А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Наведение транса" (страница 8)

   Теперь вы можете перейти к сигнализации пальцами – чему мы вас научим завтра. "Продолжая глубоко спать и оставаясь в полном покое, вы ответите на вопросы, которые я вам задам, подняв один палец вместо «да» и другой палец вместо «нет». Человек находится в сильно измененном состоянии, в котором его нормальные сознательные ресурсы недостижимы, и потому вам не мешают. Теперь вы можете получить прямой доступ к информации, получая сигналы да/нет, или предложить изменения и новые виды поведения. Все это вы можете делать в этом же состоянии, не прерывая его сна.
   Женщина: А если дыхание клиента не меняется, когда я меняю мое дыхание? Значит ли это, что он в самом деле находится в состоянии физиологического сна?
   Нет. Вы можете добиться раппорта с человеком, находящимся в физиологическом состоянии сна. Разница в том, что вам понадобится больше времени следовать за ним, прежде чем вы сможете попытаться его вести. Если вы попытались вести и не получили реакции, это свидетельствует о том, что вы недостаточно долго подстраивались; вернитесь и подстраивайтесь дальше.
   Спящие люди реагируют, но медленнее и не столь заметно. То же относится и к людям в анестетическом сне во время операции. Многие врачи думают, что их пациенты, лежащие на операционном столе, полностью отсутствуют. Это просто неверно. Люди под анестезией принимают послегипнотические внушения быстрее, чем в любом другом случае. Их глаза закрыты, и их сознание сдвинуто «В подлиннике использовано слово из американского сленга…, означающее состояние под действием алкоголя или наркотика вроде ЛСД. – Прим. перев.», но это не значит, что у них не действуют уши.
   Однажды я работал с женщиной, жившей очень дикой и беспорядочной жизнью. Некоторые вещи, которые она делала, были для нее убийственны, и я пытался заставить ее измениться. Я работал с ней некоторое время и не мог осмыслить то, что она делала. Наконец, я повернулся к ней и сказал ей подчеркнуто: «Послушайте, вам совершенно необходимо прекратить эту дикую жизнь. Это не дает вам ничего хорошего, вы попросту теряете время. Что же заставляет вас это делать?» Вдруг ее ноздри резко расширились, и она сказала: «Да, я просто заморочена!» Я спросил: «Какой запах вы чувствуете?» Она снова втянула воздух и сказала: «Это пахнет как в больнице». Я спросил: «Причем тут больница?» Она ответила: «Знаете ли вы запах эфира?»
   Оказалось, что она в свое время подверглась операции. Она была в анестезии, и поскольку врач «знал», что она отсутствовала, он выражался свободно. Он посмотрел на ее внутренности и сказал: «Это выглядит ужасно. Думаю, она долго этого не выдержит!»
   Она выдержала. Иногда ничего нет лучше ошибки! Но она каким-то образом поняла слова врача в том смысле, что она не выдержит после операции, а не втечение операции. Слова эти были двусмысленны; врач должен был бы прибавить: «Но если она выдержит операцию, то все будет хорошо». Высказывание врача не имело ясного смысла, и она просто реагировала на него. После операции она решила, что ей осталось жить недолго, и не беспокоилась о том, как вредны для нее некоторые из ее поступков.
   Марта: Когда мы выполняли упражнение, и когда я входила в транс, что-то во мне удивлялось: «Неужели это со мной происходит?»
   Верно. Мы как раз говорили теперь о целой области интересных вещей, называемых «убедителями» «… означает „тот, или то, что убеждает“. Мы переводим это редко применяемое английское слово с помощью неологизма. – Прим. перев.». То, что убеждает Марту в гипнотическом опыте, отличается от того, что убеждает Билла или кого-нибудь другого.
   Партнер Марты: Меня это очень заинтересовало. Ее глаза расширились и закрылись, но потом она сказала, что у нее был все время внутренний диалог. Значит, это не был настоящий сомнамбулический транс?
   Разные люди по-разному понимают сомнамбулический транс. Я не знаю способа определить его для всех. Вообще, люди бывают убеждены, что находятся в трансе, если они испытывают нечто очень непохожее на их нормальное состояние. Но нормальное состояние одного человека может быть трансом для другого. Для человека, сознание которого специализировано в кинестетической области, убедителен будет, вероятно, ряд зрительных образов – живых, ярко окрашенных и устойчивых. С другой стороны, человек, не имевший за тридцать лет осязательных ощущений, будет скорее всего убежден переживанием детальных и сильных кинестетических ощущений.
   Мужчина: Вы раньше сказали, что если человек был в сомнамбулическом трансе, то у него не остается от этого сознательного воспоминания.
   Верно. Обычно бывает так, что после столь радикального изменения в сознании и возвращения в нормальное состояние на вопрос «Были ли вы в трансе?» человек отвечает: «О, нет! Я знаю, что происходило все это время». И если вы укажете какие-нибудь совершенные им конкретные поступки, он возразит вам: «Нет, я этого не делал! Вы меня разыгрываете». Таким образом, у него бывает полная амнезия, относящаяся к значительной части пережитого в трансе. Чтобы дать такому человеку субъективное удовлетворение от того, что он был в трансе, я делаю в ряде случаев послегипнотическое внушение, которое потом кинестетически включаю. Например, я внушаю что-нибудь очевидное и необъяснимое – скажем, снять один ботинок. Таким образом человек замечает, что произошло нечто, чего он не умеет объяснить.
   Вы можете также заранее выяснить для данного человека его «комплексную эквивалентность» относительно транса: какие конкретные сенсорные переживания могут доказать ему, что он был в трансе. Затем вы можете вызвать у него переживания этого рода.
   В действительности, для цели изменения личности безразлично, верит ли субъект, что он был в трансе. Важно лишь, чтобы вы сумели достигнуть измененного состояния и, используя его, помочь ему произвести нужные перемены.
   Когда вы как следует изучите гипноз, вы увидите, что вам никогда больше не придется выполнять «официальное» наведение транса, которое ваши клиенты признали бы как таковое. Вы сумеете наводить измененное состояние естественным путем, и вы сумеете использовать его для достижения изменений таким образом, что в сознании человека даже не возникнет представление о каком-то «гипнозе».
   Применениеякорейдлянаведениятранса_
   Для тех из вас, кто не знаком с понятием «якоря», мы дадим здесь некоторое представление об этом предмете. Применение якорей подробно описано в нашей книге «Из лягушек в принцы» (глава II), содержание которой мы не будем повторять. Но мы обсудим отношение якорей к гипнозу.
   Каждое переживание состоит из ряда компонентов: зрительных, слуховых, кинестетических, обонятельных и вкусовых. Якорное зацепление означает тенденцию одного из элементов переживания вызывать все переживание в целом. Все вы испытали переживание, когда, проходя по улице, вы ощущали какой-то запах, вдруг переносивший вас в другое время и место. Запах служит и «напоминанием» о некотором другом переживании. Это якорь. У любящих пар часто бывает песня, которую они называют «нашей песней». Это тоже якорь. Каждый раз, когда они слышат эту песню, они вновь испытывают те чувства друг к другу, какие у них были однажды, когда они назвали эту песню «своей».
   Многие наведения, которые вы здесь выполняли, включали применение якорей. Когда вы помогали партнеру достигнуть предыдущего переживания транса, вы использовали якори, уже зацепившие его в этом переживании. Когда вы просили вашего партнера принять то же положение тела, что при переживании транса, слушать голос гипнотизера, или делать еще что-нибудь, связанное с трансом, вы использовали естественно возникшие якори.
   Если человек может описать вам свое переживание транса в сенсорных терминах, то вы можете использовать якори, чтобы построить у него это состояние. Для этого надо лишь разбить его переживание транса на зрительные, слуховые и кинестетические компоненты.
   Если вы начинаете со зрительной компоненты, вы можете сказать: «Представьте себе, что вы в глубоком трансе; каким вас видят другие люди? Покажите мне это своим телом. Я отражу вас, вы получите обратную связь в том, что вы делаете, и тогда вы сможете приспособить ваше тело, пока то, что вы увидите, будет правильно». Когда субъект скажет вам, что все правильно, забросьте якорь прикосновением или звуком.
   Затем выясните, видит ли он внутренние образы, и если видит, то какие. Если его глаза остаются открытыми в глубоком трансе, спросите его, что он видит снаружи. Когда он извлечет ответ, зацепите якорем его состояние.
   Затем перейдите к ощущениям. «Представьте себе, что вы в глубоком трансе, что вы ощущаете? Как вы дышите? Покажите мне в точности, как вы расслабились». Когда он продемонстрирует свои ощущения, зацепите якорем это состояние.
   Слуховая компонента «глубокого транса» остается пока незацепленной. Вы можете спросить его, воспринимает ли он голос гипнотизера, и как этот голос звучит. Затем выясните, был ли у него в глубоком трансе какой-нибудь внутренний диалог, слышались ли какие-то звуки.
   Систематически проходя зрительные, кинестетические и слуховые переживания его транса, внутренние и внешние, вы зацепите все компоненты транса либо одним и тем же якорем, либо различными якорями. Если вы пользуетесь различными якорями для разных компонент, то вы можете затем привести в действие все якори одновременно, чтобы «напомнить» субъекту, что собой представляет транс. Это еще один способ использования якорей для наведения транса. Используя якори таким образом, вы можете даже построить переживание, которого у субъекта никогда не было раньше. Для этого надо попросту сцепить одним якорем разные компоненты переживания.
   Если вы уже навели состояние транса, вы можете установить якори таким образом, чтобы вы смогли при желании быстро возобновить этот транс. Когда я выполняю гипнотическое наведение, я всегда меняю тон моего голоса, стиль движений, позицию и выражение лица, чтобы один набор моих способов поведения связывался с трансом, а другой набор – с нормальным состоянием сознания. Если я уже однажды навел измененное состояние, это дает мне возможность быстро навести его снова, попросту начав мое «трансовое» поведение. Эти способы поведения служат подсознательными сигналами для перехода в транс. «Сигналы повторного наведения», применяемые гипнотизерами, представляют собой частный случай только что описанного использования якорей.
   Эффективные специалисты по коммуникации, работающие в разных областях, уже используют якори таким способом, хотя этого и не подозревают. В воскресенье утром я включил телевизор и увидел одного из проповедников. Этот проповедник говорил некоторое время очень громко, а затем вдруг сказал: «Теперь, пожалуйста, остановитесь и (мягким голосом) закройте глаза». Тон и громкость его голоса совершенно изменились, и члены его конгрегации закрыли глаза, демонстрируя то же поведение, какое я вижу у людей при медитации, у людей в глубоком трансе, у людей, сидящих в поездах, автобусах, самолетах, у пассажиров в машинах, присяжных в суде, у пациентов психотерапевтической группы, а также у психиатров, делающих записи при опросе клиента. Проповедник связал один тон голоса со своей обычной речью, а другой тон голоса с измененным состоянием, которое он называл «молитвой». Он умел использовать тон своего голоса, чтобы быстро наводить измененное состояние на всю свою конгрегацию.
   Если вы медленно изменяете тон вашего голоса, замечая, что человек переходит в измененное состояние, то изменение вашего тона связывается с переходом в измененное состояние. Если вы сохраняете этот измененный тон голоса, когда он достиг желательного для вас состояния, то он обычно останется в этом состоянии. Тон вашего голоса становится якорем этого измененного состояния.
   Если клиент входит в ваш кабинет, и если, усадив его, вы сразу же наводите на него транс, сохраняя нормальный тон вашего голоса, то у вас будут трудности в следующий раз, когда вы захотите обратиться к его сознанию. Переживание, связанное с вами и с вашим кабинетом, станет для него «напоминанием» для перехода в транс. И когда он в следующий раз войдет в ваш кабинет, когда вы его усадите и начнете с ним говорить, он начнет автоматически погружаться в транс.
   В начале моей карьеры гипнотизера у меня было много трудностей с клиентами, погружавшимися в транс, когда я хотел просто поговорить с ними. Тогда я еще не делал систематических различий в моем поведении. Если вы не делаете различий, то ваше нормальное поведение станет сигналом повторного наведения, хотите вы этого или нет. Если вы делаете различия между своим поведением, когда вы обращаетесь к клиенту на подсознательном уровне, и когда вы с ним общаетесь на сознательном уровне, то это дает вам систематический выбор, хотите вы или нет удержать в рабочем виде его сознательные ресурсы. Если у вас частная практика, вы можете использовать два стула: один для состояний транса, другой – для общения с сознанием. Как вы убедитесь, одно только указание, на какой стул надо сесть, скоро будет действовать на клиента как полное наведение.
   Аналоговыеметки_
   Для вызова гипнотических реакций особенно полезны якори специального вида – так называемые аналоговые метки. Прием состоит в том, что, говоря с человеком, несловесным способом отмечают некоторые слова. Их можно выделить и отметить как особые сообщения тоном голоса, жестом, некоторым выражением или, может быть, прикосновением.
   Например, я говорю вам о людях, действительно умеющих расслабляться, людях, способных уютно чувствовать себя в своем положении. Или я рассказываю вам историю о моем друге, который легконаучилсяпереходитьвглубокийтранс. Произнося эту последнюю фразу, я отметил выражения "легконаучился" и "переходитьвглубокийтранс" слегка отличающимся тоном голоса и движением правой руки. Эти выражения составляют отдельные сообщения внутри очевидного внешнего сообщения, которое ваше подсознание узнает, и на которое оно надлежащимобразомотреагирует.
   У многих из вас я связал уже некоторый тон голоса и некоторые жесты со словами расслабление и транс. Теперь мне остается лишь использовать этот тон все чаще и чаще, и ваше подсознание будетзнать,чтоделать. Этот тон голоса передаст мое сообщение гораздо более эффективно, чем если я просто скажу вам перейтивтранс, потому что оно обходит таким образом ваше сознание.
   Все это – якори. Слово «расслабиться» уже само по себе якорь – оно образует метку в вашем переживании, обозначающую некоторые вещи. Чтобы понять, что я имею в виду, произнося слово «расслабиться», вам приходится уйти внутрь и добраться до вашего личного опыта, связанного с этим словом. Для понимания самого слова у вас есть некоторый фрагмент переживания. Точно так же, когда вы чувствуетесебяуютно, я связываю это переживание с определенным тоном голоса. И тон моего голоса, опять-таки, становится якорем для этой реакции.
   Для этой цели можно использовать любой различимый аспект поведения. Когда Милтон Эриксон хотел выделить что-нибудь, заслуживающее внимания, он иногда покачивал головой вправо или влево. Один и тот же голос звучит не совсем одинаково, доходя до слушателя из разных точек пространства. Различие может быть незаметно для сознания, но достаточно, чтобы вызвать подсознательную реакцию даже при закрытых глазах.
   Кстати, аналоговые метки – не новая вещь. Это делают уже ваши клиенты, и если вы прислушиваетесь, что они отмечают для вас, то узнаете много интересного.
   Когда я занимался частной практикой, я через некоторое время соскучился и разослал всем знакомым психиатрам письмо с просьбой присылать мне своих самых неприятных и трудных клиентов. Они присылали мне весьма интересных людей.
   Один психиатр прислал мне женщину, просыпавшуюся среди ночи с обильным потом и дрожью; никто не понимал, что с нею происходит. Она была испугана, поскольку это бывало часто, и лечилась в течение нескольких лет без всякого уменьшения этих симптомов. Пытаясь справиться с симптомами, психиатр давал ей пилюли. Сверх того, он исследовал ее энцефалограммы, иногда целыми часами привязывал ее к машине; он рассчитывал обнаружить какое-нибудь измеримое отклонение. Конечно, никаких отклонений не было. Он отвязывал ее от машины, повторял это в следующий раз еще больше, и опять без всякого результата.
   Эта женщина была весьма консервативна и происходила из зажиточного городского района. Она пришла ко мне в испуге, потому что ее психиатр изобразил меня как чудака, делающего странные вещи. Но она хотела во что бы то ни стало избавиться от своего бедствия, и все-таки пришла.
   Когда я вошел в кабинет, она сидела с очень робким видом. Я сел, прямо посмотрел на нее и сказал: "Вы слишком долго лечились. Поэтому ваше сознание, как видно, отчаялось справиться с этой проблемой, и сознание ваших врачей тоже отчаялось справиться с этой проблемой. Я хочу, чтобы только ваше подсознание сказало мне, что вточности мне надо знать для того, чтобы изменить вас – не больше и не меньше – и я не хочу, чтобы в это бесполезно вмешивалось ваше сознание. А теперь говорите!"
   Не правда ли, это было странное внушение? Я не имел ни малейшего понятия, сумеет ли она применить мое внушение на каком бы то ни было уровне, но она ответила на него очень интересно. Она оглянулась назад и сказала: "Ну, я не знаю. Я сижу у себя по ночам и выключаю электрический свет, или я лежу в кровати… и, знаете, это в самом деле очень шокирует, потому что ведь я прохожу лечение уже несколько лет, и по-прежнему просыпаюсь в испуге, покрытая потом".
   Прислушавшись к этому сообщению, вы найдете его совершенно ясным. Отмеченные слова означали "электрошоковоелечение". Я получил нужную информацию. Ее нынешний психиатр не знал, что в прошлом другой психиатр подвергнул ее электрошоковому лечению.
   Некоторое время назад ее муж разбогател и переехал из скромного района, где она жила среди приятных и любимых людей, в весьма изысканный дом на холме, где не было больше ничего. Когда он уходил на работу, он оставлял ее одну. Страдая от скуки и одиночества, она начала развлекаться фантазиями. Она посещала психиатра, а ее психиатр «знал», что фантазии – это «бегство от действительности», и что избегать действительности – плохо. Чтобы вылечить, он подверг ее электрошоковому лечению. Каждый раз, когда у нее начинались фантазии, муж сажал ее в машину и вез ее в больницу, где врачи привязывали ее к электрошоковой машине и пропускали через нее ток. Они проделали это 25 раз, и после 25 раз фантазии прекратились.
   Но по ночам ей все еще снились сны. Она старалась не видеть снов, но как только начинался сон, она начинала испытывать электрический шок. Это стало у нее якорной реакцией. У нее были все физиологические признаки этого. Когда я был школьником, это называлось классическим кондиционированием «Понятие бихейвиористской психологии (в терминологии И.П.Павлова – „условные рефлексы“). – Прим. перев.». Но ее психиатр не верил в классическое кондиционирование, и это ему не приходило в голову.
   Вот пример благонамеренной психотерапии, создающей трудности. Люди, лечившие ее шоком, считали, что они оказывают ей услугу. Они полагали, что фантазии – это бегство от действительности, и следовательно, это плохо. И вместо того, чтобы дать ее фантазиям полезное направление, они подвергали ее электрошоковому лечению.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 [8] 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация