А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Кровь тайны" (страница 32)

   ГЛАВА 34

   Лирит закрыла дверь ванной – осторожно, хотя лорд Барретт не мог ее услышать – и спустилась вниз. Жаль, что она не обладает целительскими способностями Грейс, или хотя бы не прирученной, но бездонной силой Эйрин. Однако талант Лирит состоял в способности к предвидению. И все же она не видела, выживет Барретт или нет. Лирит сделала все, что могла; теперь оставалось только ждать.
   Она нашла своих друзей в гостиной «Голубого колокольчика».
   – Как он? – спросил Тревис, поставив на стол фарфоровую чашку с кофе.
   Лирит открыла рот, чтобы ответить, но у нее получился зевок. Только что рассвело, она не спала всю ночь.
   – Его раны больше не кровоточат; кроме того, я вправила сломанные пальцы и наложила на них шины. Несколько раз он едва не пришел в сознание, словно во сне бормотал что-то, а потом вновь замолкал. Мне удалось разобрать только одно слово. Кажется, он сказал «золото».
   Дарж мрачно кивнул.
   – Не удивлюсь, если люди, которые совершили это насилие, забрали его золото.
   Тревис посмотрел на рыцаря.
   – Неужели ты думаешь, что обычные грабители способны на такое, Дарж?
   Дарж лишь провел рукой по усам.
   Лирит села и с благодарностью взяла из рук Тревиса чашку горячего кофе. Конечно, кофе не мэддок – он более горький, и ему не хватает пряного аромата, – но она не могла не признать его достоинств. После нескольких глотков Лирит почувствовала, как по телу растекается приятное тепло.
   – Как прошел вечер в салуне? – спросила она у Тревиса.
   После того как они с шерифом Тэннером и его помощником Вилсоном принесли Найлса Барретта в пансион – Дарж остался с Саретом в тюрьме, – Тревис пошел в «Шахтный ствол», чтобы сообщить Мэнипенни о несчастье с Барреттом, а также предупредить, что Лирит сегодня останется дома.
   Тревис вздохнул и провел рукой по бритой голове.
   – Мне там было нечего делать. Почти никто не пришел. Даже старый Иезекиль Фрост.
   – Возможно, решили, что такой вечер лучше провести дома, – предположил Дарж, который осторожно держал в руке тонкую фарфоровую чашку, смешно отставив в сторону мизинец.
   Наверное, Дарж прав, подумала Лирит. Как только по городу распространилась новость о том, что случилось с Барреттом, жители поспешили разойтись по домам. Тревис рассказал ей, что заповедь, прикрепленная к груди Барретта, является одним из десяти напутствий, оставленных Богом этому миру. А кто в Касл-Сити не нарушает хотя бы одной из них?
   Лирит поставила чашку на стол.
   – Я не уверена, что сделала для лорда Барретта все, что возможно. Может быть, следует вызвать врача?
   – Нет, мисс Лили, – возразила Моди, входя в гостиную. Она поставила на стол кофейник со свежезаваренным кофе. – Уж лучше вы лечите мистера Барретта, не стоит звать доктора Свенссона.
   Дарж бросил на нее пристальный взгляд.
   – Почему нам не следует посылать за доктором, леди Моди?
   – Вот почему, мистер Дирк. – И она бросила на стол свежий номер «Вестника Касл-Сити». – Доктор Свенссон женат на Берте Хейл Свенссон, сестре Мортимера Хейла.
   Лирит поняла, что имела в виду Моди. Мортимер Хейл является издателем единственной местной газеты, а Тревис считал, что именно Хейл возглавляет Комитет бдительности – или «Крестовый поход за Чистоту», как они назвали себя сегодня вечером. Конечно, то, что произошло с Бельтаном, скорее всего дело рук Лайонела Джентри, который вполне может работать на Хейла. А брак связывает доктора с Хейлом.
   Тревис посмотрел на газету.
   – Я думал, вы запретили «Вестнику Касл-Сити» появляться в пансионе, Моди.
   – Запретила. Я нашла газету в одной из комнат во время уборки. Сейчас она отправится в камин.
   И она подхватила газету, но Лирит успела прочитать заголовок:

   НАКОНЕЦ ВОСТОРЖЕСТВОВАЛА СПРАВЕДЛИВОСТЬ

   Дарж встал и надел шляпу. Пришло время сменить в тюрьме шерифа Тэннера. Тревис зевнул – он тоже почти не спал предыдущей ночью – и отправился наверх, чтобы немного отдохнуть. Лирит понимала, что ей следует последовать примеру Тревиса; она ужасно устала. Однако кофе сделал свое дело, и ее переполняла энергия. Что ж, нужно ее использовать. Она собрала пустые чашки и пошла на кухню, чтобы помочь Моди вымыть посуду после завтрака.
   Лирит надела передник, и Моди улыбнулась своей добровольной помощнице. Они молча мыли посуду, и простая работа помогла Лирит немного успокоиться. Когда вся посуда была вымыта, Моди зажарила в камине несколько ломтей хлеба и положила их на стол рядом с баночкой земляничного джема.
   – Ранним птичкам положено два завтрака, – заявила она.
   Желудок Лирит заурчал, и она не стала спорить.
   – Какой позор. Как они могли сотворить такое с мистером Барреттом, – вздохнув, проговорила Моди. – После того, что он пережил.
   Лирит приподняла бровь.
   – Что вы имеете в виду?
   – Вы же знаете, его изгнали в Америку, – ответила Моди, бросив на Лирит выразительный взгляд. – Его отец английский граф, а Найлс – как старший сын – должен был унаследовать титул. Но несколько лет назад отец лишил Найлса всех прав наследства и посадил на отплывающий в Нью-Йорк корабль, приказав никогда не возвращаться обратно.
   Лирит вспомнила о записке, приколотой к куртке Барретта.
   «Чти отца и мать своих».
   – Почему отец изгнал его?
   – Очень немногим горожанам известна история Барретта. Конечно, почти все знают, что он не любитель женщин. Барретт часто захаживал в «Голубой колокольчик», но только чтобы выпить и поболтать, он никогда не интересовался моими девочками. – Моди улыбнулась. – Он говорил, что ему нравится атмосфера.
   Лирит улыбнулась. Она взяла Моди за руку.
   – Однажды он рассказал мне о том, что с ним приключилось, – продолжала Моди. – Мы выпили слишком много джина и обменивались грустными историями. Я поведала ему о своих мужьях. А потом… – Она вздохнула и пожала плечами. – Его друг был лейтенантом королевского флота. Найлс показал мне фотографию – я никогда не видела такого красивого юноши. Глаза глубокие и спокойные, словно море. И тут старший лорд Барретт нашел их письма. Офицера разжаловали и сослали в Австралию, а Найлса отправили в Америку.
   – Я не понимаю, – сказала Лирит. – Почему Найлса Барретта заставили расстаться с его лейтенантом?
   Моди удивленно ахнула.
   – Похоже, вы пришли из другого мира, мисс Лили, если не знаете. Общество очень жестоко по отношению к тем, кто нарушает его законы. Мне это известно не хуже, чем мистеру Барретту. Я уже давно перестала приглашать к себе на обед высокопоставленных леди нашего города. Вероятно, они считают, что женщина может уйти из борделя, но бордель навсегда останется у нее в душе.
   Лирит застыла, и Моди посмотрела на нее с сочувствием. Как могла Моди догадаться о годах, которые Лирит провела, танцуя у Галтаса? Никто об этом не знал. Однако Моди все поняла.
   Лирит попыталась убрать руку, но Моди крепко сжала ее ладонь.
   – Не верьте тем, кто говорит подобные вещи, мисс Лили. Вы хорошая женщина, и я это чувствую. Мистеру Сэмсону повезло, что у него есть вы.
   – В самом деле?
   Моди отпустила ее руку. Лирит прижала ладонь к животу. Она ощущала пустое пространство внутри, которое никогда не будет заполнено жизнью. Что она сможет дать Сарету кроме того, что получали мужчины, приходившие к Галтасу?
   Возможно, она нашла ответ на мучающий ее вопрос. Сарет не может жениться на женщине, не принадлежащей к его клану. А как насчет любовницы? Моди сказала, что некоторые люди живут вне круга, очерченного «порядочными» мужчинами и женщинами. Разве сама Лирит давно не перешла эту границу?
   Она встала, ее переполняла энергия, полученная не только от кофе.
   – Я должна повидать Сарета.
   В глазах Моди появилось беспокойство.
   – Вы уверены, что это хорошая мысль, мисс Лили? Мистер Дирк говорит, что вам небезопасно посещать тюрьму. Вы же знаете, многие хотят повесить мистера Сэмсона. Лучше не привлекать к нему внимания.
   Но Лирит ее не слышала. Она сняла передник и бросила на стул.
   – До свидания, леди Моди, – сказала она и, не дожидаясь ответа, выскочила из кухни.

   Лирит быстро шагала по улице Гранта. Тюрьма находилась на противоположном конце города, примерно в миле от «Голубого колокольчика». Она бежала, пока не начинала задыхаться, переходила на шаг, ждала, когда успокоится дыхание, и снова бежала. Лирит чувствовала, что люди с любопытством смотрят ей вслед, но ей было все равно. Улица Гранта заканчивалась тупиком. Она свернула в узкий переулок, ведущий на Лосиную улицу.
   И столкнулась с Иезекилем Фростом.
   – О, это вы, мисси. Куда спешите?
   Костлявые, но сильные руки подхватили ее, не давая упасть. Лирит оказалась лицом к лицу со старым охотником. Клочья седых волос торчали из-под грязной меховой шапки. Коричневые следы табака засохли на бороде и зубах, глаза пожелтели – очевидно, от постоянного употребления алкоголя.
   – Ага, мне попалась мисс Лили, затворница из «Шахтного ствола».
   – Прошу меня простить, – сказала Лирит, высвобождаясь из цепких пальцев. – Мне нужно идти.
   В глазах Фроста загорелся хитрый огонек.
   – Мне тоже нужно идти, мисс Лили. Обратно.
   Лирит удивилась. Слова старика показались ей важными.
   – Что вы хотите сказать?
   Он рассмеялся и от удовольствия даже шлепнул себя по бедрам.
   – Вы хотите меня обмануть, прикидываясь простушкой, мисс Лили. Но мне известно, что вы, как и я, знаете все о Семи Городах.
   – Каких Семи Городах?
   – Ну, города Сиболы[14]. Их разыскивают вот уже пятьсот лет, сначала испанцы, затем те, кто пришел вслед за ними. Только никому, кроме меня, не удалось найти туда дорогу. Я был там однажды, и мне не стоило уходить. – Он посмотрел в глаза Лирит. – И вы там побывали, мисс Лили. Я видел, как вы вышли оттуда, в точности как золотой человек. Я хорошо знал таких, как он. Он будет искать путь обратно. Вот только, когда он его найдет, я постараюсь опередить его, словно американский заяц – раз, и я уже там. – Старик протянул ей руку. – И я возьму вас с собой, мисс Лили, если вы хотите.
   От Фроста пахло пшеничным виски и разложением. Лирит вырвала руку.
   – Мне нужно идти, – сказала она и побежала дальше, прежде чем старик успел ее остановить.
   Она рассчитывала застать в офисе шерифа Даржа или молодого Вилсона, но за старым столом сидел сам шериф Тэннер. Он вопросительно приподнял брови, увидев Лирит. Она сообразила, что ужасно выглядит, и принялась поправлять платье.
   – Я пришла повидать Сарета.
   – Хорошо, мисс Лили, – спокойно ответил шериф. – Ему разрешено принимать посетителей. Но у вас только десять минут, и вы не должны ничего ему передавать. Это закон, который необходимо уважать.
   Лирит коротко кивнула, она была согласна на все, лишь бы увидеть Сарета.
   Тэннер встал и подошел к двери, которая находилась в задней части комнаты. В ней имелось квадратное отверстие с железной решеткой, через которое можно было заглянуть в тюрьму. Тэннер снял с пояса связку ключей, выбрал нужный и вставил его в скважину. Лирит обратила внимание, что ему далеко не сразу удалось попасть ключом в замок. Он открыл дверь.
   – Когда ваше время закончится, я за вами приду.
   Она вошла внутрь. Тэннер закрыл дверь у нее за спиной, и она услышала, как поворачивается ключ в замке.
   – Бешала, – послышался тихий голос.
   Когда глаза Лирит приспособились к темноте, она разглядела три камеры, каждая из которых закрывалась решетчатой железной дверью. Две камеры пустовали, а в третьей она разглядела окутанного черной тенью человека. Кажется, она именно так в первый раз увидела Сарета – он стоял в сумраке рощи на окраине Ар-Толора?
   Лирит подошла к двери. Она не видела Сарета со дня смерти Кэлвина Мюррея и прекрасно понимала, что не только тюремный сумрак причина мрака, наполнявшего его глаза. В груди у нее защемило.
   – Сарет, ты болен.
   – Теперь, когда я вижу тебя, у меня все прошло.
   Он шагнул к двери, и на его лице появилась гримаса боли.
   – Тебя беспокоит нога? – сказала она.
   – Я думал, рана затянулась. Однако с тех пор, как мы здесь появились, она тревожит меня постоянно. Однако все это ерунда, бешала. Воспоминания о боли, не более того. Сейчас меня переполняет лишь радость.
   Она хотела протянуть ему руку, но в последний момент отдернула ее назад.
   – Шериф сказал, что мне не следует к тебе прикасаться.
   – А мой народ запрещает мне прикасаться к тебе.
   Лирит сложила руки на груди, словно пыталась спрятать свое сердце. Законы его народа подобны железным прутьям решетки, которые их разделяли. Но Лирит знала, что существует способ их обойти.
   Она не смогла посмотреть ему в глаза.
   – Я не могу стать твоей женой, Сарет. И я не могу родить тебе ребенка, потому что в моем теле больше никогда не сможет поселиться жизнь – я знаю. Но одну вещь я могу тебе дать.
   Лирит почувствовала, что он смущен.
   | – О чем ты говоришь, бешала?
   Она вздернула подбородок и заставила себя посмотреть в глаза Сарета.
   – Я стану твоей шлюхой, Сарет. Я не могу дать тебе ребенка. Но могу предложить свое тело – ничего другого у меня не осталось. И я отдам его тебе без всяких условий, ты сможешь делать с ним все, что пожелаешь. Даже законы твоего клана не помешают тебе принять этот дар.
   Он вцепился в железные прутья, застонал и покачал головой. Боль пронзила ее грудь. Неужели он отказывается от единственного дара, который она может ему дать?
   – О, бешала, – с мукой в голосе сказал он. – Твое сердце я бы взял с радостью, если бы позволили обычаи моего клана. Твою любовь я бы лелеял, как лучший из самоцветов. Вот только я бы не стал ее скрывать. Я носил бы ее у себя на шее, где она сияла бы ярче солнца. Но твое тело – драгоценность, которую я не в силах сделать своей.
   Нет, она не должна сдаваться.
   – Законы твоего народа не запрещают тебе иметь любовницу?
   – Нет.
   – Тогда я буду следовать за морнишами, точно призрак, стану таиться во мраке и холоде, вне яркого круга их костров. Мне все равно. Я буду ждать тех мгновений, которые ты сможешь украсть, и в темноте твоя любовь меня согреет.
   – Я не могу, бешала.
   Она молча смотрела на него, не находя слов.
   Сарет прижал голову к железным прутьям.
   – Все дело в демоне, бешала. Он забрал не только мою ногу, но и мужскую силу.
   – Ты хочешь сказать…
   На его губах появилась горькая улыбка.
   – Нет, бешала. С моим телом все в порядке – нет лишь ноги. Но я не способен испытывать желание, какие бы чувства мной не овладевали. Это произошло, когда мы с Ксеметом впервые увидели демона и я познал его прикосновение.
   Какая жестокость! Лирит попыталась рассмеяться – и всхлипнула.
   – Получается, что единственный дар, который я способна тебе преподнести, ничего для тебя не значит.
   – Нет, бешала. Ты предложила мне бесценный дар. Какой человек способен познать свою судьбу? Однако вот она – моя судьба, явившаяся мне сейчас. Что из того, что она получилась горькой? Во всяком случае, она моя.
   Лирит прижалась лицом к железным прутьям и ощутила тепло его щеки.
   – Я буду любить тебя вечно, Сарет.
   – А я люблю тебя сейчас, – ответил он.
   Они стояли так до тех пор, пока в дверь не постучали.
   – Время вышло, мисс Лили, – послышался голос Тэннера.
   Ключ повернулся в замке, дверь открылась. Не говоря ни слова, Лирит повернулась и вышла на улицу, оставив свое сердце во мраке тюремной камеры.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 [32] 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация