А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Боевой дракон" (страница 22)

   Глава 26


   Этой же ночью командир Уилиджер пригласил кадейнского хирурга осмотреть рану дракона. Уилиджер был весьма озабочен тем, что «драконопас недостаточно хорошо наложил швы».
   Хирург, человек опытный, полагал, что в его инспекции нет никакой необходимости. Он служил много лет и привык к тому, что драконы часто получают раны и в большинстве случаев драконопасы прекрасно справляются с лечением без посторонней помощи.
   Тем не менее хирург воспользовался возможностью посмотреть на знаменитого дракона со сломанным хвостом и его драконьего мальчика. Будет о чем рассказать семье, когда он вернется – если, конечно, вернется – из этой экспедиции.
   Лишь взглянув на аккуратный ряд стежков на драконьей шкуре, врач похлопал дракона по спине и широко улыбнулся Уилиджеру:
   – К вашему сведению, командир, это лучшие швы из всех, что мне когда-нибудь приходилось видеть. Вам слезет знать, что на самом деле не стоит беспокоиться по поводу первой медицинской помощи, которую драконопасы оказывают своим подопечным. Они зашивают драконов всю жизнь.
   Уилиджер взглянул с каменным лицом на Релкина и медленно покраснел.
   Хирург же принялся болтать с драконом и Релкином о чардханцах и о пьяном рыцаре, вздумавшем напасть на дракона. На офицера они совершенно не обращали внимания. Уилиджер молча проглотил унижение и гордо удалился с помрачневшим лицом. Этой ночью он больше не появлялся.
   На следующий день Базил ехал в специальном фургоне, который тащили восемь волов. Релкин сначала сидел рядом с драконом, но Уилиджер заметил его и приказал идти пешком. Ведь с дракониром ничего плохого не случилось, следовательно, нечего заставлять волов тащить лишнюю тяжесть.
   К полудню передовые отряды поднялись на холм и смогли бросить первый взгляд на Кубху. Еще раньше пришло сообщение, что враг отступил, испугавшись подхода иностранных войск. Люди устали от долгих дней пути, поэтому всех охватило чувство облегчения при мысли о том, что не нужно немедленно вступать в бой.
   Кубха была большим городом, выстроенным из кирпича цвета охры, она раскинулась в широкой долине по обоим берегам реки. Подойдя ближе, солдаты увидели явные признаки войны – разрушенные дома и изувеченные тела мужчин и женщин, поломанные копья, стрелы, разбросанные сандалии и щиты. Наконец они прошли в огромные ворота между двух башен, выстроенных из того же охряно-желтого кирпича.
   На улицах небольшими группами стояли мужчины и женщины. Это были крепко скроенные темнокожие люди, но в их взглядах сквозила пустота, что красноречиво говорило о голоде и лишениях.
   За воротами собралась настоящая толпа, одетая в ярко-красные, желтые и лиловые одежды, исхудалые лица сияли от радости. Играл оркестр, инструменты были в основном ударные и лишь у немногих – духовые; и неумолкающий гул сопровождал солдат всю дорогу, так как мужчины, женщины и дети, приплясывая, следовали за колонной.
   Драконы удостоились особого внимания. Люди были заранее предупреждены о появлении необычных защитников, поэтому взирали на них без страха. Стайки детей бежали рядом с марширующими вивернами, не сводя восторженных глаз с монстров, перекрещенных кожаными ремнями джобогинов, с почти человеческих, но огромных мечей, доспехов и шлемов.
   На большом открытом пространстве в центре города для людей были приготовлены казармы, для драконов – пустые стойла. И вот уже к запаху свежего сена добавился дым кухонных костров, а драконьи мальчики побежали по воду для своих огромных зверей.
   Пока они дожидались ужина, Релкин осмотрел рану Базила. Он обработал ее Старым Сугустусом и наложил новую повязку с целебными травами. Рана уже начинала подживать, хотя Релкину и казалось, что это могло бы происходить чуточку быстрее, ведь порез был всего в дюйм или около того глубиной. Впрочем, вовремя обработанная и продезинфицированная, она не должна была причинить особых беспокойств. Базил говорил, что особой боли не чувствует – так, легкое раздражение.
   Зазвонил обеденный колокол, и драконопасы побежали к походным кухням. Вокруг уже толпились сотни голодных кубханцев, которых непреодолимо влекло на запах свежеиспеченного хлеба. Повара наливали котлы похлебки и лапши в то время, как пекари выносили решета свежего хлеба и раскладывали их в корзины.
   Релкину нелегко было толкать свою тележку по пыльной земле мимо голодающих людей. Усиленный наряд часовых не позволял голодным жителям Кубхи смешаться с легионами.
   Драконы были необходимым орудием войны, а драконам требовалась еда. То же относилось и к драконопасам. Солдаты должны есть вдоволь. Голодным кубханцам придется подождать, пока о них позаботятся их собственные правители.
   Парень прикатил тележку к дракону, которого разместили вместе с Пурпурно-Зеленым и Альсеброй. Драконы приняли котлы без обычных комментариев, так как сильно проголодались, и набросились на еду с типично драконьей яростью.
   Релкин отошел, охваченный сложными чувствами. Люди умирали от голода, но драконов нужно было поддерживать в наилучшей форме.
   Он тихо принялся за свой собственный паек, съел около половины, утолив кое-как только первый голод, потом подошел к горожанам, разломил оставшуюся булку на три части и раздал женщинам постарше, стоящим перед линией оцепления.
   Другие легионеры поступали так же. От цепочки солдат, снующих между кухнями и кубханцами, в толпу градом сыпались буханки хлеба.
   Релкин отвернулся. Голодная армия не могла сделать большего для людей, умирающих от голода. Возможно, на следующий день, когда подойдут обозы, удастся помочь чем-то еще. Однако впереди у аргонатских легионов тяжелая работа, которую нужно выполнить, и битва, которую нужно выиграть. Сражаться придется скоро. Воинам нужны силы.
   Вернувшись в стойло, Релкин застал драконов уже спящими вокруг горы котлов и кувшинов.
   – Давай, Релкин, – сказал юный Энди, – я тоже назначен на мытье посуды. Уилиджеру сегодня явно попала шлея под хвост. Он дал Рузу наряд вне очереди за потерянную бляшку на ремне Оксарда.
   Релкин и забыл уже, что получил от Уилиджера две недели мытья посуды за утреннее пребывание в фургоне. Как раз накануне закончился наконец предыдущий десятидневный наряд по кухне. Преследования Уилиджера были еще хуже, чем придирки старины Таррента. Тот сам начинал с драконопаса и прекрасно понимал дело. Уилиджера же толкнула купить патент на командование эскадроном собственная глупость, что обернулось истинным злом, и не только для него.
   Уилиджер все эти дни пребывал в чрезвычайной ярости, мстя за все свои обиды, как настоящие, так и вымышленные.
   Двое мальчишек погрузили котлы и тарелки на тележку и покатили к кухонным кострам. Там с помощью кипятка и горячего песка они оттерли каждую посудину и уложили на большую кухонную телегу.
   Работа была неприятной, но, занимаясь ею, можно было услышать все сплетни, которые кружили вокруг походных кухонь, словно магнит притягивающих всех, кто свободен от работы, и просто бездельников с разных концов армии.
   Например, дракониры услышали, будто их отправят в Земли Ужаса, далеко за горами.
   Никто толком и не знал ничего об этих землях; мало кто возвращался оттуда.
   Еще говорили о беспорядках в чардханском лагере. Компания рыцарей из Примирившихся Штатов поссорилась с рыцарями из Хентилдена. Остальные штаты, разбившись на два лагеря, примкнули к разным противникам, в основном к Хентилдену.
   Граф Трего потратил несколько утренних часов, чтобы успокоить поссорившихся и предотвратить междоусобицу. Рыцари Примирившихся Штатов были особенно обидчивы, зная всеобщую неприязнь к себе со стороны других чардханцев.
   Тем временем с кассимскими князьками произошла таинственная история. Почти перед самым прибытием в Кубху они похитили и изнасиловали трех молодых поселянок.
   Вскоре после этого в лагерь явился старик и произнес проклятие, потрясая головой Гу-Ку – сморщенным человеческим черепом, в котором заключалась, по слухам, магическая сила.
   Кассимских князьков немедленно вырвало, кожа их начала сохнуть, а изо ртов, носов и ушей хлынула кровь. Теперь несчастные кричат от боли, а кассимские доктора не могут им помочь, не могут даже опознать эту загадочную болезнь. Полагают, что наказанные умрут еще до заката.
   Релкин кивнул и выразительно посмотрел на Энди. С местными уроженками часто возникали проблемы, а ухаживания за женщинами чужой страны могли обернуться серьезными неприятностями. Энди, похоже, принял это близко к сердцу. Он притих, и дракониры закончили свою работу в молчании.
   Покончив с мытьем посуды, они отправились в стойло, измученные долгим днем.

   Глава 27


   Генерал Баксандер принимал в своей палатке неожиданных гостей – к нему с небольшой свитой советников прибыл лично король Хулапут. Баксандер уже несколько раз встречался с королем и знал его как человека незаурядного ума. Однако все предыдущие аудиенции проходили в королевском дворце.
   Хулапут был представительным мужчиной и держал себя по-королевски. Он был одет в сияющие богонские доспехи из лакированной выделанной кожи, пурпурные шелковые панталоны и маленький круглый шлем, тоже кожаный. На шее красовалось ожерелье из огромных, похожих на кинжалы зубов, в руках король сжимал церемониальный меч с золотой рукояткой и набалдашником. Сандалии были украшены золотом. Советники его были одеты похоже, хотя и с меньшей роскошью.
   Хулапут говорил на устаревшем верио. Он пояснил, что пришел, потому что хотел, не дожидаясь официального парада, поскорее увидеть аргонатскую армию. Он считал, что в бой придется вступить очень скоро. Враг отошел совсем на небольшое расстояние.
   – Я боялся, что вас захватили в ловушку, генерал. И что вы уже не придете в Кубху.
   – Где бы ни был враг, мы пойдем к нему сами. Это наша работа – биться с врагом.
   Хулапут улыбнулся браваде генерала:
   – Мой друг из аргонатской земли, крэхинцев столько, сколько бывает травинок после дождей. Когда я вышел им навстречу с моей армией, мы не смогли их сосчитать. Они нападают как люди, не знающие страха. Они разбили нас с обоих флангов и, продолжи мы битву, полностью уничтожили бы нас. И поэтому мы отступили, хоть и тяжело нам было допустить захватчиков на свою землю. Потом они пришли сюда и окружили город. Я думал, что Кубхе суждено пасть, как только они закончат приготовления к осаде. Я молил богов заступиться за нас, мы и сейчас ежевечерне отправляем службы. Дважды крэхинцы штурмовали наши стены, и дважды мы отбивали атаку. Наконец пришли вы, и они отступили. Они даже побросали осадные машины, которые успели выстроить. Мы уже все их разрушили. Благодарение богам, наши молитвы были услышаны.
   – Возможно, они побоялись оказаться зажатыми между нашими силами? – сказал Баксандер.
   – Не думаю. Мне кажется, они хотят, чтобы мы поверили в их испуг и отправились за ними в погоню. Баксандер усмехнулся:
   – Ладно. Полагаю, их обрадовала наша малочисленность. Это их первая большая ошибка.
   Темные глаза короля в упор уставились на Баксандера:
   – Они превосходят по численности наши объединенные силы вдвое. Как вы можете выступить против них? Они не трусы; они дерутся как дьяволы.
   – Ваше Величество, на этот раз в битве примут участие профессионалы, великолепно обученные воинские соединения. Я должен кое-что объяснить. Вы никогда не видели, как сражаются легионы. Никакой враг не сможет устоять перед хорошо снаряженным легионом. Никакой враг не может выдержать натиска легиона.
   Хулапут, казалось, был в нерешительности:
   – Я надеюсь, мы еще убедимся, что все обстоит действительно так, как вы говорите. Крэхинцы не ушли далеко, и они вернуться. Нам придется вступить в бой на этой неделе.
   Баксандер кивнул:
   – Абсолютно с вами согласен. Мы будем готовы. Лицо Хулапута изменилось. По нему прошла тень печали, скорбь слышалась теперь в его голосе:
   – За это время мои люди умрут от голода. Продовольствия в городе было запасено всего на неделю с небольшим.
   – Ваше Величество, мы постараемся помочь вашим людям как можно скорее, как только подойдет мой обоз. Сейчас он находится по ту сторону восточных холмов, охраняемый нашей кавалерией и продовольственным полком. Я полагаю, они подойдут на заре.
   – Молюсь, чтобы они дошли невредимыми. У врага есть своя кавалерия, всадники из пустынь за Набом, из Земель Ужаса. Это дьяволы!
   Баксандер почувствовал, как дрожь прошла по его телу. «Земли Ужаса» – о них говорила колдунья. Неужели им действительно придется туда идти? Баксандер надеялся, что необходимость в продолжении экспедиции отпадет, если они разобьют армию врага здесь.
   Внутренние области континента были мало изучены. Но легенды о Землях Ужаса слышал любой, кто хоть немного интересовался этим вопросом. Во время плавания из Аргоната в Эйго Баксандер тщательно анализировал их. Легенды вызывали у него тревогу.
   Баксандер глубоко вздохнул. Он очень устал. Прошли долгие недели похода. Он и его штаб разрабатывали один за другим бесчисленные вполне выполнимые планы, которые раз за разом нарушались. У короля не было никаких собственных предложений по поводу будущего сражения, поэтому-то он так и обрадовался приходу легионов.
   – Мои разведчики доложили, что основные силы врага находятся в восьми милях к западу. Мы столкнулись с их передовыми отрядами. Я контролирую их передвижение. Если они хотят сражения, они его получат.
   Но король еще не договорил. Его лицо помрачнело.
   – Есть еще одна трудность. Рыцари в броне потревожили наши амбары, требуя пищи и зерна. У нас ничего нет, но они настаивают и даже обнажили оружие против наших солдат.
   Баксандер прикрыл глаза. Эти чардханцы погубят всю армию!
   Поначалу Баксандер не представлял, сколько беспокойства причинят ему чардханцы. Тяжелая кавалерия могла бы помочь ему в сражении с крэхинцами, но эти рыцари, кроме неприятностей, ничего не принесли.
   – Я скажу об этом графу.
   Хулапут широко улыбнулся и шагнул вперед пожать руку Баксандеру. Улыбка его отдавала горечью.
   – Благодарю, генерал. Даже если нам придется вместе умереть, мы дадим им такое сражение, которое они запомнят навек.
   Баксандер пропустил пессимистические нотки в голосе короля мимо ушей:
   – Мои люди отдохнут и будут готовы к сражению около полудня. А что с вашей армией, Ваше Величество?
   – Мои люди готовы, но истощены. Если мы сможем их завтра накормить, они наберутся сил. Они жаждут отомстить Крэхину за поруганную родину, за наших людей, которых враги увели в рабство во внутренние земли. Даже если мы с помощью богов сумеем победить Крэхин, мы никогда больше не увидим похищенных, они сгинули в Землях Ужаса.
   – Во имя Руки Великой Матери! – поклялся Баксандер. – Мы отомстим им за все совершенное ими зло. И если они дадут нам передышку еще на полдня, то мы, уверяю вас, будем совершенно готовы к сражению.
   Только бы дать людям и драконам отдохнуть, дождаться прихода обоза на заре и накормить всех до полудня. Тогда пусть враг покажет свое лицо!
   – Поговорим снова на заре! – Хулапут еще раз пожал руку Баксандеру. – Вы наполнили мое сердце своим огнем, генерал. Мы будем воевать вместе, и о нас еще сложат песни!
   Король ушел, а Баксандер немедленно дал знак адъютанту и сел писать записку графу Фелк-Хабрену.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [22] 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация