А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Алмазный трон" (страница 32)

   Воррен фыркнул.
   – Только идиот может назвать это армией. Они же ничего не могут делать толком – им ведь надо каждые полчаса молиться, и, к тому же они слепо подчиняются всем дурацким приказам своего одряхлевшего вождя, – Воррен рассмеялся. – У Эрашама иногда заплетается язык, а порой он просто путает слова, что не удивительно, ведь он наполовину бабуин. Однажды во время своей проповеди где-то в глухомани, он отдал неподражаемый приказ. Он хотел сказать: «Падите на своих врагов!» но что-то, видно у него спуталось, и старец завопил: «Падите на свои мечи!». Три тысячи его воинов в точности выполнили его призыв. Эрашам возвращался домой один, пытаясь понять, что же случилось.
   – Ты слишком долго пробыл здесь, Воррен, – засмеялся Спархок. – Рендор начинает портить твой характер.
   – Я не выношу тупость и грязь, Спархок. А сторонники Эрашама свято в них верят.
   – Ты становишься хорошим оратором, Воррен.
   – Презрение – прекрасная закваска для пламенной речи. Мне некому высказать все это в Рендоре, зато есть куча времени отшлифовывать отдельные высказывания про себя, – лицо Воррена посерьезнело. – Будь очень осторожен в Дабоуре, Спархок. У Эрашама есть дюжина или две последователей, о которых он, может и сам не знает, но в действительности всем в городе заправляют именно они. А они такие же спятившие, как и сам старец.
   – Это плохо? – спросил Спархок.
   – Даже еще хуже.
   – Ты всегда умел обнадежить, Воррен, – сухо заметил Спархок.
   – Может, это мой недостаток, но я стараюсь никогда не терять надежды и не давать терять ее другим. А в Киприа произошло что-нибудь интересное?
   – Да, есть кое-что. – ответил Спархок, играя травинками. – Там появились чужестранцы, которые распускают слухи, что в эленийских королевствах на севере простой народ собрался поднять мятеж против церкви, потому как якобы поддерживает эшандистское движение.
   – Да, я слышал кое-что, но в Джирохе это еще не зашло далеко.
   – Боюсь, это дело времени. Все это хорошо организовано.
   – Ты не подозреваешь, кто может стоять за всем этим?
   – Мартэл, а мы все хорошо знаем, на кого он работает. Они хотят подвигнуть горожан присоединиться к эрашамовскому восстанию против церкви как раз тогда, когда курия соберется в Чиреллосе выбирать нового Архипрелата. Рыцарям Храма придется прибыть сюда для подавления восстания, а это развяжет руки Энниасу и его сторонниками на выборах, – Спархок встал. – Как ты думаешь, долго еще проходит твой слуга? Нам лучше уйти до его прихода. Может он и не слишком умен, но я знаю рендорцев, они любят посплетничать.
   – Я думаю, у нас есть время, мой Джинтал по любому заданию идет не быстрее, чем на неторопливой прогулке. Вы успеете перекусить а я пополню ваши съестные припасы.
   – А в Дабоуре есть какое-нибудь безопасное место, где можно было бы остановиться? – спросила Сефрения.
   – Нет в Дабоуре места действительно спокойного, – сказал Воррен и посмотрел на Спархока. – Ты помнишь Перрейна? – спросил он.
   – Этакий тощий человек, который почти никогда не разговаривает?
   – Вот-вот. Он в Дабоуре прикидывается скототорговцем, у него дом рядом со скотными дворами. Кочевники нуждаются в нем, поэтому он может более-менее спокойно ходить по городу. Он живет там под именем Меррелик. Он приютит вас, и выручит из беды, если что. – Воррен тонко улыбнулся. – Кстати, насчет неприятностей, Спархок. Я бы посоветовал тебе покинуть Джирох до того, как Лильяс узнает о твоем возвращении.
   – Она все еще несчастна? – спросил Спархок. – Я думал, она уже нашла себе содержателя.
   – Наверно, и, я думаю, не одного. Но ты же знаешь, Спархок, она злопамятна, как кошка.
   – Я оставил ей свою лавку, и она могла бы жить припеваючи, если бы хоть немного думала о деле.
   – Да, я слышал, что все оно так и есть, но ты лишил ее другого, ты уехал, попрощавшись с ней и оставив ей наследство запиской, не доставив бедной женщине удовольствия поубиваться, покричать, что она «сейчас пронзит свое несчастное сердце вот этим кинжалом».
   – Но только так я и мог незаметно исчезнуть.
   – Но все же ты поступил с ней ужасно, Спархок. Лильяс ведь прекрасная актриса, а ты… Ускользнуть среди ночи, лишить ее возможности устроить спектакль, Спархок!
   – Тебе обязательно так долго обсуждать этот вопрос, Воррен?
   – Я просто пытаюсь дать тебе дружеский совет, Спархок. Все что тебе грозит в Джирохе – это несколько воющих фанатиков, а здесь тебе грозит гораздо, гораздо большая опасность – встреча с разъяренной Лильяс.

   21

   Примерно через полчаса они тихо покинули дом Воррена. Когда они забирались на лошадей, Спархок внимательно посмотрел на Сефрению. Хотя едва перевалило за полдень, она выглядела очень усталой.
   – А это существо, что следит за нами, может устроить смерч на реке? – спросил он.
   Она нахмурилась.
   – Вообще-то там слишком мало открытой воды, но создание мира тьмы иногда могут преступить естественные законы природы, – она подумала и спросила: – А река широкая?
   – Не очень, – ответил Спархок. – Во всем Рендоре не хватит воды на широкую реку.
   – В узких берегах управлять смерчем будет трудно, ты же видел, как блуждал тот, что разрушил корабль Мабина.
   – Ну что ж, тогда мы должны попробовать. Ты не выдержишь пути до Дабоура верхом.
   – Не надо рисковать из-за меня, Спархок.
   – Но это, вообще-то, не только из-за тебя, Сефрения. Мы и так потеряли много времени, а путь на лодке будет намного быстрей, чем посуху. Мы будем плыть рядом с берегом, и в случае чего успеем выскочить.
   – Ну хорошо, Спархок. Сделаем так, как ты хочешь.
   Они ехали по запруженным народом улицам, где одетые в черное кочевники смешивались с горожанами. В нос лезли навязчивые рендорские запахи – специи, духи и одуряющий аромат кипящего оливкового масла. Уличный шум оглушал.
   – А кто эта Лильяс? – с любопытством спросил Кьюрик.
   – Это неважно сейчас.
   – Если эта личность опасна, я бы сказал, что напротив – мне очень важно знать об этом сейчас.
   – Лильяс не опасна в том смысле, который ты имеешь в виду.
   – Но все же, Спархок, я бы хотел знать.
   Было видно, что Кьюрик не намеревается прекратить расспросы. Спархок удрученно вздохнул.
   – Ну ладно, – сказал он. – я прожил здесь целых десять лет. Воррен дал мне место владельца маленького магазинчика, где я жил под именем Махкра. Это было сделано для маскировки, чтобы люди Мартэла не могли обнаружить меня. Ну а чтобы не бездельничать, я собирал сведения для Воррена. Чтобы как следует натурализоваться, мне надо было выглядеть как и остальные купцы на этой улице, а все они имели любовниц, содержанок. Вот и я завел себе такую, ее имя – Лильяс. Ты удовлетворен?
   – Слишком кратко, Спархок. Я так понимаю, у леди был вспыльчивый характер?
   – Не совсем, Кьюрик. Лильяс из той породы женщин, что долго вынашивают свое недовольство, а потом…
   – А, вот оно как. Интересно было бы познакомиться с ней.
   – Вряд ли. Я сомневаюсь, что ты вообще выдержал бы все эти вопли и визги, эти драматические представления.
   – А что, это так страшно?
   – А почему, как ты думаешь, я убрался из города среди ночи? Тебе не кажется, что тема исчерпала себя?
   Кьюрик довольно захихикал.
   – Простите меня за мой смех, мой Лорд, – сказал он. – Но, насколько я помню, вы без восторга восприняли мой рассказ о моих отношениях с матерью Телэна.
   – Хорошо, Кьюрик, мы квиты, – ответил Спархок и далее ехал сжав губы, не обращая внимания на усмешки Кьюрика.
   На рахитичных пристанях, врезавшихся в мутные замусоренные струи реки Гулл, были развешаны пропахшие тухлой рыбой сети. Несколько дюжин баркасов, что ходили по реке между Джирохом и Дабоуром были привязаны к ним. Смуглые лодочники в бурнусах лениво развалились на палубах, подложив под голову сложенную одежду. Спархок спешился и подошел к злобного вида одноглазому человеку в свободном полосатом халате. Тот стоял на пристани, выкрикивая приказы ленивой троице босоногих матросов на борту старой грязной шаланды.
   – Твоя лодка? – спросил Спархок.
   – И что из этого?
   – Она идет в наем?
   – Смотря сколько заплатишь.
   – Не бойся, сговоримся. Сколько дней ты идешь до Дабоура?
   – Три или четыре дня, в зависимости от ветра и от цены, – одноглазый оценивающе поглядел на Спархока и его спутников. Его угрюмое лицо растянулось в сладкой улыбке. – Может быть, мы поговорим о цене, уважаемый господин.
   Спархок попытался было для виду поторговаться, а потом полез в полный кошелек, который вручил ему перед их уходом Воррен, и вложил в испачканную руку речного капитана серебряк. Единственный глаз того хищно заблестел при виде набитого монетами кошелька.
   Они взобрались в шаланду и привязали лошадей посередине, а матросы уже отвязали лодку от пристани, отдав ее на волю течения и принялись поднимать единственный косой парус. Течение в реке было довольно медленно, и крепкий ветер с Арсианского залива легко толкал суденышко против течения.
   – Будьте осторожны, – прошептал Спархок Сефрении и Кьюрику, когда они расседлывали своих лошадей. – Похоже, наш капитан не прочь будет поживиться на наш счет, и не упустит возможности получить больше, чем просто плату за проезд. – Он направился на корму, туда, где одноглазый сидел на румпеле. – Держись как можно ближе к берегу, – сказал Спархок.
   – Это еще зачем? – одинокий глаз капитана стал настороженным.
   – Моя сестра боится открытой воды, – сымпровизировал Спархок. – Раз я сказал, так делай как сказано.
   – Ты платишь, – пожал плечами капитан. – Я сделаю, как ты хочешь.
   – А по ночам ты идешь или останавливаешься?
   Капитан покачал головой.
   – Слишком много коряг и подводных камней на мой вкус. Нет, я останавливаюсь по ночам, когда стемнеет.
   – Хорошо, я люблю осторожность. Это делает путешествие безопасней, что немаловажно, – Спархок раскрыл плащ, чтобы показать кольчугу и тяжелый меч, висевший на поясе. – Ты понимаешь, что я хочу сказать?
   На лице капитана отразилась досада.
   – Ты не имеешь права угрожать мне на моем корабле! – зашумел он.
   – Как ты сказал, я плачу. А мне что-то не нравится твоя команда, капитан, да и твое лицо не внушает доверия.
   – Не нужно обижать так бедного лодочника, – угрюмо сказал одноглазый.
   – Если я ошибся, я попрошу у тебя прощения – позднее. У нас есть с собой кое-какие ценности, и мы бы хотели сохранить их. Я и мои спутники будем спать на носу, а ты со своими матросами – на корме. Надеюсь, ты не сочтешь это за особую обиду?
   – Уж больно ты осторожен, нет?
   – Смутные времена, приятель, смутные времена. Так что, когда мы пристанем на ночь к берегу, предупреди своих людей, чтобы они держались поближе к корме и не разгуливали во сне. Мало ли что может случиться, а у меня чуткий сон, – он развернулся и отошел от капитана.
   По обоим берегам реки над водой нависала буйная тропическая растительность, но холмы, поднимающиеся над узкой речной долиной были голыми и бесплодными, единственным их украшением служили разбросанные там и тут скальные обломки. Спархок и его друзья сидели на носовой палубе, неусыпно следя за капитаном и его оборванной командой и стараясь не упустить любых признаков необычной погоды.
   Флейта разместилась верхом на бушприте, наигрывая что-то на свирели, а Спархок вел тихую беседу с Сефренией и Кьюриком. Сефрения была уже знакома со здешними обычаями, поэтому наставления Спархока касались в основном оруженосца. Он предупреждал его о многих условностях, несоблюдение которых могли здесь счесть за личное оскорбление, и о других, которые могли посчитать святотатством.
   – И кто придумал эти идиотские правила? – не переставал удивляться Кьюрик.
   – Эшанд, – ответил Спархок. – Он был сумасшедший, а сумасшедшие особенно любят всякие бессмысленные ритуалы.
   – Есть еще что-нибудь?
   – Да. Если ты случайно повстречаешься с какой-нибудь овцой, тебе следует почтительно уступить ей дорогу.
   – А ну-ка, повтори, – недоверчиво сказал Кьюрик.
   – Это очень важно, Кьюрик.
   – Ты что, издеваешься?
   – Да нет же, я серьезен, как никогда. Эшанд в юности был пастухом и приходил в бешенство, когда кто-то проезжал через его стадо. Когда он пришел к власти, он заявил, что Богом ему открыто, будто овца – священное животное, и что каждый должен уступать ей дорогу.
   – Бред какой-то, Спархок! – возмутился Кьюрик.
   – Конечно, но здесь это закон.
   – Странно, как откровения эленийского Бога всегда совпадают с суевериями его пророков, – прошептала Сефрения.
   – Они хоть что-то делают как нормальные люди? – поинтересовался Кьюрик.
   – Не многое.


   С заходом солнца одноглазый капитан пришвартовал свою шаланду и вместе с командой расстелил соломенную циновку на корме. Спархок поднялся, вышел на середину суденышка и положил руку на шею Фарэна.
   – Будь настороже, – шепнул он на ухо своему коню. – Если кто вздумает бродить тут, дай мне знать.
   Фарэн оскалил зубы и повернулся мордой к корме. Спархок одобрительно похлопал его по крупу и отправился обратно на нос.
   Он, Сефрения и Кьюрик поужинали хлебом и сыром и расстелили свои одеяла на палубе.
   – Спархок, – позвал Кьюрик, когда они улеглись.
   – Да, Кьюрик.
   – Я тут кое-что подумал. Много людей входит и выходит из Дабоура?
   – Обычно да. Когда Эрашам в городе, туда стекается множество паломников.
   – Вот я и думаю, может нам будет лучше выйти из лодки где-то за лигу от Дабоура и пристать к какой-нибудь кучке пилигримов.
   – Ты успеваешь подумать обо всем, Кьюрик.
   – За это ты меня и держишь, Спархок. Рыцарям ведь некогда бывает подумать о простых вещах, вот тут-то их и выручают оруженосцы.
   – Я ценю это, Кьюрик.
   – Нет, нет. Не стоит благодарности.
   Ночь прошла без событий. На рассвете матросы отвязали шаланду, и лодка поплыла дальше вверх по реке. Утром этого дня они проплыли мимо приречного городка Кодл. По реке между ним и Дабоуром сновало множество суденышек, движение было не особенно организованно, и лодки то и дело сталкивались, и тогда над рекой повисали истошные вопли и ругань матросов.
   В полдень четвертого дня путешествия Спархок отправился на корму поговорить с хозяином судна.
   – Мы уже близко от города? – спросил он.
   – Осталось лиг пять, – ответил капитан, с силой ворочая румпель, чтобы избежать столкновения с двумя встречными лодками. – Паршивый выродок трехногого осла! – закричал он рулевому на одной из них.
   – Чтоб твоей матери обрасти бородавками! – не остался в долгу тот.
   – Я хочу сойти на берег до того, как мы войдем в город. Мы хотим немного осмотреться перед тем как встретиться с последователями Эрашама.
   – Тут ты прав. Да я и чувствую, что вы сюда не с добром приехали, а я не хочу ввязываться ни в какие истории.
   – Вот и хорошо, мы оба будем довольны.
   Через некоторое время капитан подвел шаланду к берегу.
   – Ну вот, – сказал он, – это самое близкое к городу место, куда я могу вас доставить. Дальше берег становится болотистым.
   – А далеко отсюда до Дабоура?
   – Мили четыре, может пять.
   – Ну что ж, путь не дальний.
   Матросы перекинули с борта на песчаный берег мостки и Спархок со своими спутниками свели лошадей и мула с шаланды. Как только они оказались на берегу, матросы втащили трап на борт и оттолкнули лодку от берега. Капитан вывел лодку на середину реки и суденышко поплыло вниз по реке.
   – Тебе не полегчало? – спросил он Сефрению, лицо которой все еще не покинула печаль смертельной усталости, и только круги под глазами стали поменьше.
   – Я чувствую себя прекрасно, Спархок, – заверила она его.
   – А если мы потеряем еще нескольких братьев, тебе, наверно, будет совсем туго?
   – Точно сказать не могу, я еще ни разу не была в такой ситуации. Но давай-ка поскорее отправимся в Дабоур и попробуем поговорить с доктором Тэньином.
   Они продрались сквозь прибрежный кустарник и вскоре выехали на идущую вдоль берега дорогу на Дабоур. На ней были и другие путешественники, по большей части завернутые в черные плащи кочевники, в чьих глазах горели безумные огоньки. Однажды им пришлось уступить дорогу отаре овец. Пастухи, восседавшие на мулах, поглядывали на них высокомерно, стараясь со своим стадом занять всю ширину пути. Видно было, что они настороженно ожидают, что кто-то будет чинить им препятствия.
   – Я не слишком люблю овец, – заметил Кьюрик, – а уж пастухов еще меньше.
   – Не вздумай показать это, – посоветовал ему Спархок.
   – Однако они поедают кучу баранины?
   Спархок кивнул.
   – А это не святотатство – забивать и есть священное животное?
   – Последовательность не присуща рендорскому строю мысли.
   Когда овцы наконец прошли, Флейта поднесла к губам свирель и извлекла из нее несколько визгливых нот. У нескольких овец в глазах вспыхнуло неистовое пламя, они дико забрыкались и припустили в сторону от дороги в пустыню. Пастухи всполошились и, нахлестывая мулов, кинулись за ними в погоню.
   – Перестань, – сказала Сефрения Флейте.
   – Ты знаешь, случилось как раз то, о чем я перед этим подумал, – с удивлением проговорил Кьюрик.
   – А я совсем не удивлен, – ответил Спархок.
   – Мне и правда очень нравится эта малышка, – широко ухмыльнулся оруженосец.
   Они присоединились к толпе пилигримов, направляющихся по дороге в Дабоур. Наконец за очередным плавно изогнутым гребнем холма перед ними открылся Дабоур. Город состоял из обычных рендорских беленых глинобитных домишек, тесно жмущихся едва ли не на головах друг у друга поближе к реке, а вокруг города раскинулось целое море черных палаток кочевников.
   Спархок, прикрыв рукой от солнца глаза, осмотрел город.
   – Загоны для скота, идущего на продажу, находятся где-то на восточной окраине, – сказал он. – Где-то там мы сможем найти Перрейна.
   Они начали спускаться с холма немного в сторону от дороги, стараясь избегать домов и палаток. Но мимо палаток проехать все же пришлось – они преграждали им путь к загонам для скота. Тут им преградил путь бородатый кочевник с тяжелым бронзовым медальоном на груди.
   – Куда вы едете? – грозно спросил он, величественно махнув рукой. В ответ на его жест из-за палаток высыпало с дюжину одетых в черное людей с длинными копьями в руках.
   – У нас торговое дело на скотных дворах, уважаемый господин, – спокойно ответил Спархок.
   – О, правда? – усмехнулся бородач. – Я что-то не вижу с вами никакого скота. – Он самодовольно оглядел своих копейщиков, приглашая их подивиться своей проницательности.
   – Стадо гонят позади, уважаемый господин. А мы выехали вперед, чтобы заранее сторговаться.
   Человек с медальоном сдвинул брови над переносицей и задумался, ища к чему бы придраться.
   – Вы знаете, кто я такой? – спросил он в конце концов.
   – Боюсь, что нет, уважаемый господин, – извинился Спархок. – Небо не дало мне счастья быть знакомым с вами.
   – Ты, видно, считаешь себя очень умным, – прорычал бородач. – Твои льстивые слова не обманут меня!
   – Я и не хотел этого сделать, – ответил Спархок. В голосе его почувствовалось напряжение. – Я только хотел быть вежливым.
   – Я Ульсим, любимый ученик святого Эрашама! – заявил бородач, ударяя себя кулаком в грудь.
   – Большое счастье для бедного торговца встретить вас, – сказал Спархок, кланяясь в седле.
   – И это все, что ты скажешь? – завопил Ульсим, выпучив свои и без того выпученные глаза.
   – Я польщен, господин мой Ульсим. Я и надеяться не смел встретить такого прославленного человека.
   – Я здесь не для того, чтобы встречать тебя, скотина, а для того, чтобы взять вас под стражу. А ну, слезайте с лошадей!
   Спархок посмотрел на него долгим взглядом, оценивая положение, и спрыгнул со спины Фарэна, а потом помог спешиться Сефрении.
   – О чем это все, Спархок? – спросила она, снимая с седла Флейту.
   – Я так думаю, что он просто мелкая сошка, пытающаяся показать свою значимость. Давай пока не будем ничего предпринимать, а будем делать, что он говорит.
   – Отведите этих пленников в мой шатер, – как-то рассеянно произнес Ульсим. Видимо «любимый ученик» не очень-то соображал, что ему делать дальше.
   Копейщики окружили их и повели к шатру, на верхушке которого болтался флажок из темно-зеленого полотна. Грубо затолкав Спархока, Сефрению и Кьюрика в шатер, копейщики опустили тяжелое шерстяное одеяло, прикрывающее вход.
   – Неотесанное дурачье, – презрительно пробормотал Кьюрик. – Они держали свои пики словно это пастушеские посохи, и даже не догадались обыскать нас.
   – Может, и дурачье, – мягко сказала Сефрения, – но все же мы у них в плену.
   – Ненадолго, – проворчал Кьюрик, доставая свой кинжал. – Я сейчас прорежу сзади шатра дыру, и мы выберемся отсюда.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 [32] 33 34 35 36 37 38 39

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация