А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Тюрьмой Варяга не сломить" (страница 29)

   Глава 40
   Не лезь на рожон

   Разместив вновь прибывших по баракам, Беспалый отправил дежурного офицера за Щеголем. Так он поступал только в исключительных случаях, и Щеголь по рангу посыльного уже без труда мог судить о серьезности разговора. В этот раз пришел старший лейтенант Кузьмин – значит, случилось что-то очень важное.

   В комнате начальника зоны было по-холостяцки просто: стол, два поцарапанных стула, в углу старенький «Рекорд». Единственным украшением остались пестрые занавески, вышитые под лубок.
   Едва Щеголь перешагнул порог, как Беспалый жестко произнес:
   – Хочу тебе сказать, Стась, что если ты сейчас не поднимешь свою задницу, то твоему сытому царствованию придет конец.
   – В чем дело, начальник, говори, не тяни кота за муди, – занервничал Щеголь.
   – В нашу зону направили Варяга.
   – Смотрящего России?
   – Да, его самого. Для меня, поверь, это тоже было полной неожиданностью.
   – Почему именно сюда? Что, мало зон по России?
   – В этом-то и весь вопрос. Полагаю, одна из причин в том, что Варяга не желает принимать ни одна козырная тюрьма в России. Все боятся, что заключенные могут забузить. А получить бунт зэков – это все равно что сесть на горящий ящик с динамитом. Конечно, его могли таскать годами по пересылкам, но это тоже чревато – неизвестно, до чего он может договориться с друганами. Самое лучшее для такого – запихнуть куда-нибудь в глубинку, где он не особенно известен. Скорее всего, именно поэтому была выбрана наша колония. К тому же она образцовая!
   – У тебя колония «сучья», начальник. Почему такого вора, как Варяг, направляют сюда?
   Беспалый пожал плечами:
   – Может, они хотят превратить его в суку?
   – Ошибаешься, начальник, такого вора, как Варяг, сукой вряд ли сделаешь, – в голосе Щеголя послышалось раздражение. – Скорее всего, он сам любую зону перекует в воровскую.
   – Ну это мы посмотрим, – сквозь зубы процедил Беспалый. – Мы его парашу хлебать заставим, или нам грош цена. И этого я добьюсь с твоей помощью.
   – Шутишь, Александр Тимофеевич? – задумчиво сказал Щеголь. – Ты хочешь, чтобы я заставил хлебать парашу смотрящего всея Руси? А ты не подумал, что раньше, чем я подам сигнал, меня зэки пришпандорят гвоздями к стенке, да так, что потом не отдерешь.
   Беспалый смерил Щеголя долгим, изучающим взглядом:
   – А ты не ссы, Стась! Еще не вечер, не так страшен черт, как его малюют!
   Беспалый не стал раскрывать Щеголю всю правду. В этот раз дело обстояло куда сложнее – вместе с извещением о приезде «высокого гостя» он получил депешу из ФСБ, в которой предписывалось оставить Варяга в живых, но поставить крест на его воровской карьере. Один из вариантов морального уничтожения смотрящего – скомпрометировать его перед другими осужденными. А когда ореол померкнет, тут и наступит момент, чтобы использовать Варяга в каких-то серьезных политических играх.
   – Ошибаешься, Стась. Тебя никто не будет распинать, ты ведь не Христос. Это была бы для тебя слишком большая честь. Скорее всего, зэки зарыли бы тебя в землю живьем. – Щеголь сидел напротив Беспалого с вытаращенными от возмущения глазами, кулаки его стали непроизвольно сжиматься. – Ладно, ладно! Я пошутил, – наконец заулыбался Беспалый. – Можешь не беспокоиться: этого не случится, ты мне слишком дорог, чтобы я так просто расстался с тобой. У нас выйдет все, как я задумал.
   – Мрачно шутишь, Александр Тимофеевич! А насчет того, чтоб так просто сломить Варяга, – Щеголь покачал головой, – сомневаюсь. Но я готов служить. Что для этого нужно?
   – Для этого ты должен строго придерживаться всех моих инструкций. Не мне тебя учить, что братва умеет отличать фальшь от искренности. Один неверный шаг – и тебя прирежут, как барана. Мы будем идти очень хитрым путем.
   – Неужели ты дашь мне на Варяга компромат? – Щеголь поднял на Беспалого глаза.
   Подполковник Беспалый давно изучил своего подопечного. Иногда ему казалось, что Щеголь не умеет удивляться, и даже самая ошеломляющая новость лишь едва отражалась на его костлявом лице. На самом деле Стась гениально умел сдерживать эмоции и порой своей невозмутимостью напоминал идола. Единственное, в чем он давал слабину, так это в сентиментальности. Но подобная слабость была присуща едва ли не всему племени воров. Беспалому не однажды приходилось выслушивать от блатных щемящие истории о загубленной юности, видеть горькие слезы при исполнении «Мурки» или какой-нибудь другой блатной песенки, и в эти минуты всегда казалось, что беседуешь не с вором-рецидивистом, за плечами которого по нескольку ходок и убийств, а с наивным подростком, тоскующим по материнской ласке.
   – Ты меня поражаешь своей наивностью, Стась. Еще один такой вопрос, и я подохну от смеха. Если даже компромата на Варяга и нет, то его нужно будет сварганить. Жизнь ведь гораздо богаче и сложнее, чем нам порой видится. Варяг не мальчик, у которого все впереди. Он успел натворить уже столько, что многим хватит на несколько жизней. И мне не верится, что он ни разу не споткнулся – просто надо внимательно порыться в его прошлом. Я сделаю все от меня зависящее, да и ты уж постарайся, порасспрашивай людей. Если нам удастся провернуть это веселенькое дельце, то почему бы тебе не стать смотрящим по нашему региону?
   От Беспалого не ускользнуло, как лицо Стася при этих словах напряглось, а сам он приосанился.
   – Вижу, ты крепко обо всем подумал, Тимофеич. По рукам. Но только как ты себе все это представляешь? Вот, скажем, завтра, по-твоему, я должен идти к нему на поклон как к смотрящему?
   Беспалый уже не однажды мысленно прорабатывал аналогичную ситуацию. Он и сам неясно представлял себе всю картину с законным – оставаясь в заключении, вор не терял своего прежнего могущества, и в его силах было приговорить даже начальника колонии к смерти только за невежливое обращение к своей персоне. Александр Беспалый очень хорошо знал такие зоны, где истинными хозяевами были «воры в законе», а начальник безропотно исполнял их волю.
   Беспалому такая участь не грозила – сразу же посадив Варяга на иглу, он решил подчинить себе само сознание смотрящего; а дальше как можно быстрее Варяга нужно скомпрометировать или опустить с помощью беспредельщиков.
   – Первое, что я тебе посоветую, Щеголь, это не лезть понапрасну на рожон. Если представится возможность стать его другом, не отказывайся. Хотя мне известно, что Варяг очень недоверчив и чрезвычайно осторожен, как старый покусанный волк. Но если тебе удастся завоевать его доверие или, коли повезет, сделаться его приятелем, то это нам на руку. Может, ты узнаешь кое-что о тайнах российского «общака», тебе потом это очень поможет при продвижении наверх. Когда же почувствуешь, что помощь Варяга тебе уже не нужна, – вот тогда и толкнем весь арсенал компромата. Варяг долго был при «общаке», а там ведь всегда не все гладко и чисто, – Беспалый усмехнулся. – Может, недостача какая вскроется. Может, еще что… Ты дружи с ним, Стась. А остальное за тебя отмороженные сделают. Ну, на сегодня все, дуй в барак. И с богом!

   Глава 41
   Не верь легавому!

   Буквально через день к вечеру Щеголь сам напросился на встречу с Беспалым. Он лично знал, Александр Тимофеевич терпеть не может самодеятельности, и если сам не вызывал своего верного пса, то ужасно не любил, когда тот скребся непослушной лапой у него под дверью. Но Щеголь уже с утра ощущал свербящее беспокойство. Он чувствовал, что на зоне происходят вещи странные и необъяснимые, и не мог дождаться, когда начальник кликнет его сам и раскроет ему глаза на последние события. Но просто так, без повода, идти к Беспалому было тоже нельзя. И Щеголь решил повод найти, тем более что вся зона только и судачила о семерых не то «чокнутых», не то больных, которых привезли с последней партией и разбросали по разным баракам.
   Значит, Варяг прибыл на зону не один.
   Также Щеголь хотел поподробнее расспросить у Беспалого, что случилось в камере, куда поместили в край обессилевшего Варяга. Да и расстрел на этапе со станции сильно тревожил Щеголя. Вопросов было больше, чем ответов. Когда Щеголь вошел в кабинет, Беспалый сидел за столом. Перед ним горела настольная лампа. Видно, он работал, а Щеголь прервал его. Теперь выволочки не миновать. Беспалый никому не спускал ошибок. Щеголь виновато стоял в дверях, переминаясь с ноги на ногу и исподлобья поглядывая на конвоира.
   – Ну что тебе? – недовольно спросил Беспалый, едва охранник вышел в коридор. – С делом пришел или так просто – поздороваться?
   – Тимофеич, что-то Мулла меня беспокоит, – не зная, как начать разговор, брякнул Щеголь.
   – А я тебе говорил: не надо долго яйца чесать! – грубо отозвался Беспалый и хохотнул. Настроение у него почему-то было неплохое, и Щеголь понял, что гроза вроде бы прошла стороной.
   Он приблизился к столу и затараторил:
   – Активность бурную развел старик. Интересуется вновь прибывшими. Люди его мельтешат по баракам, суетятся, а я не могу понять, что происходит – все делается тихой сапой, Александр Тимофеевич!
   – И какого хрена ты мне все это рассказываешь? – незлобно воскликнул Беспалый. – Коли ты ничего понять не можешь, какого же лешего ты ко мне на прием пришел?
   Щеголь нервно поморщился и продолжил:
   – Так вот то-то и оно, Александр Тимофеевич. Было б мое положение немного другое на зоне, я бы, может, и побольше чего узнал.
   – Ты опять за свое! – недовольно протянул Беспалый.
   – Да я не про… – испугался Щеголь и резко свернул в сторону. – Я про то, что ты мне сам ничего не говоришь, не посвящаешь в события. Вот, скажем, я даже не знаю, что за чудаки к нам прибыли вместе с Варягом. Народ говорит, что какие-то они чокнутые. В бараках целыми днями валяются, дрыхнут, на работу не ходят. Два слова связать не могут. И вот что еще слышал, – тут Щеголь подошел вплотную к столу и наклонился к лицу Беспалого: – Слышал я, что к ним-то наш Мулла особый интерес имеет.
   – Что, очень интересуется? – с наигранным беспокойством спросил Беспалый.
   – Очень, Александр Тимофеевич.
   Беспалый встал из-за стола. Он прошелся по кабинету и остановился у занавешенного окна.
   – Ладно, Стась, разберемся с Муллой. Очень скоро разберемся… А ты вот что, проследи-ка, чтобы наши больные гости аккуратно посещали больницу. Можешь даже к ним приставить своих… санитаров. Пускай водят их под белы рученьки к Ветлугину в санчасть.
   – А что, они так сильно больны? – участливо спросил Щеголь.
   – Очень сильно. И учти, болезнь у них заразная, не дай бог тебе или кому из твоих ее подцепить. Так что не надо около них ошиваться. Ты меня понял? Глаз с них не спускать, но в обнимку не ходить.
   – Понял, Александр Тимофеевич. А что же все-таки это за птицы? Кто они такие?
   – Важные птицы, Стась. Они нам еще могут понадобиться. Со временем. Так что бери их под свою охрану. Смотри, чтобы с ними в бараках обращались по-человечески. Лишний раз пусть с кулаками не суются. Но и внимания к ним привлекать не стоит. Больные и больные. А кто они такие, не твоего ума дело, Стась. Ты знай свое место! – строго наказал подполковник Беспалый.
   Щеголь догадался, что невзначай попал в самую запретную зону. Если Беспалый осерчал за его любопытство, значит, тут явно дело серьезное. «Ну ладно, – подумал он, – ты, Александр Тимофеевич, напускаешь туману, но я-то сам выведаю, о ком это Мулла такую заботу проявляет. Ну а раз так, то и о моем деле теперь можно поговорить совсем по-другому».
   – Ладно, Тимофеич, извини за любопытство. Больше спрашивать не буду об этом, но вот скажи мне про другое тогда: не пора ли нам вообще старика задвинуть?
   Беспалый набычился.
   – Кто о чем, а чумазый про баню. Вижу, Щеголь, ты не на шутку паханом хочешь заделаться?
   – Ну вы же сами обещали! – хитро отозвался зэк. – Если паханом стану, так мне же легче будет всю зону в кулаке держать. Сами понимаете.
   Беспалый вздохнул, скривив губы.
   – Понимать-то, конечно, понимаю. Хорошо, давай такой уговор. Ты мне всю семерку будешь на поводке держать, а я тебя паханом сделаю. Муллу уберу. Слово даю.
   Щеголь не мог сдержать довольной улыбки:
   – Годится.
   – Сколько тебе, Стась, еще париться? – спросил неожиданно Беспалый.
   – Восемь лет. А что, хотите скостить?
   – Да нет, парень, наоборот. Я думаю, как бы ты часом не попал под какую-нибудь амнистию и не испортил бы мне таким образом все дело.
   – Может быть, потом походатайствуете, – неуверенно начал Щеголь. – Ну там за примерное поведение. Несколько месяцев на воле погуляю, на Канары съезжу.
   Беспалый с изумлением воззрился на обнаглевшего Щеголя.
   – Не резон блатному раньше времени откидываться. Так и авторитет можно подрастерять. И потом, ответь, милый ты мой: зачем же мне тебя паханом делать, коли ты раньше срока хочешь линять?
   Щеголь похолодел.
   – Да дело в том, что…
   – Нет, Стась, – перебил подполковник, – если хочешь быть здесь паханом, значит, тяни срок до последнего, а мечтаешь о воле – так не хрена нам с тобой тогда и толковать. Я ведь и другого найду. А теперь ступай, дел по горло!
   Щеголь ушел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Его одолевали невеселые думы: как же Беспалый так хитро обуздал его, что он и не заметил? А ведь поначалу казалось, что Беспалый играет по его правилам, а оно вот как повернулось. А теперь решил смотрящего чужими руками убрать. Нужно играть в собственную игру, иначе перо в бок можно получить от собственных гладиаторов.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 [29] 30 31 32 33 34 35 36 37

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация