А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Алмазный трон" (страница 34)

   22

   Севшее солнце окрасило полоску неба над западным горизонтом в цвет ржавчины, бросая на дома и лица людей красновато-коричневый отблеск. В это время Спархок и Сефрения вышли на Главную площадь Дабоура. Левая рука Сефрении безвольно висела на перевязи, а Спархок поддерживал ее с другой стороны.
   – Это, должно быть, там, – тихо сказал он, указывая глазами на противоположный конец площади.
   Сефрения поплотнее надвинула покрывало на лицо и они двинулись через все еще кишащую народом площадь.
   Там и тут, прислонившись к стенам домов, стояли кочевники в черных плащах. Глаза их настороженно ощупывали каждого проходящего мимо.
   – Правоверные, – саркастически пробормотал Спархок, – всегда на страже грехов своих соседей.
   – Так было всегда, Спархок, – сказала Сефрения тихо. – Вера в собственную непогрешимость – самое распространенное и самое привлекательное качество в людях.
   Они прошли мимо шеренги стражей религиозного порядка и вошли в наполненную разнообразными запахами лавку. Аптекарь оказался невысоким круглолицым человечком с застывшей в глазах искоркой страха.
   – Не знаю, захочет ли он принять вас, – ответил он на вопрос о докторе Тэньине, – вы же знаете, за ним следят.
   – Да, – сказал Спархок. – Мы видели на площади соглядатаев. Но скажите ему, что мы здесь ждем. Моя сестра очень нуждается в его помощи.
   Испуганный аптекарь нырнул в дверной проем, ведущий в заднюю часть дома. Через минуту он вернулся.
   – Простите, но доктор не берет новых пациентов, – проговорил он.
   – Как может врач отказать нуждающемуся в его помощи? – намеренно громко произнес Спархок. – Или в Дабоуре клятва, принесенная им уже ничего не значит? В Киприа более достойные медики. Мой друг доктор Волди никогда бы не отказал больному.
   Занавеси на двери раздвинулись и оттуда высунулась голова, украшенная огромным носом, ртом с выступающими зубами и отвислой нижней губой, водянистыми глазами и ушами в размерах не уступающими носу. На обладателе этой головы был надет белый халат.
   – Вы сказали Волди? – спросил он высоким гнусавым голосом. – Вы знаете его?
   – Конечно, этакий маленький, лысоватый, все время зачесывает волосы с затылка вперед, и очень большого о себе мнения.
   – Да, это он, Волди. Ну, ведите сюда вашу сестру, да побыстрее. А то увидит кто-нибудь.
   Спархок взял Сефрению за локоть и проводил в заднюю часть дома.
   – Кто-нибудь видел, как вы вошли сюда? – нервно спросил носатый медик.
   – Само собой, – сказал Спархок, пожав плечами. – Они стоят вокруг всей площади, как стадо стервятников, выглядывая наши грехи.
   – Рискованно вести такие речи в Дабоуре, – предупредил Тэньин.
   – Может быть. – Спархок огляделся вокруг. Сумрачная комната была набита всяческими склянками, коробочками и книгами. Упрямый шмель жужжал у окошка, бился о стекло, пытаясь выбраться на улицу. У одной из стен стояла низкая деревянная кушетка, в середине комнаты – стол в окружении нескольких стульев. – Ну что ж, может быть, мы приступим к делу, доктор Тэньин? – спросил он.
   – Ну, хорошо. Садитесь сюда, – сказал врач Сефрении, – я осмотрю вашу руку.
   – Пожалуйста, – сказала Сефрения, – если это доставит вам удовольствие, доктор. – Сефрения села на стул и сняв повязку, обнажила удивительно красивую и юно выглядящую руку.
   Тэньин несколько растерянно посмотрел на Спархока.
   – Вы, конечно, понимаете, что я не смогу помочь вашей сестре, не осмотрев ее? – нерешительно спросил он.
   – Я все прекрасно понимаю, доктор.
   Медик глубоко вздохнул и осторожно принялся ощупывать руку Сефрении. Он проверил гибкость суставов кисти, потом аккуратно пробежался пальцами по предплечью и несколько раз согнул руку в локте. Тяжело сглотнув, Тэньин ощупал предплечье и плечо, потом прищурился и сказал:
   – Вы и сами прекрасно знаете, что с рукой у вас все в порядке.
   – Я рада слышать это от вас, – проговорила Сефрения, поднимая с лица покрывало.
   – Мадам! – воскликнул носач, – покройте лицо!
   – Доктор, давайте всерьез, – сказала она, – мы пришли сюда не затем, чтобы беседовать о руках и ногах.
   – Вы шпионы! – изумленно воскликнул Тэньин.
   – В некотором смысле да, – спокойно ответила Сефрения. – Но даже у шпионов бывает необходимость проконсультироваться с врачом.
   – Извольте покинуть мой дом, – приказал доктор.
   – Но мы только что вошли, – сказал Спархок, откидывая капюшон, – начинай сестра, объясни доктору, зачем мы здесь.
   – Скажите, Тэньин, – начала Сефрения, – слово «дарестин» что-то для вас значит?
   Носатый медик смутился и виновато посмотрел на занавешенный дверной проем за спиной у Сефрении.
   – Не скромничайте, доктор, – усмехнулся Спархок. – Всем известно, что вы вылечили родственников короля, отравленных дарестином.
   – У вас нет доказательств этого!
   – Мне не нужны доказательства, мне нужно лекарство. Наш друг отравлен тем же самым ядом.
   – Не существует противоядия от дарестина.
   – Так каким же образом королевский брат остался жив?
   – Вы работаете на них! – обвинил их доктор. – Хотите подкопаться под меня.
   – На кого это – на них? – спросил Спархок.
   – На фанатиков, которые следуют Эрашаму. Они хотят доказать, что я занимаюсь колдовством.
   – А это так?
   Доктор подскочил, как будто обжегся.
   – Пожалуйста, перестаньте, – взмолился он. – Вы ставите под угрозу мою жизнь.
   – Как вы уже могли заметить, доктор, мы – не рендорцы, – мягко сказала Сефрения. – Магия не пугает нас, она достаточно обычна там, откуда мы пришли.
   Тэньин растеряно заморгал.
   – Этот наш друг, о котором я говорил, – сказал ему Спархок, – очень дорог нам, и мы готовы пойти на все, чтобы найти противоядие. – В подтверждение своих слов он приоткрыл плащ и оттуда тускло блеснул метал кольчуги и меча.
   – Не надо угрожать дорогому, милому брату, – сказала Сефрения. – Я уверена, он расскажет нам о лекарстве. Он же прежде всего целитель.
   – Мадам, я не понимаю, о чем вы говорите, – с отчаянием произнес Тэньин. – Нет лекарства от дарестина. Не знаю, где вы слышали эти россказни, но заверяю вас, они полностью лживы – я не использую никакого колдовства в своей практике, – он снова нервно посмотрел на занавешенную дверь.
   – Но доктор Волди сказал нам, что вы на самом деле вылечили членов королевской семьи.
   – Да, действительно… действительно так, но… яд был не дарестин…
   – А какой же?
   – Э… хм… поргутта, я полагаю, – сказал доктор, явно придумав это на ходу.
   – Тогда почему же король послал за вами, доктор? – настаивала Сефрения, – обычное слабительное могло бы очистить организм от этой поргутты. Даже новичку в медицине известно это. Вряд ли родственники его величества были отравлены таким простым ядом.
   – Эээ… ну, хорошо, возможно, это было что-то еще, я не помню точно, я уже забыл.
   – Я думаю, дорогой брат, доктору нужно какое-то подтверждение того, что мы те, за кого себя выдаем и что он может нам доверять, – Сефрения посмотрела на несчастного шмеля все еще бьющегося о стекло, в надежде вырваться на волю. – Вас никогда не удивляло, почему вам не приходится видеть шмелей ночью?
   – Я никогда не задумывался об этом.
   – Ну что ж, а вы попробуйте. – Она зашептала что-то по-стирикски, пальцы ее принялись плести сеть заклинания.
   – Что вы делаете?! Прекратите! – воскликнул Тэньин и протянул к Сефрении руки, пытаясь остановить ее, но Спархок преградил ему путь.
   – Не прерывайте ее, – сурово сказал рыцарь.
   Сефрения подняла палец и выпустила готовое заклинание. К надсадному гулу крыльев насекомого присоединился странный тонкий голосок, напоминающий своим звуком далекий звук флейты, поющий песенку на нечеловеческом языке. Спархок быстро взглянул на пыльное окно. Шмель исчез и на его месте появилась крошечная женская фигурка, прямо как в сказке. Сверкающие волосы каскадом струились по спине между прозрачных быстро трепещущих крылышек. Маленькое тело поражало пропорциональностью сложения, а лицо было так прекрасно, что захватывало дух.
   – Вот как шмели думают о себе, – тихо и размеренно объяснила Сефрения. – И возможно, так оно и есть на самом деле – днем обычные насекомые, ночью – чудесные творения.
   Тэньин схватился за сердце и повалился на кушетку с расширенными глазами и раскрытым ртом.
   – Лети сюда, сестричка, – нараспев произнесла Сефрения, протягивая фее руку.
   Фея, напевая свою песенку, облетела вокруг комнаты. Потом она легко опустилась в протянутые ладони Сефрении, все еще трепеща крылышками. Сефрения повернулась к трясущемуся от страха врачу.
   – Не правда ли, она прекрасна? Вы можете подержать ее, если захотите, только опасайтесь ее жала, – Сефрения указала на крошечную рапиру в руке феи.
   Тэньин отпрянул, пряча руки за спину.
   – Как вы это сделали? – спросил он дрожащим голосом.
   – А вы не можете этого сделать? Тогда обвинения против вас действительно лживы. Это же очень простое заклинание, просто детское.
   – Ну, теперь вы убедились, что у нас не случается приступов дурноты при виде проявлений магии? – спросил Спархок. – С нами вы можете говорить спокойно, не опасаясь быть выданным Эрашаму или его псам.
   Тэньин крепко стиснул зубы, продолжая таращиться на фею, все стоящую на руке Сефрении, трепеща крылышками.
   – Ну не будьте же так скучны, доктор! – произнесла Сефрения. – Расскажите же нам, как вы вылечили королевского брата, и мы отправимся своей дорогой.
   Тэньин потихоньку попятился от нее.
   – Боюсь, дорогой брат, мы попросту теряем здесь время. Этот добрый доктор не хочет нам ничего рассказать, – она подняла руку. – Лети, сестричка! – воскликнула Сефрения, и крошечное создание спорхнуло с ее руки. – Ну так мы пойдем, Тэньин, – сказала она.
   Спархок попытался возражать, но Сефрения просто взяла его за руку и направилась к двери.
   – А что вы собираетесь делать с этим? – завопил Тэньин, указывая на кружащую по комнате фею.
   – Что? Да ничего, доктор, ей здесь хорошо. Кормите ее сахаром и поставьте ей маленькое блюдечко воды, а в благодарность она будет петь для вас. Однако не пытайтесь поймать ее, она может рассердиться.
   – Но вы не можете оставить ее здесь! – в отчаянии вскричал доктор. – Если ее здесь кто-нибудь увидит, меня сожгут на костре за колдовство.
   – Он видит самую суть вещей, – сказала Сефрения Спархоку.
   – Ум ученого, – усмехнулся Спархок. – Ну так мы идем?
   – Погодите! – крикнул Тэньин.
   – Вы хотите сказать нам что-то еще, доктор? – мягко спросила Сефрения.
   – Хорошо, хорошо! Но вы должны поклясться, что никому не скажете.
   – Конечно, доктор, мы обещаем вам, на наши уста ляжет печать молчания.
   Тэньин глубоко вздохнул и подбежал к занавешенной двери, дабы убедиться, что их никто не подслушивает. Потом повернулся, и, отведя их в дальний угол, заговорил шепотом.
   – Дарестин так ядовит, что нет никакого естественного, природного противоядия.
   – То же сказал нам и Волди, – заметил Спархок.
   – Но вы обратили внимание, я сказал – нет природного противоядия? Несколько лет назад, во время своих ученых штудий, я набрел на одну прелюбопытную книгу. Она очень старая, написана еще в доэшандистские времена, когда еще не было всех этих запретов. Оказалось, что древние целители здесь в Рендоре знали и пользовались магией. Иногда это помогало, иногда – нет, но они использовали некоторые удивительные лекарства. Но во всем этом есть одно общее – существуют некоторые предметы, обладающие огромной силой. Старинные целители использовали эти вещи для излечения своих пациентов.
   – Я понимаю, – сказала Сефрения. – И стирикские целители поступают так же.
   – Эта практика была весьма распространена в Тамульской Империи в далеких даресийских землях, но в Эозии она пришла в немилость. Эозийские врачи предпочитают научные методы. Конечно, с одной стороны, они больше заслуживают доверия, да и эленийцы всегда с подозрением относились к магии. Но дарестин настолько сильный яд, что не одно из естественных противоядий на него не действует. Магические предметы – единственный способ лечения.
   – А что использовали вы? – спросила Сефрения.
   – Это был неграненый самоцвет особого, необычного цвета. Я думаю, что он пришел из Даресии, и тамульские боги наделили его своим могуществом, хотя я и не уверен в этом.
   – И где теперь этот самоцвет? – нетерпеливо спросил Спархок.
   – Боюсь, что теперь он потерян навсегда. Я должен был растереть его в пудру и смешать с вином, чтобы вылечить королевских родственников.
   – Вы идиот! – взорвалась Сефрения. – Кто же так использует магические предметы? Его нужно было просто приложить к телу больного и призвать к его могуществу.
   – Я всего лишь врач, мадам, – с достоинством ответил Тэньин. – Я не могу превращать насекомых в фей, или летать, или произносить заклинания. Но я знаю – мой пациент должен принимать лекарство внутрь.
   – Вы разрушили камень, который мог вылечить тысячи, для нескольких человек, – воскликнула Сефрения, силясь справиться с овладевшим ею гневом. – А есть еще какие-нибудь такие же предметы?
   – Есть еще несколько, – пожал плечами доктор. – К примеру, копье в тамульском императорском дворце, несколько колец в Земохе, да что-то я сомневаюсь, чтоб они были пригодны для лекарства. Ходят слухи, что в Пелозии есть какой-то драгоценный браслет, но слухи есть слухи, сами понимаете. Рассказывают еще об огромной силе меча короля острова Мифриум, но Мифриум поглотила морская пучина еще в незапамятные времена. Говорят, что в Стирикуме есть несколько магических жезлов из дерева.
   – Вот это уж точно сказки, – фыркнула Сефрения, – дерево слишком недолговечно для такой силы. Есть что-то еще?
   – Ну, разве что самоцвет, венчавший талесийскую корону, но она потеряна еще во времена вторжения земохцев. – Тэньин нахмурился: – Не знаю, поможет ли это вам, но у Эрашама есть какой-то талисман, он утверждает, что это вроде самая могущественная вещь в мире. Сам я его никогда не видел, да и Эрашам немного слабоват на голову, и опять же, вряд ли вам удастся как-нибудь раздобыть у него эту штуку.
   – Что ж, спасибо за искренность, – сказала Сефрения, набрасывая покрывало на лицо. – Не бойтесь, мы будем хранить вашу тайну. – Она взглянула на свою руку, – вам бы стоило перевязать меня – это удовлетворит любопытных.
   – Чудесная мысль, мадам, – слегка оживился Тэньин и вытащил откуда-то пару гладких дощечек и длинный кусок чистого полотна.
   – Хотите дружеский совет, Тэньин? – обратился Спархок к занятому перевязкой доктору.
   – Я слушаю вас.
   – Так вот. Будь я на вашем месте, я собрал бы пожитки и отправился бы в Зенд. Там вас сможет защитить король. Убирайтесь из Дабоура, пока еще можете покинуть его живым. Здешние люди слишком легко переходят от подозрения к уверенности, а если вашу невиновность докажут после того как вас сожгут на костре, большого облегчения вам это не принесет.
   – Но здесь все, что у меня есть…
   – Надеюсь, это облегчит ваши страдания на костре.
   – Вы думаете, я и правда в такой страшной опасности? – слабеющим голосом спросил Тэньин.
   Спархок кивнул.
   – Страшнее некуда. Если вы протянете еще неделю в Дабоуре, значит вы большой счастливчик.
   Несчастный лекарь весь затрясся, а Сефрения спрятала под плащ перевязанную руку.
   – Подождите минутку, – попросил он, когда Спархок и Сефрения направились к двери. – А как же это?… – он указал на фею, порхающую в воздухе около окна.
   – О, простите, – сказала Сефрения. – Я уже и позабыла о ней, – она произнесла несколько стирикских слов и сделала небольшой жест. Через мгновение прежний шмель снова бился об оконное стекло.


   Было уже совсем темно, когда они вышли из аптеки на безлюдную площадь.
   – Не так уж мы много разузнали, – вздохнув сказал Спархок.
   – Но все же, мы знаем больше, чем раньше. По крайней мере, мы знаем, как вылечить Элану. Все, что нам нужно – это раздобыть один из этих магических предметов.
   – А ты сможешь определить, если увидишь, обладает ли талисман Эрашама силой?
   – Перрейн говорит, что Эрашам каждую ночь проповедует. Пойдем-ка найдем его. Я готова прослушать хоть дюжину проповедей, если это хоть немного приблизит нас к выздоровлению Эланы.
   – А как мы сможем забрать у него это?
   – Что-нибудь придумаем.
   Внезапно дорогу им преградил человек в черном.
   – А ну-ка стоять! – скомандовал он.
   – Что случилось, приятель? – спросил его Спархок.
   – Почему вы не у ног святого Эрашама?
   – Мы как раз направляемся туда, – ответил Спархок.
   – Весь Дабоур знает, что святой Эрашам проповедует и поучает на заходе солнца. Почему же вы так запаздываете?
   – Мы приехали только сегодня и нам нужно было разыскать врача, чтобы он посмотрел поврежденную руку моей сестры.
   Фанатик с подозрением покосился на повязку на руке Сефрении.
   – Надеюсь, вы были не у этого колдуна Тэньина? – спросил он голосом, полным ненависти.
   – Когда у тебя что-то болит, ты не спрашиваешь у него верительных грамот, – сказала Сефрения. – Однако я могу вас заверить, что этот доктор не колдовал. Он просто вправил мне сломанную кость и перевязал, как и сделал бы любой доктор.
   – Правоверные не имеют никаких дел с колдунами, – упрямо заявил фанатик.
   – Вот что я скажу тебе, приятель, – предложил Спархок, – давай-ка я сломаю тебе руку, и ты сам сможешь сходить к этому доктору и узнать, колдун он или нет.
   Человек в черном испуганно попятился.
   – Давай, дружище! Это не так уж больно, – продолжал Спархок. – Это не так уж больно, ты, главное, думай о том, как будет доволен Святой Эрашам, узнав о твоем рвении в искоренении колдовства.
   – Не скажешь ли ты нам, как нам побыстрее попасть туда, где святой Эрашам говорит перед народом? – прервала его Сефрения. – Наши души жаждут его слова.
   – Идите этой дорогой, – обрадовался попытке отвязаться неизвестный, – вы увидите свет от факелов.
   – Спасибо, приятель, – поблагодарил Спархок, слегка поклонившись, потом нахмурился: – А почему это ты сам не слушаешь святые слова Эрашама сегодня вечером?
   – Я?… Я выполняю священный долг перед святым Эрашамом. Я должен разыскивать тех, кто не пришел на проповедь безо всякой причины и доставлять их на суд.
   – А, понятно. Слушай, ты все-таки уверен, что не хочешь дать мне сломать твою руку? Это не займет больше минуты.
   Страж святого порядка, ничего не ответив, бросился наутек.
   – Тебе обязательно угрожать каждому встречному, Спархок? – спросила Сефрения.
   – Он раздражал меня.
   – А ты и сам кого угодно можешь раздражать.
   Спархок задумался.
   – Да, пожалуй… – согласился он. – Но может быть мы пойдем?
   Они шли по темным улицам, пока не вышли к шатрам на окраине города. Чуть дальше к югу блеснул оранжевый отблеск факелов. Они отправились на огонь, тихо пробираясь промеж раскиданных тут и там шатров.
   Колеблющиеся факела освещали углубление между холмами, нечто в роде естественного амфитеатра. Склоны холмов и дно лощины заполняли собой Эрашамовы последователи, а сам старец стоял на огромном валуне, вросшем в землю на склоне холма. Факелы высвечивали его высокую иссохшую фигуру, длинную седую бороду и кустистые черные брови. Он вещал резким скрипучим голосом, но слова было трудно разобрать из-за отсутствия у святого зубов. Когда Спархок и Сефрения присоединились к толпе, Эрашам был как раз на середине обширного и туманного доказательства того, что Бог даровал его персоне особое свое благорасположение и любовь.
   – Есть хоть какой-нибудь смысл в его речах? – озадаченно спросила Сефрения Спархока, разматывая с руки Тэньинову повязку.
   – Я что-то не могу его обнаружить, – прошептал он в ответ.
   – Неужели эленийский бог и правда поощряет такую тарабарщину?
   – Ну не поражать же ему Эрашама молнией.
   – Может, мы подойдем поближе?
   – Боюсь, мы не сможем протолкаться.
   Эрашам тем временем оседлал своего любимого конька – принялся обличать Церковь. По его словам выходило, что эленийская Церковь, к которой раньше принадлежал и он сам, была проклята Всевышним за то, что не признала в нем, святом Эрашаме, рупор божественного провидения на земле.
   – Но нечестивцы будут наказаны! – выкрикивал он своим беззубым ртом, брызгая слюной. – Еще немного терпения, дети мои, и я подниму мой священный талисман и поведу вас войной против них! Они пошлют против нас своих проклятых Рыцарей Храма, но не бойтесь! Могущество моего талисмана согнет их перед нами, как траву на ветру! – Он что-то поднял над головой в стиснутом кулаке. – Дух святого Эшанда сам дал это мне!
   – Ну что? – шепотом спросил у Сефрении Спархок.
   – Слишком далеко, – прошептала она, – я ничего не могу понять. Нужно подойти поближе, а то даже не видно, что он там держит.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 [34] 35 36 37 38 39

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация