А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Кровь тайны" (страница 24)

   ГЛАВА 26

   Король сидел в кресле у камина, украшенном когтями дракона. Когда Эйрин вошла, он не поднял взгляда, продолжая смотреть на огонь. Один из мастиффов у его ног зарычал на Эйрин, но движением руки король заставил пса замолчать.
   Эйрин вдруг поймала себя на мысли о том дне, когда много лет назад впервые приехала в Кейлавер, девочка которой миновало лишь десять зим, ее родители умерли, и король стал ее опекуном. Она никогда не забудет, как в первый раз увидела Бореаса. Он показался ей великаном, сидящим на троне, а когда король заговорил, его голос напомнил ей раскаты грома. Эйрин решила, что Бореас самый красивый мужчина в мире, и ей пришлось напрячь все силы, чтобы на дрожащих ногах подойти к трону и сделать реверанс.
   И вот она снова здесь. На какое-то мгновение его чеканный профиль парализовал Эйрин. Несмотря на следы седины в блестящих черных волосах и бороде, король Кейлавана производил прежнее грозное впечатление.
   Эйрин сделала несколько решительных шагов и присела в реверансе.
   – Я прибыла в Кейлавер по вашему приказанию, Ваше величество.
   Он крякнул, но не поднял на нее глаза.
   – Ты пришла, леди Эйрин. Но вовсе не тогда, когда следовало. Я уже больше часа тебя жду.
   – Мне показалось, что будет лучше, если я сначала смою грязь долгого путешествия.
   – В самом деле, миледи? – Король наконец обратил на нее свой взор. – А известно ли тебе, что леди Грейс пришла по моему приказу в платье, залитом кровью сэра Гарфетеля? Она не посчитала, что ванна важнее моего приказа.
   Эйрин вздохнула. Перед ее глазами возник милый, доблестный Гарф. Грейс сделала все возможное, чтобы спасти юного рыцаря, но раны, полученные им в схватке с медведем, оказались слишком серьезными.
   Казалось, Бореас понял, что его слова не произвели должного эффекта.
   – А где леди Грейс? – спросил он. Эйрин показалось, что в его голосе слышится разочарование. – Лорд Фарвел сказал мне, что она не приехала с тобой. Она осталась на юге?
   Эйрин подошла поближе к королю и как можно тверже сказала:
   – Она плывет в Торингарт, Ваше величество, где рассчитывает найти осколки меча короля Ультера.
   Король никогда не пытался скрывать свои эмоции – таков был его недостаток, или достоинство, кто знает? На лице у него появилось удивление, затем он прищурился – его явно что-то беспокоило. Он прекрасно понимал, что Эйрин рассчитывает произвести на него впечатление и продемонстрировать, что есть вещи, о которых королю ничего неизвестно. Однако Бореас оставался ее королем, которого она всегда будет уважать. Но она больше не маленькая девочка, многое сделала и увидела с тех пор, как осмелилась покинуть стены замка. Король должен это понять с самого начала.
   Некоторые считали короля не слишком умным. Они ошибались. Эйрин знала, что Бореас прекрасно соображает. Он наклонился вперед, и в его глазах загорелся огонек нетерпения.
   – Присаживайся, миледи.
   Он показал на стоящий напротив стул.
   Да, он понял, что хотела сказать Эйрин, и ему это понравилось. Впрочем, Бореас всегда предпочитал иметь дело с теми, кто находил в себе мужество ему возражать. Эйрин оставалось надеяться, что у нее хватит сил. Она подобрала подол платья и села. Рядом с камином было жарко.
   Бореас улыбнулся, обнажив крупные зубы.
   – Расскажи обо всем, что произошло с тобой во время твоих долгих путешествий, миледи. Ничего не пропускай. Не забывай, что я твой король.
   – Поверьте мне, Ваше величество, об этом я никогда не забываю.
   В течение следующего часа она рассказывала о том, что произошло с тех пор, как она прошлым летом сбежала из Кейлавера. Бореас слушал не прерывая, временами переводил взгляд на Эйрин, но в основном смотрел в камин. Изредка он кивал, словно ее слова подтверждали его собственные мысли. И не раз он награждал Эйрин откровенно восхищенным взглядом.
   Но она и в самом деле пережила удивительные приключения после побега из Кейлавера: сражалась с порождениями огня, ужинала с некромантом, оказалась свидетельницей рождения богини. Эйрин добралась до самого древнего города Фаленгарта, говорила с богами и императором, трепетала перед злом кровавой магии. Она сама была немного удивлена: неужели все это действительно случилось с ней?
   Эйрин ничего не приукрашивала. И теперь, оглядываясь на свои приключения, поняла, что брак по приказу короля совсем не то, чего ей следует бояться.
   Она обнаружила, что опустить подробности, связанные с колдуньями, совсем нетрудно. Эйрин сделала это, практически не задумываясь. Высокий Совет колдуний, решение о наблюдении за Тревисом – Разбивателем рун, усиление ее собственных способностей… ее язык обходил скользкие вопросы с такой легкостью, словно их и не существовало. Все оказалось так просто, и Эйрин предположила, что ею руководит Узор, который позаботился о том, чтобы замыслы колдуний остались скрытыми от короля Бореаса.
   Когда Эйрин замолчала, король еще долго смотрел на огонь.
   Интересно, что он видит в пламени, подумала Эйрин.
   – Приближается война, миледи, – негромко проговорил он, невольно ответив на ее молчаливый вопрос. Он встал и начал расхаживать по комнате. – Не сомневаюсь, что сэр Тарус рассказал тебе о том, что видел. Рыцари Оникса – чьи цели и повелитель остаются для нас тайной – овладели Брелегондом и Эриданом. Более того, король Соррин перестал балансировать на грани безумия он окончательно сошел с ума. Соррин больше не поддерживает Малакорский Орден, и это существенно ослабило его.
   Эйрин не поняла, каким образом в руке Бореаса появился кинжал, и король принялся его вертеть.
   – Кое-какие решения, принятые на Совете Королей, приносят свои плоды. Голт продолжает нас поддерживать, хотя это самый маленький Доминион. И я надеюсь, что наш союз с Ар-Толором будет еще крепче. Я также рассчитываю на новую королеву Перридона, хотя мне докладывали, что ее Доминион еще не оправился от последствий Огненной чумы, и пройдут годы, прежде чем Перридон обретет прежнюю силу.
   – И это еще не все, миледи. Среди простого народа растет недовольство, как в период прошлого Среднезимья. Крестьяне перешептываются о существах, рыскающих в ночи, похищающих детей из колыбелей, о темных тучах, которые летят по небу против ветра, и диковинных вспышках света в глухих лесах, где не живут люди. Оставшиеся в рядах ордена рыцари расследуют подобные слухи только это и не дает простолюдинам окончательно потерять разум.
   Эйрин поразили слова Бореаса. В прошлом король никогда не был с ней так откровенен.
   – И какой следует сделать вывод, Ваше величество?
   – Я бы хотел услышать твое мнение, миледи. В конце концов, ты видела своими глазами то, о чем я могу только догадываться. И все же я отвечу на твой вопрос. В день прошлогоднего Среднезимья зло удалось отвести, но мы не сумели его уничтожить. И теперь не остается никаких сомнений: оно стало еще сильнее и начинает действовать.
   Быстрым движением он метнул кинжал в стоящий посреди комнаты стол. Клинок вошел в дерево, словно нож в сыр. Эйрин поразила легкость, с которой король это сделал. Неужели он так разгневан?
   Бореас подошел к ней. Она невольно сжалась, как в далеком детстве, опасаясь его гнева. Однако сейчас Бореас не казался рассерженным, скорее был возбужден, но это производило не меньшее впечатление.
   – А теперь, миледи, когда положение становится угрожающим, появляешься ты и приносишь мне весть о короле погибшего Малакора. Точнее, о королеве. К тому же она оказывается моей леди Грейс. – Он сжал кулак. – Пусть Ватрис даст мне силы поверить в столь невозможное стечение обстоятельств.
   Эйрин заставила себя посмотреть в глаза Бореаса.
   – Леди Грейс действительно наследница Малакора, Ваше величество. В течение прошедших столетий Фолкен Черная Рука и леди Мелия бережно хранили королевскую линию. Я сказала вам правду.
   – Да, конечно. Но не всю.
   Холодный укол в сердце.
   – Ваше величество, клянусь, я рассказала вам всю правду.
   Бореас опустил массивные плечи и вздохнул.
   – Я всегда сожалел, что ты не в состоянии применить какую-нибудь уловку и скрыть правду, миледи. Боялся, что в твоих жилах течет кровь простолюдинов, уж слишком ты открыта. Но теперь я вижу, что ошибался. Ты научилась лгать.
   Эйрин охватила паника. Она была уверена, что ничем себя не выдала. Как Бореас мог догадаться? Она встала со стула и собралась возразить.
   Бореас взмахом руки заставил ее отказаться от своих намерений.
   – Нет, миледи. В ткани твоего обмана нет ни единой прорехи. Более того, ты произвела на меня впечатление. Остается только надеяться, что мои советы не пропали даром. И я бы никогда не заподозрил, что ты говоришь неправду, если бы не это.
   На столе рядом с кинжалом лежал лист пергамента. Бореас взял его в руки.
   Эйрин облизала губы сухим языком. Было бы неплохо выпить вина.
   – Что это такое?
   – Послание от королевы Иволейны. Я получил его в прошлый дерсдей.
   Эйрин слушала его и не верила своим ушам. В письме из Толории говорилось: еще прошлой зимой королева Иволейна убедилась в том, что Эйрин и Грейс обладают способностями к колдовству, поэтому отправила в Кейлавер Лирит, чтобы та стала их наставницей, а во время пребывания в Ар-Толоре Эйрин продолжала занятия.
   Эйрин едва дышала. Она скрывала от Бореаса, что они с Грейс занимаются с Иволейной и Лирит в Кейлавере – ведь король не доверял колдуньям. И вот Иволейна сама открыла ему правду. Зачем?
   Бореас положил пергамент.
   – Получается, что две мои воспитанницы попали в колдовское логово и находятся под влиянием заклинаний. Теперь ты понимаешь, почему я считаю королеву Иволейну своей должницей. Возможно, все только к лучшему, и я не зря доверил дитя своей крови и дитя моего сердца колдунье.
   Эйрин не знала, что ответить.
   Бореас посмотрел в окно. Приближалась ночь.
   – Она утверждает, будто ты весьма могущественна, миледи. Более того, Иволейна полагает, что ты самая сильная колдунья из всех родившихся за последнее столетие.
   Эйрин показалось, что в голосе короля слышится слабая дрожь. Страх? Отвращение? Неужели гордость?
   Он вновь повернулся к Эйрин.
   – Королева сказала правду, миледи? Ты можешь читать мои мысли?
   Эйрин охватил ужас, ей стало больно.
   – Нет, Ваше величество. Клянусь Семью, это не в моих силах.
   Король заглянул ей в глаза, и его взгляд стал жестким.
   – Надеюсь, Иволейна не ошиблась. Дело в том, что приближается война, миледи. Грядет величайшая битва нашего мира. И она произойдет, несмотря на то, что кое-кто пытался этому воспрепятствовать. Мне бы не помешало иметь твое могущество на своей стороне.
   Эйрин знала, что многое изменилось с тех пор, как она покинула Кейлавер, она действительно стала другим человеком, но только сейчас девушка осознала, насколько все серьезно. Она разговаривает с могущественным и бесстрашным королем, который просит ее о помощи.
   – Вы мой король, – наконец вымолвила она. – Я готова выполнить любой ваш приказ.
   Но стоило ей произнести эти слова, как у нее возникли сомнения – а не лжет ли она вновь? И судя по печали, появившейся в глазах Бореаса, у него возникли такие же мысли. А затем, в одно мгновение, печаль исчезла, словно ее там никогда и не было.
   Бореас хлопнул в ладоши.
   – Ну, хватит говорить о войне, миледи. Лучше обсудим твою свадьбу.
   Он указал на шкаф, в котором хранились графин и два кубка. Эйрин быстро подошла и наполнила кубки красным вином. Один она протянула королю, а из второго жадно напилась сама.
   – Думаю, мы не станем тянуть время, – продолжал король. – Назначим бракосочетание на первый день весны.
   – Если так пожелает Ваше величество, – пробормотала Эйрин.
   Ее не слишком беспокоило, что она не знает имени своего будущего мужа. Так она могла еще некоторое время предаваться приятным фантазиям, надеясь, что у мужа будут почти все зубы и что он сможет самостоятельно пользоваться ночным горшком.
   Бореас поставил кубок и посмотрел на Эйрин.
   – Мы скучали без тебя. Мне тебя не хватало, Эйрин.
   Ее сердце забилось так сильно, что едва не выпрыгнуло из груди.
   – И я скучала, отец.
   Повинуясь импульсу, она бросилась в его объятия. Бореас не оттолкнул ее, а его руки оказались такими же сильными, как в те времена, когда она была маленькой девочкой. Эйрин прижалась щекой к его груди. От него пахло костром и свежим ветром. Наконец она неохотно выскользнула из его объятий и отступила на шаг.
   – Я рад, что ты больше не скрываешь свою правую руку, – с улыбкой сказал Бореас. – Тебе нечего стыдиться. Никогда не забывай об этом, миледи.
   Она вытерла слезы левой рукой и кивнула.
   – Я постараюсь, Ваше величество.
   Он усмехнулся, и Эйрин улыбнулась в ответ. Ей показалось, что все если не прощено, то хотя бы забыто. Тем не менее между ними возникла дистанция, бездна, через которую никогда не удастся перекинуть мост.
   Он воин, последователь внутреннего круга Ватриса Быкоубийцы. А ты…
   Кем она стала? Колдуньей? Несомненно. В своем послании Иволейна написала правду, которую бессмысленно отрицать. Но какая она колдунья? Нет, она не имеет ничего общего с Белирой и ее жестокими подругами, которые насмехались над ней только из-за того, что она на них не похожа. Да и с сестрой Лиэндрой, вытеснившей самых старших и мудрых колдуний к краю Узора и открыто призвавшей всех остальных выступить против воинов Ватриса.
   Однако призывы Лиэндры удалось смягчить в последней части плетения Узора. И все же решение принято – колдуньям следует следить за воинами и не допустить их участия в Решающей Битве. Эйрин, как и Лиэндра, тоже является частью Узора. Она не может ему противиться. Не может?
   Ладно, с этим она разберется позже. Эйрин широко зевнула, и Бореас отправил ее отдыхать. Она поцеловала его в бородатую щеку и оставила одного у камина, в окружении собак и с мыслями о предстоящей войне.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 [24] 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация