А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Энциклопедический словарь (С)" (страница 32)

   Святослав Игоревич

   Святослав Игоревич – вел. кн. киевский. Летопись относить рождение С. к 942 г. В момент смерти отца С. был еще младенцем и управленю княжеством во время его малолетства было в руках его матери Ольги. Воспитателем С. был Асмуд, а воеводой – Свенельд. Как только С. возмужал, он обнаружил типичные черты князядружинника; дела земские его интересовали мало, его тянуло к военным предприятиям в отдаленных землях. Из славянских племен к востоку от Днепра только вятичи были в ту пору вне влияния киевских князей и платили дань хазарам. Из-за. вятичей С. вступил в борьбу с хазарами и проник на Волгу и даже в Предкавказье, где столкнулся с ясами и касогами. Затем С. направил свое внимание на Ю – на Дунайскую Болгарию. Почин в этом предприятии С. шел со стороны византийского императора Никифора Фоки, который, желая оградить Византию от опасных соседей – болгар, послал к С. предложение напасть на Болгарию" С. явился в Болгарию со своими союзниками – венграми, печенегами и др. – в качестве друга Византии. Успех похода С. был огромный; он занял ряд болгарских городов и стал стремиться к полному обладанию Болгарией. Греки скоро почувствовали, что приобрели в его лице еще более опасного соседа. Тогда Никифор направил печенегов на Киев, и С. должен был возвратиться в отечество, но уже в 971 г.. посадив на Руси своих сыновей, снова явился в Болгарии. Между тем преемник Никифора Фоки, Иоанн Цимисхй, помирился с болгарами и С. пришлось иметь дело и с греками, и с болгарами; хотя в Болгарии была и русская партия, но движение против С. было сильное. Чтобы сломить греков, С. двинулся за Балканы и сначала имел успех, но дотом должен был заключить Мир с греками и уйти из Болгарии. Он пошел в лодках к днепровским порогам, но пороги были заняты печенегами. С. переждав до весны и снова попытался пройти пороги, но был убит в сражении печенегами, которые, по преданию, сделали из черепа его чашу (972 г.). Ср. Завитневич, «Вел. кн. киевский. Игоревич и историч. значение его богатырских подвигов» (Киев, 1888); Льва Дьякона. Этим же войнам посвящено специальное исследование Черткова: «Описание войны вел. кн. С. Игоревича» (М., 1843, и «Русский Исторически Сборник», VI).

   Святотатство

   Святотатство (юрид.), как имущественное посягательство, направленное на священные или освященные предметы, заключает в себе два момента: корыстную цель, свойственную имущественные посягательствам вообще, и оскорбление религиозного чувства верующих. Отсюда проистекает различие взглядов на С. – как на действие, относимое к области религиозных посягательств, и как на разновидность имущественных посягательств, выделяемую по особы м свойствам объекта и места совершения преступления. В римском праве понятие Sacrilegium имело и тесное, а широкое значение. В первом смысле оно означало похищение священных вещей, хотя бы и не из священных мест, во втором – посягательство на религиозное чувство вообще. Каноническое право расширило это понятие до самых крайних пределов в разделило его на sacrilegium personale – посягательства на священнослужителей, locale – нарушение неприкосновенности и достоинства священных мест, и reale – С. в современном смысле. Такое широкое понимание sacrilegium перешло в светское законодательство и держалось до 2 января 1669 г. Этот последний взгляд был воспринять сводом законов уголовных; его же держится действующее уложение о наказаниях. Проект уголовного уложения возвращается к воззрению старого права. Редакционная комиссия, повторяя слова г. Бедогриц-Котляревского, признает «принятую действ. законодательством квалификацию данного преступления не выдерживающую критики, потому, что понятые С. не есть самостоятельное, а производное, слагающееся из обстоятельств воровства и грабежа, осложненных особенными качествами объекта и места преступления». По определению 219 ст. улож. о нак., «С. признается всякое похищение церковных вещей и денег как из самых церквей, так и из часовен, ризниц и других постоялых и временных церковных хранилищ, хотя бы они находились и вне церковного строения». По способу действия различаются насильственное ограбление (когда оно не соответствует общему понятию разбоя), похищение со взломом и похищение без взлома; по роду места – похищение из церкви или церковной ризницы, из часовни или другого церковного хранилища и из частного дома или другого места; по свойству похищенного – похищение предметов священных (ограничительно исчисленных в ст. 231), похищение вещей, освященных употреблением при богослужении, и похищение принадлежащих церкви денег, свеч, еще не поставленных к образам или в паникадила, и других не освященных употреблением при богослужении вещей. Сообразно такому сложному различию видов С., установлена сложная карательная система, по которой, начинаясь от высших исправительных, наказания доходят до ссылки в каторжные работы на 15 лег (ст. 220 – 226). Оскорбление святыни при С. почитается увеличивающим вину обстоятельством. Покража денег из столбов, выставленных с образами или крестами для сбора на церковь наказуема как похищение из часовни денег и не освященных вещей (ст. 227). Наказание за С., учиненное лицом, коему было поручено хранить похищенных предметов, вещей или денег или коему они были вверены для употребления при богослужении, увеличивается одной степенью (ст. 228). Кроме общей постановки вопроса, наибольшие возражения вызывает отнесение к С. похищения принадлежащих церкви денег и не освященных предметов, т. е. перенесение центра тяжести со свойства объекта на его хозяина. Проект угол. улож. (1895 г.) исключает из понятия о С. похищение церковных денег и неосвященных предметов. На той же почве остались в своем представлении госуд. совету министр юстиции и председатель редакционной комиссии, хотя св. синод, в замечаниях на проект, настаивал на сохранении определений действующего права. Не различая, по наказуемости похищения, предметов священных от освященных, равно объединяя случаи похищения из христианской церкви, молитвенного дома, ризницы, другого церковного хранилища или из иного места, если виновному известно было о принадлежности похищенного христианской церкви, проект назначал за С., «буде виновный не подлежит более строгому наказаны за оскорбление святыни», каторгу на срок до 8 лет или исправительный дом. Субъектом С. может быть лицо всякого вероисповедания, объектом – имущество церквей только христианских. Со стороны внутренней требуется корыстное намерение овладеть церковным имуществом. Мошеннический способ деятельности в понятие С. не входит. В одной главе с С. действующее право трактует разрытии могил в истреблении или повреждении надгробных памятников. См. И. Фойницкий, «Посягательства на личность и имущество»; Белогриц-Котляревсюй, «Особые виды воровства-кражи по русскому праву».
   К.-K.

   Святцы

   Святцы – так наз. список святых, чтимых православной церковью, составленный в порядке месяцев и дней года, к которым приурочено празднование и чествование каждого святого. Церковные С. назначаются для богослужебного употребления; они печатаются при богослужебных книгах – канонике, акафистнике, молитвослове, в конце их, а иногда в середние. Окончательной, однообразной редакции С., печатаемых в церковных книгах, не существует; одно только правило соблюдается непременно – каждое имя, заносимое С., должно принадлежать канонизованному церковью святому. Этим С. отличаются от старинных церковных «дистихов» или «поминай», которые каждый мог и может приносить с собою в храм для поминовения священнослужителями. Иначе С. называются месяцесловами, преимущественно – когда они издаются отдельно. В церковных отдельных изданиях святцев или месяцеслов к спискам святых присоединяются особые статьи для определения на большее или меньшее время вперед дней так называемых подвижных праздников; таковы «Наехали зрячая» (определяющая на известный год дни праздников, находящихся в зависимости от времени празднования дня Пасхи), «ключ обращения индиктиона», «лунное течение». Здесь же помещаются кондаки и тропари праздников, особенно в месяцесловах, Типиконе, Следованной Псалтири, Молитвослове и Часослове. Издаваемые для домашнего употребления частными лицами С., месяцесловы, календари не имеют обязательной нормы состава имен святых, так в С. богослужебных книг, но подчиняются общему цензурному правилу о том, что в С. могут быть заносимые лишь имена канонизованных церковью святых. Образцом таких частных изданий «святцев» или «месяцесловов» может служить «Календарь Православной Церкви» в «Настольной книге для народа», изданной комиссией народных чтений в С.-Петербурге и его окрестностях; он составлен прот. Н" К. Смирновым, под редакцией известного автора учебников по Закону Божию, протоиерея Д. П. Соколова.
   Н. Б – в.

   Святой

   Святой, святые. – В памятниках первоначальной христианской древности, до половины IV в. и даже до V в., как у восточных, так и у западных христиан слово святой – (agioV;), sanctus – по мнению Мартиньи («Dictionnaire des antiquites») отнюдь не было усвоено так назыв. ныне канонизованным святым, т. е. ни апостолам, ни мученикам, ни вообще лицам, которые позже стали, под именем святых, предметом особого почитания церкви. На Западе в то время выражались просто: Paulus (не прибавляя: «апостол» или «святой»), Vincentius, Petrus и т д. Римский календарь, изданный Бухером, а потом Рюинардом при его «Acta Sinсега», доводит список особо чествуемых в церкви лиц до IV в. включительно (до папы Либерия), при чем ни разу не дает им названия sanctus. Лишь в календарях церкви карфагенской, в III – V вв., при поминовении умерших, особенно чтимых церковью, слово sanctus встречается часто. Первый календарь, в котором постоянно встречается слово sanctus при имени того или иного особо чтимого церковного лица, это – календарь Полемия («Acta sanctorum»; т. 1). В менее отдаленную эпоху это слово встречается иногда в мозаиках при изображении апостолов. но его еще нет при изображении св. Иоанна Предтечи даже в 451 г., и встречается оно при имени Предтечи не раннее, как в 472 г., на изображении св. Агафии in Suburra, в Риме. По исследованию Чиампи, оно встречается также при изображении Козьмы и Дамиана в 531 г. Слова sanctus и sanctissimus на мраморных погребеньях, бесспорно древних, имеют, по мнению Мартиньи, значение carissimus. Причина, по которой христиане древнейших времен избегали эпитетов: Sanctus, Sanctissimus, заключается, по мнению некоторых ученых, в том, что слово Sanctus часто употреблялось в надписях несомненно языческих, которым не хотели подражать христиане. На эпиграфических документах V в. встречается при именах, в некотором отдалении, одна буква S, которая может быть принята за начальную букву слова Sanctus, но также и за нач. букву слова Spectabilis. Вместо названия «святой» (Sanctus) или вместе с ним часто стояло, при имени почитаемого церковью лица, другое название – dominus, domina. Мартиньи склонен думать, что слова dominus и domina означали в древности специально «мученик и мученица». Из рассказов о погребении почивших христиан видно, что распоряжавшиеся погребением провозглашали: ad sanctos! ad sanctos! (или ad martyres, ad martyres), т. е. приказывали нести умершего на специально христианское кладбище. Кроме обозначения личной святости или высокого благочестия лица, слово sanctus, (agioV;), как некогда в язычестве, прилагалось и в христианстве для обозначения, что то или иное лицо или место посвящено какому-либо священному служению. Христиане in согроге в древней церкви (напр. в посланиях апост. Павла) именовались святыми. В Евангелии святость, освящение представляются везде как свойство христианства, во всех его проявлениях: да святится имя твое (Mф. VI, 9), отче святый, святи их во истине твоей (Иоан. XVII, II, 17).
   Почитание и призывание святых. "Православная церковь почитает праведников не как богов каких, а как верных сдуть, угодников и друзей Божиих; восхваляет их подвиги и деда, совершенные ими при помощи благодати Божий во славу Божью, так что вся честь, воздаваемая С., относится к величеству Божию, которому они благоугождали на земле своею жизнью; чествуют С. ежегодными воспоминаниями об них, всенародными празднествами, созиданием во имя их храмов и под. « (Прав. испов. ч. III, отв. на вопр. 52; Поел. восточн. патриар. о прав. вере, отв. на вопр. 3). Св. Писание решительно запрещает оказывать кому-либо Божеское поклонеие и служение (Хитреца), кроме единого истинного Бога (Второе. VI, 13; Ис. XLII, 8; Матф. IV, 10; 1 Тим. 1, 17), но вовсе не возбраняет воздавать надлежащее почтение (doulexa) верным слугам Бога, и притом так, чтобы вся честь относилась к Нему же единому, как „дивному во святых своих“ (Псал. LXVII, 36). Царь Давид взывал: „мне же зело честни быша друзи Твои, Боже“ (Псал. CXXXVIII, 17); сыны пророческие торжественно „поклонились до земли верному рабу и другу“ Божию – Елисею (4 Цар. II, 15). В Новом Завете сам Иисус Христос, подтвердив закон: „Господу Богу твоему поклоняйся, и Ему одному служи“ (Матф. IV, 10), сказал ученикам своим: „вы друзья мои, если исполните то, что Я заповедую вам“ (Иоан. XV, 14), и засвидетельствовал пред ними: „кто принимает вас, принимает Меня; а кто принимает Меня, принимает пославшего Меня“ (Матф. X, 40), показывая, что честь, воздаваемая верным слугам Его и друзьям, относится к Нему самому. Возникнув в христианской церкви на первых же порах ее. существования, вера в богоугодность и спасительность достодолжного чествования С. выразилась в установлении в память мучеников и других С. особых праздников, по примеру воскресного и других праздничных дней, с совершением соответствующих молитвословий и литургии (свидетельства Тертуллиана и св. Киприана; Постановления апостол. кн. VI, гл. 30; кн. VIII, гл. 33). Начиная с IV в. везде открыто и торжественно происходит чествование С., узаконенное двумя поместными соборами того же века: гангрским и лаодикийским. Вместе с тем развивается и определяется самое учение о почитании С. (Ефрем Сирин, Василий Великий, Григорий Нисский, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст). Способствовало этому появление разных еретических лжеучений. Были, напр., еретики, которые не только чествовали Богоматерь подобающим ей почитанием, как святейшей всех святых, но и воздавали ей божеские почести, поклонялись и служили ей наравне с Богом. Это вызвало св. Епифания как на обличение заблуждающихся, так и на выяснение истинного церковного учения о почитании С. В начале V века появились еретик и которые стали упрекать церковь в том, что будто бы ею допускается божеское чествование С» с таким же поклонением им и служением, и этим восстанавливается древнеязыческое идолопоклонство и ниспровергается вера в истинного Бога, которому одному нужно поклоняться и служить. Во главе этого рода лжеучителей, состоявших по преимуществу из евномиан и манихеев, стал испанец Вигилянций. Против него выступили блаж. Иероним и Августин. Вера в обязательность и спасительность достододжного чествования С. неизменно сохранялась в церкви и в последующие века; подтверждением чему служат свидетельства как отдельных пастырей церкви (Сальвиан, Кирилл Александрийский, Григорий Великий, Иоанн Дамаскин), так и целых соборов – поместного карфагенского (419 – 426) и в особенности седьмого вселенского (никейского II). Противниками этого учения в средние века являются альбигойцы, павликиане, богомилы, вальденсы и виклефиты, в новейшие века – вообще протестанты. Призывание святых. Почитая С., как верных слуг, угодников и друзей Божих, церковь, вместе с тем, призывает их в молитвах, не как богов каких, могущих помогать нам своею собственной силой, а как предстателей наших пред Богом, единым источником и раздаятелем всех даров и милостей тварям (Иак. 1, 17) и ходатаев наших, имеющих силу ходатайства от Христа, который «един (есть)» в собственном смысле и самостоятельный «посредник между Богом и человеками, предавший Себя для искупления всех» (1 Тим. II, 5 – 6; «Прав. испов. веры», ч. III, отв. на вопр. 52; «Поcл. восточн. натр. о прав. вере», гл. 8). Начало молитвенного призывания С. видно еще в церкви ветхозаветной: царь Давид взывал к Богу: «Господи, Боже Авраама, Исаака и Израиля, отцов наших» (1 Парад. XXIX, 18). Апостол Иаков преподает верующим заповедь молиться друг за друга и к этому прибавляет: «много может усиленная молитва праведного» (Так. V, 16). Апостол Петр обещал верующим и после своей смерти не прерывать попечения о них (2 Петр. 1, 15). Апост. Иоанн засвидетельствовал, что святые возносят свои на небе молитвы пред Агнцем Божим, помня в них и о сочленах своих в церкви воинствующей (см. Апокал. V, 8; VIII, 3 – 4). На основании Свящ. Писания и вместе свящ. предания, церковь всегда учила призывать С., с полной уверенностью в их предстательстве за нас перед Богом. Это учение и верование церкви содержится во всех древнейших литургиях, напр. апост. Такова и иерусалимской церкви, появившиеся в IV в. и вошедшие в церковнобогослужебную жизнь чины литургии св. Василия Великого и Иоанна Златоуста ясно доказывают, что призывание С. в это время было явлением всеобщим. На седьмом вселенском соборе отцы, рассуждая о почитании и призвании С., между прочим, постановили: «кто не исповедует, что все святые.... досточтимы пред очами Божиими.... и не просить молитв у них, как у имеющих, согласно церковному преданию, дерзновение ходатайствовать о Мире, – анафема». Учете о призывании С. сохранилось и доныне сохраняется в отделившихся издревле от вселенской церкви христианских обществах, как то: несторианском, абиссинском, коптском и армянском. Противниками этого учения явились выделившиеся из западной церкви в средние века рационалистические и мистические секты. Лютер отверг почитание и призывание С. на том, главным образом, основании, что видел в них своего рода посредников между Богом и верующими, каковое посредство исключалось его личной, непосредственной верой. Ему казалось, что даже и прославленные С. своим посредством будут отдалять верующих от триста, подобно тому, как здесь на земле отдаляют их от Него члены церковной иерархии. Поэтому он настаивал на мысли, что почитание С. является унижением заслуг Иисуса Христа, как единственного ходатая между Богом и людьми. С., по мнению Лютера – это только замечательные исторические лица, о которых нужно вспоминать с благоговением, говорить с уважением, но к которым нельзя обращаться с молитвой. См. епископ Сильвестр, «Опыт православного догматического богословия» (т. V, Шев, 1891); митроп. моек. Макарий, «Православно-догматическое богословие» (т. II, СПб., 1883, 4 изд.); «О призывании святых» («Прибавл. к творен, святых отцов», ч. XV, 1856); Л. Епифанович, «Записки по обличительному богословию» (Новочеркасск, 1891); И. Трусковский, «Руководство к обличительному богословию» (Могилев на Дн., 1889).
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 [32] 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация