили через своих ставленников – Роков, которым давали разум в Глубинах Падмасы. И правления эти все были одинаково грубы и жестоки.
   – Ты станешь законодателем. Ты издашь законы, которые вечно будут руководить людьми. Видишь, как ты нужен мне, Релкин из Куоша? Я… мы не можем успеть везде. А нужно еще так много сделать, чтобы привести мир к покою и гармонии во всем. Ярость исказила черты Релкина:
   – Как, например, тогда, когда вы построили свое оружие, убивающее с большого расстояния. Ты всегда несешь лишь убийство и разрушение!
   – Приди ко мне, ребенок. Мы только защищались. Колдуньи отвергают все наши призывы к миру. Много раз мы просили их пойти на переговоры. И никогда они не ответили нам хотя бы с минимальной вежливостью. Где же справедливость?
   – Я ничего не знаю о том, что Ты говоришь. Тебе виднее. Но я знаю то, что видел. Я видел» как живут твои города. В них проливают кровь для развлечения. В них торгуют рабами-людьми. Я видел слишком много крови, слишком много войн!
   Херута знал, что это более чем правда. Величайшего устрашили воспоминания, извлеченные им из мозга младшего мальчика. Эти дети жили от одного сражения до другого. Еще одно подтверждение того, как ведьмы играют людскими жизнями.
   – Мы используем бесов для обороны, потому что их жизнь менее ценна, чем людская. То же касается троллей. Единственные люди, которыми мы рискуем, – добровольцы, которые стекаются под наши знамена со всего мира, я могу доказать это.
   – Я видел, как вы делаете бесов. В Туммуз Оргмеине мы видели инкубатор! «Ох!»
   – Да, я не отрицаю. Это трагическая необходимость для нас, противостоящих непрекращающимся нападениям ведьминых армий. Без наших бесов мы давно бы уже были уничтожены. И все же мы считаем, что армия из бесов предпочтительней. Они ведь как животные, пусть лучше их убьют, чем людей.
   – Я сражался с бесами. Не думаю, что они похожи на животных. Они могут думать и говорить. У них тоже есть жизни.
   Херута молча посмотрел на мальчишку, не в силах скрыть изумление. Похоже, идеология ведьм засела в нем глубже, чем можно было представить. Не хватало еще выслушивать мнение драконопаса о судьбе бесов!
   – Я смотрю, ты испытываешь естественное беспокойство о всех живущих. Это, конечно, хорошо, но не следует забывать, что в таких чрезвычайных условиях, как война, перед нами встает трудный выбор. Вот почему мы предпочитаем расходовать в бою бесов, а не людей.
   Релкин потерял слишком многих друзей в бою, как вивернов, так и людей. Все, что может уменьшить жертвы, хорошо. Да и потом, легионы используют драконов, а драконы получают тяжелые увечья. От прежнего Сто девятого марнерийского драконьего не осталось никого, кроме База и старины Чека.
   – Юноша, у тебя огромный потенциал. Я прошу только об одном: открой мне свой разум на несколько дней. Позволь показать тебе власть, которая может стать твоей.
   – Я – драконопас.
   – Ты был драконопасом. Теперь ты станешь кем-то более значительным. Ты должен подняться к высоким сущностям. Мы обязаны помочь тебе присоединиться к сильнейшим. Может быть, с твоей помощью мы сумеем создать мир, который понравится и колдуньям. Подумай об этом, ребенок. Ты сможешь стать князем.
   Релкин знал кое-что, недоступное Повелителю. Быть драконьим мальчиком – это значит представлять собой только половину организма. Вторую половину составляют две тонны виверна. Где сейчас его дракон? Как он может думать о будущей жизни, если в ней нет места дракону?
   – И ты станешь королем Марнери или, возможно, Кадейна, если ты предпочитаешь большие города.
   Херута насаживал самую жирную приманку, какую только мог выдумать. Этот мальчишка представлял собой забавную смесь простодушного фанатика и хитроумного маленького плута. К тому же он провел некоторое время в старом Урдхе, известном своей помойной похотью. Женский соблазн, как он гнусен! Мужчины бессильны перед ним. Лишь полное отсутствие сексуальности есть путь к великой власти.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 [43] 44 45 46 47 48

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация