А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Тюрьмой Варяга не сломить" (страница 19)

   Глава 28
   Вербовка

   Варяга привезли в серый пятиэтажный дом без вывески у входа. За тяжелой дверью парадного стояли двое милиционеров-охранников. Лейтенанты, как успел заметить Варяг. Взявшие его омоновцы показали одному из них какую-то бумажку, охранник молча кивнул и отошел в сторону. Лейтенантские погоны «вахтеров» говорили о многом. Видимо, доставили Варяга на спецявку городского УВД, и предстояла ему сейчас встреча не меньше чем с генералом.
   В сопровождении трех омоновцев Варяг поднялся лифтом на четвертый этаж. Его повели по длинному, тускло освещенному коридору. Пройдя шагов двадцать, остановили у двери, обитой черным дерматином. Открыли дверь и, ни слова не говоря, втолкнули внутрь.
   Смотрящий оказался в большом просторном кабинете. Единственное окно было занавешено тяжелой белой шторой. У окна стоял массивный письменный стол из красного дерева. На обитой зеленым сукном столешнице высилась древняя лампа под круглым стеклянным абажуром – такие лампы он видел в фильме «Ленин в Октябре». Со стены на вошедшего бросил суровый взгляд худой мужчина с бородой узким клином.
   «Ошибся, – подумал Варяг, – раз Феликс Эдмундыч висит, значит, фээсбэшная хаза». Только оглядевшись по сторонам, он обратил внимание на присутствующих. В кабинете их было двое – оба в генеральской форме. Физиономия одного из генералов показалась Варягу знакомой.
   – Ну, с приездом, господин Игнатов! – улыбаясь, обратился к нему генерал со знакомым лицом. – Как самочувствие?
   – Спасибо, вашими молитвами, – ответил в тон ему Варяг.
   – Артамонов, Кирилл Владимирович, – неожиданно представился генерал. – Мы ведь давно с тобой встречались, видно, не признал.
   Варяг ничего не ответил, неопределенно покачав головой, поморщился: прижатые к спине запястья в наручниках стали болеть, все тело ныло, в голове не проходил шум от удара. Заметив это, генерал-лейтенант кивнул омоновцам:
   – Снимите.
   Один из сопровождающих сразу же подошел к Варягу и освободил того от наручников. Владислав с облегчением стал потирать затекшие руки, молча разглядывая собеседников.
   – А это генерал-лейтенант Калистратов, – продолжал Артамонов. – С ним ты вряд ли встречался. Пойдем-ка прогуляемся на свежем воздухе. А то тут что-то душновато.
   Артамонов подошел к окну и откинул штору. За шторой оказался выход на лоджию. Генерал открыл дверь и вышел наружу. Он оглянулся на Варяга и кивнул головой, приглашая его последовать за собой. Варяг двинулся к двери.
   – Можно и прогуляться, – осторожно сказал он. – Как же не уважить таких радушных хозяев. Вижу, вы люди с понятием – и водочкой меня с дороги угостили, и закусочку славную соорудили, да вон еще, видать, кров бесплатный обещаете.
   – А ты, Варяг, остряк, – генерал Артамонов добродушно растянул пухлые губы в улыбке.
   – Посиди да побегай с мое – и ты остряком сделаешься, – сощурился Владислав, а потом, показав глазами на оставшихся в кабинете трех омоновцев, сжимающих в руках короткоствольные автоматы, доверительно поинтересовался: – Может, в комнате поговорим, а то ведь скажут потом… за попытку побега. Мне ведь такой расклад известен.
   Кирилл Владимирович перешагнул через порог и, пропустив за собой генерала Калистратова, плотно закрыл дверь.
   – Зона тебя сделала еще и очень недоверчивым. А может, ты всегда был такой, Варяг?
   – Как же мне быть доверчивым, если половину жизни пришлось общаться с такими, как вы?
   – Вижу, мы тебе здорово характер испортили, – встрял в разговор Калистратов. Ему определенно нравился новый подопечный. Если все байки, что о нем рассказывают, правдивы хотя бы на четверть, то он и впрямь личность незаурядная. – А это правда, что ты знаешь несколько языков?
   – Выбирай любой, на каком хотел бы услышать, как я тебя посылаю.
   Стоящий рядом генерал Артамонов расхохотался. Если бы не знать, что среди генералов безопасности находится вор в законе, то можно было бы предположить, что собрались старинные приятели поболтать о пустяках.
   – Верю. Но крепче русского все равно никак не скажешь.
   На улице было свежо. Трое мужчин стояли на лоджии, напоминавшей своего рода каменную палубу под крышей, тянувшуюся вдоль всего здания. Внизу, под этой палубой, Варяг увидел типичный внутренний двор тюрьмы: асфальтированный плац с клумбой посередине и четырех охранников с автоматами по углам.
   – Ну что, пройдемся? Здесь нам никто не помешает…
   И тут Варягу в голову пришла шальная мысль: «Уж не „жучков“ ли генерал боится? Что-то он не пожелал беседовать в кабинете? А если так, то, видно, разговор предстоит нестандартный».
   Генерал Калистратов подошел к перилам и глянул вниз. Потом обернулся к Варягу.
   – А что, Владислав, в Америке-то, пожалуй, тебе было неплохо. Я слышал, у тебя там крупное дело. Большие деньги водились. Живешь, говорят, в роскошном особняке в Калифорнии.
   Варяг выжидательно молчал. Он все еще не понимал, что хотят от него золотопогонники.
   – В общем, не буду тянуть кота за хвост, Варяг. Ты мужик крепкий, ушлый, тебя все равно не объегоришь. Говорю прямо: мы хотим заключить с тобой сделку. Деловое соглашение, если угодно. Считай, что это бизнес. – Генерал Калистратов внимательно посмотрел ему в глаза. – Суть дела в следующем: тебе гарантируется жизнь. – Он сделал многозначительную паузу. – И даже свобода. Не удивляйся – свобода. Для тебя все останется по-прежнему, так, как оно и было все эти последние годы. Ты ведь смотрящий России. Им и останешься…
   У Варяга потемнело в глазах. Так, господа хорошие! Теперь, кажется, туман рассеивается, ситуация проясняется. Во-он куда метнули!
   – Просто так такие обещания не даются. Что вам от меня нужно? – резко спросил он.
   Взгляд генерала Калистратова потяжелел.
   – Ты давно не был в России, Владислав. Ты вряд ли представляешь себе, что тут происходит. А на родине происходят весьма серьезные вещи. И в ближайшем будущем грядут большие перемены, Варяг. Телевизор-то смотрел, газеты читал? Даже в Штатах, поди, об этом пишут. Неспокойно у нас. Баламутно. А от Кремля, сам знаешь, как от камня, брошенного в пруд, круги идут по всей России. Перегруппировка сил – так это называется у нас на военном языке.
   Усмехнувшись, Варяг произнес:
   – В шахматах еще говорят: рокировка.
   – Верно. Ты же головастый мужик, должен понимать. Первый-то совсем плох стал. Не сегодня завтра помрет. И вот тут завертится кутерьма. А мы уже все подготовили. Всех своих людей по местам расставили. Но, как оно в России повелось, без вашей поддержки, особенно в Сибири и там, где имеется большое скопление зон, в основном это большие города… быстро и безболезненно смена караула произойти не сможет. Начнут появляться всякие умники, которые захотят протянуть лапы к народному добру, или, наоборот, бывшие чиновники расставаться со своим награбленным не захотят. Вот тут-то твои и должны нам помочь. Молодых людей у вас много, хватает и таких, кто держал в руках оружие, и твоего слова будет достаточно, чтобы прекратить всякую смуту. А всем необходимым мы вас снабдим. Понимаешь, о чем я говорю?
   Варяг был ошеломлен услышанным. Вот это да! Генерал при полной форме обращался к нему, смотрящему России, с просьбой о помощи! Генерал просил его, законного вора, повлиять своим авторитетом на людей, а то и просто помочь подавить возможный мятеж.
   – А скажи-ка мне на милость, генерал, – тихо заговорил он, – на кой черт понадобилось тебе моих ближайших друзей убирать? Зачем убили Нестеренко? Ангела? Сивого? Зачем застрелили Вику, она-то тут при чем? Что с Графом? И подозреваю, многие другие попали в вашу мясорубку. Если ты рассчитывал со мной в сделку вступить, какого же хера ты вокруг меня кровавое море разлил?
   Генерал-лейтенант Калистратов, похоже, не ожидал этих вопросов и не был готов к ответу. Немного смутившись, отвечал:
   – Я не знаю, Варяг, чьих это рук дело. Поверь, это не мой приказ. Я ведь тут, в Питере, сижу. Это могут быть московские структуры… А чем занимаются в соседнем ведомстве, я просто не могу знать. Будь моя воля, я бы никогда не отдал такого приказа. Все очень непросто, Варяг, очень непросто, ты себе даже представить не можешь. Одно тебе скажу: как у вас, воров, бывают несогласные и непокорные, так и у нас не все в одном строю ходят. Я бы никого из твоих людей убивать не стал. Но об этом после. Скоро власть в России поменяется – помяни мое слово. И к этой смене нам надо готовиться заранее. Вот почему и возникла идея тебя привлечь. – Варяг продолжал молчать. – Пойми, у тебя лично и в вашей воровской системе все останется по-старому, никто вас щемить не станет. Просто придут новые люди – от Кремля до какой-нибудь заштатной облдумы.
   – Зачем убрали Нестеренко? – непреклонно спросил Варяг.
   – Я догадываюсь, зачем его уничтожили. Он был упрямым, прямолинейным. С ним трудно было договориться. Ты молодой, хоть много уже в жизни повидал. Попробовал и горького, и сладкого. Тебе же есть что терять, Варяг. Если пойдешь с нами, получишь все, что имел, и даже больше. Не пойдешь – сгинешь где-нибудь в зоне.
   Варяг взглянул на генерала Артамонова. Тот все это время молчал и смотрел вниз, делая вид, будто ничего не слышит и разговор коллеги-генерала с арестованным вором его не касается. Теперь Артамонов покосился на Варяга, поймал его взгляд и чуть усмехнулся. Владислав не понял, что значит эта усмешка: то ли «ну и дурак же ты», то ли «ну что я могу сделать».
   – Вот что, генерал, – заговорил Варяг спокойно. – Не знаю, кто готовил тебе на меня «объективку» и читал ли ты мое дело. А мое досье на Петровке да на Лубянке потянет на «Войну и мир» Льва Толстого. Да только плохие у тебя референты. Ты, видно, забыл, что у меня корона. А она повесомее твоих погон и орденов будет. Я – вор в законе. Так что сукой никогда не был и быть не собираюсь. Ты волен упрятать меня в тмутаракань, но учти: где бы я ни находился, братва для меня всегда шконку поприличнее отыщет и хавку посытнее принесет. Кто моих друзей погубил, я все равно узнаю. И за измену накажу жестоко. И до убийц Вики доберусь лично – вот этими руками буду их на куски рвать. И за Егора Сергеевича отомщу всем – от заказчиков до исполнителей. А что касается власти, то вот тебе мой ответ: может быть, в Кремль ты и твои хозяева въедете на белом «Мерседесе», но в России вам не править. А захотите меня убить – что ж, на то божья воля. Смерти я никогда не боялся, от нее не бегал, хотя и на холку к ней не лез. И вообще, я удивляюсь: не слишком ли поспешно вы решили меня упрятать в зону? Против меня выдвинуто какое-то обвинение или, может быть, уже состоялся суд?
   – Не притворяйся наивным, Варяг. Нам известны многие из твоих грешков. Может, ты нам объяснишь, почему последние годы жил под фамилией Игнатова? Чем же таким тебе не угодила собственная фамилия? И потом, разве не ты смотрящий по России?
   – А разве у нас запрещены общественные организации? – не сдержал улыбки Варяг.
   – Ну, твой-то профсоюз явно проходит по всем статьям УК. Мы достаточно знаем о твоих делах не только в Америке, но и в России. Твоего досье хватит с избытком на то, чтобы отправить тебя в длительную командировку.
   – И когда же будет правый суд?
   – Не беспокойся, скоро.
   – И где же? Не в Кремлевском ли дворце съездов?
   – А ты не переживай. Подыщем хорошее место, ни одна собака туда не доберется.
   – Вот как! Оказывается, выбор уже сделан. Я-то думал, что судить меня будут непременно в столице, при огромном скоплении народа. Что об этом у нас напишут все центральные газеты, процесс непременно покажут по телевизору, снимут фильм и в назидание подрастающему поколению будут крутить в кинотеатрах. Западную прессу на уши поставят. А вы решили пойти по другому пути… Примитивно, генерал, недемократично, я ожидал от вас большего. А не боишься, что совершишь большую ошибку, посадив меня?
   – О чем ты? – нахмурился Калистратов. Назидательный тон вора начинал сильно его раздражать.
   Варяг вдруг понизил голос почти до шепота, так что генералам пришлось слегка податься вперед, чтобы услышать каждое произнесенное слово.
   – А вот о чем. Вспомните, какой начался в России беспредел, когда мусора пересажали всех законных? В уголовном мире не стало авторитетов, а их место мгновенно позанимали банды отмороженных и устроили в России такой шмон, такой террор, какого не было со времен Гражданской войны. Что бы вы там ни говорили, но при ворах в законе всегда был порядок. История повторяется, ты ведь изучал историю, генерал?.. Сейчас вы упрячете меня, и на некоторое время я потеряю контроль над ситуацией, а в Москве начнется такая резня, что вы сами меня позовете, чтобы я помог вам установить прежний порядок. Не говоря уж о новом.
   – А ты, Варяг, фантазер.
   – Нет, генерал, я реалист и знаю ситуацию в России куда лучше, чем вы. Если угодно, знаю ее изнутри!
   – Ладно, хватит нам твоих рассуждений, – резко прервал его Калистратов. – Поедешь за Урал, места эти для тебя знакомые. Боженька, создавая Сибирь, позаботился именно о таких людях, как ты, Варяг.
   – Я никогда не навязываю своих взглядов, – спокойно возразил Владислав. – Мое дело предупредить. Смотрите, как бы не вышло хуже.
   – Это теперь не твоя забота! – хмыкнул Калистратов. И, обернувшись к Артамонову, коротко добавил: – К подполковнику Беспалому его на зону командируем. Он с этим «философом» живо управится. И не таких типов обламывал Александр Тимофеевич!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [19] 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация