А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Боевой дракон" (страница 25)

   Глава 31


   Наступающая толпа с ревом стала переваливаться на стены Кубхи. Крэхинцы начали атаку в трех местах, предварительно ослабленных осадными машинами. Они привезли еще несколько осадных башен. Бой на стенах шел отчаянный, и кубханцы быстро стали сдавать. Баксандер боялся, что долго они уже не продержатся.
   Рожок пропел команду. Драконы выстроились при свете факелов.
   – Хорошо, – фыркнула Альсебра, – ненавижу стоять кружком.
   – Согласен. Ждать гораздо хуже, чем сражаться, – отозвался Базил.
   Пурпурно-Зеленый выразил свои чувства громким рычанием, которому предшествовало долгое шипение. Дикий дракон ненавидел ожидание перед боем. Он вращал огромными глазами, выискивая жертву, на которой он мог выместить свою ярость. Молодые драконы всегда старались соблюдать осторожность, когда им доводилось сражаться бок о бок с диким крылатым великаном. Они обменялись взглядами, но промолчали.
   – Вперед марш! – наконец прокричал Уилиджер. Эскадроны двинулись по проспекту, ведущему к главным воротам. Над воротами, освещенные факелами, пылающими снаружи, метались защитники. Драконы ясно видели колышущиеся над головами копья, пролетающие, камни и стрелы.
   Вскоре стрелы стали падать и среди легионеров. В шлем Пурпурно-Зеленого стукнулся камень. Уворачиваясь от удара, Уилиджер спрятался под навесом ворот. Все новые стрелы летели в драконов, впиваясь в их джобогины и отскакивая от доспехов. Драконопасы повернулись к Уилиджеру в ожидании команды. Релкин потерял терпение.
   – Драконы, поднять щиты над головой! – приказал он.
   И был немедленно награжден яростным взглядом Уилиджера, но драконы уже прикрылись щитами, тем самым обезопасившись от стрел.
   Уилиджер собирался что-то сказать, как вдруг страшный скрежет металла по дереву возвестил о том, что ворота пали. Уилиджер уставился на широкий проем, Релкин был забыт. В темноте провала расстилалось море белых одежд и факелов и угадывались яростные чернокожие лица.
   В нагрудную пластину доспехов Базила стукнул камень. Релкин и остальные оглянулись на Уилиджера, но тот с каким-то странным восхищением взирал на толпу в белых одеждах.
   Затем запели полковые горны, и Уилиджер упустил свой шанс проявить инициативу. Драконы выставили щиты перед собой и бросились через ворота наружу.
   Горны пропели новый сигнал, и драконы побежали. Земля задрожала под их ногами. Рядом с каждым гигантом бежал драконопас, как маленькая луна рядом со своей планетой. Хитроумные кунфшонские арбалеты были наготове. На легионеров сыпались стрелы вперемешку с камнями, а иногда и копьями. Релкин успел увернуться от копья, вонзившегося в землю, просвистев мимо его колена.
   Уилиджер наконец очнулся. Выхватив свой меч, он помчался за бегущими вивернами, крича дрожащим голосом:
   – В атаку!
   На его несчастье, он каким-то образом перегнал идущих первыми драконов, Альсебру и Блока, и оказался во главе эскадрона.
   Драконы отнюдь не обрадовались при виде своего командира, бегущего впереди – там, где он легко мог попасть под драконий меч. Альсебра вытянула шею и зашипела, но Уилиджер не обратил на нее никакого внимания. Тогда она прибавила – ходу, то же сделали и остальные, и многотонные чудовища понеслись огромными скачками, развивая предельную скорость. Они быстро догнали Уилиджера, который внезапно обнаружил себя бегущим между Альсеброй справа и Блоком слева. Он увидел огромные перекатывающиеся под шкурой мускулы, каждый из которых был размером с крупного человека, почувствовал, как трясется земля под ногами чудовищных животных. Драконьи мечи – широкие полосы сияющей стали – зловеще сверкали. Сердце Уилиджера зашлось. Да, вот она, настоящая опасность, и он упивается ею! Никогда еще он не испытывал такого острого ощущения власти.
   Хвост Альсебры неожиданно щелкнул у него над головой, словно огромный бич, и Уилиджер лихорадочно пригнулся. При этом он зацепился за камень и упал бы, если бы Свейн не протянул руку и не поддержал его. Полуобернувшись в сторону дерзкого драконопаса, Уилиджер выругался. Лицо его побагровело от ярости. Он прокричал что-то невразумительное вслед Свейну, но драконопас уже бежал за своим Блоком.
   Мимо пробежали Пурпурно-Зеленый и Базил, за ними – два молодых медношкурых, Оксард и Финвей. Уилиджер увидел раскачивающиеся из стороны в сторону драконьи хвосты и вспомнил остров Чародея. В ту же секунду он рухнул на землю и не вставал до тех пор, пока не пробежали все. И только потом поднял голову и увидел драконопасов, с арбалетами наизготовку бегущих рядом с драконами, с необыкновенным искусством уворачиваясь от взмахов драконьих хвостов. Офицеру стало невыносимо стыдно. Драконьи мальчики делали свое дело, даже не оглядываясь на своего незадачливого командира, и лишь молились про себя, чтобы он успел встать до того, как попадет под ноги драконьим эскадронам, движущимся следом.
   Командующие следили за ходом боя сквозь разрушенные ворота и проломы в стенах. Со всех сторон крэхинцы продолжали устанавливать осадные башни. Сотни лестниц цеплялись за стены.
   Прямо перед воротами толпа была пореже, так как атакующие пока не рисковали сунуться меж сторожевых башен, охраняющих уже разрушенные ворота. Эти люди просто удерживали занятую ими территорию, когда перед ними внезапно возникли драконы – словно горы мускулов и сухожилий, грозящие неминуемой смертью.
   Гигантские виверны подняли мечи и выстроились в длинную шеренгу, чтобы у каждого эскадрона образовалось достаточно свободного пространства для боя. Они сделали это так гладко, словно на параде, и сердце Бак-сандера, глядевшего на них с башни, наполнилось гордостью.
   Ближайшие крэхинцы отхлынули, побросав осадные лестницы и оттеснив тех, кто шел за ними.
   Уилиджер наконец догнал Сто девятый и встал на свое место с самым независимым видом. Он изо всех сил старался сосредоточиться на выполнении поставленной задачи. Теперь он находился в десяти шагах позади мальчиков, которые стояли каждый за своим драконом, те, в свою очередь, растянулись так, чтобы соседей по шеренге разделяло примерно двадцать футов.
   Заливисто пропели горны, и драконы двинулись вперед – чудовищные, несущие смерть башни. Крэхинцы стояли в ожидании, пока драконы не приблизились на пятьдесят футов. После этого они дрогнули и смешали ряды, неожиданно осознав, что им, вооруженным лишь кривыми саблями да круглыми щитами, бессмысленно вступать в бой с этими гигантскими животными.
   Драконы приближались на своих длинных ногах характерными скачками хищников, морских разбойников, прибрежных охотников. Над головами рептилий сверкали мечи. И крэхинцы ударились в беспорядочное бегство.
   Они столкнулись с идущими сзади дивизионами крэхинской армии и увлекли их за собой. Бегущая толпа сгущалась, словно взбиваемый белок. Сотни крэхинцев еще только подходили к полю боя, теперь они смешивались с беглецами, повсюду возникали заторы и свалки.
   Драконы неумолимо приближались и внезапно оказались в непосредственной близости от барахтающейся толпы. Послышался ропот. Громкий жалобный вой отчетливо выделился из общего шума. Поднялись и опустились драконьи мечи, и безумная конвульсия прошла по вражескому войску. Те, кто оказался рядом с драконами, кинулись в стороны, освобождая им путь. Словно цепная реакция пошла по толпе – люди начали кружиться, толкаться и разбегаться. Те же, кто замешкался, были изрублены на куски этими огромными, слегка изогнутыми драконьими мечами.
   Позади драконов, поминутно уворачиваясь от их хвостов, пританцовывали драконопасы, следя за тем, чтобы никто не проник за линию драконьего строя. Командиры эскадронов находились позади, готовые в случае необходимости помочь или приказать выровнять строй. Теперь Уилиджер понял глубину своей ошибки. Командиры эскадронов никогда не ведут драконов в атаку, это слишком опасно, да и глупо.
   Тем временем, воспользовавшись паникой, посеянной драконами, солдаты кадейнского и пеннарского полков пошли через проемы в стенах на передовые силы врага. Лестницы были сброшены. Осадные башни захвачены с тыла. Легионеры заняли первые этажи башен и дали знак инженерам. Те немедленно доставили масло и огонь, и башни запылали, словно гигантские факелы, освещая стены и поле боя резким мерцающим светом.
   Драконы прокладывали путь сквозь безумных крэхинцев, как ветер через хлебное поле. Это была страшная, кровавая резня, освещенная красным светом пылающего огня.
   Релкин почувствовал, что его пробирает озноб. Он наклонился с мечом в руках, чтобы прикончить человека, еще живого, но так ужасно израненного, что он уже не мог шевелиться. Что-то камнем сжало сердце мальчика, возможно омерзение. Они шли теперь по полю, усеянному частями человеческих тел. Трупы валялись повсюду, люди лишались жизни мгновенно, изрубленные на куски.
   Единственным милосердием было то, что смерть наступала быстро и верно. Едва ли хоть один успел закричать под мечом дракона в предсмертной муке. Зловоние вспоротых внутренностей наводило ужас.
   С полдюжины крэхинцев попытались проникнуть сквозь строй драконов, но все до единого полегли от стрел драконьих мальчиков, не успев причинить вреда. Нескольких изувеченных, но оставшихся в живых врагов драконопасы даже вынесли с поля боя, пожалев.
   И вот наконец пространство перед ними было очищено от вражеской армии. По всему широкому полю перед городскими стенами крэхинцы удирали со всех ног от огромных драконьих мечей.
   Релкин замедлил шаг. Драконы остановились. Уилиджер прошел вперед, чтобы оценить ситуацию. Релкин принялся осматривать своего дракона. С дюжину стрел торчало из кожаного покрытия щита. Несколько вонзилось в кожу джобогина, но ни одна не достала шкуры дракона. Релкин возблагодарил старого Каймо, потом подумал немного – и поблагодарил заодно и Мать. Никогда не знаешь, кто сейчас за тобой присматривает.
   На нижней части тела дракона обнаружилось небольшое повреждение – вражеское копье оставило на бедре длинную царапину. Релкин быстро обработал ее Старым Сугустусом. Базил несколько секунд шипел от боли. Позже придется наложить шов, но порез неглубокий. Релкину очень хотелось проверить состояние старой раны – оставленной копьем пьяного чардханца, – но она была скрыта джобогином. Все же можно было предположить, что рана не открылась, поскольку следов крови на джобогине не было, опять же благодарение небесам.
   Пока мальчик работал, Базил тихонько шипел и обменивался взглядами со своими приятелями, но молчал, пытаясь восстановить дыхание. Огромные легкие виверна работали на пределе.
   Редкий забрался на плечо дракона, чтобы вытащить стелу, застрявшую в шлеме.
   – Мы убили много людей, – сказал Базил через некоторое время, – они не слишком хорошо сражаются.
   Релкину удалось отломить древко стрелы, и он принялся выцарапывать наконечник.
   – Ты делал свое дело.
   Дракон повернулся к нему. С минуту они смотрели глаза в глаза.
   – Мне не нравится убивать людей таким образом. Впереди зазвучали трубы. Задрожала земля, на поле перед городом со страшным воем вылетели одетые в белое всадники. Они появились внезапно и осыпали драконов градом стрел, со стуком ударяющихся в огромные шлемы.
   Древко одной из стрел, угодившей под забрало шлема, ударило Роквула в левую щеку. Энди метнулся вверх по драконьему боку и отломал древко. Дракон был готов продолжать бой. Остальные заревели, воодушевляя самих себя.
   Всадники понукали коней, заставляя их идти вперед, несмотря на присутствие драконов. Но приблизиться вплотную так и не смогли – кони, не выдержав, попятились и в конце концов стали как вкопанные. Тогда всадники принялись обстреливать драконов из луков, драконопасы в Ответ пустили в ход арбалеты. Уилиджер, как и все остальные командиры эскадронов, приказал драконам отходить. Собственно, так и было запланировано. Баксандер знал, что противник располагает огромным числом отличных кавалеристов, и рисковать Драконами не было никакого смысла, да и незачем было удерживать захваченную во время атаки территорию тяжелыми ударными войсками. Они уже выполнили поставленную перед ними задачу – раскололи вражескую армию.
   Драконы могли только прикрываться щитами, но стрелы все же долетали до них, отскакивали от шлемов, попадали в прорези доспехов, царапали джобогин и тело.
   Под звуки серебряных рожков из ворот вышла легионная кавалерия и прошла сквозь драконий строй. Легионные лошади не боялись драконов, а всадники жаждали мести за недавнее поражение.
   Талионские кавалеристы налетели на крэхинцев с копьями и выбили из седел несколько дюжин, прежде чем те успели опомниться и отступить в беспорядке.
   Теперь драконы перестроились в каре, отошли к воротам и заняли позицию перед ними. Первая фаза сражения была завершена.
   Генерал Баксандер быстро взглянул по сторонам, оценивая ситуацию. Вражеская армия была рассечена надвое. Граница – очищенное от врагов пространство – пролегла там, где прошли своей тяжелой поступью виверны. Теперь на эту территорию могла претендовать только крэхинская кавалерия, но и она была разбита атакой талионских кавалеристов.
   Тем временем легионная кавалерия быстро перестроилась в соответствии с тактикой боя, принятой в аргонатской армии. Крэхинские всадники все еще не могли навести порядок в смешавшихся рядах.
   Баксандер выслал подкрепление – два пехотных полка. Они должны были занять позицию на свободной территории и удерживать ее. Одновременно генерал послал депешу графу Фелк-Хабрену, указывая на удачный момент для серьезного наступления.
   В две минуты рыцари оказались в седлах и помчались вперед. С грохотом вылетели они из ворот и поскакали по дороге, проложенной драконами. Свет горящих осадных башен мерцал на шлемах л копьях. Чардханские кони рождены для войны, и хотя присутствие драконов и действовало им на нервы, но остановить их уже не могло. Чардханцы на своих огромных конях хлынули на поле боя стремительным потоком – рослые люди с высокими и узкими щитами и длиннющими вымпелами, плещущими на копьях.
   Они помедлили, выбирая правильное направление удара, и когда Фелк-Хабрен увидал сигнал Баксандера, он приказал трубить атаку. С дикими криками его отряд понесся на врага. Тысяча громадных, облаченных в сталь рыцарей, выстроившихся по сто в шеренгу и по десять в затылок друг другу, прошли сквозь вражескую кавалерию, как горячий нож сквозь масло, и обрушились на левый фланг противника.
   Эффект был почти таким же разрушительным, как и от драконьей атаки. Вражеское войско, только-только начавшее приходить в себя после нападения драконов, готовило удар по левой стороне главных ворот. Все их труды пошли прахом, едва чардханцы начали прорубать дорогу через людей, еще недавно удиравших от драконов. Теперь эти люди снова ударились в бегство и немедленно смешали ряды всей армии.
   По пятам за чардханцами следовала легионная кавалерия, чьей задачей было добить врага и пресечь любые попытки вражеских всадников организовать сопротивление.
   Огромная, судорожно шевелящаяся масса начала беспорядочно отступать, левый фланг развалился, многие солдаты бросились к холмам, до безумия напуганные драконами и великанами на огромных конях. Оставшихся разбили и изрубили, как капусту, полки легионеров, оборонявших стены. Осадные машины были сожжены, вражеские всадники рассеяны.
   На правом фланге силы врага, впрочем, еще оставались сплоченными и даже продолжали штурмовать стену. Но кубханцы, воодушевленные результатами действий легионеров, с легкостью сбрасывали крэхинцев со стен.
   Баксандер попросил князей Кассима и баканскую армию предпринять теперь атаку на правый фланг вражеских сил.
   Драконы приготовились к новому сражению.
   Маленькая, но безукоризненная армия городов Баканских государств выдвинулась вперед. Лучники с длинными луками в руках были одеты в зеленое с серебром, арбалетчики – в ярко-оранжевое с пурпурной отделкой. Оттенки были яркими, и каждый отряд, казалось, сиял собственным светом. Они выступили развернутым строем. И одновременно вступили в бой кассимские всадники.
   На несколько минут разгорелась яростная битва, но крэхинцы быстро сориентировались и вышли из боя, оставив в покое стены. Они побросали осадные машины, но сумели сохранить боевые порядки.
   Кассимцы продолжали атаковать, в то время как баканская армия обеспечивала им поддержку лучников и пехотное прикрытие.
   Разрыв между флангами вражеской армии достиг уже мили в ширину, а потом увеличился до двух. Баксандер решил пока не отзывать легионную кавалерию, и она продолжала трепать левый фланг, тем самым дав чардханцам возможность реорганизоваться, а новым пехотным полкам – вступить в бой и начать преследование противника.
   Баксандер позволил себе испустить радостный вопль. Первая же настоящая стычка с врагом принесла ему победу. Легионы показали, чего они стоят, союзники тоже внесли значительную лепту. Чардханцы, возможно, будут теперь так довольны своим успешным выступлением, что на время оставят свои междоусобицы.
   Но генерал быстро отогнал нахлынувшее радужное настроение. Враг сумел застать аргонатцев врасплох, стараясь свести на нет два самых мощных оружия в их армии. Тем не менее Баксандер сумел их задействовать и наполовину разбил врага. Но еще оставался непочатый край работы по уничтожению уцелевшей части армии.
   И будет еще много кровавых схваток, прежде чем он сможет провозгласить победу.
   Драконы к этому моменту свою часть работы уже выполнили. Отступающий враг – это забота кавалерии, лучников и пехоты. Если враг где-нибудь остановится, чардханцы его догонят и разобьют.
   Город был спасен от неожиданной атаки. Теперь его окаймляли ковры изрубленных тел, указывая места сражений.
   Возле ворот драконы простояли около часу, остывая и дожидаясь, пока драконопасы вытащат застрявшие стрелы из шкур и джобогинов. Наконец пришел приказ отправляться по квартирам.
   Сто девятый промаршировал обратно через ворота с командиром эскадрона Уилиджером во главе. Релкин чувствовал себя странным образом подавленным. Разыгравшаяся резня никак не могла поднять ему настроения. В душе мальчик был уверен, что нельзя бросать людей в подобные мясорубки. Будь проклято плохое командование.
   Зато драконий командир Уилиджер был предельно горд. Лицо его сияло, он шагал какой-то прыгающей походкой. Великое сражение было выиграно буквально за несколько минут смертельным ударом его драконьего эскадрона; ну, и нескольких других эскадронов. И что было, пожалуй, даже важнее – он вел себя в бою правильно, чему есть свидетели. Он прошел «боевое крещение кровью». Правда, ему так и не пришлось самому взяться за меч или хотя бы самому отдать важный приказ, но это Уилиджера беспокоило мало. Вполне достаточно того, что теперь он с полным правом мог говорить, что участвовал в важном сражении вместе с драконами, и поистине победоносном сражении.
   Вернувшись в стойло, Релкин тщательно промыл раны и царапины на шкуре дракона и вытащил пять стрел из джобогина. Потом сходил за свежеиспеченными бисквитами с маслом и солью для себя и дракона. На пути ему попались Джак, Свейн и Энди, уже возвращавшиеся обратно. Бисквиты пахли очень вкусно. Мальчишка удивился собственному голоду. Потом они оба поели – аппетит у дракона оказался чудовищным – и крепко заснули.
   И они уже не слышали, как прилетела летучая рукх-мыщь, произведя в городе ужасный переполох.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [25] 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация