А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Контракт с коротышкой" (страница 4)

   4

   Сначала Карен слышала только то, что говорил Гарри.
   Едва она вышла из спальни, до нее донеслось его извечное «Черт возьми!», и она почувствовала, как по телу побежали мурашки – ведь она вышла к изогнутым перилам, ограждающим лестничную площадку, в одной футболке и трусиках. Ее взгляд был устремлен на зал первого этажа – в темноту, если не считать освещенного прямоугольника у двери кабинета. Прошло несколько минут. Карен уже собиралась вернуться в спальню и позвонить в полицию, как снова раздался голос Гарри: «С какими людьми?» И еще раз, но уже резче: «С какими людьми?» Гарри старался произвести впечатление крутого. Неплохой знак. Вряд ли он стал бы разговаривать с грабителем подобным тоном. Маленький Гарри Зимм с перманентом на голове любил показать себя крутым. Потом Карен вдруг подумала, уж не беседует ли Гарри сам с собой, махнув еще виски, разумеется.
   «С какими людьми?»
   Скорее всего, он имеет в виду людей, из-под колпака которых пытается сейчас уйти, своих инвесторов, этих темных личностей. Гарри пытается убедить себя, что никаких проблем не существует.
   «С какими людьми?»
   Как будто говорит: «Что, с этими людишками?» – чтобы дерьмо, в которое сам вляпался, выглядело пустячным делом.
   Возможно. Он часто разговаривает сам с собой, как следует заправившись виски или переписывая диалог в сценарии. Когда они еще жили вместе, он зачитывал ей некоторые фразы вслух. Мысль о том, что Гарри напился и пытается сам себя успокоить, ей понравилась. Это все-таки лучше, чем думать о том, что кто-то вломился в дом и до сих пор не ушел. Разговор Гарри с самим собой имеет хоть какой-то смысл.
   Но тут из кабинета донеслась еще одна реплика:
   – Ты меня слышал.
   Карен схватилась рукой за перила.
   Именно так. «Ты меня слышал», а потом тишина.
   Мог ли он сказать такое сам себе? Вряд ли. Если, конечно, он не разыгрывает придуманную им же сцену – вдруг он сейчас представляет, как будет вести разговор с этими денежными мешками? «Ты меня слышал». Гарри терпеть не мог, когда его жизнь контролируют посторонние, то есть не связанные с киноиндустрией люди. Он всегда называл инвесторов неизбежным злом. Хотя она ведь говорила с ним сегодня и вроде бы Гарри ничего, держался…
   Только вот выглядел ужасно.
   За последние десять лет он превратился в толстого шестидесятилетнего старичка с завитыми волосами. А она когда-то считала его гением, потому что он мог снять художественный девяностоминутный фильм всего за десять дней, а еще через две недели уже назначить просмотр рабочей копии.
   Когда Гарри снимал первую часть «Гнусных тварей» в Гриффит-парке, она читала текст в трусиках и лифчике, чтобы, по его словам, у него сложилось впечатление о ее фигуре. Карен роль получила и спросила, причем здесь фигура, если он снимает фильмы ужасов и боевики. Тогда Гарри объяснил ей принципы работы студии «ЗигЗаг продакшнс». «Зиг» – это фильмы о маньяках, сбежавших из лечебницы для сумасшедших, и обезумевших от наркотиков байкерах. Никаких тебе вампиров или оборотней, ее никогда не покусают и не съедят. «Заг» – это фильмы о мутантах, питающихся радиоактивными отходами, гнусных тварях, семифутовых крысах и опарышах размером с подводную лодку. Но немножко тела не помешает в обоих жанрах. Она сказала, что если он думает о виде спереди безо всякой одежды, то лучше сразу забыть об этом. Она не снимается в порно – ни в мягком, ни в жестком. Она может переспать с ним один раз, если надо, но только за очень хорошую роль. Гарри выглядел оскорбленным. «Как вам не стыдно! – возмутился он. – Ведь по возрасту я гожусь вам в дяди. Впрочем, мне нравится ваша наглость и то, как вы говорите. Вы случаем не из Техаса родом?» Она признала, что он почти угадал, родом она из Аламогордо, где отец служил ракетчиком, а мать торговала недвижимостью. А еще она сказала, что изучала актерское мастерство в Нью-Мексико, но, приехав сюда, не поднялась выше официантки. «Давайте послушаем, как вы кричите», – предложил Гарри. Она от души завопила, он улыбнулся и констатировал: «Готовьтесь стать звездой».
   Гнусные твари замучили Карен спустя каких-то двадцать минут после ее первого появления на экране.
   Майкл, который тоже пробовался на роль, но был отвергнут, сказал потом, что, слава Богу, ей посчастливилось не торчать на площадке до конца съемок. Тогда, пятнадцать лет назад, на съемках «Гнусных тварей» она только познакомилась с ним, потом встречалась несколько раз, но отношения их стали серьезными, лишь когда Майкл стал звездой, а она стала жить с Гарри… вернее, уже устала от жизни с ним, начала дерзить, спорить, придираться к тупым репликам, подобным той, о которой он вдруг напомнил ей в постели.
   «А может, это просто ветер?»
   Знал ведь, что эту реплику она никогда не забудет.
   Надо было не таращиться на него, а поинтересоваться так, скептически: «В чем дело, Гарри? Чем я могу помочь тебе?»
   Нужно было заставить его выложить все напрямую, без всяких там путешествий в страну воспоминаний. Все и так очевидно. Гарри надеется, что она использует свое влияние и устроит ему встречу с Майклом, и в то же время хочет, чтобы она сама додумалась до этого – так сказать, расплатилась с ним за то, что он ввел ее в мир кино и сделал звездой «ЗигЗаг продакшнс».
   Но зачем было вспоминать эту нелепую фразу?
   Впервые прочитав ее, она уточнила: «Ты, наверное, шутишь?» Гарри лично ее придумал, в сотый раз переписывая и перекраивая диалог. «Да, звучит тупо, но сработает, – возразил он. – Кто-то срывает крышу с дома, ты смотришь вверх и говоришь парню: „А может, это просто ветер?“ И знаешь, почему ты так говоришь?» – «Потому что тупа как пробка». – «Потому что хочешь, чтобы это был ветер, а не этот долбаный маньяк. Звучит, возможно, тупо, но позволяет зрителям разрядиться нервным смехом». – «За мой счет». – «Не надо дуться, крошка. Мы работаем в индустрии развлечений. Кинематограф – не более чем розыгрыш. Если станешь относиться к нему серьезно, беды не миновать».
   Карен согласилась. Фраза вызывала смех, и картина, стоившая четыреста тысяч в производстве, собрала более двадцати миллионов прибыли по всему миру. Карен заявила, что эта реплика, по ее мнению, полное барахло. На что Гарри ответил: «Да, барахло, но мое. Благодаря ей я если и не стану знаменитым, то по крайней мере разбогатею».
   Утром она может спросить его: «Кто учил меня не относиться к кино серьезно?» Гарри, мечтающий о картине с бюджетом в двадцать с лишним миллионов, производство которой ему никогда не запустить, о контракте со звездой, которого ему никогда не подписать. С ее помощью или без.
   А еще она спросит: «Помнишь, вечером я говорила о роли, которую мне предложили?» После семилетнего перерыва. Она думала, что Гарри проявит хоть какой-нибудь интерес – по крайней мере, его любопытство взыграет. «Помнишь, я хотела поговорить с тобой, а ты сказал только: „Да? Замечательно“?»
   Карен даже вошла в роль. Она стояла на лестнице в одной футболке и трусиках и представляла холл внизу съемочной площадкой.
   Освещение будет продумано так, чтобы отбрасывать мрачные тени, Карен будет одета не в футболку, а в полупрозрачную ночную рубашку. Услышав какой-то звук, она тихо спросит: «Гарри, это ты?» Начнет спускаться по лестнице, но замрет, увидев появившуюся из кабинета тень. Снова спросит глупо и нерешительно: «Гарри?» – прекрасно зная, что это – не Гарри. Если эта тень – «Зиг», то вот-вот появится маньяк, поднимет глаза, увидит ее. Если же эта тень – «Заг», за Карен помчится жуткий огромный мутант. В любом случае Карен издаст свой знаменитый крик, который обеспечит фильму успех, зрителям – мурашки по телу, Гарри – много-много денег.
   Карен откашлялась. Она всегда так делала перед съемкой. Откашливалась и набирала полную грудь воздуха. Разумеется, ради собственного удовольствия она никогда не кричала – какое ж в этом удовольствие? После трех дублей – лимита Гарри – у нее начинало болеть горло.
   В доме было так тихо.
   «Может, крикнуть один раз? – подумала она. – Посмотреть, что произойдет…»
   И почти в тот же миг услышала голос Гарри, донесшийся из кабинета:
   – Так и будем сидеть всю ночь?
   Теперь она явственно различила голос другого человека, но слов не разобрала. Гарри спокойно вел разговор с каким-то типом, вошедшим, вернее, вломившимся в ее дом. К этому стоило отнестись серьезно. Опять голос Гарри. На этот раз ошибки быть не могло.
   – Да? И в чем суть? Такие знакомые слова.
   Пока они жили вместе, она слышала этот вопрос каждый день. Гарри привлекал ее к разработке сценария, так как сам терпеть не мог читать. «И в чем суть?» И плевать на какое-то там либретто, на какое-то начало. Гарри считал, что для описания любого фильма три фразы – это более чем достаточно. Максимум пятьдесят слов.
   Карен прошла через спальню в ванную и включила свет. С минуту причесывала волосы перед зеркалом.
   «И в чем суть?» Суть та же, что и везде в Голливуде. Кто-то пытается втюхать свой товар.

   5

   – Так тебя зовут Чили?.. извини, фамилию не расслышал, – произнес Гарри, когда они еще сидели в кабинете и только собирались перейти в другую комнату.
   Чили сказал, что его зовут Чили Палмер, и Гарри так на него посмотрел… «О?» Будто ему было интересно узнать его настоящее имя.
   Сейчас они переместились на кухню. Она была ничуть не меньше той, в отеле «Холмхерст» в Атлантик-Сити, где он пару летних сезонов мыл посуду, когда был еще мальчиком и до того как отель снесли и устроили на его месте автостоянку. Бутылка «Девар», вернее, то, что от нее осталось, ведерко со льдом на разделочном столике. Кастрюли и сковороды различных форм и размеров на решетчатых полках над головой. Он увидел, как Гарри, сидящий на другом конце стола лицом к двери, уже собрался было выпить, но поднял голову и замер.
   – Карен? – несколько удивленно спросил он и все же выпил. – Карен, познакомься с Чили Палмером. Его прислал Дик Аллен. Помнишь Дика из «Месаса»? Чили, это Карен Уир.
   – Флорс, – поправила Карен.
   – Точно, – согласился Гарри, – ты же вернула себе старую фамилию.
   Приход Карен прервал Чили, который уже начал излагать идею своего фильма. Впрочем, он не возражал – это был шанс познакомиться с ней лично. Не убирая рук со стола, он поглядел через плечо на стоящую в дверях звезду. Она показалась ему более маленькой, чем в кино – не более пяти футов двух дюймов, – да и весила, на его взгляд, всего фунтов девяносто девять. Выглядит, впрочем, чудесно, но где копна светлых волос? Где груди, казавшиеся слишком большими для ее стройной фигуры?
   – Рад познакомиться, Карен, – сказал он, вежливо кивнув. – Как поживаете?
   Она не ответила, лишь молча смотрела на него, как будто пыталась вспомнить, встречались ли они раньше. Или, сложив руки на груди, специально позировала – в футболке команды «Лос-Анджелес Лейкерс», едва прикрывающей ей бедра и выглядящей крошечным мини-платьем. Середина ночи, незнакомый мужчина в доме, вся напряглась, наверное, но старается не подать виду. А ноги очень красивые и загорелые.
   – Чили звонил тебе на днях, – продолжал Гарри. – Сказал, что, поговорив с тобой по телефону, сразу понял – рано или поздно я здесь появлюсь. Представляешь?
   Настроение Гарри, когда они перешли на кухню за льдом и выпивкой, изменилось в лучшую сторону. Он стал более разговорчивым и, выслушивая замысел фильма, все время вставлял свои замечания.
   Чили выпрямился, провел ладонями по куртке, расправляя складки. Подумал, что неплохо бы встать, но было уже слишком поздно. Ему нравилось, как Карен смотрит на него, не нервничая, ничем не выражая своих чувств и тем более не пытаясь закатить сцену. Настоящая Карен. Не актриса, которая жутко визжит, завидев маньяка с кухонным ножом, семифутовую крысу или огромных клещей, обожравшихся человеческой крови. Ему нравились ее волосы, сейчас густые и темные, челка, почти закрывающая один глаз. Он заметил, насколько тонка ее шея, и скинул еще несколько фунтов, определив вес Карен в девяносто пять. Ей было уже за тридцать, но внешность ее почти не изменилась, по крайней мере в худшую сторону.
   – Он рассказывает мне идею фильма, – пояснил Гарри. – Весьма неплохо. Пока.
   Он взмахнул стаканом:
   – Расскажи Карен, узнаем ее мнение.
   – С самого начала?
   – Да. – Гарри посмотрел на Карен: – Может, присядешь? Выпьешь что-нибудь?
   Она покачала головой:
   – Спасибо, Гарри, мне и так хорошо.
   Ему нравился ее голос, то, как тихо она говорит. Она снова смотрела на него – с любопытством, как на прослушивании актера.
   – Как же вы попали в мой дом?
   – Через черный ход, со стороны патио.
   – Взломали дверь?
   – Нет, она была открыта, вернее, не заперта.
   – А если бы была заперта?
   Хороший вопрос. Отвечать на него, впрочем, не пришлось, так как в разговор вмешался Гарри:
   – Он работает на Дика Аллена. Его послали проверить, как у меня дела.
   – А, – Карен понимающе кивнула. – И это дает ему право вламываться в мой дом.
   Чили промолчал. Ему нравилось, как она ведет себя в данной ситуации. Если Карен и была раздражена, то никак этого не проявляла.
   – Он понял, что я здесь появлюсь, – продолжил объяснения Гарри, – просто поговорив с тобой по телефону.
   – И с чего он это взял? Я ляпнула что-нибудь лишнее?
   – Определил по интонации твоего голоса. Ему так показалось. Так ты будешь слушать, что он придумал?
   Чили наблюдал за Карен. Сейчас ему казалось, что она вот-вот скажет «нет» и предложит выметаться из ее дома к чертовой матери. Но она ничего не произнесла, вернее, Гарри не дал ей такой возможности:
   – Фильм о парне, который наказал авиакомпанию на триста тонн. Расскажи ей.
   – Ты только что сам все рассказал.
   – А ты расскажи, как рассказывал мне. С самого начала. Посмотрим, как развивается сюжетная линия.
   – Ну, в сущности, – начал Чили, – этот парень должен одному ростовщику пятнадцать штук плюс проценты за несколько недель просрочки. Парень владеет химчисткой, но просаживает все заработанные деньги на бегах.
   Чили увидел, что Гарри хочет сделать замечание, и намеренно сделал паузу.
   – Понимаешь, что он имеет в виду? Парень занял деньги у ростовщика. В такой ситуации или ты отдаешь долг, или тебе ломают ноги.
   – Или считаешь, что тебе могут сломать ноги, – перебил его Чили. – Нужно понимать, ростовщик занимается таким же бизнесом, как и все нормальные люди. И занимается своим делом не для того, чтобы причинять боль, а только ради денег. Обратившись к нему, вы должны отдавать себе отчет, что каждую неделю вам придется выплачивать проценты. Не нравится – не обращайся.
   – Да? – притворно удивилась Карен, как бы предлагая ему продолжить.
   – Но если ты не выплачиваешь долг с процентами, – вновь вмешался Гарри, – тебе ломают ноги, или еще что похуже.
   – Такое случается, – согласился Чили, глядя Карен прямо в глаза, – но, как вы понимаете, крайне редко. О таком можно услышать лишь один раз в жизни, не чаще.
   – Если парень считает, что с ним такое не случится, у тебя автоматом пропадает сюжет. Он оказался в самолете только потому, что был напуган до смерти и пытался спасти свою жизнь.
   – Верно, – кивнул Чили. – Парень напуган. Я лишь хотел сказать, что ноги ему никто ломать не будет, ведь он задолжал проценты всего за несколько недель. Но парень этого не знает, а потому садится в самолет.
   – Дело происходит в Майами, – встрял Гарри, – а летит он в Вегас. У него есть несколько баксов, и он решил, что это его единственный шанс.
   – Он садится в самолет. – Чили снова ощутил на себе взгляд Карен. – Но самолет продолжает стоять у посадочных ворот и никуда не двигается. По трансляции объявляют, что возникли технические неполадки, на устранение которых потребуется примерно час, и пассажиров просят оставаться на местах, на тот случай если самолет починят быстрее. Парень начинает нервничать, он не в состоянии просто сидеть и потеть в самолете. Тогда он идет в коктейль-бар и начинает глотать стакан за стаканом. Самолет улетает, как раз когда он сидит за стойкой…
   – И парень уже так нажрался, – вновь вмешался Гарри, – что даже не подозревает, что самолет улетел.
   – Верно, – согласился Чили. – Честно говоря, он еще находился в баре, когда люди вокруг заговорили о катастрофе, но был в таком состоянии, что даже не понял, что разбился самолет, на борту которого он якобы находился. Как объявили, самолет из-за ветра не смог набрать высоту, упал в болото Эверглейдс и там рванул. Погибли все находившиеся на борту – всего сто семнадцать человек, включая экипаж. Узнав, что это был его рейс, парень просто не поверил в это. Ведь он погиб бы, если бы остался в самолете. А еще он сразу смекнул, что в его судьбе произошли изменения к лучшему. Если все сочтут, что он погиб, ему не придется выплачивать ростовщику пятнадцать тонн с процентами, а таковых четыреста пятьдесят баксов в неделю. Кроме того, ему привалила куча денег.
   Карен явно хотела что-то сказать, но ее опередил Гарри:
   – К тому же его задница цела и невредима.
   – Проценты с пятнадцати тысяч составляют четыреста пятьдесят баксов в неделю? – все-таки спросила Карен.
   – Именно, три процента.
   – Но в неделю… Это же сто пятьдесят процентов в год.
   – Сто пятьдесят шесть, – поправил ее Чили. – Знаете, это не так много, как кажется. Некоторые заряжают и побольше, скажем, с пяти штук при краткосрочной ссуде снимают шесть процентов.
   Она пожала плечами, продолжая стоять со скрещенными на груди руками.
   – В общем, парень взял «Геральд», – продолжил Чили, – чтобы посмотреть, внесли ли его имя в список жертв. Понимаете, самолет упал в болото и взорвался, поэтому многие тела невозможно было не только опознать, но и найти. От некоторых были найдены только части, например руки. Многие обгорели до неузнаваемости. Своего имени в списке парень не нашел, а потому заставил свою жену позвонить в авиакомпанию и сказать, что ее муж летел этим рейсом. Ее привезли в аэропорт, где опознавали тела и личные вещи, которые не сгорели дотла. Видите ли, сумки-то парня остались в самолете… Да, а трупы хранились в рефрижераторных грузовиках прямо в аэропорту, в ангаре. Впрочем, никаких тел жене не показывали, попросили лишь принести медицинскую карточку мужа от дантиста. Жена сказала, что Лео не ходил к дантисту с тех пор, как они поженились. Да, парня звали Лео, Лео Дево.
   Карен прислонилась к дверному косяку, и Чили заметил, что она босая. Интересно, а под футболкой – судя по всему, спит Карен именно так – на ней что-нибудь есть?
   – Одним словом, жена опознала вещи из сумок Лео. Пояснила, что именно следует искать, и вещи были найдены. Рубашки с монограммами, бритвенный станок, которым он пользовался – вещи, о существовании которых могла знать только она. Таким образом Лео опознали, и его имя напечатали в газете. Прошло несколько дней, и к жене пришли представители авиакомпании, сказали, что выражают свои соболезнования в связи с ее утратой, предложили заключить соглашение о выплате компенсации, сумма которой была специально рассчитана и равнялась той, что он мог бы получить, проработав в химчистке до конца своих дней. У Лео были проблемы с почками, и авиакомпания отпустила ему примерно десять лет жизни.
   – Да, но смысл-то, смысл! – опять вмешался Гарри. – Самое смешное состоит в том, что парень даже представить себе не мог, что получит компенсацию. Он бы удовольствовался, просто ускользнув от ростовщика, а тут он вдруг понимает, что может предъявить авиакомпании иск, скажем, на миллион. Это же мечта неудачника, но сейчас он мудро решил не испытывать судьбу…
   – И сколько предложили жене? – спросила Карен.
   Чили собирался было ответить, но его опередил Гарри:
   – Триста тонн, крошка, и они согласились – лучше деньги в руке, чем… В общем, парень заставил жену обменять чек на наличные и сорвался в Лас-Вегас, забрав с собой все деньги. Добравшись туда, он должен был позвонить жене и сказать, когда ей можно будет приехать… Погоди, он же звонил ей пару раз.
   – Дважды, – уточнил Чили. – Но, в сущности, водил ее за нос.
   – А после этого – ничего, – продолжил Гарри. – Ни единого слова. Тем временем парню подфартило. Сделал из трехсот тысяч почти полмиллиона…
   – И переехал в Лос-Анджелес… – вставил Чили, но замолчал, увидев поднятую руку Гарри.
   – Парень сходил с ума: он выигрывал, но не мог никому рассказать, кто он такой. О мотивировке – желании быть знаменитым, общаться со звездами, собирающими полные залы, – можно сообщить как бы ненароком, вскользь. Теперь у него есть деньги на осуществление мечты, на то, чтобы купить себе дружбу звезд, и он не в силах бороться с искушением. Несмотря на то что его могут обвинить в мошенничестве, может пристрелить ростовщик, он решает: «А, была не была! Надо попробовать!» А где еще пробовать, как не в Голливуде? Кстати, неплохое название – «Была не была!», – все это Гарри залпом выпалил Карен и только потом оглянулся на Чили: – Итак, он отправился в Лос-Анджелес…
Чтение онлайн



1 2 3 [4] 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация