А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Алмазный Меч, Деревянный Меч. Том 2" (страница 29)

   …Вскоре на восточном берегу оказался уже весь передовой отряд. Не теряя времени, скорым, неутомимым шагом гномы двинулись вперёд. Теперь они не скрывались. Не было нужды, да, если б она и была, едва ли Сидри смог бы заставить своих выполнить такую команду. Мало сказать – «гномы рвались в бой». Они жаждали боя, они упивались каждым мгновением ожидания, словно пьяница крепким вином, каждый шаг подбитых железом сапог по земле ненавистных хумансов словно вбивал ещё один гвоздь в исполинский гроб для всей этой мерзкой расы. Кто-то из гномов затянул хриплую боевую песню, её тотчас же подхватили: «наши топоры напьются крови, наконец напьются крови допьяна…»
   Так и шли. Словно победители по уже изъявившей покорность земле. Шли, вслух мечтая о встрече, о встрече с теми, кто столько веков осквернял землю Северного Мира; несмотря на то что в отряде Сидри насчитывалась всего сотня бойцов, ему сейчас казалось, что они с лёгкостью опрокинут целый легион или даже больше.
   …К ближайшему городку – Шевраз – они вышли под вечер. Сотня тяжеловооружённых гномов, впервые за много веков пересекшие границу Империив силах тяжких.
   …Скучавший на дозорной вышке легионер-караульщик не успел ни поднять тревогу, ни даже вскрикнуть. Из рано сгустившегося по предзимнему времени мрака вынеслась тяжёлая и короткая арбалетная стрела. Она ударила прямо в середину кованой кирасы солдата, прошив её насквозь, точно та была из тряпья, а не из добротной имперской стали. Легионер мешком свалился на землю.
   В следующий миг гномы атаковали. Внезапно и стремительно, молча, без боевого клича – волна фигур, закованных в броню до самых глаз, поднялась из мелкого обглоданного кустарника, окружавшего городской выгон, что сразу за крепостными воротами, которые, увы, не успели запереть.
   Урядник крикнул, но сам тотчас же свалился со стрелой в горле. Трое легионеров налегли было на тяжёлые створки – поздно, гномы уже рядом, взлетели лезвия секир, скруглённые, словно луна на ущербе. Сталь загремела о сталь.
   – Да вы что-о-о?! – подавился криком солдат, когда Сидри, легко отбросив выставленный для защиты меч, одним ударом проломил и щит, и нагрудник, и кости хуманса. Никогда ещё гному не удавалось нанести такой удар. Всё тело охватила блаженная, пьянящая легкость, он не чувствовал тяжести ни оружия, ни доспехов; он ощущал лишь тепло щедро брызжущей в разные стороны хумансовой крови – и оттого пьянел ещё больше.
   Гномы ворвались в ворота. Легко, точно ветер – солому, смели слабый заслон городской стражи. И только теперь позволили себе оглушительный боевой рёв.
   Плотно сжавшийся стальной комок покатился по оцепеневшим улицам. Длинной двуручной секирой тяжело рубиться в плотном строю, но сейчас гномам строй и не требовался.
   Трактир. Вывеска «У врат», на ней – добродушного вида толстяк протягивает прохожим пенящуюся пивную кружку. Сидри и с ним ещё пятеро гномов не потрудились даже распахнуть дверь – она рухнула, разрубленная сверху донизу одним молодецким ударом.
   – У-а-а-а-р-р-р!!! – словно дикий зверь, зарычал Сидри, врываясь внутрь.
   Внутри было тепло и уютно, горел огромный очаг, за не слишком чистыми столами пили пиво мастеровые, сновали вертлявые шлюшки, хозяин громогласно командовал из-за стойки, отдавая приказы нескольким дородным подавальщицам; было в меру душно, в меру дымно, в меру пьяно и в меру весело.
   И почти ни у кого не было оружия. Кроме лишь двух благородных баронских отпрысков, выбравшихся в город оттянуться.
   Первой под топор Сидри подвернулась женщина. Немолодая уже тетка с целой батареей пивных кружек в руках. Она не успела даже охнуть – секира снесла ей голову, и тело несколько мгновений ещё стояло, извергая потоки крови из перебитых жил; пена в кружках мгновенно стала алой.
   Другой гном ударил топором сидевшего спиной к двери пьяненького подмастерья. Ещё трое воинов Подгорного Племени рванулись в глубь залы, на ходу раздавая удары направо и налево.
   Трактир взвыл утробным воем забиваемого насмерть пса. Люди прыгали через столы, бросались к окнам, кто-то упал на колени, умоляя о пощаде; дико визжали женщины, кто-то уже ломился в запертую дверь кухни, куда успел юркнуть хозяин; из небольшого зальчика «для благородных» выскочили оба молодых баронета, мечи наголо; Сидри взревел от восторга, бросившись к одному – высокому, статному, в чёрном дорогом камзоле с бело-голубым гербом на груди, принял рукоятью секиры неумелый размашистый удар и на развороте снёс парнишке полчерепа. Острая секира резала кость, словно мягкое дерево.
   Остальные товарищи Сидри не отставали. Окровавленные топоры так и мелькали в воздухе. Кто-то опрокинул масляную лампу, и по полу и стенам начали карабкаться язычки пламени. Лицо Сидри перекосилось.
   – Cshorve, Ypud! Raanna abzig![3]
   И потащил к опрометчиво выбитым дверям тяжёлый дубовый стол, перерубленный напополам чьей-то ретивой секирой.
   Хохоча во всю глотку, гномы выскакивали наружу. Прижали столом обе половины дверей, подпёрли очень кстати случившимся тут же колом. Из окон уже валил дым, но, заглушая треск и гудение пламени, лаская слух истинным Ypud, из горящего трактира неслись вопли обречённых хумансов. Очевидно, задняя дверь у трактирщика тоже была добротной.
   Остальные гномы не теряли времени даром. Выламывали двери, срывали ставни, врываясь в дома, откуда затем слышались только отчаянные мольбы о пощаде, неизменно заканчивавшиеся громким хохотом и коротким свистом начищенной стали, резавшей плоть так же легко, как и воздух. Кто-то волок наружу женщин, намотав на кулак пышные волосы, – о нет, отнюдь не насиловать, а всего лишь зарубить на глазах товарищей, дабы те смогли оценить красоту удара.
   Иные, увлекшись, тащили колыбельки с детьми. О младенцев даже не марали сталь – давили сапогами, точно мерзких насекомых. Да и что ещё прикажете делать с отродьем отвратных хумансов?
   Отряд Сидри, ворвавшись в город, поневоле продвигался медленно. Слишком много мягкой плоти просило их топоров. Слишком много огня надо было разбросать. Слишком много голов снести. Гномы убивали точно безумные и никак не могли насытиться ни разрушениями, ни убийством. Им казалось – их руки обрели поистине твёрдость камня. Их удары, все как один, оказывались смертоносными. Даже успевшие схватиться за оружие хумансы, казалось, впервые в жизни видят щиты и мечи. А спутникам Сидри, напротив, мнилось, что в руках каждого из них неистовым огнем горит Драгнир, Алмазный Меч гномов.
   В обречённом городке стоял небольшой отряд имперской стражи, даже не легионеров, чьей задачей было присматривать за порядком на Тракте, охранять его от нет-нет да и случавшихся тут разбойников и блюсти мир на самих улицах. Сотник поднял своих по тревоге; однако никто ничего не понимал, слова «гномы напали!» казались столь же правдоподобными, как «солнце всходить перестало!». Давным-давно приведённые к покорности подземные недомерки не дерзали даже косо взглянуть на имперского подданного. Что уж тут говорить о нападении с оружием…
   Однако приказ есть приказ. Сотник повел навстречу Сидри полные восемь десятков хорошо вооружённых солдат; ещё пятьдесят торопились с другого края города, от восточных ворот. Хватая всё, что попадётся под руку, и проклиная этих негодяев-гномов, бежали к месту схватки мужчины, главы семейств – кузнецы, каменщики, древоделы, углежоги, сплавщики, народ крепкий и тёртый жизнью.
   Они сшиблись, когда пылало уже несколько кварталов, тех, что примыкали к западной стене. Сидри, весь покрытый чужой кровью, смачно плюнул в лицо распятой на стене дома девушке – гномы с гоготом вбили ей в ладони и ступни здоровенные костыли – и, поднимая топор, проревел своим что-то бессвязное, тем не менее гномы мгновенно поняли.
   Улицу перед надвигающимися стражниками и горожанами мгновенно перекрыла стена щитов. Длинные секиры заброшены за спину, из коротких ножен выхвачены мечи, сделанные в подражание гладиусам легионеров, только ещё шире и толще у обуха. Над плечами гномов поднялись арбалеты – стрелки разряжали оружие, не целясь, каждый болт находил цель.
   С чердаков и крыш полетели и ответные стрелы, однако их оголовки в подавляющем большинстве лишь бессильно скользили по выкованной в подземных кузнях броне.
   – Arghei, Ypud! – Сидри размахнулся коротким мечом.
   Гномы с рёвом повалили за ним, и стражники невольно попятились. Мелькнуло несколько пилумов, брошенных дрогнувшей рукой, – все завязли в щитах, однако гномы словно бы и не заметили этого. Одним броском преодолели отделявшее их от стражников расстояние, и…
   …Сотник успел ударить только один раз. Невысокий широкоплечий крепыш в чёрной богато инкрустированной броне, небрежно отбил его выпад, ударил щитом в щит, и бок человека пробило что-то тупое, раздирающее внутренности, ломающее кости…
   Меч Сидри прошел сквозь кирасу и кольчугу под ней, не ощутив никакого сопротивления.
   Несколько мгновений спустя толпа, оставив десятка два трупов, бросилась врассыпную. Весь боевой задор пропал бесследно – надвигавшиеся неумолимо, точно смерть, ряды гномов внушали почти что священный ужас. Стрелы подземных воинов собирали обильную жатву.
   Визжащее и воющее человеческое стадо докатилось до небольшой ратушной площади. Ратуша была уже покинута, судьба небогатой городской казны никого не интересовала. Люди давились у восточных и южных ворот, норовя выбраться из каменной ловушки так и не защитивших стен. Сидри и его отряд взялись за прежнее – убивать тех, кто не успел или не смог сбежать, и поджигать дома один за одним.
   За всё время боя гномы не потеряли убитыми или ранеными ни одного воина.
   На ратушной площади стоял небольшой храм, церковь Спасителя; на колокольне ударили в запоздавший набат. Сидри вывел к храму совсем небольшой отряд, не более десятка – да и куда больше, хумансы бегут, теперь важно не упустить очень уж многих; ага, храмина, высокие двери, покрытые каким-то жалким подобием резьбы; внутрь, внутрь, внутрь!
   Тяжёлые створки оказались незаперты. Десятка три хумансов сгрудилось перед раскрашенными досками в дальнем конце вытянутого зала. Хнычут, о чём-то просят… просят своего Спасителя спасти их жалкие душонки… Ну ничего, сейчас вы узнаете, что такое гномий топор!
   Сюда по большей части сбежались бабы с ребятишками. Сидри с ходу, не остужая сердца, надвое перерубил какую-то девчонку, судорожно прижимавшую к груди малыша, шагнул через распластавшееся в крови тело, глянул вверх…
   Простые раскрашенные доски. Намалёван лик какого-то худосочного хуманса с тощей бородёнкой (имей такую любой, даже самый захудалый гном – удавился бы от позора!), намалёван кое-как, живописец, верно, был никудышный, всё какое-то плоское, коричневое, тупое…
   Но вот отчего же живут глаза на этой размалёванной доске? Отчего глядят с болью и ещё с каким-то непонятным, бередящим душу предупреждением?..
   «Тьфу, пропасть! – подумал Сидри. – Привидится ж такое».
   Он тряхнул головой, отгоняя видение.
   Однако оно не пропадало. Глаза на деревянной доске жили по-прежнему.
   А в ушах гнома внезапно прозвучало: «Ей, гряду скоро!»…
   – Что встал, Сидри? – окликнул его кто-то из спутников. – Зажигаем здесь все – и пошли!
   Сидри вновь тряхнул головой. На сей раз помогло. Словно внезапно налетевший блеск Алмазного Меча напрочь смыл недоброе видение.
   Быстро посдирав иконы со стен и устроив из них костёр, гномы ушли, оставив на полу изрубленные тела хумансов.
* * *
   Запряжённая тараканами упряжка оказалась куда как скора. Тави и представить не могла, что они с Акциумом пронесутся через пол-Империи за считанные часы. Над миром едва-едва занялось утро, а экипаж мага уже стоял у ворот Мельина.
   Тави открыла рот. И закрыть его оказалась уже не в силах.
   Великого города больше не было. В изгибе реки – лишь чёрные руины, окружённые кольцом устоявших каменных стен. Да торчат, словно гнилые зубы, закопчённые башни магов. Чёрный Город погиб весь, начисто. Белый удалось местами отстоять, но и там хватало разрушений. Жители поспешно уходили – на пепелище делать было больше нечего, и не нашлось никого, кто возглавил бы желающих вновь отстроиться на старом месте. Утром Тави и Акциум застали уходящие прочь от Мельина последние караваны погорельцев. Нагружённые жалким скарбом, все таща на себе, они шагали и шагали – кто на восток, кто на запад, но большинство – на тёплый юг. И бессмысленно было хоть что-то спрашивать. Горе поглотило выживших без остатка – мало оказалось тех, кто не потерял родных и близких в разожжённом схватившимися силами пожаре.
   Кто ж мог знать об адресованной Патриарху Хеону записке Императора, где, помимо всего прочего, имелись слова: «зажигай город»? Люди привычно винили во всем Радугу.
   – Не может быть, – потрясённо мотал головой Акциум. – Много чего я видел, Тави, но такого… и не верю я, что маги зажгли Мельин. Когда такая свара начинается, города от грошовой свечки сгорают. Уж ты мне поверь. Навидался…
   Они оставили колесницу в зарослях. На всякий случай Акциум накинул отводящее глаза заклятье.
   – Не хватало ещё, чтобы простолюдины на наших коньках прокатились, – невесело пошутил он.
   Они отправились на поиски – оказавшиеся, на удачу, недолгими.
   Тави первая почувствовала след. Он тянулся прочь от обугленных стен Мельина, куда-то на юго-запад. Ошибиться было невозможно – ни одно существо в пределах Северного Мира не могло оставить настолько чужой и чуждый след.
   Акциум обрадовался – странной радостью.
   – Хорошо, что нашли, – проговорил он, поводив руками над не видимым, не осязаемым ни для кого, кроме магов, следом. Тави не успевала следить за сменой его заклятий, с такой скоростью Акциум менял мыслеформы и компоненты, с невероятной лёгкостью перескакивая от жеста к мысли или даже к слову. – Хорошо, что нашли… да всё другое плохо.
   – Что же?
   – Мир по всем швам трещит, Тави, – глухо ответил старый маг. – И я не знаю, что тому причиной. Я ли, что нарушил запрет… или эти самые твари, с которыми под горой бились… А когда маг чего-то не знает, есть опасность, что он таких дел наделает, таких пирогов напечёт, что самому потом тошно станет. Ну да делать нечего. Идём посмотрим, куда нас эта стёжка приведёт…
   …Стёжка привела к древнему кургану с каменным дольменом на склоне.
   – Здесь, – выдохнула Тави – молчание стало совсем невыносимым. Акциум всю дорогу только и делал, что поддерживал какое-то невероятно сложное, хитро сплетённое заклинание, так что Тави не смогла в нём ничего понять.
   – Здесь, – кивнул волшебник. – Одного я понять не могу, Тави, девочка, – зачем им этот курган? Что они от него хотели? Хода никакого я там не чувствую… Ох!
   – Что такое?! – Тави подхватила Акциума под руку.
   Акциум в один миг сделался белее снега.
   – Там… там… внизу… под курганом… Ах я, глупец… старый я болван… Ну конечно же, конечно, как я мог не догадаться…
   Сухое, почти невесомое тело обвисло на руках Тави. Губы старика по-прежнему шевелились, он что-то бормотал, только слова сделались совершенно непонятны.
   – Учитель! – Тави взвыла раненой волчицей. Осторожно опустила Акциума на сброшенный с плеч плащ, положила пальцы на туго обтянутые желтоватой кожей виски. Надо передать ему хоть чуть-чуть Силы, потому что…
   – Нет! – Закатившиеся было глаза мага вновь смотрели ясно и твердо. – Ни в коем случае! Этого-то от нас и ждут… Не используй тут Силу! И потом все вопросы, потом, поняла?! О-ох… надо мне посидеть чуток…
   Опираясь на Тави, Акциум сумел подняться по раскисшему от дождей и растаявшего первого снега склону. Они остановились возле мрачного каменного дольмена. Чародей поскрёб поверхность посохом – под напластованиями отмершего мха обнаружились грубо высеченные руны, такие древние, что у Тави захватило дыхание.
   – Кроме меня, их никто бы видимыми не сделал, – с мрачной гордостью заметил Акциум. – Даже те, из Долины…
   – Кто-кто? – не поняла Тави.
   – Долго рассказывать, сейчас некогда, – отмахнулся Акциум. – А сказано здесь вот что… на древнем языке самых первых людей, что обосновались в Северном Мире задолго до эльфов, гномов и Дану…
   – Как это так? – опешила Тави. – Люди ведь… много позже пришли.
   – Много позже они вернулись, – с нажимом сказал маг, водя посохом по камню. – А эти дольмены они ставили, пока ещё жили здесь. И не помышляли ни о каких южных землях.
   – Так почему же ушли? – удивилась Тави.
   – Климат менялся, – задумчиво, словно погружаясь в воспоминания, проговорил Акциум, опуская посох и тяжело на него опираясь. – Зимы становились всё суровее. Снега всё больше, а лето – всё холоднее. Дожди. Урожаи гнили. Зверьё откочёвывало. Людям пришлось уйти. Они переправились через Внутреннее Море и на долгие века обосновались там. А Северный Мир достался пришельцам с востока и запада, нечеловеческим расам, что умели подчинять себе погоду, владели более сильной магией, словом – были куда лучше приспособлены к суровой жизни здесь. Первые города эльфов и Дану основаны были на месте брошенных людских поселений и опустевших деревень… Но хватит! Мы с тобой сюда пришли дело делать.
   – Так а что неладно с этим курганом?
   – Сейчас придётся мне тряхнуть стариной, – объявил Акциум. – Вот только дочитаю, что здесь написано… Давай, не стой столбом, помогай!
   Тави выдернула меч. Железо с противным скрипом прошлось по камню. Обнажилась целая строчка немудрёных рун, кое-как вырубленных в неподатливом граните.
   – Какие молодцы! – негромко произнес Акциум. – Столько веков назад у них уже был алфавит! Каждому звуку соответствовала буква. А эльфы ещё добрую тысячу лет пробавлялись пиктограммами!
   – Что здесь сказано, Учитель?!
   – Учитель? – Акциум резко обернулся. – Давно меня так не звали… а ведь у меня нет Зерна твоей Судьбы, девочка…
   – Не знаю, о чём ты, – растерялась Тави. – Ты ведь учишь меня… значит – Учитель!
   Маг только покачал головой и вздохнул:
   – Не иметь учеников было одним из условий моего заключения. Точнее, одним из условий того, что мне оставили этот облик, а не превратили в какую-нибудь вечно размножающуюся в пещере подземную слизь… Ну да ладно, прозвучавшее не заставишь умолкнуть. А сказано здесь вот что, Тави: «Силой крови заперт проход. Да пребудет мир с тем, кто мира был лишён».
   – И что всё это значит?
   – Это не просто курган. Это древний могильник. Те, кто жил здесь задолго до эльфов и гномов, выкопали его, похоронили в нём… гм… некое создание и потом возвели твердую, как камень этого дольмена, магическую ограду вокруг саркофага. Заклятие держится до сих пор – держится, потому что его скрепляет самое сильное снадобье, что только есть в предметной магии, – жертвенная человеческая кровь.
   – Ого! – невольно вздрогнула Тави.
   – Там, внизу, – тихо, почти нараспев проговорил Акциум, – сотни и сотни костяков. Понадобились поистине ужасные жертвы, чтобы погребённый под землёй Ужас никогда не вырвался наружу. Ты ещё не поняла, почему я запретил тебе пользоваться Силой?
   Тави вновь вздрогнула, зябко поежилась, обхватывая руками плечи. Ответ пришёл сам собой:
   – Потому что тварь так и не умерла до конца? И Древние это знали?
   – Верно, – кивнул чародей. – Делаешь успехи, девочка. Люди не смогли убить то создание до конца. Смогли лишь вбить в каменный гроб, окружить чародейской оградой да насыпать курган. А дольмен… дольмен нужен был их шаманам и жрецам – творить поддерживающие великое заклятие обряды. Но с этим они, как говорится, перестраховались – чары отлично держатся и по сей день.
   – А как же Радуга? – в который уже раз поразилась Тави. – Как они могли не заметить такого?
   – Как раз Радуга-то, не сомневаюсь, и заметила, – хмуро уронил маг. – Вот только почему не уничтожила… этого я понять не могу. Быть может, просто не хотела связываться, избегала зряшноего риска? Не буди лихо, пока спит тихо – не про такой ли случай сказано? Ну а нам вот придётся-таки его будить.
   – Почему?
   – Потому что здесь один из ковенов наших козлоногих друзей, разве ты не поняла этого? Их след ведёт сюда, ныряет в дольмен и уходит под землю. Они нашли какой-то способ частично обойти заклятье, охранявшее сон твари. Я не сомневаюсь, они состоят в каком-то родстве. Но вот откуда они пришли, эти бестии… я до сих пор теряюсь в догадках. Правда, в том, что они не из Хаоса, почти уверен. Не тот образ действий. В общем, не так важно, кто они и откуда. Крысиный лаз надо заткнуть. И похоже, Тави, тебе придётся вспомнить, что ты – почти что Вольная, а следовательно – мастер клинка.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 [29] 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация