А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Спящее золото. Книга 1: Сокровища Севера" (страница 19)

   – Тише! – с мучительной мольбой шепнул Вигмар, кривясь от злости на самого себя и обиды на судьбу.
   Взяв в ладони лицо Рагны-Гейды, он принялся торопливо целовать его, чтобы заставить ее замолчать, успокоить, утешить. Было отчаянно горько сознавать, что в этом нелегком деле Рагне-Гейде приходится труднее, чем ему, что ей предстоит потерять больше. И значит, любовь ее покажется сильнее. Но это неправда, неправда! Вигмару нечем было пожертвовать, кроме жизни, и сейчас он молча, без слов и без мыслей, одним стремлением души клялся отдать все за ее счастье – любовь, жизнь, честь.
   – Из меня не выйдет Сигурда! – шепнул он. – Я не смог бы отдать тебя никому – ни другу, ни побратиму, ни даже богу.[34]
   – Я ни к кому от тебя не пойду! – прерывисто шептала в ответ Рагна-Гейда. – Вот я бы пошла за тобой на костер, как Брюнхильд, даже если ты был бы чужим мужем!
   Ей хотелось, чтобы уже сейчас встал тот погребальный костер, на который они когда-нибудь взойдут вместе. Чтобы все кончилось уже сейчас, чтобы не лежало впереди будущее, грозящее разлукой.
   То, что они говорили еще, не нужно повторять. Из этого не выйдет героической саги, потому что род человеческий со времен Сигурда и Брюнхильд, по мнению сказителей, заметно измельчал. И вместо героевполубогов на земле живут люди. Где тот дракон, вспоров брюхо которому разом станешь богаче всех на свете? Где та стена из огня, за которой ждет героя прекраснейшая в мире невеста? А впрочем, на восьмом веке после Ухода Асов находятся и такие, кто не завидует древним храбрецам. Верите ли – простые люди иногда бывают счастливы. А герои – никогда. Никогда, ни один. Это вам любой скальд подтвердит. Герои рождаются не для того, чтобы быть счастливыми.
   Подойдя к двери землянки Стролингов, Рагна-Гейда помедлила, стараясь снова сделать лицо спокойным, сонным и отчасти озабоченным – это если кто-то спросит, где она пропадала так долго. Может ведь у девушки заболеть живот после такого обильного ужина? Но за дверью было что-то не так – слишком шумно для позднего часа. Шумнее, чем когда она уходила. Уж не ищут ли ее? Рагна-Гейда торопливо толкнула дверь.
   – А, вот и невеста! – услышала она хмельной и веселый голос отца. – Куда ты пропала?
   Огонь в очаге горел ярко, освещая землянку до самых уголков; за столами плотно сидели зевающие, но веселые родичи и хирдманы.
   – Что? – переспросила Рагна-Гейда, не сразу разглядев отца в хмельной толпе.
   – Мы вовремя прогнали дурного жениха – сразу явился хороший! – радостно объявил Эггбранд. Поднявшись с крайнего сиденья, он тяжело шагнул навстречу сестре пошатываясь – теперь выпитое пиво бродило туда-сюда не в бочонке, а у него в животе. Рагна-Гейда редко видела старшего брата таким пьяным и в замешательстве шагнула назад, а он, напротив, был до краев полон родственной нежности и даже полез обнимать ее. – Хороший жених! – с пьяным воодушевлением все твердил он.
   – Да какой жених? – с досадой воскликнула Рагна-Гейда, уклоняясь от объятий и пытаясь пройти вперед.
   – Да вот какой! – Эггбранд взял сестру за плечи и подтолкнул к очагу.
   С почетного места напротив Кольбьерна ей открыто и восторженно улыбался Атли сын Логмунда.

   Жертвенный пир был в самом разгаре. Перед жертвенником ярко пылал костер, ветер рвал в клочки и жадно пожирал серый дым, полный запаха жареного и горелого мяса. Гости святилища расположились прямо на земле внутри гранитного круга, на охапках травы и веток, покрытых шкурами. Вблизи от идолов, перед жертвенником, помещался почетный «стол», где сидели наиболее знатные из гостей, ближе к выходу находился женский стол. В середине круга сидел Фридмунд Сказитель и громко, с хмельным воодушевлением тянул древнюю песню-сказание о том, как боги делили земли для племен:

Сошлись совещаться великие боги,
Совет свой собрали святые властители,
Судили, кому племенами владеть,
Как фьорды и долы делить меж людьми?

   Гости ели, пили, переговаривались, не слишком внимательно слушая песнь, едва ли не каждому известную наизусть. Вигмару тоже было не до песен: лицо Рагны-Гейды не давало ему покоя. Она ничего не ела, едва отвечала, если к ней обращались, и на лице ее лежала такая темная туча, что первая красавица в округе казалась чуть ли не дурнушкой. Забота никого не красит. Несколько раз она, не таясь, прямо взглянула на Вигмара, как будто хотела что-то сказать ему глазами. И без слов он понимал главное: стряслась беда. Но какая? Если бы кто-то подслушал их ночное свидание, то сейчас Стролинги не сидели бы так весело за мясом и пивом. Уж чего-чего, а лицемерить эти люди не умели и еще ночью прибежали бы к нему всей толпой, потрясая оружием. Но они совсем не обращали внимания на Вигмара, а если поглядывали ненароком, то равнодушно, безо всяких задних мыслей. Лица были такими веселыми и довольными, точно отнятый фьяллями «Олень» сам прибежал по воздуху прямо к ним в усадьбу.

Сказал Однорукий, отвагой объятый:
«Мне квитты по сердцу за доблесть в сраженьях,
Я буду властителем их и защитой!»
А рауды Фрейру достались в дружину, —

   распевал Фридмунд, закатив глаза, словно обращался непосредственно к героям песни – к богам. Он так наслаждался собственным искусством, что во внимании слушателей особенно и не нуждался.

Фрейя взяла Золотую Щетину
И вскачь его к Острому мысу пустила;
Вепрь поскакал, блестящий боками,
Дубравы дрожат и озера рыдают!

   Дальше будет про то, как вепрь Золотая Щетина добежал до Золотого озера, но Тюр своей единственной рукой взял его за загривок и швырнул обратно. Упав на землю, кабан превратился в камень, и каменным стоит до сих пор. Каждый год в День Высокого Солнца квитты приносят жертвы, чтобы он не ожил и не побежал снова на юг, отнимая землю в пользу раудов. Каким образом один и тот же кабан стоит каменным возле усадьбы Хроара и исправно служит скакуном прекрасной Фрейе, спрашивать как-то не принято.
   – Вот я тебе и говорю: умный ты человек, Хаук, а дурак! – убежденно толковал один бонд другому. Обняв друга за плечи, пьяный Бруни пытался разъяснить соседу Хауку, что очень его, дурака, любит. – Ведь рауды тоже эту песню знают. У-у, эти рыжие – такой хитрый народ! Они спят и во сне видят отнять у нас землю до Золотого озера. Открою тебе тайну: они эту песню и придумали, чтобы наврать, будто эта земля – ихняя! – громким страшным шепотом повествовал Бруни, склоняясь к самому уху товарища. Хаук увлеченно глодал кость и едва ли разбирал хоть слово за звуками собственного чавкания, но мудреца это не смущало. – Вот я и говорю: а если фьялли пойдут на нас войной, они ведь и раудов с собой позовут, так?
   Хаук чавкал, а Вигмар удивленно обернулся к говорившему. Странно, что такие умные речи ведет пьяный, едва ворочающий языком, но он прав. Наверное, услышал от кого-нибудь из знатных и сведущих людей – не сам же придумал!
   Но внезапная мудрость соседа не порадовала Вигмара, а лишь прибавила забот. Он и так пришел в святилище не слишком веселым. Особенно нарядиться ему было не во что: когда в усадьбу Серый Кабан заглянул торговец Хвидульв по прозвищу Навьюченный, последних свободных денег едва хватило на новый наряд для Эльдис. Раз уж решил сватать сестру, так придется наряжать ее как невесту! Все честь честью: рубаха из блестящего ярко-синего шелка, светло-коричневое платье с красно-синей тесьмой, золотое обручье (из кургана) и шитая золотом повязка на лоб (наследство матери). А лучшим украшением самого Вигмара стало копье, Поющее Жало. Вигмар взял его с собой и, выходя, задел о притолоку низкой землянки. Копье отозвалось гулким звоном. Проходившие мимо оглянулись, даже Эльдис перестала вертеться, оглядывая себя со всех сторон, и восхищенно воскликнула:
   – Вигмар, как красиво! Оно как будто поет!
   Вигмар бездумно кивнул, не вслушиваясь в слова сестры. Нежданная песня копья его не порадовала: точно такую же он однажды слышал. Там, под землей, перед тем как Поющее Жало нанесло смертельный удар своему старому хозяину. Сейчас воспоминание показалось неуместным. Какая битва может быть возле святилища? Любое копье зазвенит, если стучать им почем зря о твердые углы! Но, как ни старался Вигмар прогнать неприятное впечатление, оно не уходило, быстро перерастая в дурное предчувствие.
   – Послушайте меня, люди! – Кольбьерн хельд поднялся на ноги, держа в высоко поднятой руке золотой кубок – тот самый, из кургана. – Послушайте! Всех вас, и богов, и всех свободных людей, я приглашаю быть свидетелями на обручении!
   Ого! Услышав это, Вигмар впился глазами в лицо Кольбьерна, красное, потное и веселое. В уголке мозга билась надежда, что кто-то из сыновей Кольбьерна собрался жениться – давно им пора, жеребцам. Не может быть, чтобы Стролинги помирились с Модвидом… Да нет, какое примирение, когда он уехал! Не успели же они с тех пор найти другого жениха!
   Гости притихли: про сговор и свадьбу всегда интересно послушать. Даже интереснее, чем про тризну и погребение. Тем более когда речь идет о таком знатном и богатом роде, как Стролинги! С кем они решили породниться?
   – При свидетельстве богов, Светлых Асов, Отважных Ванов*, небесных альвов Льесальвхейма и подземных альвов Свартальвхейма, при свидетельстве всех свободных людей, бондов, хирдманов, хельдов и Ингстейна хевдинга, – словно сам Длиннобородый Браги, возглашал Кольбьерн и помахивал кубком в лад. – Я, Кольбьерн сын Гудбранда из усадьбы Хьертлунд, объявляю мою единственную дочь Рагну-Гейду невестой Атли сына Логмунда из усадьбы Кротовое Поле!
   Последние слова утонули в гуле радостных выкриков. Выбор жениха для Рагны-Гейды не обманул ожиданий соседей. Сын Логмунда Лягушки – то, что надо, подходящая пара для дочери Кольбьерна хельда. Логмунд Лягушка в свою очередь призывал в свидетели людей и богов, женщины суетились вокруг Рагны-Гейды, заплетая ей косичку с правой стороны лица, пересаживая в середину женского стола, где и положено находиться невесте.
   Среди радостно ревущих и смеющихся соседей Вигмар оставался неподвижен, как утес в бушующем море. И голоса вокруг казались ему шумом волн, не больше. Взгляд его не отрывался от Рагны-Гейды, но это не привлекало внимания, потому что на нее сейчас смотрели все. Нельзя сказать, что новости сильно потрясли Вигмара – он ждал чего-то подобного. И выбор его не удивил: давно было ясно, что если не Модвид, то Атли. Вполне понятно, что Стролинги торопятся объявить Рагну-Гейду невестой, чтобы Модвид Весло или кто-то другой не искал больше ее руки. Как видно, прощальное обещание разозленного Модвида во что бы то ни стало получить ее не прошло мимо ушей Стролингов. Для вида они пренебрегли угрозой, но в глубине души учли и ее. И вот…
   «Это знак богов!» – думал Вигмар, издалека глядя на невесту. Он был спокоен, и это могло бы удивить ее, если бы Рагна-Гейда не видела в его глазах решимости, не оставляющей места колебаниям. Судьбу выращивают своими руками. Нельзя ждать до Середины Зимы. Видно, не придется повеселиться на свадьбе Эльдис и Торкиля, сына Кетиля Ржанки. Нужно решаться быстро…
   – А ты что скажешь об этом деле, Вигмар хельд? – с тайным беспокойством спросил Грим Опушка. Он-то понимал, что означает эта новость для Вигмара, и тревожился, как бы общее торжество не оказалось омрачено ссорой.
   – А я что скажу… – безразлично промолвил Вигмар, не отрывая глаз от невесты. – А я скажу вот что:

Трудно знать до срока,
Где наступишь в лужу:
Герд гребней родится
Дубу стрел на гибель.
Если ж клен секиры
Не богат рассудком,
Тора конь дождется
Горя и от свадьбы.[35]

   Несколько ближайших соседей рассмеялось последней строке: конь Тора – это попросту козел. Стихи вышли не слишком-то искусные, и пару месяцев назад Вигмар не решился бы произнести их при Рагне-Гейде: она непременно бы стала дразнить его несоблюдением правил. Но сейчас Вигмару было не до правил. Свой стих он предназначал Атли.
   Но счастливый жених его не слышал. Зная, что не всякому сможет достойно ответить, он довольно легко терпел насмешки. А слов Вигмара Лисицы вообще предпочитал не слышать.
   Позади жертвенника уже били в гулкий «поющий камень», мужчины поднимались и выстраивались в ряд, готовясь танцевать. Положив руки на плечи друг другу, они притоптывали на месте, делали два шага вперед и снова шаг на месте, и громко пели древние песни.

Руны отваги и руны победы, —
Конунг наш Тюр! —
Норны смешали в кубке небесном, —
Конунг наш Тюр!

   Те, кто не танцевал, отодвинулись поближе к гранитным валунам, столы смешались. Кто-то дергал Вигмара за рукав; обернувшись, он увидел Эльдис. Ее-то новость потрясла гораздо больше – она ведь не готовилась заранее. Эльдис была неглупа, в меру наблюдательна и проницательна во всем, что касалось брата. Она давно догадывалась, что Вигмар неравнодушен к дочери Кольбьерна, и его серьезное лицо лишь подтвердило верность ее догадок.
   – Что же это такое, Вигмар? – бормотала она, тараща огромные испуганные глаза, забыв даже о собственном, почти готовом сговоре. – Как же это вышло? Ведь она… Ведь ты…
   У Эльдис не поворачивался язык вслух произнести что-то об отношении Вигмара к Рагне-Гейде. Если она ошибается – это смешно, а если права – это страшно.
   Не отвечая, Вигмар поверх головы Эльдис смотрел куда-то в ряд танцующих мужчин.
   – Нечего ждать, пока еще какой-нибудь безумец вздумает набиваться к нам в родню! – доносился оттуда самодовольный голос Эггбранда, прорываясь сквозь выкрики боевой песни. – Хорошее родство – зачем искать другого? И хевдинг будет доволен! Знатные люди должны держаться вместе…
   «Это он! – с уверенностью, вызвавшей мгновенный и сильный прилив ненависти, понял Вигмар, отыскав в ряду притоптывающих танцоров лицо Эггбранда. – И хевдинг будет доволен! Это он их всех уговорил!»
   – А, и ты здесь, Лисица-С-Границы! – закричал вдруг Эггбранд, заметивший настойчивый взгляд Вигмара. И ненависть к нему Вигмара была так велика, что даже вполне безобидное прозвище показалось смертельным оскорблением. – И ты! Выпей за удачу нашего рода – ты ведь неплохо разбогател на том, что мои братья открыли тебе дорогу в могилу… Ха, ха! – Собственное остроумие поразило Эггбранда настолько, что он даже вышел из ряда танцующих и шагнул к Вигмару, покачиваясь на неверных ногах и сгибаясь чуть не до пояса от хохота. – Дорогу в курган, к сокровищам Старого Оленя!
   Вигмар попятился – иначе трясущаяся от смеха голова Эггбранда упала бы ему на плечо. Тот наткнулся на Эльдис и остановился.
   – А, и ты здесь, серенькая мышка! Какая ты стала красивая! – с пьяным удовольствием вопил Эггбранд. Его плывущему взору любая девушка показалась бы сейчас прекрасней валькирии. – Пора и тебе искать жениха! Но только на Атли ты не гляди – он наш, наш!
   Протянув руку, Эггбранд хотел потрепать Эльдис по щеке; она отшатнулась, а Вигмар стиснул его запястье.
   – Ну, ты, придержи свои лапы! – грубо сказал он и с силой толкнул Эггбранда прочь. – Проваливай!
   В нем кипели ненависть и возмущение, и он с огромным трудом сдерживался, чтобы не затеять бессмысленную ссору. Кто-то из мужчин обнял Эггбранда за плечи и потащил прочь. Тот размахивал в воздухе свободной рукой и громко выкрикивал:

Постыдного страха квитты не знают, —
Конунг наш Тюр! —
В Валхаллу открыта дорога отважным, —
Конунг наш Тюр!

   На Квиттингском Севере есть поверье, что во время жертвенного пира в святилище непременно будет произнесено пророчество. Только вот никто не знает, из чьих уст оно прозвучит и какие именно слова окажутся вещими.
   Постепенно пиршество утихало: кто-то заснул прямо здесь, возле огня, кто-то пошел в землянки, и лишь кое-где в широком пространстве Гранитного Круга еще раздавались хмельные голоса и песни. Даже боги в чертогах Асгарда, должно быть, сыто дремали, довольные жертвой. Но знатные гости еще не расходились, и Вигмар оставался, надеясь перекинуться хоть словом с Рагной-Гейдой или договориться о новом свидании. О премудрая Фригг, наведи ее на мысль снова прийти к каменным воротам, когда все разойдутся и заснут! Полночь уже миновала, но не будут же доблестные Стролинги веселиться до рассвета!
   Только попробуй теперь к ней подойди! Счастливый Атли уже сидел рядом с невестой и все норовил взять за руку, обнять, шепнуть что-то на ухо. Вигмар чуть не до хруста сжимал зубы, глядя на это; Рагна-Гейда морщилась с откровенной неприязнью и уклонялась от знаков любви жениха. Но Атли, как видно, не мог и допустить мысли, что не нравится ей, приписывая сопротивление девичьей скромности.
   Вдруг позади Вигмара, в густой тени под гранитным столпом, раздался пронзительный женский крик, быстро оборвавшийся. Как ни был Вигмар занят Рагной-Гейдой, он не мог не узнать голоса сестры. Как подброшенный, он вскочил, обернулся. Его острые глаза различили под боком валуна отчаянную возню; снова раздался крик Эльдис и неразборчивое низкое бормотание. Одним прыжком Вигмар оказался возле валуна, вцепился в горячее плечо мужчины и отбросил его от визжащей Эльдис. Тот отлетел спиной вперед, покачнулся, взмахнул длинными руками, как крыльями. У Вигмара перехватило дыхание: Эггбранд! Погань пьяная!
   Мучительные чувства, бродившие в душе Вигмара весь вечер, разом вскипели и хлынули через край. Неудержимый порыв ненависти наполнил нечеловеческой силой; не дожидаясь, пока Эггбранд утвердится на ногах, Вигмар метнулся к нему, схватил за рубаху на груди, рывком приподнял разболтанное тело и ударил в лицо, испытывая дикую радость, что имеет законный повод ударить. Эггбранд изумленно и яростно всхрапнул, будто конь; рядом кто-то вскрикнул. Вигмар отскочил; Эггбранд быстро трезвел, словно разбуженный ударом; его глаза засверкали диким и страшным пламенем, лицо из мутно-расслабленного стало свирепым.
   – Рыжий тролль! – рявкнул он, уже не помня, с чего все началось, а понимая только одно: противники дождались того, что давно уже заглазно обещали друг другу. Не тратя времени на слова, Эггбранд подался к Вигмару, в руке блеснул выхваченный с пояса нож. Поющее Жало, до того лежавшее на земле, само прыгнуло в руку Вигмара – позднее, когда он вспоминал эти кипящие мгновения, ему казалось именно так. Опытный Эггбранд пригнулся, метнулся, норовя ударить в бок, пока Вигмар не развернул длинное копье. Но Поющее Жало само, как живое, со змеиным проворством метнулось навстречу добыче. Клинок сверкнул золотым узором в отблесках затухающего костра, острие вошло в грудь Эггбранда на длину ладони и разрезало пополам сердце.
   Копье рванулось назад, на свободу, так что Вигмар даже не успел ощутить тяжести обмякшего тела; из горла Эггбранда вырвалось хрипенье, с бульканьем хлынул кровавый поток. Черные подтеки змеились по длинному клинку и срывались на землю.
   Эггбранд согнулся, колени подломились, он упал. И только тут Эльдис закричала. Намертво прижавшись спиной к валуну, она наблюдала короткую схватку, но даже не успела осознать произошедшее: все случилось слишком быстро.
   И сам Вигмар едва верил происходящему. Его ненависть к Эггбранду, воплотившему в себе худшие качества надменных Стролингов, его досада из-за нежданного обручения, не оставившего им с Рагной-Гейдой никакой возможности пристойно устроить свои дела, его ярость из-за приставания к Эльдис, слившись вместе, принесли быстрые и страшные плоды. Мгновение назад он и не помышлял ни о чем подобном, но вот – враг лежит мертвым у его ног. Торжества не было. Еще не осознав все целиком, Вигмар знал: этим ударом он погубил сам себя.
   «Ну уж теперь Стролингам будет не до свадьбы!» – отрешенно подумал он, глядя на тело, в котором гасли последние судороги.
   И это оказалась последняя мысль Вигмара в этой, предыдущей жизни.
   Словно чужая воля взяла его в руки: перехватив копье поудобнее, Вигмар метнулся прочь из светлого круга, в густую тьму позади стоячих камней. Ноги сами сделали свое дело – быстрее мысли он мчался к крайней землянке, где стоял привязанный конь. А позади него зазвучали крики: хмельные гости святилища наконец-то сообразили, что совершилось у них на глазах.
   – Убийство! Убийство! Убит сын Кольбьерна! Держите убийцу! Держите! – кричали сзади.
   Неоседланный конь пытался сбросить нежданного всадника, но еще ни одному скакуну не удавалось избавиться от Вигмара Лисицы. Долина сама неслась навстречу, темнота грохотала ударами копыт. Следом неслись быстро слабеющие вдали крики, словно старались напоследок растолковать беглецу, что же он наделал:
   – Убит Эггбранд сын Кольбьерна!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [19] 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация