А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Люди и призраки" (страница 16)

   – Дети малые! – проворчал Элмар. Королева молча улыбнулась, с нежностью взглянула на супруга, и на ее лице появилось какое-то мечтательное выражение.
   – Что еще интересного тебе предлагали мои коллеги? – продолжал расспросы король.
   – Факстон о каких-то концессиях толковал, только я так и не понял, что это такое. Луи интересовался, не желает ли твой шут перейти к нему, у него при дворе как раз есть вакансия… – Королевская чета дружно захихикала, а Элмар серьезно добавил: – Между прочим, очень полезное и своевременное заявление. Если Жак кому-нибудь ляпнет об этом эльфе-извращенце, я всем расскажу про Луи и его предложение.
   – Если он еще не ляпнул, – усмехнулась Кира.
   – Жак мог и промолчать, – вздохнул король. – Но раз там была Азиль, удержать в тайне историю о влюбленном эльфе не удастся, как ни старайся. А что, сегодня присутствовал Луи? И как, трезвый?
   – Я на глаз определить не смог, поскольку он и трезвый разговаривает не совсем внятно, а спрашивать было как-то невежливо. Тем более Луи скандалил с Зиновием, и лезть в этот их милый разговор у меня не было никакого желания.
   – За Биранские высоты?
   – Да. Откуда ты знаешь?
   – Они каждый раз из-за них скандалят. Это у них спорная территория, и они ее делят уже лет триста. Вроде как у нас с голдианцами Келси. Мы тоже лет сто пятьдесят за эту провинцию ругались, судились, рядились, пока не пришел дедушка и не решил этот вопрос просто и примитивно. Дал всем в глаз и нагло аннексировал Келси. Кстати, именно в той войне было впервые испытано огнестрельное оружие, если ты не знаешь.
   – Тогда? – изумился Элмар. – Впервые слышу. Кира, а ты знала?
   – Конечно, – кивнула королева. – Именно с тех пор от него отказались, признав неэффективным. Голдианцы тогда выпустили пробную партию мушкетов под руководством какого-то переселенца и попробовали ими воевать, и оказалось, что они никуда не годятся.
   – Если рассмотреть вопрос подробнее, – добавил король, – дело было вовсе не в мушкетах, а в полководцах. Хотя, конечно, оружие неудобное – громоздкое, заряжать долго, стреляет редко, не то что новые мистралийские винтовки. Но все же, если б дедушка тогда не разбил голдианцев, прижились бы и мушкеты. Просто он оказался умнее и сообразительнее. Он пустил на центр, где стояли стрелки, тяжелую кавалерию, королевских паладинов. Нагрудная броня тяжелых доспехов и у коня, и у всадника такая мощная, что ее очень сложно пробить пулей. А если взять еще щит, то голдианцы со своими мушкетами им и вовсе не страшны. Паладины растоптали их в лепешку, бедняги только два раза и успели выстрелить. Конечно, если б генерал Гетц был умнее и прикрыл своих стрелков, скажем, копейщиками или той же кавалерией, их бы не разбили так просто и, возможно, судьба огнестрельного оружия в нашем мире сложилась бы по-другому.
   – А он их что, вообще не прикрыл? – ужаснулась Кира. – Выставил стрелков на передовую позицию? Он что, полный недоумок? Кто ж его в генералы произвел? Или за взятку, как это всегда делается в Голдиане?
   Король пожал плечами:
   – Не знаю. Я как-то не спросил об этом, когда мне дедушка рассказывал. А насчет взяток – это ты совершенно права. Если б не дремучая коррупция, Голдиана давно выбилась бы в мировые лидеры во всех областях. А так они вечно на чем-нибудь споткнутся, что бы ни затеяли, и потом оказывается, что виноват либо какой-то некомпетентный дурак, который получил должность за взятку, либо конфликт деловых интересов, вследствие которого конкуренты друг другу подгадили… И должен сказать, шпионить в Голдиане очень просто, только дорого. Кстати, раз мы заговорили о голдианцах…
   – Да-да, – подхватил Элмар, – я как раз хотел тебе сказать. Факстон меня спрашивал про Кантора.
   – Прямо так и сказал? Назвал его по имени? – Король даже приподнялся в своем кресле. – А он-то тут при чем? Откуда он знает?
   – Он по имени не называл, просто спрашивал, какие дела у короны с неким мистралийцем, и далее подробное внешнее описание, по которому Кантора трудно не узнать.
   – И что ты ему сказал?
   – Обещал выяснить, если смогу. Я подумал, может, ты этим как-то воспользуешься… что-то придумаешь, что ему такого сказать, чтобы как-то помочь парню… Может, его можно выкупить, раз голдианцы такие жадные до денег… Подумай, Шеллар.
   – Обязательно подумаю, только при чем тут Факстон? У него-то какой интерес? Ах, ну как же я сразу не понял! Ведь Дорс тоже член Совета Магнатов, и наверняка у них с Факстоном какие-то общие делишки. Эту информацию он искал для Дорса. С одной стороны, это хорошо, раз интересуются, значит, еще не убили. С другой стороны, плохо. Если бы они просто хотели получить за его голову какие-то деньги, выкупить было бы проще простого. А раз они хотят знать о наших с ним делах, вполне может быть, что у Дорса другие, более крупные планы. И какие? Надо будет с Флавиусом посоветоваться…
   – Шеллар, – тут же спросил Элмар, – а что ты сегодня Ольге такого наговорил, что она опять вся в слезах и спрашивает, что случилось с Диего и почему ей никто ничего не говорит? Ты что, намекнул?
   – Да и не думал я намекать! Тут дело вот в чем. Если эти голдианские бандиты хотят от него что-то узнать, а пытка не даст желаемого результата, они могут броситься искать другие пути давления и очень легко их найдут. Про него и Ольгу весь город знает, и любой на нее укажет. А я не хотел бы, чтобы она из-за этого пострадала, поэтому велел Флавиусу выделить ей охрану, а ее попросил быть осторожнее. Но, разумеется, я ей ничего не сказал, придумал некую несуществующую угрозу из Мистралии. Якобы Кантора хотят поймать через нее, все такое. Не понимаю, из чего она сделала вывод, будто с ним что-то случилось? Она ведь не знала о пророчестве?
   – Знала.
   – Как так? Кто ей додумался рассказать? Опять тебя как лопуха раскололи, точно как тогда с Жаком?
   – Вовсе нет, – обиделся принц-бастард. – Просто так вышло, что она сама догадалась. Видишь ли, мы все забеспокоились, и каждый подумал: а что же будет с ней, если она его потеряет? Не додумается ли наша подруга опять впасть в депрессию и на этот раз воспользоваться чем-то повернее? Подумать подумали, решили, что надо провести с ней беседу на эту тему, а обсудить это между собой не догадались. Вот и вышло, что в один день с ней провели сразу три беседы. Сначала я, потом Жак, а потом и сам Диего.
   – Три лопуха! – простонал Шеллар III. – Мне-то почему не сказали? Я ведь тоже сегодня затеял с ней разговор на эту тему! Неудивительно, что она заподозрила неладное!
   – Мы думали, ты знаешь… – растерялся Элмар.
   – Откуда?
   – А вот об этом мы не подумали… Ты всегда все знаешь, вот мы и посчитали, что это ты в курсе…
   – Господа, – подала голос королева, – о чем идет речь? О каком пророчестве, я не вполне поняла, что случилось с Ольгиным возлюбленным? Вы не могли бы мне объяснить?
   – Вот Элмар тебе объяснит, – кивнул король. – Сейчас мы закончим, он мне расскажет, чем там все кончилось и что еще было интересного, я сбегаю навещу господина Факстона, а Элмар тем временем объяснит тебе, в чем дело. Чтобы ты без меня не скучала. А пока, дорогой кузен, расскажи мне быстренько, что еще было на заседании? Агнессу видел? Она заявлений не делала?
   – Видел. Все время молчала, тихая такая была, задумчивая. А что еще…
   – Александр извинился перед Чжэнем за свое недостойное поведение?
   – Чжэня не было. Бедняга так расстроился, что даже заболел от огорчения, и вместо него приезжала Суон.
   – Надо будет его навестить, – посочувствовал Шеллар. – Да как-то официально заявить, что у нас нет к нему претензий, что ли. Жалко парня, так опозориться на весь свет… Вот что значит жениться, на ком дядюшка скажет… Так бы и я в свое время дядюшку послушал, неизвестно что бы было…
   – Тебя женить хотели? – удивился Элмар.
   – А ты что, не помнишь? Или тогда уже уехал на подвиги? Мне было девятнадцать, и была Сиреневая луна, как сейчас… Да, точно, тебя уже не было. В Голубую луну тебе исполнилось семнадцать, и ты сразу уехал. Хотел меня дядя женить, было дело. Еле отвертелся.
   – А на ком?
   – На твоей сестре.
   – На которой? – с ужасом переспросил предполагаемый брат невесты, видимо представив себе такую милую пару, как кузен Шеллар и тупая сестрица Нона.
   – Нона к тому времени была уже замужем, – улыбнулся король.
   – А почему тогда ты не женился на Тине? Вы же с ней прекрасно ладили и всегда дружили.
   – Именно потому, что я не хотел потерять ее дружбу ради сомнительного права обладать ею как супругой. Да и у меня тогда не было никакого желания вообще жениться.
   – Это на тебя похоже! – возмутился Элмар. – Так и скажи, что тебе жениться не хотелось. И из-за тебя Тину отдали замуж за принца Ставроса, дядюшку Александра. Ты его видел хоть раз? Нос перебит, через все лицо шрам от меча, хромой и, ко всему, старше ее на двадцать лет.
   – Элмар, – печально улыбнулся король, – разве ты не знаешь, что Тина вышла замуж по любви? Она не говорила?
   – Да у меня не хватило духу спрашивать! Это правда?
   – Чистая правда. Она любила его, хромого, увечного и вдвое старшего. И до сих пор любит. Он прекрасный человек, и они счастливы. Так что моя совесть чиста.
   – А как вам с Тиной удалось отвертеться? – поинтересовался герой, успокоившись насчет семейного счастья сестры.
   – Я заявил дядюшке официально, что не намерен жениться ни на ком и никогда. Что, дескать, с такой наследственностью, как у меня, заводить детей не следует. А мэтр меня в этом поддержал.
   – Он тоже так считал или ты с ним договорился?
   – Мы с Тиной вместе с ним поговорили. Кстати, теперь я знаю, как мэтр уговорил дядюшку отдать Тину замуж за Ставроса. А то он был категорически против, приглядел ей какого-то жениха в Голдиане, а потом, как по волшебству, резко изменил свое мнение…
   – Мэтр Истран тебе сам сказал, как он батюшку уговорил?
   – Нет, просто я вчера видел, как наш любимый придворный маг поступает с королями, которые неподобающе себя ведут. А у дядюшки после разговора с наставником ухо выглядело точно как твое… Но мы отвлеклись. Я еще что-то хотел спросить… Так кто императрице глаз подбил?
   – Вторая императрица. Они успели подраться, прежде чем эту мерзавку схватили. Ты бы видел, как ее императорское величество сигает через стулья и машет ногами!
   – Не видел, – улыбнулся король. – Но могу представить. Если ты еще не слышал, Суон – внучка мастера Цуй Вэя, великого знатока рукопашного боя, и владеет секретами этого искусства, которые передаются в ее семье из поколения в поколение. А о битве императорских жен мне Флавиус рассказал. Кстати, ты знаешь, что вы его чуть с ума не свели? Надо внимательнее быть к человеку! Он все утро ходил меня искал, и везде ему говорили, что я только что ушел, и спешили спровадить. Бедняга всерьез решил, что его обманывают, что я на самом деле умер, а все сговорились и пытаются скрыть это от него. Когда мэтр отослал его, сказав, что я у себя, но его не приму, это была последняя капля. Флавиус вломился ко мне в кабинет, чтобы убедиться, а меня там не оказалось. Мы подумали, что кабинет не самое надежное место, и спрятались в тир.
   – И правильно сделали, – вставила Кира. – Флавиус в конце концов тебя нашел и успокоился, ничего с ним теперь не случится. А вот если бы он вломился и увидел нашего гостя…
   – Шеллар, а кто это был у тебя? – удивился Элмар. – Кого это нельзя показывать даже Флавиусу? Или это такая государственная тайна, что и мне знать не положено?
   – Тебе можно, – утешил его кузен. – Гость и сам хотел с тобой познакомиться, но тебя не было. Только это и в самом деле государственная тайна, никому не проболтайся. Знаем мы с Кирой, Жак, Мафей, мэтр Истран и Эльвира. И больше никому. Особенно Азиль.
   – Что я, трепло какое?
   – Трепло не трепло, а Ольга из тебя государственные тайны выбивает как раз плюнуть. Смотри помалкивай. Ко мне приходил принц Орландо.
   – Тот самый? Он нашелся?
   – Для меня – нашелся. Для мировой общественности– пока нет. Так что смотри. У тебя есть что еще рассказать? Мне надо к Факстону, а на ночь глядя с визитом не попрешься.
   – Так, по мелочи. Вот, к примеру, Кира, что у вас там вышло с герцогиней Дварри?
   – Жаловаться приходила? – недобро прищурилась королева. – А почему к тебе?
   – А она еще не знала, что надо идти к Шеллару. Пришла, распустила нюни, что ты ее ни за что выгоняешь, патетически вопрошала, кто здесь король, я или ты, ненавязчиво при этом делая вид, будто платье у нее с плечика само сползает. Они что, действительно меня за дурака держат? Или думают, что я плечиков женских не видел?
   – Не переживай, – отозвался король. – Анна просто дура, и ее прелести – единственный аргумент в разговоре, которым она умеет пользоваться. Кира, а за что ты ее выгоняешь? Она что-то натворила или просто попалась тебе под горячую руку?
   Кира неохотно объяснила, предчувствуя, что сейчас его величество, известный своей снисходительностью, начнет заступаться за эту дуру. И начала уже подбирать аргументы для предстоящего спора с любимым супругом, которого, как она слышала, переспорить крайне сложно.
   – Вот уж корова… – вздохнул король, выслушав объяснение. – Что сама она, что шуточки у нее… Только видишь ли, Кира… – Он еще раз вздохнул и очень серьезно продолжил: – Ты имеешь полное право выгонять своих придворных дам, если они в чем-то провинятся. Однако я бы тебя очень попросил не делать это с первого дня. Они, конечно, каждая если не стерва, так дура, но это будет выглядеть… не совсем порядочно с моей стороны. Прямо-таки черная неблагодарность получается. Пока у меня не было жены, я ими пользовался как хотел, а как только они стали мне не нужны – пинком под зад и вон со двора. Некрасиво как-то, ты не находишь? Если для тебя это не принципиально важно, я бы тебя попросил не разгонять придворных дам. Даже если они тебе не нравятся, подожди немного. Они все равно сменятся естественным путем. Дамы имеют свойство выходить замуж и оставлять двор. А на их место подберешь других, по своему вкусу. Я, конечно, не настаиваю, но, на мой взгляд, Анне достаточно и того, что она сегодня пережила. И если завтра ей сказать, что ты пошутила, дабы преподать ей примерный урок, это будет очень к месту. Впрочем, решай сама, это твои дамы, можешь их хоть всех заменить. Даже Камиллу, только она все равно никуда не денется. Я ей придумаю какую-нибудь дурацкую должность, и она останется при дворе в другом качестве. Она здесь что-то вроде достопримечательности. Вон даже эльфы к ней наведываются… – Король хитро покосился на кузена, который в ответ возмутился:
   – Что ты смотришь, что усмехаешься! Тебе б такие проблемы! Представляешь, что меня ждет, когда эта романтическая история про эльфа расползется по столице! Лаврис будет просто счастлив!
   – Ты своему Лаврису скажи, пусть научится сначала считать до тринадцати, – посоветовал король. – А еще скажи, что эльф очень интересовался, нет ли у тебя друзей, похожих на тебя внешне, но не столь обремененных предрассудками. И пообещай, что, если Лаврис раскроет рот на эту тему, то он и окажется этим самым другом без предрассудков. Пусть потом с этим эльфом как хочет объясняется.
   – Спасибо, – повеселел Элмар, – скажу. Только насчет тринадцати ты не прав. Лаврис до тринадцати считать умеет и всегда прекрасно помнит, в какой день у него заканчивается действие противозачаточных заклинаний. Просто тогда у него как раз не было денег сходить к магу и заклинание возобновить. Это нам с тобой просто, к мэтру сбегал – и на год свободен. А твои подданные, если ты не знаешь, за это платят.
   – Вот паршивец, – покачал головой король. – Ведь сам прекрасно знал, что заклинание закончилось, но отказаться от соблазна не смог. Вот и жалуй дворянское звание таким охламонам…
   – Еще бы! Шеллар, как он мог отказаться, если закадрил королеву! Он этого момента пять лет ждал! Они с Орри поспорили, что Лаврис когда-нибудь трахнет королеву, и тут такой случай!
   – А они не уточняли, какую королеву? – повеселел его величество. – Так зачем Лаврис ждал пять лет, съездил бы к Дане, она на этот счет без предрассудков. И последствий бы таких не было.
   – Ты же знаешь, что ее королевство официально не признано, так что этот номер не прошел бы. Да ладно тебе переживать, зато какой принц получится! Красавец! В Галланте таких отродясь не было. И Агнессе на старость утешение.
   – Ладно уж, – проворчал король, – о старости Агнессы он заботится! Если у тебя все, то я пошел, а ты, пока меня не будет, расскажи Кире про эту историю с пророчеством и как вы, три лопуха, Ольге проболтались. А другу своему Лаврису передай, что еще один такой фокус – и я его женю. На ком-нибудь по своему усмотрению. Под угрозой лишения дворянства и увольнения из полка. Совсем обнаглел, жеребец… А если б ему не подвернулась Агнесса, он бы теперь за моей королевой ухлестывал?
   – Что ты, – утешил его Элмар. – Кира однажды сказала ему пару слов, и он с тех пор к ней не приближается.
   – И каких же? – поинтересовался его величество, с улыбкой покосившись на Киру.
   – А то ты Лавриса не знаешь! Он нам, как обычно, изложил ее слова примерно так: «Баронесса тонко намекнула, что кавалер со столь сомнительной репутацией, как я, вряд ли может быть интересен для нее в качестве возможного партнера, и вообще, то низменное и неподобающее времяпрепровождение, которое я осмелился ей предложить, она находит для себя недостойным и унизительным…» В общем, мы единодушно решили, что нашего Лавриса просто послали, и даже ставок не делали по этому поводу. Зато сам Лаврис после этой познавательной беседы выгреб всю свою наличность и все поставил на то, что вы поймете друг друга и поженитесь. Кучу золота выиграл.
   Кузены дружно расхохотались, а королева удивленно подняла брови:
   – А почему он так решил?
   – Элмар тебе и это расскажет, – пообещал король, кивая на кузена. – А я, если еще минут пять с вами задержусь, не впишусь ни какие правила приличия.
   – Твоего змея я блокирую двумя серыми орлами, змей и один орел уходят в отбой… этот на место. По этой лесной чаморочи бьем шаровой молнией… сколько тут у меня есть?… раз, два, три… четыре. Значит, четыре – и отбой. А теперь я атакую, и ты проиграл. И проиграл-то по-дурацки. Зачем тебе понадобилось атаковать? Ты всегда так плохо играешь?
   Кантор устало вздохнул и бросил карты на табурет:
   – Слушай, Тедди, а чего ты от меня хотел? Я и так-то не лучший игрок в этом мире, а при таком самочувствии, как сейчас, вообще ничего не соображаю. Да и неудобно мне одной рукой и карты держать, и ходить. Сыграй лучше со своим шефом, если тебе так нужен достойный противник.
   – Эхе-хе… – вздохнул палач, собирая карты. – И сыграть-то не с кем. Господин Крош вообще не играет, если ты о нем. Вот босс, говорят, чемпион Нового Капитолия, но не пойду же я к боссу с такими глупостями. Налить тебе еще?
   – Если не жалко, – кивнул Кантор. – А босс твой, чемпион… Ему, наверное, просто поддаются, потому что боятся или чтобы подлизаться.
   – Может быть, может быть… – рассеянно покивал Тедди, любовно укладывая карты в ларчик. – Это верно, босса все боятся. И господина Кроша тоже. Это только ты хамишь всем подряд. Господин Крош очень обиделся и был просто вне себя оттого, что босс не велел тебя больше трогать.
   – А с чего это ваш босс так раздобрился? Если ему ничего от меня больше не нужно, почему я до сих пор жив? Или это, – он кивнул на табурет, на котором располагались оловянные стаканы и нехитрая закуска, – мой последний ужин, так сказать? Поэтому ты и затеял эту совершенно безумную пьянку?
   – Что же в ней безумного? – искренне удивился Тедди. – Почему бы и не выпить с объектом, когда больше не с кем? Тем более если такой объект стоящий. А убивать тебя босс пока не велел, если ты об этом, и господин Крош от этого в полном отчаянии. Уж очень он на тебя зол за то, что ты ему нахамил и нагло с ним торговался.
   Кантор весь вечер тихо балдел, представляя себе, как безумно выглядят со стороны мирно выпивающие вместе палач и его объект, и в который раз убеждался, что он все-таки точно ненормальный. В первый момент, когда в дверях камеры появился палач с бутылкой и спросил, не желает ли Кантор выпить, мистралиец решил, что у того поехала крыша. А потом, убедившись, что Тедди не шутит и не издевается, философски рассудил, что так, наверное, и должно быть. Если товарищ Кантор полностью больной на голову, что ни для кого не является секретом, то вполне естественно, что к нему обращаются с подобными безумными предложениями. И отказываться от дармовой выпивки только потому, что ее предлагает палач, – это уже непозволительный каприз. Даже если он туда яду насыпал, какая разница – от чего… Да и любопытно стало пообщаться с таким же сумасшедшим, как и сам. Ведь Тедди должен быть не менее чокнутым, чтобы устраивать вот такие посиделки с человеком, которого только вчера истязал и которого, возможно, завтра должен будет прикончить.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация