А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Белый Пилигрим" (страница 25)

   Но лучше все-таки о резервах. В Синеморск стекались армии отовсюду. Слухи о чудовищах Гаппонка разошлись уже очень широко, а многим привелось познакомиться с тварями лично. Вскоре у нас будет людей (и иных существ) достаточно, чтобы противостоять злобному магу-вивисектору. Наверно, Гаппонк мыслил приблизительно так же, потому повторил попытку взять Синеморск наскоком. Правда, на этот раз он предпочел не использовать воздушную атаку: он выпустил на город своих Боевых кролокротов. Но, в отличие от столицы, Синеморск стоял на скальном фундаменте, который оказался чрезмерно тверд даже для кролокротов. Полсотни чудищ были обстреляны из пушек, после чего поспешили ретироваться, оставив под Синеморском пять трупов.
   – Вот, – гордо сказал царь Уран Изотопович, – а говорили о том, что они непобедимы. Ничего – отогнали!..
   Самодержец, кажется, уже изрядно запамятовал ужасы отступления из разоренной столицы да и подзабыл, что больше всех о непобедимости боевых тварей колдуна Гаппонка говорил он сам.
   …У меня постоянно возникает ощущение ирреальности всего происходящего, как будто это не на самом деле – какие-то прихотливые маневры, фальшивый фарс, клюквенный сок. Нет, не так, но все это сложно выразить, сложно подвести к каким-то определенным логическим формулировкам.
   …После, после.
   Телятников сдружился с лесником Леонидом и в тесном сотрудничестве с ним составляет идеологический устав новой армии. Кажется, Макарка уверовал в себя не по-детски.
   А мне – после завершения хлопот вокруг дирижабля– было поручено вместе с Чертовой принимать и расквартировывать подкрепления. Ой, подкрепления!.. На иные трудно взглянуть без слез. На другие без смеха. А на другие разновидности прибывающих ополченцев так и просто не находится слов, которыми можно их охарактеризовать. Чего стоит хотя бы местный аналог женской эскадрильи, призванной противостоять летающим тварям Гаппонка! Их командир, этакая местная Марина Раскова, здоровенная ведьма под два места ростом в ступе величиной с трансформаторную будку, заявила, что ее девочки готовы поддержать боевой дирижабль в грядущих воздушных баталиях. А откуда-то с немецкой Мифополосы прибыл отряд великанов-троллей. Эти плохо говорили по-русски, а именовались так, что даже мой бойкий филологический язык отказывался выговаривать эту ахинею. Даже пресловутые немецкие романтики, о которых не так давно вспоминал Макарка Телятников, все эти Гёльдерлины и Гриммельсгаузены, выглядели простенькими Ванями и Петями (Гансами и Фрицами) на фоне наших резервистов. Их главаря, неповоротливую громадину, издали напоминающую корявый пень с беспорядочно торчащими из него сучками, звали то ли Румпельбумпель, то ли Фельдбубарбанкен. Когда я попытался с помощью старика Волоха направить его в ночной дозор, обходящий ближние подступы к городу, он страшно оскорбился. Чудище с непроизносимым именем, оказывается, подумало, что я хочу назначить его на скотобойню разделывать туши. Придется теперь убеждать его в том, что с такой благородной внешностью, как у него, не туши разделывать, а преподавать философию в Гейдельбергском университете.
   – Брукке холльмарт кункурле!.. – заорал он, поднимая меня за шкирку, как котенка, и тряся в воздухе. На меня пахнуло ароматами давно не мытого тела и совсем уж не стиранного белья.
   – Ничего не понимаю, – сказал я, болтаясь в могучей руке и жмурясь, чтобы не видеть этой оскаленной физиономии с кривыми желто-коричневыми губами и грубой бородавчатой кожи, – а от непонимания могут быть большие проблемы. Однажды мы с Макаркой сдали зачет и по этому поводу выпили. Немного. То есть немного мы выпили еще до зачета, а потом еще немного. Вот. А к нам в универ приехала французская делегация. Мы с Телятниковым по-французски, как положено, знаем только «же не манж па сис жур». Корпус большой, выстроен бестолково, заблудиться немудрено. Мы идем по коридору, а на нас налетает какой-то француз и начинает жестикулировать и орать: «Сорти, сорта!» Ну, мы взяли его под белы рученьки и в сортир привели. Он продолжает: «Но, но! Сорти, сорти!» Я разозлился, говорю: «Ну чего ты лопочешь, лягушатник! Вот же тебе сортир!» Он свое, мы потом его чуть ли не мордой в унитаз, дескать, мы с тобой еще за пожар Москвы тысяча восемьсот двенадцатого года не рассчитались. Еле он от нас вырвался, убежал. А потом мы встретили знакомую девчонку из французской группы романо-германского отделения, она у этой французской делегации переводчицей была. Она объяснила, что француз этот до сих пор квакает, в себя прийти не может. А еще она сообщила одну милую подробность: «сорти» по-французски означает «выход»!
   То ли великан услышал в моем рассказе какие-то знакомые созвучия, то ли ему просто понравилось, как звучит мой голос, но только он тотчас же поставил меня на пол. Подоспевший старик Волох начал кричать на верзилу на том же чудовищном языке, на котором великан пробовал говорить со мной. Забавно было видеть, как он побагровел и глупо выпучил глаза. Не знаю, что уж там наговорил ему Волох, но только впредь Румпельбумпель (вариант – Фельдбубарбанкен) обращался со мною со всей доступной ему почтительностью и однажды даже пробовал угостить жесткой чесночной колбасой, по виду и запаху мало отличной от отходов лошадиной жизнедеятельности.
   Я мог бы рассказать еще много подобных эпизодов, из которых состояла наша почти анекдотическая подготовка к войне с магом Гаппонком. Да есть ли смысл?.. Стоит упомянуть разве то, что, занимаясь доблестным войском, я не забывал о себе и за этот месяц с небольшим разжирел самым возмутительным образом: с неполных восьмидесяти я разъелся до девяноста четырех кило и останавливаться на достигнутом не собирался. Точнее, если бы и собрался, то мне не позволили бы. Кто? Да та же Параська Дюжина. Она оттачивала свои кулинарные таланты на узкой группе лиц, которые по неизъяснимому недоразумению стали верхушкой создававшейся армии. Ладно – царь Уран Изотопович, его первый министр Дмитрий Иваныч; ладно – Трилогий Горыныч как первый консультант и обер-эксперт; ладно уж даже старик Волох, определенно связанный нитями, на которых подвешен этот дурацкий мир, – но что делать в руководстве армии таким индивидам, как лесник Леонид, как два злостных уклониста, то бишь я и Телятников?.. А также три лица женского пола – царевна Анастасия-Лантаноида и сюда же бравые сыщицы Чертова и Дюжина? А ведь все мы – руководство! Я так и вовсе капитан нашего воздушного великана, дирижабля, который нарекли громким названием «Дух Белого Пилигрима». И, надо признать, дух от него поначалу в самом деле был еще тот…
   И вот – в один эпохальный день – царь дозрел до иллюзии, что у него хватает сил совершить прорывной маневр и наскоком отбить свою многострадальную столицу. Он призвал всех в дом городского градоначальника, где у него, как помним, был маленький филиал столичной резиденции. Летний дворец, если следовать аналогиям. Состав военного совета, на котором принималось решение атаковать Гаппонка, был блестящим. Я так думаю, что не хуже, чем у фельдмаршала Кутузова в Филях. Хотя лично я предпочел бы, чтоб совет возглавил реальный Кутузов (наверняка он где-то ТАМ, в Овраге, пусть не совсем такой, как в учебниках истории). Ведь попали же в Мифополосу Дмитрий Иванович и лесник Леонид!.. А Кутузов чем хуже?
   Но на совете председательствовал вовсе не Михаил Илларионович, а Уран Изотопович. Впрочем, для поднятия патриотического духа он позволил величать себя Иоанном Федоровичем. Царь окинул горделивым взглядом всех собравшихся. Помимо уже известного классического состава, заседавшего в памятный вечер в сторожке Леонида, здесь были: военный комендант города генерал Утес, здесь же глава народно-патриотического ополчения, полковник в отставке Агафон Лямблии, великан-тролль Фельдбубарбанкен, глава женской эскадрильи двухметровая ведьма с эклектичным насекомо-испанским именем Комарилья. Еще?.. Гм… еще были, кажется, герцог фон какой-то, а также мой любимый соратник, главный черт Тарас Бурда. Между прочим, неплохой механик – без его помощи мы не разобрались бы с двигателями для дирижабля, обнаруженными в совершенной негодности. Честно говоря, уже и не припомню точный состав того совета, хотя не мешало бы знать поименно, потому что ответственность за идиотское решение, принятое там, в доме городского головы Синеморска, должны бы понести все. Решение откровенно идиотское, но принятое, как и большинство идиотских решений, на самом высоком уровне.
   Итак…
   Глава государства выронил застольный кубок и, вытерев ребром ладони мокрые усы, изрек коротко и весомо:
   – Вперед! На столицу! На священный град!!!
   – Уррра! – загомонили все. Возражение поступило только из самого дальнего угла, где сидел старик Волох. Он встал и сказал:
   – Ваше величество, а может, лучше следует произвести рекогносцировку? Прощупать противника… разведать, так сказать?
   – Много Гаппонку чести!
   – Важна внезапность, – сказал военный комендант города таким низким басом, что дрогнули стекла в окнах. – А разведывательные мероприятия могут выдать подлому врагу наши планы.
   – Нужен двойной удар, – сказала Комарилья и подалась вперед, отчего под ее могучим бюстом едва не треснула столешница. – С земли и с воздуха. С воздуха выступит «Дух Белого Пилигрима», поддержанный моими девочками. Взрывники Тараса Бурды (черт раскланялся) подготовят несколько тысяч адских бомбочек, которыми мы на бреющем полете будем забрасывать живую силу врага. Одновременно последует удар основных наземных сил, численность их уже доведена до пятнадцати тысяч голов.
   – Не считая других частей тела!.. —
   – Вот именно.
   – А что она считает моих молодцев, как деревенское стадо, – по головам? – возмутился бравый отставной полковник Агафон Лямблии, но его не слушали, потому что Комарилья продолжала:
   – Я уверена, что невиданное сплочение всех нас, издревле живущих в этих землях, станет залогом нашего успеха. (Хорошо говорит, ничего не скажешь.) Мы много враждуем меж собой, но наши раздоры уже привычны, они освящены именами пращуров! И, когда я вспоминаю о том, что моя прабабушка была утоплена в Глоссарии прадедушкой Агафона Лямблина за колдовство и торговлю заклинаниями, я не злопыхаю, а говорю: вот сколь тесны и древни связи между нашими родами!
   – А моего троюродного прапрапрадедушку подняли на вилы пьяные дружинники, которыми командовал предок генерала Утеса, и ничего, я не в претензии, – великодушно припомнил черт Тарас Бурда. – Перед лицом общего врага…
   – Лицом?! Морррдой!
   – А подать сюда того кролокрота! – заревел на своем чудовищном наречии великан Фельдбубарбанкен и пнул в лодыжку Макарку Телятникова, который сидел напротив него. Ни в чем не повинный Макарка скривился от боли и сохранял на своей физиономии обиженно-жалобное выражение в течение всего времени, как одобрялся гениальный стратегический план нападения на столицу, все еще изнывавшую в жадных лапах Гаппонка и его тварей…
4
   Отсчет военного маневра пошел сразу же с того момента, как государь, выехав за ворота Старого города, упал с коня прямо в вонючий ручей Глоссарий. Его извлекали из зловонной жижи, а он отплевывался и кричал:
   – Все предрекает нам успех! Уррра, мои молодцы!!!
   Лично я, а также Макарка Телятников и черт Тарас Бурда нисколько в этом не сомневались. С утра мы молодецки подзарядились от нашего главного талисмана, «Портвейна 666», и всякие сомнения в успехе кампании исчезли без следа. Главный черт, насосавшись алкоголя, чувствовал себя бодрячком и неустанно похвалялся тем, что его молодцы изготовили несколько тысяч пироксилиновых (начиненных поджигающимся фитилем) и нитроглицериновых бомбочек (взрывавшихся от сильного удара). Этими бомбочками Тарас намеревался швырять с дирижабля в Боевых кролокротов Гаппонка. В свидетели он брал Нинку, у которой раз десять спросил:
   – Ведь мы грохнем этих страшилищ, правда, Ниночка?
   Нинка оглаживала ручкой рожки и отвечала:
   – Конечно, дядя Тарас. Только ты не всех грохай. Ты мне только одного поймай, я его в клетку посажу и подарю нашему зоопарку.
   Нинка – это еще то препятствие на пути к нормальной жизни! Несколько раз я пытался не взять ее на гондолу, говоря о том, что мы отправляемся на войну. Потом я принялся хитрить и изворачиваться, утверждая, что мы очень быстро вернемся и уж точно возьмем ее покататься на «шарике» (так она именовала гигантский цеппелин). Упирал даже на то, что она может усугубить простуду. Бесполезно. Никакие отговорки не помогли. Потом я запер ее в кладовке. Нет, решительно в ней есть что-то от хитрого и пронырливого чертенка. А вы думаете иначе?.. Ведь после того как я оставил ее в кладовке, тщательнейшим образом заперев дверь на два замка, я обнаружил ее уже в гондоле дирижабля. Причем тогда, когда снять ее с дирижабля уже не представлялось возможным: взлетели!.. Ну что ты будешь делать с этой девчонкой? Главный черт Тарас Бурда, очевидно, чувствовал в ней близкое существо, потому что в ответ на Нинкину просьбу о поимке кролокрота захохотал, приплясывая на месте, и сказал, что заметано. После чего он стал распоряжаться погрузкой в гондолы дирижабля боеприпасов и балласта, который нужен в случае, если подъемная сила цеппелина уменьшится. В роли балласта отправились в первую, головную, гондолу и Макарка Телятников, а с ним старик Волох, царевна Анастасия (ох, геморрой-то!), а также я и Нинка. Во второй гондоле был десант чертей, которые настраивались своим командиром на готовность не только швыряться бомбочками, но и выпрыгивать из гондолы на штурм!..
   Правда, конечная цель штурма вырисовывалась в достаточно общих чертах: столица. Откровенно говоря, не представлял, в какой стороне от нас она находится. Более четкое представление о ландшафте окружающей нас местности я получил, поднявшись на нашем флагманском (он же – единственный) дирижабле над главной площадью Синеморска, откуда проводился запуск. Дирижабль передвигался несколько быстрее, чем я ожидал, и потому уже через несколько минут после взлета мы оказались за пределами городской черты. Здесь мы убавили скорость, потому что наземные войска, даже конные части, за нами не успевали. Я вертел головой… По обеим сторонам от цеппелина «Дух Белого Пилигрима» самым малым ходом следовали две шеренги бывших коллег Чертовой, аэроведьм, во главе с тучной Комарильей. Неторопливость хода и отсутствие какого-либо полезного занятия, кроме глазения по сторонам, вскоре привели к тому, что подопечные авиаторши Комарильи стали кокетничать с теми из подручных главного черта Тараса Бурды, которые находились в гондолах дирижабля.
   Чуть в арьергарде летел, неторопливо помахивая огромными крыльями, Трилогий Горыныч. Время от времени он ускорялся, вырывался вперед на несколько корпусов дирижабля и делал большие круги, потом возвращался назад, в строй. Трилогий Горыныч был отягощен полезным грузом: на нем сидел первый министр Дмитрий Иваныч, еще недавно отказывавший крылатой громадине в самом факте существования, далее – Чертова, которая держала в руках сигнальные флажки и сигнализировала с их помощью вниз, на землю, о том, что она видит с высоты. Оказывается, в ее таланты входило и военно-морское умение пользоваться сигнальными флажками. Опытный индивид!..
   Третья голова Трилогия была отягощена компасом, при помощи которого задавали курс всей летучей эскадре. Заведовал компасом особый человек. По личному требованию Спинозы Горыныча им стал городской часовщик и механик Эфраим-Лейбеле Коц. Этот преисполнился важности и поминутно выкрикивал что-то визгливым голоском. Помимо компаса у него была еще и подзорная труба, которую он бестолково вертел около глаз и несколько раз уже чуть не уронил вниз. Туда, где маршировала царская пехота и тянулась конница.
   – Да, – сказал старик Волох, наблюдая развернувшуюся перед ним картину; плыли зеленые холмы, неровная кромка леса вырисовывалась на горизонте, и блестели излучины реки. – Да, велик и прекрасен мир. Там, за теми холмами, в двух переходах от нас, лежит стольный город. Боюсь только, что крылатые разведчики Гаппонка уже знают о том, что армия законного царя выдвинулась в поход. И если не сейчас, то ближе к закату стоит ожидать встречи с ними.
   – Не бойся, дед! – закричал из соседней гондолы Тарас Бурда, размахивая верхними конечностями. – Мы тут уже приготовили им подарочки! Да и девчонки расстараются! А я тебя крестовой дамой!..
   Последнее восклицание было обращено к сержанту из регулярного гарнизона Синеморска. Он и несколько его подчиненных были отряжены в помощь чертям на цеппелин и теперь играли с ними в карты. Классическая сказочная связка «солдат и черт» была во всей красе. Время от времени из этой гондолы раздавался протестующий рев, которым заглушался чей-то писк: черти любят плутовать в игре и передергивать карты, а солдаты этого не спускают. Макар Телятников в очередной раз пожалел, что сел не в ту гондолу. Теперь ему приходилось слушать нудные разглагольствования старика Волоха, а не весело проводить время в компании Тараса Бурды и его ребят.
   …Однако ближе к вечеру Макарка уже не жалел, что сел НЕ В ТУ гондолу. Потому что как раз к вечеру, когда солнце стало садиться в подсвеченные изнутри перистые облака, на дымном западе, в воздухе появились те, кого мы так давно ждали и к встрече с кем так тщательно готовились.
   Змееящеры мага Гаппонка Седьмого.
   Их перепончатые крылья зашумели, и целая стая этих тварей голов в сорок зашла с левого боку, приближаясь к цеппелину. Послышались тревожные переклички наших людей, и Тарас Бурда, прервав очередной кон в картишки, приказал своим молодцам вооружиться «адскими» бомбочками. Что-то заревела Комарилья, позади раздался голос Чертовой, а Трилогий Горыныч поспешно принялся рассчитывать свои головы на первый-второй.
   Гаппонка я углядел на крупном, раза в три внушительнее большинства своих собратьев, змееящере, парящем в самом центре подлетающей стаи. Маг на сей раз был в цивильном костюме, в котором пристало являться на светский раут, а отнюдь не на воздушную схватку над вечереющими холмами. На Гаппонке была алая мантия, какие любят цеплять на себя злодеи-колдуны в мистических триллерах производства США. Мантия была расшита какими-то дурацкими письменами и отчего-то вызвала смутные воспоминания о семейных трусах в цветочек, в которых щеголял Волк из «Ну, погоди!». Я засмеялся и поймал на себе недоуменный взгляд Макарки. В самом деле, смешного мало. Это было немедленно доказано налетавшим врагом с максимальной наглядностью.
   Навстречу быстрым крылатым бестиям вылетела боевая эскадрилья ведьм. Канонические ступы были оборудованы дополнительными фиксированными щитками спереди и подвижными – с боков. Ведьмы сшиблись со змееящерами и принялись гвоздить их по чешуйчатым головам тяжеленными шипастыми дубинами, которые приняты на вооружение вместо классического помела. Несколько чудищ не снесли натиска и сорвались вниз, к земле, но большей частью выдержали воздушную атаку. Несколько роковых дамочек из воинства Комарильи вывалились из своих аэроступ и с воем полетели вниз. Зрелище фантасмагорическое.
   Тут в дело вступили черти Тараса Бурды и солдаты синеморского гарнизона. Последние стреляли из ружей без особого, впрочем, урона для змееящеров, а вот черти ловко забросали змееящеров бомбочками. Три попали в цель, разнеся тварей в ошметки. Еще несколько были ранены и поспешили удалиться от места воздушной баталии. К их числу относился и змееящер, несущий Гаппонка. Маг даже не успел толком поучаствовать в стычке: его тряхнуло так, что он едва не выпал из седла (точнее, хитрого аналога седла, крепящегося на спине летучего монстра). Наверно, Гаппонка совершенно не прельщала участь нескольких ведьм, отчего он поспешил направить своего подбитого летуна обратно к холмам, за которыми находилась разрушенная столица.
   Только теперь, после применения адских бомбочек, до меня дошло, почему не рекомендовали нашим наземным соединениям находиться точно под цеппелином и его «свитой». Если бы войска царя Урана Изотоповича, генерала Утеса и союзников шли боевым маршем точно под нами, бомбочки свалились бы прямо им на головы. А я бы, кстати, и не сообразил…
   Пока что стычка со змееящерами напоминает смехотворную пародию на воздушный бой. Собственно, могло ли быть иначе?.. Злобные ведьмы против каких-то вонючих ящериц, к которым приделали крылья, а в резерве черти с адскими бомбочками?..
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [25] 26 27 28 29 30

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация