А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Хранитель Мечей. Рождение Мага" (страница 33)

   Она не спрашивала – она утверждала.
   – Почему ты так решила? – угрюмо спросил Фесс.
   Атлика всплеснула руками.
   – Но ведь это же, – словно неразумному младенцу, принялась втолковывать она ему, – это же «Трактат о сущности инобытия»! Проникнуть туда, слиться с Великой Тьмой, это же…
   Земля и небо, ещё одна фанатичка, подумал Неясыть. В сущности, наверное, не так и отличающаяся от того же отца-экзекутора.
   – Ты знаешь, я ведь, собственно говоря, этот трактат и не читал ни разу…
   – Ты не читал? – изумилась Атлика. – А, понимаю, понимаю, твой декан, этот трус… конечно, он боялся, что ты покинешь его и двинешься путём Салладорца. Ну, ночь впереди длинная, читай!
   И она сдёрнула покрывавшие переплёт тряпки.
   – А у меня ещё дела есть, так что я пойду, – заявила Атлика, шагнув к окну. – Читай, на рассвете я вернусь.
   Она скрылась, с кошачьей ловкостью скользнув по крыше. Фесс остался сидеть, глядя на лежащую книгу так, словно перед ним свернулась в клубок ядовитая гадина.
   Академия уничтожает эти книги и всех, кто их читал. Академия идёт здесь рука об руку с Инквизицией, которую вообще-то терпеть не может – известны случаи, когда отцы-экзекуторы сжигали за ересь людей с очень сильными магическими способностями, которые вполне пришлись бы ко двору в Ордосе. Даже Даэнур старался удержать своего ученика от этого трактата. Почему же он считается настолько опасным? Чем может быть так опасна обычная книга, пусть даже и воспевающая Тьму?
   За дверьми давно уже маялся принёсший ужин гном, давно уже расхаживал взад-вперёд потерявший покой Прадд – а Фесс всё сидел в постепенно сгущающемся мраке, неотрывно глядя на чёрный, без единого знака или символа, переплёт трактата. Он чувствовал опасность. Открывать эту книгу нельзя. Ловушка, запрятанная там, слишком коварна и хитра, если не сказать больше. Уже столько лет люди идут и идут на смерть ради неё! Сам того не подозревая, Салладорец, похоже, оказал Святой Инквизиции громадную услугу. Остаётся только выяснить – не содержит ли сама эта книга в себе какого-нибудь чародейства – ну, например, чтобы её легко обнаруживали даже самые неискусные из магов-священников?
   Тут Неясыть, признаться, даже несколько испугался собственной смелости. Подумать, что Эвенгар был всего-навсего шпионом на службе Святой Матери нашей казалось просто кощунством.
   Но, как известно, одно из правил дедукции гласит – «отбросьте всё заведомо невозможное, и то, что останется, будет истиной, сколь бы неправдоподобно оно ни выглядело». Вместо того чтобы раскрыть книгу и погрузиться в чтение, Неясыть принялся копаться в своей поклаже. Надо выяснить, обязательно выяснить… хотя, с другой стороны, это не оригинал, это всего лишь копия, причём сделанная с другой копии. Едва ли кто-то из чёрных магов мог приложить к этому руку. Единственный, кто мог как-то зачаровать книгу, оставался сам Салладорец, давным-давно сгинувший, не то слившийся с вечной Тьмой, не то просто исчезнувший…
   Способ сделать это был только один. Рунная магия. Сейчас Фесс запоздало пожалел, что эта область осталась ему практически неведома – заштатная кафедра, до которой аколит факультета малефицистики так и не успел добраться. Эх, был бы здесь старик Парри, мельком подумал Неясыть. А ведь он должен жить где-то не слишком далеко… относительно Северного Клыка, конечно. Найти бы, показать… нет, тогда бедняга либо умрёт от страха, либо кинется доносить. Ни того, ни другого ему, Фессу, совсем не нужно.
   Пришлось начинать осаду. Долгую, правильную, нацеленную на любые признаки волшебства. Как нацелить заклятия специально на рунную магию, Неясыть, увы, не знал. Поэтому приходилось расширять круг, что неизбежно оборачивалось снижением чувствительности и избирательности чародейства.
   Роковой труд Салладорца окружила узкая дорожка из розоватого порошка. Достав компас и сориентировавшись по сторонам света, Неясыть специальным пестиком осторожно сделал в порошке четыре углубления – северо-восток, северо-запад, юго-восток и, соответственно, юго-запад. Далее, словно составляя какой-то грандиозный пасьянс, принялся выкладывать на столе в строгом порядке, то и дело сверяясь с чертежом-наброском, разноцветные камни, какие-то резные фигурки, корешки, засушенные листья и прочие атрибуты магического ремесла. Атака требовала долгой «инженерной подготовки», как сказал бы осадный мастер. Смысл – синтез, слияние теней, отбрасываемых великими стихиями и отражающихся во многих живых существах, растениях и минералах, наделённых свойством цеплять Силу.
   Наконец все углы, дуги, хорды, центры всевозможных пересечений и связываний в начерченной Фессом сложной фигуре вокруг книги Эвенгара были заполнены. Баланс вроде бы приличный. Чувствительности должно хватить.
   Неясыть высек огонь и поднёс тлеющую лучинку к заполненным чёрной маслянистой жидкостью углублениям в розовой дорожке. Вспыхнуло бледное прозрачное пламя, над столом задрожал воздух; розовый порошок с шипением начал плавиться. Дедовские методы, раздражённо подумал Фесс.
   Некоторое время ничего не происходило. Баланс заклятий не нарушался, Сила текла свободным и широким потоком, ни одного сбоя – и никаких результатов. Фесс прошипел ругательство.
   И в тот же миг пламя над чёрными лунками внезапно обрело цвет и жар, взметнувшись чуть ли не к потолку острыми рыжими языками. Внезапно ворвавшийся в окно вихрь смёл со стола все столь любовно выстроенные Неясытем коренья, травы и амулеты. Чёрный переплёт книги распахнулся сам собой, и над жёлтыми страницами, покрытыми мелкими ровными строчками – переписчик, как видно, был мастером своего дела, – появилось человеческое лицо. Высокий лоб, буйные кудри, острый подбородок, глубоко сидящие глаза, сросшиеся на переносице кустистые брови. Взгляд пронзителен и остёр. Салладорец собственной персоной!
   Текли мгновения. И опять ничего не происходило. Наконец Фессу надоело ждать, и он дерзнул осторожно пощупать застывший в воздухе призрак совсем-совсем простеньким заклятием поиска.
   Пламя с шипением исчезло, точно залитое водой. Книга сама распахнулась не то на третьей, не то на четвёртой странице. Злым огнём на каждой из них горели невидимые обычным зрением знаки, в которые слагались совершенно на первый взгляд безобидные буквы классического имперского алфавита.
   Так и есть. Салладорец наложил-таки на книгу какое-то заклятие… но вот вопрос – какое? Действительно ли это была гениальная затея кого-то из Белого Совета, помогающая вот уже сколько лет без долгих разговоров ловить и отправлять на костёр всех недовольных и тянущихся к другим источникам знания, или же эти чары имели совсем иное назначение? Эх, Парри, Парри, как же мне тебя не хватает! Уж ты-то бы мигом разобрался во всех этих хитросплетениях…
   Пока заклятие не погасло, Фесс торопливо стал зарисовывать незнакомые очертания странно искажённых рун. Когда-нибудь он найдёт ответ на эти вопросы. Когда-нибудь.
* * *
   Атлика и в самом деле вернулась на рассвете, пошатываясь от усталости и еле держась на ногах. Впрочем, глядя на неё, трудно было предположить, что эта усталость вызвана долгими занятиями любовью. Одежда покрылась дырами, кое-где полы кафтанчика оказались прожжены. На лице прибавилось царапин, костяшки кулаков тоже были содраны.
   – Ты дралась, что ли? – удивился Неясыть, приподнимаясь на лежанке и протирая глаза. Гном и Прадд ещё блаженно спали сном праведников.
   – Не, по стенам лазила, – мотнула головой девушка. – Слушай, поесть ничего не найдётся? Зверски голодна.
   – Погоди, кухарка ещё и плиту не топила, так что только если чего холодного Сугутор достанет, – развёл руками Неясыть.
   – Спаситель с ним, пусть холодного, – отмахнулась Атлика. – Только пусть пошевеливается, а то его самого съем!
   Растолкав гнома и объяснив ему задачу, Фесс вернулся к девушке. Атлика уже успела забраться на его лежанку, не чинясь, укрылась его одеялом, разбросав по подушке свои роскошные волосы. Трудно было понять – то ли это приглашение к более близким отношениям, то ли человек просто устал и вымотался до такой степени, что ему уже не до приличий. Одежда Атлики валялась на полу бесформенным комом.
   – Будь любезен, подай мне нож, – попросила она с набитым ртом, жадно вгрызаясь в краюху подсоленного хлеба.
   Слегка оторопев, Фесс исполнил просьбу.
   – Хороший ты мальчик, хоть и учился у Тёмного. – Атлика поддёрнула сползающую с груди простыню. – Ну, рассказывай, что прочёл, что понял?..
   Неясыть покачал головой.
   – Я не читал трактата, Атлика.
   Девушка застыла, не донеся до рта отрезанный ломоть ветчины.
   – Как это – «не читал»?!
   – Спал я, – напрямик бросил Неясыть. – Вчера тоже повозиться пришлось. Выяснял тут кое-что. – И прежде чем Атлика дала волю священному гневу, высоко поднял листок с зарисованными рунами. – Тебе это ничего не напоминает?
   Подняв брови, Атлика несколько мгновений рассматривала рисунок.
   – Нет, конечно. Разве что вот этот – ну точь-в-точь сатир, трахающий нимфу.
   – Тьфу! – рассердился Фесс. – Я тебе о деле говорю. О том, почему ваши гнёзда так легко вычислялись и брались.
   – Ты нашёл предателя? – Глаза Атлики округлились. – Ты можешь назвать его настоящее имя?
   Фесс вздохнул.
   – Атлика, то, что ты видишь, – опознавательный знак, чёткая магическая метка. Руны – из арсенала так называемой рунной магии. Переписчики старательно копировали книги Салладорца, а вместе с ними – и эти руны. Невольно, конечно, самих рун они и вовсе не видели. А вот потом кто-то очень ловко научился чувствовать это рунное заклинание. И безошибочно наводить на ваши ковены или святых отцов-экзекуторов, или стражу Академии.
   – Ты хочешь сказать… – Голос Атлики не предвещал ничего хорошего.
   – Я просто хочу сказать, что ваши книги – меченые. И Академия этим искусно пользуется, – торопливо проговорил Фесс. – Предатель действительно был – в ближайшем окружении Салладорца. И он – или она – каким-то образом пометил текст. После этого Святой Инквизиции оставалось только следить и ждать. Как только гнездо набирало силу, становилось опасным – его уничтожали. Позаботившись при этом, чтобы кто-нибудь спасся, унося с собой роковой трактат.
   С лица Атлики сошла вся краска. Она забыла о еде, так и застыв с надкушенным ломтем ветчины в руке.
   – Отсюда следует, Атлика, что мы попались, – жёстко произнёс Фесс. – Бежать бесполезно, я не сомневаюсь, что за домом следят. Я также не сомневаюсь, что каждый твой шаг известен отцам-экзекуторам. Боюсь, что очень скоро нам придётся драться.
   – И ты знал всё это… и спокойно спал, дожидаясь меня? – прошептала Атлика. Губы её предательски задрожали.
   Неясыть пожал плечами.
   – Не люблю оставаться в долгах. А спать там – не спать… неважно. Если б отцы-инквизиторы пожаловали, я бы их и так почувствовал. Да и, кроме того, скрывается только виновный. А я за собой вины не чувствую. Вот и ждал тебя… сестра.
   Атлика растерянно молчала, глядя то на книгу, то вновь на Фесса.
   – Ну так что же делать, маг? – Кажется, это называется «стон последней надежды».
   – Ничего, сестра. Не бойся… живой в руки святых отцов я тебя не отдам.
   Атлика тихонько взвизгнула, сама зажав себе рот ладонью.
   – Выброси книгу, – с нажимом сказал Фесс. – Выброси, а ещё лучше – сожги.
   – А… а ты не ошибся? С этими рунами? – почти с мольбой прошептала девушка.
   Неясыть пожал плечами.
   – Может быть, и ошибся. Во всяком случае, как видишь, никуда не бегу. Так что можно сказать, что занимаюсь проверкой. Если мной сказанное – правда, то должны за нас святые отцы взяться. А вот если не возьмутся…
   – Значит, ты ошибся? – с надеждой воскликнула Атлика.
   – Возможно. Впрочем, это может также означать, что в Святой Инквизиции есть люди не глупее нас с тобой, которые сочтут более выгодным выпустить нас сейчас, чем навек похоронить доселе безотказный способ. Так что, – Фесс развёл руками, – как видишь, я жду. Да ты ешь, ешь, чего замерла?
   – Тут замрёшь… – проворчала Атлика. – Когда такое услышишь… Послушай, а как эти руны в точности действовали, ты не понял?
   – Пока не понял, – признался Фесс. – Знаю лишь, что они есть и что их можно обнаружить. А вот подавали ли они сами о себе весть инквизиторам или тем приходилось какие-то ещё чары плести – сказать не могу.
   – О-ох, – только и вздохнула Атлика, принявшись дожёвывать ветчину. Фесс отвернулся к окну.
   Осенний ветер, набрав скорость и разбег над морскими просторами, ворвался в Арвест, точно орда лихих замекампских номадов. Он, подхватывая жёлтые листья, понёс их, швыряя из стороны в сторону, закручивая в разноцветные вихри – так и стоял бы целый день, наблюдая за игрой чужой силы… Силы? Ох!..
   Это походило на укол раскалённой иглой. Фесс захрипел, из лёгких словно в единый миг выжали весь воздух. Незримая волна вновь прокатилась над его головой… чудовищная, злая волна, одинаково чуждая и Тьме, и Свету.
   С трудом удерживаясь на подкашивающихся ногах, он нашёл в себе силы обернуться. Атлика лежала лицом вниз, рука бессильно свесилась с узкой постели. Неясыть с трудом заставил себя сделать короткий шажок к ней; девушка застонала, силясь приподняться.
   – Что это было, Неясыть?
   Он не ответил. Смотрел на неподвижно лежащую книгу и словно наяву чувствовал исходивший из неё жуткий, чудовищный напор, словно сам неистовый Салладорец приказывал сейчас из своего загадочного далека:
   «Не стоять! Действовать! Отомстить! Всем, всем, всем!»
   Фесс поднял руку – инстинктивным жестом отстранения, защиты, и, как ни странно, злой напор тотчас же исчез – будто и не было.
   Как ни странно, Атлика уже пришла в себя. Сумела даже сесть на постели. Оправила волосы, потянулась за одеждой.
   – Отвернись.
   Фесс повиновался. Вновь выглянул в окно – да так и замер, точно боясь выдать себя резким движением.
   Не скрываясь, из узкого слухового окна на крышу дома через улицу один за другим протискивались арбалетчики в цветах Лесных Кантонов, но с вычеканенным гербом Арвеста на кирасах. Протискивались, занимали свои места, поднимали самострелы… Они прекрасно видели молодого мага, однако, судя по всему, не имели никаких приказов стрелять по тем, кто не пытается скрыться.
   Сделав невозмутимое лицо, Фесс перевесился через подоконник. Так и есть. Улица перекрыта. Алебардисты в полном боевом, среди них – конные воины в монашеских сутанах, серые рясы отцов-инквизиторов… Всякой твари по паре.
   – Атлика, – негромко сказал Неясыть. – Кажется, у нас гости.
   Девушка слабо вскрикнула. В тот же миг кто-то громко и властно постучал в наружную дверь. Стуку ответил сварливый голос Сугутора, на что последовал настоящий взрыв яростного рёва и брани. Явившиеся требовали отворить, и притом немедля – именем Святой Инквизиции!
   – Глупы, видно, арвестские борцы с грехом, – стремясь подбодрить Атлику, сказал девушке Фесс. – Кажется, нас схватывать пришли… значит, им придётся тебе потом побег устраивать.
   – Фесс… ты обещал… – донеслось с лежанки.
   Атлика сидела смертельно бледная и дрожала всем телом. Зубы выбивали дробь; не то чтобы она сама была отчаянной трусихой, это просто трепетала перед неизбежными пытками слабая человеческая плоть.
   – Погоди, – быстро сказал молодой волшебник. Шансов на то, что фокус выгорит, немного, но, с другой стороны… Сейчас он уже корил себя, что не ушёл немедленно, как только понял, в чём дело. Ждал зачем-то… хотя было совершенно ясно – если руны в наследстве Салладорца и впрямь с хитростью, отцы-инквизиторы только руки бы потирали, узнав о его побеге. И стражу бы наверняка удесятерили во всех без исключения воротах славного Арвеста.
   Дурнота прошла бесследно, тело слушалось. Фесс метнулся к роковой книге, торопливо зашептал заветную формулу, обеими руками проделывая пассы. Невелика щель, а малой мышке и того хватит, чтоб от кота уйти.
   Гном тем временем продолжал препираться с явившейся стражей, точно понимая, что нужно выиграть время. И засов он откинул ни раньше ни позже – в аккурат когда терпение у стражи уже кончилось и когда Неясыть успел проделать все манипуляции.
   Атлика поспешно нырнула под одеяло, натянув его до самого подбородка.
   Дверь в комнатёнку распахнулась. На пороге стоял верзила в коричневом кафтане инквизиторской конной стражи – солдат, не монах. Поверх кафтана – внушительная кираса, на голове – добрый шлем, поручни, поножи, как будто всё это может помочь, если начнётся настоящий магический поединок! Зачем же отцы-экзекуторы послали вперёд этого болвана? Посмотреть, не всадит ли в него обеспамятевший некромант кое-что из своего сокровенного, неведомого Светлым запаса?
   – Именем Святой Инквизиции! – взревел громила. В руках он держал здоровенный меч – не слишком удобный для боя в тесном помещении. – Назвать себя и следовать за мной!
   – Полномочия! – резко бросил Фесс. Он уже видел, что и Сугутор, и Прадд стоят лицом к стене с заложенными за головы руками, а в затылок каждому смотрит по арбалетной стреле.
   – Что? – опешил солдат. Судя по всему, у Святой Инквизиции никто и никогда не требовал полномочий. – Да как ты…
   – Забыл, кто я, десятник? – Фесс ухмыльнулся как можно более отталкивающе и резко откинул шторку – в углу гордо стоял длинный чёрный посох с каменным навершием. – Тебя послали арестовать мага, а вдобавок – некроманта? С дипломом Академии и жалованной грамотой арвестского магистрата? Никогда не читал договора, дубина?
   Скорее всего десятник читать не умел и вовсе. Но внезапная атака Неясыти его с толку отнюдь не сбила.
   – Нет мне дела ни до каких нерко… нурко… манов! Приказано заарестовать, и точка! Вставай, господин хороший, покудова пятки к затылку не завернули! И ты, девка, тоже вставай – на твой счёт у меня тоже слово имеется…
   С трактирной лестницы вперёд уже лезли молчаливые, сосредоточенные экзекуторы в серых рясах с алыми, точно вырванные из груди сердца, гербами Святой Инквизиции. Прадд оглянулся – клыки так и сверкнули. Взгляд его говорил одно – прикажите, мэтр! Не давайте вязать! Погибнем, так не на коленях!..
   У народа орков были свои давние счёты с отцами-инквизиторами.
   Солдат шагнул вперёд, грубо сдёрнув одеяло с Атлики. Девушка истошно заверещала, словно оказавшись голой.
   Фесс негромко, но так, чтобы слышали всё и в соседней комнате, произнёс короткую фразу на уже забытом Светлыми мёртвом языке, сопроводив слова коротким, стремительным, неуловимым жестом. Десятника отшвырнуло обратно к дверям, он ударился шлемом о косяк и еле удержался на ногах.
   – Полномочия! – вновь потребовал Фесс. Он прекрасно понимал затеянную святыми отцами игру. Вызвать его на использование чар из арсенала Тьмы, тех самых, что классифицируются всеми инквизиторскими наставлениями как исключительно еретические. Не выйдет, господа хорошие. Не на таковских напали. – И позови сюда того, кто разговаривать умеет.
   Десятник обалдело лупал глазами и, судя по всему, был сейчас уже совершенно невменяем.
   Очевидно, кто-то из отцов-экзекуторов сообразил, что дело поворачивается куда-то совсем в иную, весьма даже и нежелательную сторону. Но на столе лежала книга, книга в чёрной коже без единой буквы на обложке, и глаза инквизиторов прилипли к ней, точно мухи к мёду.
   – Чтение альбо хранение книги анафемствованной! – выкрикнул один из них, тыча пальцем. На подмогу к солдату полезло ещё двое, однако Фесс сам схватил со стола чёрный томик и, высоко подняв его, раскрыл наугад страницу. Добрые чада Святой Церкви Спасителя немедля прикрылись рукавами, словно застигнутые врасплох нагие купальщицы.
   Смех, да и только. Что ж получается, один человек с трактатом Салладорца в руках может целую толпу отцов-экзекуторов разогнать?.. Ну, чего зажмурились? Вот сейчас бы по вам и врезать, да так, чтобы душа из вас вон!.. Но нет, нельзя, нельзя, надо выполнять договор.
   – Смотрите, смотрите сюда! – выкрикнул Фесс. – Смотрите, это мой трактат, из библиотеки Академии взятый, с печатью и росчерком! Да отворите же вы зенки, наконец!
   Отворили. Двое в сером с красными кулаками на балахонах недоверчиво уставились на поднятый Неясытем том.
   – Читайте, читайте! – подбодрил их Фесс. – Трактат о ядах, противоядиях и ядолечении. Листайте, милорды, не стесняйтесь!
   Атлика глядела на Фесса со священным ужасом.
   Двое экзекуторов – оба бритые наголо – внимательно и тщательно пролистали книгу. Переглянулись. Фесс напрягся, готовый в любой миг усилить и так сжатое до предела заклятие, изменившее чуть ли не каждую букву на страницах рокового трактата. Но – всё обошлось, книгу спокойно положили на конторку.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 [33] 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация