А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "1-я трилогия о Сером Легионе Смерти-2: Звезда наемников" (страница 14)

   – Ты прав, – сказал Грейсон. – Разумеется, ты прав. Я согласен с тобой, но не знаю, как ответить, я думаю над этим, но не знаю, что можно предпринять, чтобы предотвратить смерть всех этих новобранцев и одновременно удовлетворить клиентов.
   – К черту клиентов!
   – Рэмедж, ты думаешь, я ввязался ради денег? Это было вопросом нашего выживания.
   Он оглянулся, посмотрев из отверстия пещеры на джунгли внизу. В джунглях слышалось только пение птиц. Он беспокоился, что еще нет вестей от капитана «Фобоса», хотя комитет заверил его, что связь у них налажена хорошо. Если шаттл добрался до гавани, то потребуются месяцы работы, чтобы корабль взлетел. А «Фобос» до сих пор оставался единственным билетом на обратный полет с Верзанди. Это был заколдованный круг, потому что шаттл восстановить невозможно, пока не закончится война.
   – Если мы не найдем способов помочь этому народу в войне, – добавил Грейсон, – генерал Нагумо найдет нас, и мы все попрощаемся с жизнью.
   – Что же, лучше пусть подыхают верзандийцы, чем мы?
   – Нет! Ни они, ни мы! Но если мы срочно ничего не придумаем, Нагумо вот-вот упадет нам на спину" даже если ему придется вырвать эти джунгли по деревцу. Я до сих пор не знаю, что делать.
   Рэмедж покачал головой:
   – Я тоже читал контракт, капитан, и черт меня возьми, если знаю отходной путь. Может быть, удастся подготовить армию... Хорошо, я буду им давать уроки. Но лучше бы найти какой-нибудь способ удержать щенков от боя еще хотя бы год, потому что сейчас любой робот Дома Куриты перемешает их всех с дерьмом!

   XIV

   Генерал-губернатор Нагумо, слегка откинувшись назад, присел на угол стола, скрестил руки на груди и улыбнулся. Юная женщина села перед ним. Она осторожно и встревоженно осматривала спартанскую обстановку комнаты – деревянный письменный стол, заваленный грудой компьютерных распечаток, высокие, от пола до потолка, окна, выходящие на университетский городок Региса. Ее каштановые волосы были коротко подстрижены, лицо не выдавало эмоций.
   – Ну что ж, мисс Клейн, – сказал Нагумо. – Вы не против, если я буду называть вас Сью Эллен? Замечательно! Как вы устроились в казарме?
   – Прекрасно, мой господин, – ответила она и, нервно коснувшись рукава своего куритского форменного мундира, добавила: – Все... в порядке.
   – Замечательно, просто замечательно. – С этими словами он махнул рукой в сторону стоявшего у стены столика, заставленного целой коллекцией бутылок и бокалов. – Не хотите ли выпить?
   Она покачала головой. На ее лице проступило недоумение, близкое к тревоге.
   – Нет, спасибо, господин.
   – Как хотите. Итак, я полагаю, вы удивлены, что я захотел встретиться с вами.
   Она кивнула, все еще не решаясь встретиться с его пристальным взглядом.
   – У генерал-губернатора, по-моему, не должно быть обыкновения беседовать с каждым наемным пилотом подчиненных ему воздушно-космических сил. Или с каждым... узником.
   – Значит, девочка, вы представляете собой уникальный случай. Вы должны это понимать, не правда ли?
   Она вновь кивнула. Он продолжил:
   – Вы прибыли с этим новым подразделением наемников. Помнится, вы называете его Серым Легионом Смерти? Когда вы прорывали нашу блокаду, то доблестно сражались, но почему-то были оставлены вашими друзьями.
   Она немного откинулась назад в своем кресле. Ее пальцы казались белыми как мел на фоне черных резных деревянных ручек кресла.
   – Это легко объяснить, господин. Если бы мои товарищи попытались подобрать меня, им пришлось бы сразиться с «Леопардом», который преследовал их по пятам. А у них не было достаточной огневой мощи, чтобы выиграть такой поединок. Они были вынуждены оставить меня и... и моего напарника, чтобы скрыться на Верзанди. – Боль с примесью страха исказила ее лицо. – Господин, я все это объясняла вашим следователям несколько недель назад.
   – Ладно, ладно. Я ужасно виноват в том, через какие страдания вам пришлось пройти. Бедная девочка! Командир «Субудая» поступила абсолютно правильно, что подобрала вас, обнаружив на орбите Верзанди, но вот адмирал Кодо должен был бы проинформировать меня о том, что вы у него, а не передавать сразу своим следственным органам. Я лишь неделю назад узнал, что вы моя пленница, и эта неделя понадобилась, чтобы я узнал все, что случилось, и смог распорядиться насчет вашего освобождения. Конечно, вам сразу же должны были предоставить возможность перейти на нашу сторону, а не вынуждать терпеть на Верзанди-Альфе сомнительное гостеприимство этого глупца Кодо. Я обещаю вам, Сью Эллен, что причастные к этому лица будут привлечены к ответственности.
   Она подняла голову, подбородок ее отвердел.
   – Благодарю вас, господин, но я чувствую себя сейчас в полном порядке. А что касается причастных к этому офицеров, так я же была просто-напросто пленной. Я не жалуюсь на обращение со мной.
   Он задумчиво посмотрел на нее:
   – Вы замечательная юная леди, Сью Эллен. Я удивляюсь, что... – Какое-то мгновение он подбирал подходящее слово. – Я удивляюсь бессердечности вашего командира, тому, что вас оставили. – Он снова посмотрел прямо на нее и продолжил, развивая другую мысль. – А что касается вашего товарища, того, что умер. Я полагаю, он был дорог вам?
   – Да, – промолвила она.
   – Вы стреляли в кабину его «Молнии». Вы следовали в атмосфере за его истребителем, ведя по нему огонь, пока он не взорвался.
   – Да, – еще тише сказала она. Лицо ее исказилось болью. Какое-то мгновение она изо всех сил старалась взять себя в руки. – Он... горел. Я слышала его по линии связи. Он не мог выброситься – он был ранен... совсем плох... и когда он вошел в плотные слои атмосферы, то стал гореть заживо. Я не могла... я не могла...
   Она плакала безмолвно, едва сдерживая рыдания, сотрясавшие ее плечи. Лицо Эллен кривилось, горе и мука вырывались наружу. Нагумо соскочил со стола и, встав рядом с ней, положил свою руку ей на спину.
   Сью Эллен не догадывалась, что Нагумо узнал о ее захвате менее чем через сутки после случившегося. Но об этом пленнице совершенно не надо знать. Сообщения допросивших ее офицеров ясно показывали, что Клейн была совершенно ошеломлена потерей своего возлюбленного. Она просто оцепенела от горя, и обычная процедура допроса не годилась. В любом случае ее шоковое состояние сделало бы, скорей всего, допрос бесполезным.
   Приказ Нагумо был совершенно ясен: охранять ее, наблюдать за ней, расспрашивать, но ни при каких обстоятельствах не позволять пленнице причинять себе вред! Нагумо предчувствовал, что лейтенант Сью Эллен Клейн была весьма ценной добычей – возможно, даже ключом к уничтожению наемников, недавно появившихся на Верзанди.
   Доктор Влад Янсон, один из специалистов-психиатров контрразведки Дома Куриты, был обязан следить за поведением Клейн. Именно Янсон пришел к выводу, что она достаточно окрепла к данному моменту, чтобы Нагумо приступил к беседе. Психиатр тщательно проинструктировал Нагумо, что говорить и делать при этой встрече.
   – Это был мужественный поступок, – сказал Масаеси Нагумо. – Я понимаю, сколь трудно это было сделать. Но это показывает вашу особенную силу. Вы не смогли оставить товарища умирать в муках. Вы поступили так, чтобы избавить его от этого, взяв на себя страшную роль милосердия.
   – Я... я не представляла, что делать. – Она пару раз глубоко вздохнула, подавляя спазмы в горле. – Не было никакого способа вызволить Джеффри. Никакого способа... Я ничего не могла поделать...
   – Ваш товарищ сражался храбро. Я глубоко чту его память.
   – С-спасибо.
   – Я также уважаю и вас, лейтенант, за ваши благородные, героические действия. Я полагаю, вы сделали жертву более дорогую, чем отказ от собственной жизни.
   – Н-нет. Не было ничего подобного, господин. – Слезы грозили вернуться. – Мой господин, я на самом деле... не могу говорить об этом...
   – Я понимаю. – Он нежно погладил ее по спине. – Но хочу, чтобы вы знали: я уважаю ваше мужество. По этой причине я предлагаю вам поступить на службу в войска Красного Охотника. Мой командующий, герцог Хасид Ринол, высоко ценит воинскую храбрость. У нас есть подходящее место для вас, лейтенант. Присягните герцогу Ринолу – и вам откроются большие перспективы. Повышения по службе... Награды...
   – Мой господин, пожалуйста, поймите меня... Я не хочу делать карьеру. Я всего лишь... Я всего лишь хочу забыть.
   – Разумеется. Вы приняты, можете идти. До присяги выберите время познакомиться с новыми товарищами. Достаточно ли у вас денег? Нравится ли жилье? Хорошо. Я уверен, что вы обнаружите – не все так ужасно на службе Дому Куриты, как, возможно, убедила вас вражеская пропаганда. Наберитесь терпения. Постарайтесь узнать нас. Я хочу еще раз побеседовать с вами через неделю или около того, когда у вас уже будет время вжиться.
   – Мой господин, вы очень добры.
   – Не совсем, моя дорогая. Мне нужны, для моих дел люди, похожие на вас.
   – Спасибо, мой господин.
   Он посмотрел, как она вышла из кабинета, и, когда дверь за ней захлопнулась, выждал еще несколько минут. Затем нажал кнопку своего интеркома. На экране появилось мужское лицо – тощее, сухощавое, с острыми чертами. На застегнутом доверху воротнике виднелся красный кант контрразведки Дома Куриты.
   – Итак, Влад, твое заключение?
   – Она придет в себя, господин, но еще не готова.
   – Комментарии?
   – Мы получили прекрасные данные через электроды кресла. Минутку. Разрешите посмотреть... – Янсон взял рулон распечаток и ткнул в него пальцем. – Ваш намек на повышение, на награды... она совсем не отреагировала на эти стимулы, господин. Я даже не уверен, что она услышала их. Ее горе неподдельно. Ей потребуется время оправиться.
   – Дальше.
   – Так... – Он снова посмотрел на распечатку. – Наблюдаются отчетливо сильные отрицательные эмоции каждый раз, когда вы вели речь о ее бывшем командире, как он покинул ее с напарником, которого она называет Джеффри, и о смерти Джеффри. Мы не можем знать наверняка, но я чувствую, что Джеффри был ее возлюбленным. В противном случае трудно понять глубину и силу ее горя.
   – Дальше.
   – Мне особенно интересна ее реакция, когда вы коснулись ее спины. Судя по тому, что я знаю о ее характере, я ожидал или отрицательной реакции, или никакой. Тем не менее реакция оказалась положительной. Вполне положительной.
   – Гмм! И как ты это объяснишь?
   – Это одинокая, запуганная... в данный момент очень уязвимая юная женщина, господин. Она не осознает этого сама, но уверен, что она изголодалась по друзьям.
   Нагумо фыркнул:
   – Уж не предлагаешь ли ты мне закрутить с ней любовь, чтобы добыть необходимую информацию? Я несколько староват для таких игр, Влад!
   – Господин, конечно, это вам решать. Я имею в виду... вы определенно не настолько стары. – Янсон умолк, смутившись и запутавшись.
   – Не отвлекайся, доктор. Говори по делу.
   – Итак, господин, я должен обратить ваше внимание, что реакция на ваше прикосновение не была однозначно реакцией на ваше прикосновение, а только на чувство близости, по сути дела, на эротическую стимуляцию. Обращаю ваше внимание, что она уже вступала в дружеские разговоры с одним из молодых людей, которого вы назначили в ее эскадрилью.
   – Кто это?
   – Капитан Винсент Миллз.
   – А, ладно.
   – Разумеется, он из ваших агентов.
   – Как думаешь, она уже готова, чтобы начать ее допрашивать всерьез? Янсон нахмурился:
   – Господин, нужно дать ей побольше времени, чтобы обрести умение держать себя, наладить взаимоотношения с Миллзом или какими-либо другими сильными личностями, которым она сможет довериться. Ей нужно осознать свое одиночество после смерти возлюбленного и нужно время для переосмысления того, что она может ощущать как предательство его памяти. Хотя временами ее горе может стать настолько большим, что она будет нуждаться в утешении, будет искать близости с кем-нибудь, кого она посчитает сильным защитником.
   – Насколько это затянется?
   – Неделя... две. – Доктор пожал плечами. – Трудно сказать. Это же только молодая, разбитая горем женщина, а не машина.
   – М-м-м. А если я прикажу тебе использовать более традиционные методы допроса?
   Янсон сделал паузу, облизал губы:
   – Господин, конечно, мы могли бы прибегнуть к более прямым методам. Но при этом останется значительный риск. В ее теперешнем душевном состоянии боль при допросе может так глубоко погрузить ее в шок, что она никогда не сможет оправиться. Возможно, она станет душевнобольной, заболеет кататонией.
   – И то, что мне захочется узнать, может быть навсегда потеряно. Или она умрет до того, как откроет это. Очень хорошо, доктор. У меня не много времени, но я могу подождать. Если мы подведем Клейн к сотрудничеству по ее собственному, добровольному желанию, то будет намного лучше.
   – Да, господин.
   – Свободен.
   Нагумо еще некоторое время смотрел на опустевший экран, затем обратил свой взгляд через окно на пасмурное небо Верзанди. Психиатры так любят напоминать остальным, что сгустки надежд, мечтаний, страхов и горя, которые они изучают, присущи людям, а не машинам. Хорошо... возможно. Но Нагумо обычно поднимался над всем этим клубком эмоций – так же, как водитель боевого робота, например Кевлавич, держал под контролем своего «Мародера». Нагумо не нужно было призывать доктора Янсона с его скрытыми датчиками и компьютерными распечатками, чтобы осознать, что девочка Клейн откликнулась на его прикосновение. Он ощутил ее отклик, почувствовал ее одиночество в то самое мгновение, когда догадался, что она не будет отстраняться от него.
   Клейн должна что-нибудь знать об этом Сером Легионе Смерти, который появился на Верзанди. Скоро он узнает это от нее, узнает, как использовать эти признания против ее бывших товарищей. А тем временем он позволит себе расслабиться, чтобы наблюдать и ожидать очередных действий повстанцев.
   Генерал-губернатор Нагумо был совершенно уверен в хорошем результате.
   Осыпаемый брызгами волн «Стингер» Хасана Халида высился на берегу вблизи расположенной у подножия горы рыбацкой деревушки Уэстли. Она тонула в сумраке, хотя до рассвета оставалось лишь несколько минут. Плохое время для разведки на предположительно вражеской территории, но выбора не было.
   «Фобос» уже остановился во фьорде вблизи этой деревни. С восходом светила шаттл будет отчетливо -виден с суши. Если здесь окажутся враги, они должны быть обезврежены. Из сообщений Топлена Бразедновича следовало, что Уэстли – рыбацкая деревня, симпатизирующая повстанцам, и что редкие части лоялистов, появлявшиеся в деревне, никогда здесь не задерживались, но все же...
   Халид изучал экраны выстроившихся в ряды приборов, плотно заполнявших кабину «Стингера». Инфракрасный сканер показал источник тепла на некотором расстоянии в том направлении. Что же это могло быть? Большими быстрыми шагами он двинул «Стингера» вверх по берегу, в сторону ветхих, потрепанных погодой домов.
   Халид был сауриматом, ихваном «Быстрой смерти», и этот основополагающий факт никогда, ни при каких условиях нельзя было изменить, хотя его братья убили бы его, если бы они встретились сейчас лицом к лицу. Воспоминание об окончательном расставании с ними все еще представлялось очень мрачным. Как сауримата, его безжалостно тренировали, чтобы он мог командовать, принимать решения о жизни и смерти тех, кто возложил ответственность за успех миссии братства Сауримат на него лично. Мастера-сауриматы учили его, что такие решения лучше всего принимать в состоянии заледеневшей крови – фарир кальб – «пустого сердца». В этом самовнушаемом эмоциональном состоянии любовь и ненависть, страх и смелость отступали в область, где они не могли повлиять на разум воина, на его решения.
   С того момента, как он подписал договор с Легионом, его обучал молодой командир Грейсон Карлайл. Страстность Карлайла, всплеск эмоций, постоянно бушевавших внутри него, было нетрудно увидеть. И все-таки идея приспособления подбитого шаттла для плавания по морю была впечатляющей. Рискованное предприятие должно было провалиться, но тем не менее корабль как-то не утонул. Даже ослепляемый чувствами, Карлайл владел даром руководства, чего в командире Халид не понимал до конца. Здесь можно было многому поучиться.
   Противник!
   Приближался боевой робот «Шершень-» со знаками Дома Куриты, едва видимый в предрассветном сумраке. Его водитель все еще не видел Халида, машина шла навстречу большими шагами.
   Раздался трескучий пулеметный огонь, резкий и отрывистый в утренней тишине. На одном из массивных бронированных плеч сверкнула искра рикошета. «Шершень» остановился, его приземистая голова-турель завращалась, отыскивая источник атаки, массивная механическая рука подняла похожий на винтовку средний лазер.
   Кто-то атаковал куритского робота ручным оружием. Хотя этот факт и говорил кое-что о политических симпатиях местного населения, но больше сообщал о рассудке тех же людей. Или кто-то там видел неожиданное появление Халида из моря и знал, что он должен быть из сил наемников, недавно прибывших на Верзанди? Если так, то атака была своевременной, предпринятая преднамеренно, чтобы предоставить ему удобный случай.
   Иншалла! Он стал остужать свой разум и сердце, повторяя фразу, которая вводила его в тиски фарир кальб.
   Сердце мое пусто, все тело – оружие, ум и тело – единое целое...
   Он охватил ситуацию. Ум и тело – единое целое... «Стингер» прыгнул вперед, за двадцать быстрых шагов одолев расстояние до «Шершня». Он решил не открывать огонь, чтобы не рисковать пролить кровь своих новых союзников и не привлекать внимания других роботов Дома Куриты, которые могли быть поблизости. Одна из рук «Стингера» взметнулась в молниеносном ударе, который смял выдвинутый вперед лазер «Шершня». Правая нога сокрушила колено «Шершня», заставив вражескую машину накрениться в сторону.
   Иншалла! Ум и тело – единое целое! Аллах акбар! Один из бронированных кулаков машины Халида стремительно опустился вниз, заостренные пальцы пропороли кабину в самом слабом месте. Вражеский робот зашатался, когда Халид вырвал руку «Стингера» из разбитой вдребезги головы. Только после этого Халид разрешил себе расслабиться.
   Жители деревни, широко улыбаясь, с оружием в руках, стали появляться из своих укрытий. В гавани свет раннего солнца осветил корпус «Фобоса», засверкавший мокрыми золотистыми отблесками.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация