А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Алмазный Меч, Деревянный Меч. Том 2" (страница 40)

   Глава пятнадцатая

   – Мой Император, легионы готовы.
   – Хорошо, Клавдий. Ступай, я позову тебя, как только приму решение.
   – Повиновение Империи! – Легат отсалютовал и вышел из шатра.
   – Что скажешь, советник Фесс? – повернулся Император.
   – Мой повелитель, здесь присутствует граф Тарвус. Мне невместно говорить раньше его.
   – Вообще-то на советах у повелителя младшие говорят первыми, – огрызнулся граф.
   – Нарушим сегодня порядок, граф. Скажи, что ты думаешь.
   – Повиновение Империи, – хмуро ответил Тарвус. – Мой повелитель, я считаю, надо немедленно выступать. Надо атаковать гномов. С Дану мы справимся и так. Их всего лишь горстка. Пусть даже они и владеют той магией, о которой повелителю было угодно поведать своему слуге. Гномы гораздо опаснее. Наша позиция здесь, возле самого Мельина, весьма уязвима.
   – Можно отступить за крепостную стену, – заметил Император. – Что ты возразишь на это, граф?
   – Возражу, что этот план никуда не годится, повелитель. Гномы не дураки. Сюда, к Мельину, их влечёт прежде всего глупая жажда мести. Когда они увидят, что город разрушен, у них не будет никаких причин атаковать его. Они спокойно отступят и займутся любимым делом – резнёй в близлежащих краях. В одном дневном переходе от Мельина есть всем известное поле…
   – Ты прав. – Император поднял руку. – Я понял тебя, граф. Что скажет теперь мой советник?
   – Повелитель, по всем потокам магических сил передаётся какое-то очень странное возбуждение. Я не понимаю его причин. Словно поднялся самый настоящий шторм! Алмазный и Деревянный Мечи уже почувствовали друг друга. Им некуда деваться. Они в ловушке. Я могу лишь преклониться перед прозорливостью моего Императора. Наши враги неизбежно схватятся между собой. Нам останется только выждать и добить случайно уцелевших.
   – Ты уверен в своих словах, советник Фесс? – Тарвус сдвинул брови. – Видит вечное небо, я ничего бы не хотел, кроме того, чтобы твои слова оказались правдой, но – ты уверен?
   Вместо ответа Фесс поднял мерцающий Камень.
   – Он едва-едва выдерживает напор противодействующих начал. Драгнир и Иммельсторн слишком близки, чтобы мирно разойтись. Легионы должны быть готовы к любой неожиданности.
   – Если такова будет воля моего Императора, я отдам соответствующие приказы, – склонился Тарвус. – Я согласен с советником Фессом.
   – Но я отнюдь не уверен, хорошо ли это, если Мечи всё-таки сойдутся друг с другом… – прошептал про себя Фесс так тихо, что ни Тарвус, ни даже Император его не услышали.
   Их разговор прервал один из Вольных:
   – Повелитель, к тебе… твоей аудиенции покорнейше просит Сежес, Верховный маг Голубого Ордена Лив!
   Император вздрогнул. Фесс едва не выронил Искажающий Камень. Тарвус схватился за меч.
   – Приведи её сюда. И две дюжины арбалетчиков тоже. – Голос Императора уже вновь был спокойным и сдержанным.
   – Останьтесь, ты, советник, и ты, граф. Послушаем, с чем пришли к нам магики!
   Если бы Император обратился таким голосом к Фессу, тот бы немедленно дезертировал.
* * *
   Сежес стояла неподвижно, очень высокая, тонкая, несмотря на окутывавший волшебницу одноцветный голубой плащ. Вокруг неё – впрочем, на почтительном расстоянии – толпились легионеры, стрелки и копейщики вперемежку.
   – Она не хочет войти в шатёр? – громко осведомился Император у капитана Вольных.
   – Она сказала, что будет говорить здесь.
   Император пожал плечами. Когда-то (казалось, очень-очень давно!) он мечтал об этой встрече. Он рисовал её себе во всех подробностях, смаковал, упивался одним только ожиданием – однако после штурма башни, после груды тел его легионеров возле рвов и во дворе крепости… Наверное, он просто подумал: «А зачем мне это? Мой щенок отомщён сторицей».
   «Нет! – взорвалось что-то в сознании. – Нет! Я не успокоюсь, пока ты, Сежес, не будешь валяться на груде отбросов со вспоротым животом и отрезанными сиськами. После того как с тобой как следует позабавятся баронские дружинники – они на это дело особенно падки».
   – Я хочу, чтобы мои слова услыхали твои воины, Император, – раздался холодный голос волшебницы.
   – Я не позволял тебе говорить, – надменно бросил Император. Левая рука его поднялась.
   Их разделяло около полусотни шагов. Император чувствовал дрожь каждой жилки своей противницы. Он готов был поклясться, что успеет упредить её, реши Сежес использовать магию. На левой руке разом заныли шрамы, оставшиеся после штурма башни; однако Сежес, кажется, поняла.
   И содрогнулась.
   Они молча пошли мимо сбегавшихся со всех сторон и салютующих легионеров. Граф поклонился и, поймав одобрительный взгляд Императора, удалился. Фесс, внутренне содрогаясь, двинулся за своим повелителем.
   …В шатре остались трое: Сежес, Император и Фесс. Волшебница скользнула по молодому воину недоумённым взглядом, потом почувствовала спрятанный у него за пазухой Искажающий Камень, и глаза её зло сузились, однако она промолчала.
   Сесть волшебнице Император не предложил. Правда, и сам тоже остался стоять, выразительно поглаживая белую перчатку.
   – У меня нет времени играть с тобой в глупые игры, мальчик, – сварливо сказала Сежес. Не дожидаясь никаких приглашений, села в кресло, вытянула ноги в заляпанных грязью высоких дорожных сапогах. – Не стой, как укор совести, мне надо с тобой поговорить.
   Ничего не отвечая, Император медленно поднял белую перчатку повыше.
   Броня тускло сверкнула. По белым хитроумно изогнутым пластинкам потекли быстрые тонкие ручейки оранжевого пламени – словно гнев Императора обретал в этот миг плоть.
   Сежес охнула, непроизвольно вскидывая руку и закрывая глаза от этого безжалостного блеска. Фесс уловил мгновенное содрогание магии – волшебница с быстротой мысли сотворила защитный экран, облекший её словно мягкий плащ. Однако оранжевые отблески всё равно резали ей глаза.
   – Я так и знала, – с трудом переводя дух, вымолвила она. – Оружие нашего врага! Принесённое тебе этим… этим… – Она с ненавистью уставилась на Фесса; однако за этой ненавистью крылись также недоумение и страх. Она или не понимала, кто он такой, – хотя, судя по словам командора Арбеля, Архимаг Игнациус был почитаем среди магов Радуги, – или не могла уразуметь, что ему здесь надо.
   – Ты пришла вести со мной переговоры или оскорблять моих верных слуг? – негромко, с достоинством сказал Император. – Если второе, то тебе лучше уйти. Особа парламентёра неприкосновенна, но даже это не дает ему права на брань.
   – Опусти… опусти руку. – Лицо Сежес скривилось от напряжения. Даже ей было нелегко защититься от скрытой в белом талисмане мощи. – Хорошо, давай говорить спокойно. Ты знаешь, что наш мир на грани гибели?
   – Я слышал это много раз, – равнодушно кивнул Император.
   – Но на сей раз он и в самом деле на краю гибели! – не сдержавшись, вскричала волшебница.
   – Ты хочешь, чтобы я поверил твоим словам? – Император выразительно поднял бровь. – Сколько раз вы меня обманывали? Моего отца? Деда? Весь род Императоров Мельина? И теперь ты думаешь, что я поддамся на столь простую уловку?
   Сежес в отчаянии всплеснула руками. Игра – если только это было игрой – получалась у неё бесподобно.
   – Я могу показать тебе… – начала она.
   Император покачал головой.
   – Ты думаешь, я окажусь настолько глуп, что позволю тебе колдовать здесь в своё удовольствие? Я смолчал, когда ты сотворила щит – в конце концов, ты всего лишь слабая женщина, страх для тебя естествен, его можно не стыдиться. Да и кроме того, кто поручится, что показанное твоим чародейством – правда?
   – Вот он, – волшебница указала на Фесса. – Едва ли тебе стоит доверять ему безоглядно, мой Император. Это очень сильный чародей, причём, – ядовитый взгляд исподлобья, – совсем не из нашего мира. Он сможет подтвердить… если, конечно, не солжёт тебе сам.
   – Я не стану обсуждать с тобой недостатки и достоинства моих слуг так же, как и их правдивость – Император и бровью не повёл, словно всё сказанное Сежес отнюдь не являлось для него новостью.
   – Но тогда как я докажу тебе свою правдивость?
   – Я давно знаю, что тебя следовало бы называть Матерью Лжи, Сежес.
   Волшебница несколько мгновений смотрела в пол. Тонкие пальцы судорожно сжимались и разжимались.
   – Вы хотели меня убить, – негромко продолжал Император. – Наскучила теневая власть? А что, неплохо бы звучало – «милостью вечного неба и магических сил, Сежес Первая, Императрица Мельина!» Два покушения – кто подстроил их, Сежес? А потом ломал комедию, пытаясь убедить меня, что на это способны жалкие остатки Дану? И уговорил вывести из столицы верные мне войска? Со Вторым и Пятым легионами я задавил бы вас ещё в Мельине. Не ушёл бы ни один маг.
   Не отвечая, Сежес раскачивалась взад-вперёд, прижав указательные пальцы к вискам, словно от нестерпимой головной боли. Глаза её смотрели на Императора с непритворным ужасом.
   – Ты… ты… ты веришь, что покушения подстроили мы?
   – Конечно, дорогая Сежес. – Император усмехнулся. – План был прост, как всё гениальное. Организуется покушение – при удаче его законный правитель исчезает, не оставив ни потомка, ни преемника, при неудаче можно усилить своё влияние на него и довести почти до абсолюта, чтобы он и в нужник боялся сунуться без десятка магов конвоя. О да, вы постарались, чтобы я думал, будто покушения – дело рук Дану. Только я не настолько глуп, чтобы верить в подобные сказки. А вот настоящая глупость твоих… – Император сделал паузу, подбирая слово, – твоих подельщиков уже привела к тому, что Дану завладели Иммельсторном, а гномы – Драгниром. И сейчас они все приближаются к столице. Вот чем стоило бы вам заниматься, мои дорогие. Или успокоить подданных, напуганных нелепыми слухами, что распускает Его преосвященство, о близящемся конце света и приходе этого знаменитого Спасителя.
   Сежес окаменела, в упор глядя на Императора. Фесс невольно напрягся, положив пальцы на Искажающий Камень, – но нет, волшебница не готовила никакого чародейства. Она и в самом деле была потрясена.
   – Или вы могли бы заняться водворением на место той крылатой твари, что вырвалась из-под башни Кутула, – продолжал Император.
   – Мой император!.. – не выдержал Фесс.
   – Хочешь что-то сказать, советник? Говори, позволяю.
   – Что это за бестия, Сежес? – Фессу потребовалась вся воля, чтобы взглянуть прямо в полубезумные глаза чародейки. – Почему она пребывала в заточении, почему вы её не убили, зачем туда был проложен ход? Я чувствую – эта тварь состоит в дальнем родстве с теми, что вручили нашему повелителю эту белую перчатку. Для чего вы хранили и оберегали то создание? Оно не было намертво замуровано, так что я не поверю, если ты скажешь, что вы хотели избавить от него мир.
   Сежес принялась кусать губы. Император не верил своим глазам – неужели это та же самая Сежес, Ледяная Глыба, олицетворение бесстрастности и хладнокровия?
   – Тебе лучше рассказать всю правду, Сежес, – вслух произнес Император. – Тем более если ты считаешь моего советника Фесса в силах отличить правду от лжи в твоих словах.
   – Всю правду… – горько усмехнулась волшебница. – Ты ведь всё равно не веришь мне. Ну да ладно. Ты и в самом деле очень вырос, Император. Попробую быть с тобой откровенной – но лишь в обмен на слово не трогать Радугу.
   – Император не дает обещаний, – надменно сказал молодой правитель. – Если ты признаешься в измене…
   – Мне не в чем признаваться! – вспылила Сежес. – Слушай же и не говори потом, что не слышал! Мы, лучшие маги Радуги, насмерть схватились с врагом, сильнее которого ещё не было в нашей истории…
   – Красивое начало. – Император усмехнулся в лицо Сежес. – Я тоже могу сказать, что столкнулся с небывалым врагом. Вот только кого это волнует?
   – Нет, Император. Мы действительно столкнулись с врагом… с тем самым врагом, от которого наши предки в ужасе бежали с южного материка через Внутренние Моря – прямиком на Берег Черепов.
   – Ты можешь определить, правда это или нет, советник? – обратился Император к Фессу.
   Взгляды молодого воина и волшебницы скрестились. Во взоре Сежес уже не осталось гордости – только отчаяние.
   – Повели ей говорить дальше, мой Император. Тогда я смогу дать более точный ответ.
   – Ты слышала, Сежес?.. Продолжай.
   – Ну хорошо… Этот враг вернулся. Не знаю, каким образом, но вернулся. Подбросил тебе эту перчатку… заставил вступить в войну с нами…
   – Это можешь пропустить, – спокойно заметил Император.
   Сежес нервно сглотнула.
   – Тебя не удивило, о Император, отсутствие самых сильных наших магов? Не удивили простые, незатейливые файерболы со стен? А ведь совокупная мощь Радуги может заставить весь Мельин погрузиться в земные недра!..
   – Здесь не место для похвальбы, Сежес, – прервал волшебницу Император.
   – Гм… ну, в общем, твой штурм башни Кутула обошёлся бы тебе куда дороже, если б на стенах не стояли мальчики и девочки из едва-едва начавших серьёзное обучение. Согласен?
   – Здесь я задаю вопросы, Сежес. Если ты ещё не поняла этого, – бестрепетно отпарировал Император.
   Волшебница сжала губы и опустила взгляд. На бледных скулах медленно проступала краска.
   – Это произошло потому, что нам, Верховным магам, пришлось бросить всех, кто достиг нужного уровня, для совершенно иного сражения. С теми, кто когда-то владычествовал над Северным Миром, кто охотился на нас, как на двуногую добычу, в Южном, кто вернулся теперь для того, чтобы истребить всё живое от края до края горизонта. Ты им был нужен, Император, чтобы отвлекать нас, магов… И их замысел вполне удался. О да, да, я признаю… – Сежес едва-едва заставила себя произнести это слово, – я признаю, семя упало в унавоженную почву. Ты ненавидел нас. Возможно, в самом начале были допущены ошибки…
   – Щенок, – неожиданно сказал Император. – Мой щенок. Зачем ты убила его, Сежес?
   Волшебница вновь опустила голову.
   – Император не может быть ни к кому привязан… он должен править железной рукой…
   – И это всё, что ты можешь мне сказать?.. А почему вы так долго вообще терпели эту власть? – полюбопытствовал Император. – Почему не сместили, не убили, не заточили, не прервали династию?
   – Потому что мы не злодеи и не властолюбцы, Император! – Сежес гордо вскинула подбородок, взглянула ему прямо в глаза. – Мы делали своё дело. А теперь выполняем свой долг перед остальными смертными, к которым и сами принадлежим!.. Дослушай же меня до конца, правитель Мельина! Все лучшие маги сейчас бьются вне пределов нашего мира, там, откуда злодеи наносят свой главный удар. Я пришла просить у тебя мира, Император. Нам надо собрать всех, кого только возможно, – нам удалось приостановить врага, однако он далеко не разгромлен. Возможно… – голос волшебницы упал до шёпота, – нам придётся прибегнуть к магии крови. Для этого мы, Радуга, будем вынуждены убить собственное будущее – совсем ещё юных мальчиков и девочек, только-только пришедших к нам от родителей, но владеющих зачатками магического дара. Однако ради сохранения мира мы готовы пойти и на это.
   – Фесс! – Голос Императора хлестнул словно бич.
   Молодой воин положил пальцы на Искажающий Камень. Увы, сотворённый именно для искажения и потому тонко чувствующий малейшую фальшь, Камень на сей раз остался беззвучен.
   – Она говорит правду, мой Император. Или по крайней мере сама верит в собственные слова.
   В шатре повисло молчание.
   – Во имя всего святого, – Сежес молитвенно прижала руки к груди, – ответь мне… повелитель, ответь, я убедила тебя? В конце концов, если тебе нужна моя жизнь – возьми её! Я предаю себя твоему милосердию.
   – Когда-то один маленький и глупый щенок очень хотел жить, – медленно сказал Император. – И был мальчик, для которого тот щенок был единственным близким существом, хотя они и пробыли вместе всего ничего. Мое милосердие осталось на том жертвеннике, Сежес. Ты была хорошей учительницей. Ты умрёшь.
   Плечи волшебницы вздрогнули, на миг Фессу показалось, что она вот-вот лишится чувств, однако чародейка в последний миг овладела собой.
   – Да свершится воля справедливого повелителя… – хрипло прошептала она. – Но пусть тогда моя смерть насытит твою жажду мщения! Прекрати войну против нас, поверни оружие против гномов и богомерзких Дану! Сокруши их! Уничтожь!
   – Я не нуждаюсь в советах, как мне лучше защитить своих подданных, – холодно ответил Император. – Ты закончила, Сежес? Неужели ты думаешь, что я буду настолько глуп, что поверю, будто твои сотоварищи не захотят отомстить за тебя? Я не дам мира вам, маги. Я буду продолжать войну, пока не истреблю весь ваш проклятый род. А те, что останутся, займутся погодой, урожаями, всякой мелкой нечистью – тогда я позволю им жить. Но никогда больше маги не станут властвовать над теми, кто этой способности лишён. Ты поняла меня?
   – Да, я поняла тебя. – Сежес смотрела в пол. – Выходит, я зря пожертвовала собой? Выходит, я ничего не добилась?
   – Выходит, что так, – усмехнулся Император. – Я справлюсь с гномами, улажу дело с Дану, а потом предам огню все ваши башни, одну за другой – даже если при этом на волю вырвется целый зверинец ваших чудовищ.
   – Мой Император! – вновь вмешался Фесс. – Почтенная Сежес не ответила на мой вопрос…
   – Да, да, верно. Отвечай, чародейка, – кивнул Император.
   – Какой смысл отвечать, если я уже приговорена? – хрипло рассмеялась Сежес. – Ты же знаешь, пытать меня бесполезно, Император. Я умру раньше, чем руки палача коснутся меня. Ты не узнаешь ничего!
   Вновь воцарилось молчание. Император выразительно поглаживал белую перчатку.
   – Советник, стоит ли ответ на твой вопрос жизни этой женщины?
   Фесс сжал кулаки. Сежес была врагом, быть может, самым сильным магом Радуги, но…
   – Я считаю, что стоит, мой Император.
   Несколько мгновений в шатре стояла звенящая тишина.
   – Будь по-твоему, советник. Сежес, если Фесс решит, что твой ответ стоит твоей жалкой жизни, я подарю её тебе.
   – Твой слуга спрашивал…
   – О чудовище в подземельях башни Кутула.
   – Когда-то им принадлежал весь Северный Мир, – тихо сказала Сежес. – Они властвовали. Они… они готовили Великое Разрушение, ибо не всесильны и не могут сотворить это в мгновение ока. Должны исполниться Пророчества Разрушения, ибо каждый Мир смертен, как и населяющие его дышащие создания, и несёт в себе зёрна собственной гибели. Я не знаю, почему это так. Мне остается только сослаться на непознаваемую волю богов. Старые хозяева правили жестоко – быть может, для того, чтобы род человеческий сам поскорее восхотел собственной гибели и облёк это желание в святые слова пророчеств – не знаю.
   Однако Древние восстали. Они сумели познать правила магии. Они создали магию крови. И сумели одержать верх над Хозяевами. Правда, убить их не удалось – только заточить в гробницах глубоко под землёй, окружив частоколом из костей принесённых в жертву. Заклятия оказались крепки… многие из Хозяев спят до сих пор. Но Древние не смогли победить саму их природу. Магия крови, несмотря на своё могущество, имеет один существенный недостаток. А именно – Хозяева могли пробудиться от сильной магии, творимой рядом с ними.
   Фесс кивнул.
   – Но как же тогда башня Кутула?..
   Кажется, Сежес готова была вырвать собственный язык. Но и отмолчаться теперь она не могла.
   – Спящие Хозяева есть Сила. И эту Силу можно использовать. Магия Радуги основана на ней.
   Император начал медленно подниматься. Глаза его замерли, поймав взор Сежес.
   – Наверное, мы… мы могли бы… убить Хозяев… но… тогда… потеряли бы силу. Главные башни Орденов… все стоят над старыми могилами. Мы… нашли не всё. Кое-что из древнего знания… забылось, как бы ни хотелось нам думать, что мы сильнее волшебников старых времен… Но справиться с крылатыми очень тяжело. Мы предпочли войне мир. И потому, потому, мой Император, мы принуждены были жестоко подавлять тех, кто хотел колдовать, – потому что их магия могла пробудить древнее зло.
   Император криво дёрнул щекой.
   – Мне кажется, что можно было поступить по-иному, но сейчас я не стану спорить с тобой, Голубая. Да… теперь я вижу, кто виновен…
   – Были пророчества… – простонала Сежес. – Воля, что превыше нашей, связала воедино Спасителя, в которого ты не веришь, и старых Хозяев. Два существа уже освободились. Пока ещё они просто парят высоко над землёй, копят силу… но уже очень, очень близок тот час, когда они ринутся вниз, – как только получит свободу третья тварь.
   – Мы можем этому воспрепятствовать? – мгновенно спросил Император.
   Сежес покачала головой.
   – Пророчества… кое-кто из самых проницательных умов Всебесцветного Нерга давно уже подозревал, что пророки не просто предсказывают, они особым образом изменяют мир. Но почему это так – не знают даже в Нерге. Так вот, мы знаем, что третья бестия уже почти что ожила, но не можем сказать, где. Первые башни Орденов строились на известных местах… пока жива была память.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 [40] 41 42 43 44 45 46

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация