А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "1-я трилогия о Сером Легионе Смерти-2: Звезда наемников" (страница 12)

   – Вы со своими людьми и с роботами пойдете сущей?
   – Конечно. – Грейсон вспомнил о «Страусе», который все еще находился в грузовом отсеке шаттла в транспортном коконе. – Впрочем, я думаю, что вам имеет смысл взять с собой одного робота. Мало ли что вас ожидает, когда дойдете до назначенного места.
   – Не стану возражать.
   – Прекрасно. Теперь вопрос – какого? «Страус» мне будет нужен на суше. – Грейсон доверял инстинктам Лори в качестве разведчика. К тому же зачем держать в грузовом отсеке самый быстрый из боевых роботов Легиона. – Тяжелые роботы также останутся со мной... Вы можете взять Дебровского, Йорулиса или Халида. Я бы рекомендовал Халида. У него большой боевой опыт.
   Мартинес снова пожевала губу.
   – Хорошо. Халида так Халида. Грейсон кивнул:
   – Я скажу ему.
   – Тогда мне пора приступать к делу. Перекраивать шаттл в крейсер.
   Грейсон проводил Мартинес взглядом, покачал головой, затем повернулся к Бразедновичу.
   – Ну, а мы с вами что будем делать? – спросил он. – Девик Эрадайн собирался свести меня с Революционным комитетом.
   – Я думаю, что сам могу отвести вас туда, – отозвался Бразеднович. – Но это будет довольно длинный марш. Причем всю дорогу – джунгли да болота, болота да джунгли.
   – Роботы пройдут?
   – Может, и пройдут. У нас есть несколько боевых роботов, знаете, но нет никого, кто мог бы управляться с ними в бою.
   – Как это?
   – Ну... у нас есть много парней, которые работали на агророботах, таких, знаете, четвероногих машинах, которые используются на раскорчевке леса и плантациях. Вождение агроробота в общем-то похоже на вождение этих штук. – Вразеднович кивнул на «Беркута», стоящего неподалеку. – Роботы у нас, значит, есть, – продолжал он, – остались еще со старых времен. Да и несколько парней, бывших синих, которым надоело подбирать дерьмо за Нагумо, тоже к нам прибились. Правда, почти ни черта не умеют. Особенно управляться с роботами в бою. – Бразеднович вздохнул и повел плечами. – Я это к чему говорю. К тому, что наши агророботы через эти болота да джунгли прошли бы. Боевые роботы наши вроде бы тоже проходили в свое время. Главное – с лесной дороги не сходить. А так вроде ничего – почва держит. О дорогах вообще отдельный разговор. Тут такие топи есть, что любую машину засасывает – глазом моргнуть не успеешь. Но если с нами пойдете, думаю, все обойдется.
   – Ну так что, ведете нас? Бразеднович поскреб подбородок.
   – Ну...
   Грейсон скрестил руки на груди.
   – Если речь идет об оплате, знайте, вряд ли мы сможем много предложить.
   – Половина сегодняшней военной добычи нас вполне устроила бы. Я имею в виду танки. Кстати, как вы планируете их использовать в вашей армии?
   Грейсон громко рассмеялся:
   – Знаете, мне хватает забот и с нашей собственной техникой. Если мы можем рассчитаться с вами танками, валяйте, забирайте себе их все.
   Бразеднович просиял:
   – Ну, так мы о них позаботимся...
   – Кстати, если хотите, я пришлю несколько наших техов помочь привести их в нормальное состояние. Командир повстанцев выглядел озадаченным.
   – Что-то вы очень уж щедры для наемника.
   – Но за предоставление техов я кое-что попрошу у вас, дружище. Как насчет объединения наших двух армий в одну?
   Бразеднович призадумался. Насколько Грейсон мог судить, основное, что беспокоило бравого командира, – кто и как будет командовать объединенной армией. И тут лицо Бразедновича просветлело. Судя по всему, он решил, что не его это дело. Пусть об этом болит голова у Революционного комитета.
   – Хорошо, – проговорил Бразеднович. – Я пошлю вперед несколько вездеходов. Отправлю с ними раненых и сообщение, что мы тащим с собой танки. Для вас, кстати, тоже нашлось бы место на одном из вездеходов.
   – Нет, благодарю. Я пойду со своими людьми и с роботами.
   – Ну что же. Было бы предложено. А вот Эрадайна, по-моему, надо отправить вперед. Пусть сообщит о вас. А то, знаете ли, люди из Ревкома ужасно нервные, когда дело доходит до нежданных гостей.
   – Понимаю. Я уже заметил это, если судить по переполоху, который вызвало наше несколько неожиданное прибытие.
   За спиной у Бразедновича Грейсон заметил высокую фигуру. Человек ждал, переминаясь с ноги на ногу.
   – Прошу меня извинить, – сказал Грейсон Бразедновичу, но мне тут нужно переговорить кое с кем из моих людей.
   Бразеднович кивнул и уже было собрался уходить, но вдруг остановился и повернулся к Грейсону:
   – Да, вот еще что. Мы не собираемся тут долго торчать. Я планирую уйти в полночь.
   – Все зависит от того, насколько быстро мы спустим на воду шаттл, – ответил Грейсон. – Но люди делают все, что в их силах. Если мы не уложимся к полуночи, оставьте нам проводника. Мы догоним вас позднее.
   Во время разговора с Бразедновичем Грейсон не спускал глаз с Макколла, что топтался неподалеку. Ему нравился этот верзила каледонец, нравились его веселость, открытость. Но как бы то ни было, Макколл нарушил боевой приказ. Оставлять подобный проступок без внимания было никак нельзя.
   – Макколл, на свете есть немало полевых командиров, которые расстреляли бы вас за то, что вы вытворяли утром.
   – Да, сэр.
   Глаза Макколла метались между Грейсоном и стоящим в отдалении «Стрельцом», вокруг которого хлопотали техи. С самого своего зачисления в Легион Макколл выделялся трогательной привязанностью к своему «Грому небесному». Вот и сейчас Грейсон видел, что Макколл прямо-таки изнывает от желания присутствовать при ремонте его ненаглядного робота.
   – Я приказал вам заниматься отражением атак с воздуха, – продолжал Грейсон. – Если бы сброшенные тем «Демоном» бомбы легли в цель, мы не стояли бы здесь сейчас и не разговаривали бы.
   – Так точно, сэр. Сэр, вы не вышвырнете меня из Легиона?
   – Если под словом «вышвырнете» вы имеете в виду расторжение контракта, то нет, я вас не вышвырну. – Грейсон холодно смотрел на Макколла. – «Стрелец» – это ваша собственность, а мы нуждаемся в боевом роботе. Равно как я не собираюсь бросать вас одного на этой планете, оставив единственный выход – идти на поклон к генералу Нагумо. Честно говоря, мне вообще было бы жаль расставаться с вами, Девис. Вы хороший человек, а хороший человек – это куда большая ценность, чем боевой робот.
   Радость затеплилась в глазах у Макколла.
   – Благодарю вас, сэр!
   – Не стоит. Лучше делайте в следующий раз то, что вам приказано... Ладно, хватит об этом! Доложите о повреждениях.
   – Ой, сэр, бедная машина! Бедный мой «Гром небесный»! Все повреждено, все!
   – Нельзя ли поточнее?
   – Активаторы правой руки разрушены, антенну радара придется заменять. Капитан, «Грому небесному» нужен полный ремонт...
   – Черт возьми! У нас здесь нет под рукой ремонтного цеха. У нас есть только то, что мы взяли с собой на «Фобос»! Сколько потребуется на минимальный ремонт?
   – Ох, сэр, что же это за ремонт! Радарной антенны нет, активаторы как не работали, так и не работают... Десять часов, сэр.
   – Придется вашей машине побегать малость покалеченной. Но как только мы доберемся до базы повстанцев, я обещаю, что выделю вам десять часов на ремонт вашего ненаглядного «Грома небесного». Кстати, может быть, там и активаторы сыщутся. Как я понимаю, на этой планете производятся агророботы. Может быть, нам удастся приспособить кое-какие из их узлов под наши машины. – Грейсон строго посмотрел на каледонца. – А теперь, Макколл, вот что. Я намерен оторвать вас от бронированного друга.
   – Сэр! – Видно было, что Макколл не на шутку встревожился.
   Грейсон покачал головой:
   – Техи сделают все от них зависящее, чтобы «Гром небесный» смог добраться до повстанцев. Я пошлю Томплинсона, своего собственного теха, чтобы он помог поскорее подлатать вашу машину. Ну, а теперь ступайте на «Фобос». Там работы невпроворот. Нужно помочь закачать в двигатель морскую воду.
   – Морскую воду, сэр?
   – Да, морскую воду. Будете помогать учить «Фобос» плавать. И не забудьте про выполнение приказов.
   Грейсон повернулся и направился к Бразедновичу, ожидающему в тени деревьев у кромки джунглей. Повсюду, куда ни погляди, кипела работа. Над берегом разносился рев дизельных двигателей танков. Повстанцы только диву давались, глядя, как вкалывают их неожиданные новые союзники. Сами повстанцы предпочитали нежиться в тени, коротая время за игрой в кости, разговаривали или просто дремали.
   Каким-то образом Грейсону нужно сколотить из этих людей боеспособную армию. В противном случае Легиону никогда не вырваться с Верзанди.

   XII

   Вечером штормило, но весь остаток длинного дня на Верзанди люди Грейсона трудились над починкой поврежденных роботов, на разгрузке необходимых припасов и оборудования с «Фобоса», а также подготавливали сам шаттл к морскому путешествию.
   Превращение выпотрошенного шаттла в огромное паровое и практически несокрушимое морское судно было достаточно рискованным делом, и Грейсон хотел разрешить все технические проблемы до того, как он предоставит «Фобос» милости волн Лазурного моря. Менее пяти часов потребовалось, чтобы наладить системы для закачки морской воды; задача весьма облегчалась помощью боевых роботов, которые были способны поднимать массу, сравнимую с их собственной. Намного больше времени заняла выгрузка вооружения и запасных частей роботов.
   Через два часа после наступления темноты «Фобос» был готов к отправке. Начинался дождь; ветер поднял на поверхности залива волны, встряхивающие облегченный корпус шаттла. Качка на борту была неприятной. Наконец прилив снял шаттл с мели. Качка стала еще хуже оттого, что насосы с одного борта «Фобоса» забирали морскую воду, создавая дополнительный крен около двадцати градусов. Передвижение сделалось небезопасным.
   Грейсон поднялся по мосткам. Мартинес сидела в кресле пилота пристегнувшись, чтобы уберечься от возрастающих усилий ветра и волн.
   – Шторм, капитан.
   – Точно, майор, – ответила она. Теперь, когда «Фобос» успешно стал кораблем в старинном смысле этого слова, звание Грейсона звучало менее иронично. – Может, это к удаче. Грейсон кивнул:
   – Вряд ли Нагумо поднимет АКИ ночью и нас засекут со спутника. Кстати, их патрули не подберутся достаточно близко, чтобы засечь нас в инфракрасном диапазоне.
   – Дьявол, а они не без оснований предполагают, что мы утонем или разобьемся! Пора бы подправить нашу удачу.
   – Рад, что мысли капитана так настроены, потому что я не решился бы встретить эту стихию даже на «Мародере»!
   Мартинес коснулась переключателя на ручке кресла, и засветившийся экран выдал компьютерную карту, созданную на основе карты Бразедновича. Она провела стилосом линию по заливу до реки.
   – Скрелингас, река. Что там, знаете?
   – Только со слов Бразедновича. Все это территория повстанцев. Можно будет добыть технику и пищу.
   – Какое там есть укрытие? Облака уйдут, и мы будем видны на спутниковых сканерах, как жирный таракан в ложке!
   – О, капитан, это если небо будет совсем ясным. Бразеднович сказал, что мы должны уложить «Фобос» вот здесь, где его не снимет приливом, хотя можно и повыше. Здесь, в Остафьорде, утесы, и мы можем надеть на шаттл столько маскировки, что она скроет даже тепло реактора, если его не напрягать.
   – Не сомневаюсь. Просто я хочу знать, что это за место, поподробнее. А вдруг эти утесы слишком низки или рядом с ними имеются мели, не обозначенные на карте? Если мне не удастся подвести шаттл ближе? Если... а, к черту! Задумаюсь, когда начнутся проблемы. – Она посмотрела на Грейсона, и ее глаза улыбнулись. Забыв формальности, Мартинес прошептала:– Удачи тебе, Грейсон. Надеюсь, скоро свидимся.
   – Будь осторожна, Илза. Увидимся.
   – Я не за себя беспокоюсь, а за тебя, майор. Ты слишком доверяешь этим верзандийцам. Лучше тысячи миль открытого океана и шторм, чем эти загаженные Куритой джунгли!
   Грейсон ухмыльнулся и протянул руку. Илза крепко ее пожала.
   – Как только мы доберемся до нормальных ремонтных мастерских, мы сможем запустить «Фобос» обратно в космос.
   – Пока что, майор, я буду счастлива, если пройдет успешно хотя бы его запуск в море!
   Струи дождя лупцевали поверхность залива, капли жестоко стегали лицо Грейсона. Пробудились моторы шаттла, но звук вскоре пропал в плеске волн и шуме дождя. В дождливой мгле Грейсон не мог различить, как шаттл отчалил. Хорошо. Тем меньше глаз из джунглей могли увидеть то же самое.
   Несколько минут спустя совместная колонна повстанцев и наемников отправилась в свое собственное путешествие. Дождь прекрасно скрыл их. Партизанам всегда угрожала опасность быть выслеженными со спутников. Хоть небо Верзанди зачастую устилали облака, а полог джунглей был густ над всем Сильванским бассейном, встречались и просветы. Даже небольшого участка голубого неба могло хватить спутнику, чтобы засечь партизанский отряд, а боевых роботов, прокладывающих себе просеки, не спрячешь так просто. Партизаны давным-давно научились передвигаться скрытно, по ночам, и использовать благословенное прикрытие зелени и облаков. Секретная база Верзандийского Революционного комитета находилась в джунглях на расстоянии четырех сотен миль, и, чтобы добраться туда, требовалась вся ночь.
   Верзанди была аграрной планетой. Вся индустрия концентрировалась возле городов, нефтяных и рудных бассейнов. Добывались в основном соединения хрома и бокситы. Впрочем, основным источником благосостояния планеты служила плодородная земля.
   Почва джунглей была невероятно бедной. В большинстве мест солнечный свет почти не попадал на землю, вследствие чего отсутствовали организмы, производящие перегной. Кроме того, под пологом джунглей часто простирались болота, заросшие мхом и тиной, за версту воняющие гнилью. Для фермерства эта земля оставалась непригодной.
   Плодородные почвы находились в Сильванском бассейне, где гигантские метеориты, упавшие в незапамятные времена, образовали впадину. Эта зона занимала большую часть северного полушария. Правда, южный край впадины подвергался эрозии. На севере было получше. Земля там была влажной и плодородной. Там и сям поднимались более-менее сухие островки, где фермеры выращивали бобы, бананы, сахарный тростник, хлопок. В джунглях также расчищались территории под рис, гевею и джут. На склонах располагались плантации кофе и какао-бобов.
   Несмотря на войну. Дом Куриты старался поддержать экспорт планеты. Марионеточное правительство Верзанди продолжало собирать налоги, и с северных прерий планеты, южнее Региса, взлетали шаттлы, загруженные резиной, джутом, бананами или бобами, направляясь к Т-кораблям. Впрочем, сейчас торговля и процветающая экономика были скорее иллюзией. По всей планете фермы приходили в упадок, и фермеры вели войну друг против друга. Как все революции, восстание на Верзанди походило скорее на междоусобицу, чем на борьбу против захватчика.
   Из бесед с Эрадайном по пути с Галатеи Грейсон обо всем этом уже знал. Он еще больше получил информации во время ночного марша, переговариваясь с Толленом Бразедновичем по передатчику. Таким образом, кое к чему он был готов, когда партизаны привели легион в деревушку.
   Лисий остров – большой и плодородный участок – находился у слияния двух рек, протекавших у подножия плато. Семья Эрикссонов владела этой плантацией более шестисот лет со времени колонизации Верзанди скандинавами. Гуннар Эрикссон в настоящее время являлся главой клана и владел аккуратной деревушкой на краю островка.
   По прибытии наемники сразу же принялись за разгрузку и постройку склада и мастерских. На площадке в кроне дерева устроились двое верзандийцев в камуфляже с тяжелыми винтовками в руках. Эта мера предосторожности ни в коем случае не могла оказаться эффективной при авианалете, однако дисциплина есть дисциплина, да и военная рутина успокаивала. Эрадайн сообщил Грейсону, что эти партизаны сражались с войсками Дома Куриты и марионеточного правительства Верзанди почти десять лет, и те, кто выжил, стали действительно хорошими воинами.
   Они пытались защитить свой мир от разграбления. Правительственные корабли увозили продукцию Верзанди на планеты Синдиката Драконов, а обратно привозили не машины и оборудование, а солдат и боевых роботов. Пропаганда гласила, что правительство страхуется на случай нападения Федеративного Содружества или бандитов, скрывающихся в лесах Сильванского бассейна.
   Существование секретной базы поразило Грейсона. Он знал со слов Толлена, что орбитальная служба Дома Куриты регулярно сканирует весь сельскохозяйственный регион Верзанди и имеет информацию о каждом фермере. Получалось, что все эти крестьяне были солдатами революции! Когда небо было ясным, они занимались обычным трудом, а сборщики налогов не обнаруживали ничего подозрительного (вернее, до сих пор не обнаруживали).
   Когда Грейсон резко остановил своего «Беркута» перед длинным и низким строением с верандой, партизаны вышли посмотреть на прибытие шестерки наемных роботов. Все еще шел дождь, хотя ветер и гром прекратились. Работы велись уже полным ходом. Повстанцы и прибывшие раньше техи наемников возводили новое здание с помощью «Шершня» и еще двух роботов. Повстанцы, как обычно, на сто процентов использовали время ненастья. Судя по скорости работ, к тому моменту, когда солнце заглянет в деревню, здание будет готово и хорошо закамуфлировано.
   Члены Революционного комитета подошли к Грейсону. Девик Эрадайн тоже был здесь и выглядел куда лучше, чем Грейсон после бессонной ночи. В первый раз за все время знакомства Грейсон увидел, как Эрадайн широко и приветливо улыбается, представляя его сподвижникам.
   По-видимому, Гуннар Эрикссон был лидером группы. Несмотря на отсутствие знаков различия, Грейсон ощутил, с каким уважением относятся к Гуннару товарищи. Гуннар, рано поседевший, выглядел аристократом. Как догадался Грейсон, львиную долю времени хозяину плантации приходилось проводить в облике лояльного землевладельца, содержащего собственную маленькую армию для собственной защиты. Его поместье стало на деле базой для самой большой и мощной группы партизан Верзанди. Пожатие его руки было твердым, а смех, которым Гуннар ответил на комплимент Грейсона о его известности, сердечным.
   «Джим из джунглей» – Джеймс Торвальд – был типичным скандинавом. Его высокий рост, белокурая шевелюра и обаяние принесли ему пост в Совете академиков уже под властью Дома Куриты. Но он был уличен в агитации против нового порядка и бежал в джунгли. Когда войска Дома Куриты наводнили его родной Торвальдфест и отравили колодцы, он сделался генералом Торвальдом. Его отряд совершал набеги на лагеря Дома Куриты. Лисий остров служил ему запасной резиденцией и складом.
   Высокая и очаровательная Карлотта Хельгамайер была молода и умудрялась сохранять свой аристократический облик, даже будучи облаченной в замызганную робу или камуфляж. Карлотта также принадлежала к Академии Региса и до сих пор продолжала преподавательскую деятельность. Она объяснила, что оккупанты стараются для лояльных граждан поддерживать иллюзию, будто на планете ничего не произошло, а повстанцы – всего-навсего бандиты; что общество всем довольно и лишь непримиримые одиночки портят всем жизнь. Хельгамайер поддерживала связь с партизанскими группами в городе. Она уверяла Грейсона, что в городе существуют сотни, возможно, тысячи храбрых мужчин и женщин, только и дожидающихся шанса соединиться с лесными партизанами, чтобы изгнать оккупантов Дома Куриты с Верзанди.
   Доктор Карл Ольсен жил в отдаленной деревне на востоке и возглавлял одну из самых крупных и хорошо организованных групп повстанцев. Он почти ничего не сказал Трейсону, за исключением того, что в группе предназначенных для военного обучения людей находится его сын.
   Грейсон уже много знал о Девике Эрадайне. Тот родился и вырос в городе Йорнесе в нескольких сотнях километров к западу от Региса, и с самого начала участвовал в Революционном комитете. Своим спокойствием и внешним интеллигентным обликом он напоминал университетского профессора, а не лидера повстанцев. Но именно он вызвался вывести с планеты шаттл под огнем войск Дома Куриты и сумел добраться до другого мира, чтобы найти и нанять войска. Именно Эрадайн выгодно продал ванадий, чтобы снабжать повстанцев; именно Эрадайн нашел наемников, способных создать армию против Синдиката Драконов.
   Грейсон понял, что восхищается Эрадайном более, чем всеми остальными лидерами партизан вместе взятыми.
   Сидя с пятью лидерами за великолепным верзандийским чаем в библиотеке Эрикссона, он понял, что революцию возглавляла местная аристократия. За исключением Эрадайна все лидеры были из «старых семей», как их окрестил Бразеднович. Эти семьи прибыли из Скандинавии около шестисот лет тому назад. Сама семья Бразедновича прибыла на два столетия позже, эмигрировав с планеты Внутренней Сферы в ходе войны. Между старыми семьями и семьями, прибывшими позже, было некоторое напряжение, и последние частенько именовались старыми семьями как «беженцы». Впрочем, мелкие разногласия во время восстания прекращались или замалчивались. Грейсону стало любопытно, как долго это положение дел продержится.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [12] 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация