А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Алмазный Меч, Деревянный Меч. Том 1" (страница 12)

   Мощь затаившегося под землёй разума подавляла, слепила и оглушала. На Сидри раз за разом накатывались волны такой силы, что гном, не выдержав, обхватил ладонями голову и глухо застонал. Кто это такой? Что ему надо? Почему я не чувствовал ничего подобного раньше, даже когда ворожил?..
   «Stuc геас, divid'omm Suuraz!» – Сидри призывал Силу. И плевать, что он – в самом сердце города людей, что совсем рядом – собор и храм, школа жрецов, в полуквартале – башня Радуги, башня Ордена Солей. Неважно, что сейчас сюда сбежится толпа магов, и колдунов, и жрецов, и воинов – если он не будет противиться, подземная тварь сожжёт его разум и поглотит сердце.
   Холодная волна спокойной Силы Гор прокатилась в ответ. Она послушно явилась на зов, слишком слабая, чтобы противостоять магам Радуги в Гномьих Войнах, когда пал Каменный Престол, но способная сейчас помочь одному из своих детей.
   Стало легче. Бешеное колотьё в висках слабело, чудовищная тварь отползала, поджавши хвост. Весь дрожа, Сидри облизнул пересохшие губы; ощутив вкус крови, вытер рот тыльной стороной ладони – осталась красная полоса.
   Теперь оставалось только ждать и принимать неравный бой, бой, в котором его не убьют (не поможет, даже если он сам вонзит сталь себе в горло), а пленят и, неважно – у живого или у мёртвого – капля за каплей выпытают всё, что он знает. И тогда – конец всему.
   Безоружный, Сидри не побежал и не ударился в панику, хотя смелость вроде бы не числилась среди его достоинств. Он слыл купцом, а не воином, путешественником и торговцем, а не боевым магом. В предстоящей им миссии сражаться и умирать должны были Вольные. Каменный Престол не пожалел золота – пусть отрабатывают…
   – Сидри! Что происходит?! – из парадных дверей, едва не сбив с ног привратника, вихрем вылетела Кан-Мола. Лицо перекошено, волосы растрепались, глазищи горят, словно на дне их вспыхнул настоящий пожар. С такими глазами не надо ночью фонаря.
   – Прости… – прохрипел гном. – Что-то… напало… на меня… наверное – пришло оттуда
   Не требовалось пояснений – гном решил, что его выследил один из новых хозяев гномьей сокровищницы.
   Тави на миг закусила губку, однако тут же встряхнулась, прохладные пальцы легли Сидри на всё ещё покалывающие виски.
   – Не бойся. Я прикрою тебя. Мой брат уже получает всё, что нужно.
   А тем временем на площади стали – очень быстро! – появляться те, кому это положено было по должности.
   Первыми, конечно же, высыпали священники. Собор Спасителя был совсем рядом, и там всегда полно этих, в белых рясах. Церковь никогда не славилась боевыми магами, но ходили слухи, что её служители годами упорной аскезы и молитвы добиваются многого, очень многого.
   Следом за священниками появились жрецы. Храмы Древних Богов еще стояли по всей Империи; память, принесенная с Забытых Берегов. Древние Боги слабы, они уже почти что заснули, умерли, ибо сон – есть смерть богов. Тем не менее во многих местах им до сих пор поклонялись – на что Радуга смотрела сквозь пальцы. Пусть их поклоняются кому хотят. Тем более что по силам жрецы Древних Богов и в подметки не годились даже магам третьей ступени Семицветья.
   Жрецы Древних шли осторожно, уже в боевом порядке – впереди четверо сидриттов, старших учеников, кои уже весной отправятся по своим приходам; за ними – четверо деканов, и, наконец, последним шёл сам ректор. На гнома они не смотрели. Оно и понятно – с ослушником, что сотворил недозволенную волшбу, справятся стражевые волшебники. Их жреческое дело – понять, что за гость пожаловал в подземелья Хвалина. Сидритты нащупывали след, деканы прикрывали их, в то время как ректор должен был сделать главное – нащупать сознание пришельца, попытаться заговорить с ним; жрецы Древних Богов твёрдо верили, что говорить можно с любым существом, неважно, одушевлённым или нет.
   А вот и маги. Радуга действует быстро. Всякие там чудища – дело понятное и привычное, пусть сперва порезвятся слуги Храмов. Сила Древних Богов всё равно пала, остались жалкие её крохи, миром правят Спаситель и Чистая Магия, так что пусть пока балуются! Все ведь и так знают, что господин ректор должен будет дать полный отчёт хвалинскому Совету Радуги…
   На площадь быстрым, чеканным шагом вошли трое в одноцветных плащах. Синий, Зелёный и Жёлтый. Солей, Флавиз и Угус. Все – маги третьей ступени. Если не выше.
   Тави медленно выпрямилась, холодно глядя на чародеев. А те смотрели только на Сидри; и у несчастного гнома от страха застучали зубы.
   За магами валила целая толпа их прислужников. Младшие адепты, подмастерья и первая ступень, ещё не выслужившие право на одноцветный плащ. Человек двадцать. Эти, в отличие от мастеров, не пренебрегали обычным оружием.
   Чародей в синем плаще – высокий, костлявый, словно поднятый из могилы скелет, на которого второпях натянули обратно человеческую кожу, – медленно протянул руку.
   – Ты! – проскрипел он. – Гноме! Рекомый Сидри, колено Дромаронгов! Ты!.. Виновен!.. Пойдёшь ли ты с нами добровольно или применить силу?
   – В чём повинен мой слуга? – резко сказала девушка. В её руках не было сабли, но и самый распоследний нищий в Империи знал, на что способны Вольные, даже без смертоносной своей стали.
   Маг Ордена Солей удостоил заговорившую Нелюдь коротким полупрезрительным взглядом.
   – Творил запретную волшбу, – процедил волшебник. Словно в лицо плюнул.
   Из дверей спокойно вышел Кан-Торог. Не обращая никакого внимания на творящееся вокруг, встал рядом с Тави, протягивая ей некий внушительного вида пергамент. На витых шнурках чуть покачивались аж четыре печати разноцветного сургуча.
   – Имперский Закон «О Вольных», параграф сорок четвёртый, «О слугах», пункт десятый. «За содеянное слугой отвечает хозяин», – спокойно возразила девушка.
   Маги удостоили её пергамент парой мимолётных взглядов. Разумеется, они знали, что в нём. Подтверждение имперского подданства. Экстерриториальность. Подсудность только особому суду самих же Вольных, возглавлял коий лично Император. А это значило, что дело должно было разбираться в Мельине, да и то не сразу, а лишь когда господа имперские Вольные соблаговолят туда явиться, ибо преступление не было связано ни с кровопролитием, ни с нанесением какого-либо ущерба.
   Радуга умела проигрывать.
   Не говоря ни слова, волшебники в одноцветных плащах повернулись спинами к Вольным. Чародей в жёлтом плаще первым обратился к сосредоточенно уставившемуся в землю ректору:
   – Что-то интересное, коллега?..
   – Идём, – Тави не стала ждать ответа жреца.
   Кан-Торог, по-прежнему не задавая вопросов, взял повод коня. Негоже садиться в седло прямо на главной площади города, где ты принял подданство Империи и принёс ей клятву на верность.
   Молодой священник в белой рясе кинул вопросительный взгляд на епископа. Его преосвященство едва заметно кивнул.
   Священник двинулся следом за Вольными.
* * *
   «Что происходит? Что, сожри меня боги старые и новые, молодые и не очень, что тут происходит?»
   Фесс очумело вертел головой – занятие, совершенно непозволительное для воина Серой Лиги. Он чуть было не забыл о своём коне. Впрочем, и чародею Арка сейчас пришлось несладко – бедняга аж скрючился в три погибели, привалившись к стене дома.
   Они чувствовали одинаково.
   Магический удар. Чудовище в катакомбах под Хвалином. И – запретная волшба пытавшегося защититься гнома.
   «Что ты теперь сделаешь, маг Арка, Илмет, адепт второй ступени? Ринешься… да, на главную площадь? Или?..»
   Волшебник выбрал «или». Когда схлынула волна дурноты, выпрямился, кинул холодный взгляд на испуганно шарахнувшихся по сторонам прохожих (эти-то ничего не почувствовали, им хоть бы что!) и двинулся дальше. Однако Фесс уловил мгновенно брошеное заклятье – уловить уловил, но перехватить и прочитать – уже нет. Кажется, оно было обращено к кому-то из высших иерархов Арка… наверное, к Командору, учителю, покровителю и воспитателю, к кому же ещё?..
   «Эх, эх, вот тут-то поневоле и пожалеешь о том, что когда-то бросил учёбу…
   Но тогда бы ты никогда не стал Фессом. И давным-давно тобой правила бы какая-нибудь племянница Клары Хюммель».
   Отправив послание, Илмет окончательно пришёл в себя. И – спокойной, чеканной походкой двинулся дальше.
   О чудовище под городом Фесс решил не думать. На это есть Радуга. А он в драконоборцы не годится. Только погибнет зря.
* * *
   Вольные и гном, не задерживаясь, покинули город. Времени до Ливней оставалось совсем немного. Каждый день пути до Копей рассчитан. Ни неделей раньше, ни, само собой, неделей позже. Слишком много ненужного народа толчётся вокруг старого входа в гномье царство. Слишком много магов. Но – Смертный Ливень властен и над ними. Каменный Престол рассчитывал, что Сидри и Вольные проскользнут в спасительные пещеры перед самым Ливнем, когда все стражевые волшебники уже попрячутся в свои башни. Впрочем, Радуга держит кордоны возле главного входа. Сидри же поведёт их тайными отнорками, что известны лишь считанному десятку самых старых подгорных жителей. Надо спешить. И не только из-за Ливня. Хвалинские маги не дураки. Их не остановит никакой императорский эдикт. Гном, творивший волшбу в пределах города, должен быть схвачен, допрошен, а потом – или казнён, или сослан в копи, смотря по размеру вины. Виной, разумеется, считалась величина отпущенной ему Силы. Радуга понесла некоторые потери в Гномьих Войнах, Suuraz Ypud поддалась не вдруг и не сразу. А маги не повторяют ошибок. Гном, пустивший в ход Силу, пустивший в ход Силу на главной площади Хвалина – просто так уйти не мог.
   Они оставили позади северные ворота. Главный Тракт вёл прямо на полночь, широкий и наезженный – здесь лежали богатые земли, много старых боров, пригодных для рубки, устройства лесопилок, смолокурен, углежогных промыслов – совсем неподалёку находились и доставшиеся людям старые железорудные копи. Империи требовалась сталь, очень много стали, и конечно же, ни один правитель не мог оставить такое дело в руках гномов.
   Однако путники свернули с главной дороги, не одолев и половины пути. Здесь Тракт раздваивался. Основной, как и прежде, вёл прямо на север, к дремучим и диким лесам, за которыми начинались оставленные племенам орков, троллей и гоблинов лесотундры и тундры; старый же, почти совершенно заброшенный, сворачивал на северо-запад. К гномьим горам.
   Этот Тракт знавал лучшие времена. Сейчас же он превратился почти что в тропу. По ней хаживали только добытчики, лихой народ, что шарил по оставленным Подгорным Племенем жилищам. Отсюда шёл тонкий поток очень высоко ценившихся самоцветных камней – опора богатства и процветания славного Хвалина.
   – По дороге не пойдём, – привстав в стременах, отрывисто бросил Кан-Торог. – Ты чувствуешь их, Тави?
   Девушка коротко кивнула. Миндалевидные глаза были закрыты.
   – Идут следом… много. И ещё они послали сообщения… я не уловила, куда именно, но давай считать, что стража Главных Ворот уже предупреждена.
   – На месте магов я поступил бы точно так же, – спокойно кивнул юноша. – Им нет нужды хватать нас сейчас. Они слишком уверены в своих силах и хотят выяснить, что мы тут делаем, что замышляем…
   Тави покачала головой.
   – Ты забыл, что и Кутул, и Угус практикуют некромантию. Они могут убить тебя, а потом твой труп, перед тем, как стать вампиром, сам расскажет им всё. Им нет нужды следить за нами. Просто они не хотели крови в городе. Радуга очень следит за тем, чтобы всё выглядело прилично, – закончила она с нажимом.
   Кан-Торог равнодушно пожал плечами, снисходительно глянув на съёжившегося от страха Сидри.
   – Каменному Престолу придётся изрядно раскошелиться, почтенный Дромаронг. Мы не подряжались биться со всей Радугой.
   Несчастный Сидри промолчал.
   – Надо двигаться, – по-прежнему не открывая глаз, но неожиданно легко сказала Тави. – Рано или поздно они нас настигнут. Лучше, если это случится в топях.
   Кан-Торог молча кивнул.
   Они ехали весь день, так никого и не встретив. Большинство добытчиков уже убралось восвояси. Маги в последний раз проверяли кровлю и поддерживающие её прочность заклинания. Страшное дело, если Ливень отыщет хоть малейшую щель. Вдоль старого Тракта не попадалось ни деревень, ни тем более одиноких хуторов. Землепашцы избегали селиться вдоль Пути Нелюдей.
   Кан-Торог не спрашивал Тави, что они станут делать, когда скачущие на не знающих устали зачарованных конях маги Радуги наконец настигнут их. Дело Алии – волшба. Его дело – меч. Так судил Круг Капитанов. Быть может, его, Кан-Торога, убьют – но и он захватит с собой немало. И это будет хорошо, потому что волшебников не так много, а мощь хумансов – это именно маги.
   Сидри угрюмо сгорбился на своём пони, уткнувшись взглядом в землю.
   «Каменный Престол, ну почему всё так нелепо получается? Откуда взялась эта тварь в Хвалине? Проклятие, она прикончила бы меня, не призови я Силу! И что теперь делать? Здесь, ближе к горам, моя мощь будет расти… но нам всё равно не остановить целую армию магов…»
   – Сидри, – девушка наклонилась к гному. – Нам надо сворачивать. Я понимаю, ты собирался вести нас совсем иначе, но… другого выхода нет. Нас настигнут самое большее к полуночи.
   – Каменный Престол думал об этом, – уныло отозвался Сидри. – Думал, когда выбирал дорогу. Есть далеко вытянувшийся на юг язык топей. Но, если мы свернём туда, точно не успеем до Ливня.
   – Почему же нельзя было выйти раньше? – с неожиданной весёлостью полюбопытствовал Кан-Торог. – Почему ваш Престол не принял во внимание, что нам, быть может, придётся уходить от погони или прорываться с боем? Почему сразу не избрал более безопасную дорогу?
   Сидри ответил, не поднимая глаз, однако голос его лязгнул, точно молот о наковальню:
   – Когда мы войдём в топи, ты сильно пожалеешь об этом, Вольный. Предел есть у всего, в том числе и у твоего умения. Престол выбрал самый безопасный путь. Там наша тропа. Там меньше злого чародейства. И, поверь мне, Вольный, немалая толика Силы Гор вложена в то, чтобы сделать относительно проходимой хотя бы этот отрезок болотной тропы.
   Кан-Торог только пожал плечами и отвернулся.
   – Итак, идти в болота – смерть, – спокойно подытожила Тави. – Идти по Тракту прямо, как рассчитывали, – тоже смерть, а может, и что-то хуже смерти. Так что же нам делать, Сидри Дромаронг? Может, вернуться в Хвалин и переждать Ливень? Клянусь Горой, на центральной площади, перед ратушей и домом наместника мы куда в большей безопасности, Радуга не рискует нарушать там свои собственные законы.
   – Отличная мысль, только почему же она не пришла тебе в голову сразу? – ухмыльнулся Кан-Торог. – Едва ли маги Радуги так просто потеряют наш след. А если ещё и узнают, что ты у нас чародейка…
   – Нет, поворачивать нельзя, – тихо проговорил Сидри. – Когда я ворожил в Хвалине… вы ведь знаете, это древний город, когда-то там была крепость Дану, их торговый форпост… в те времена, когда мы с ними не очень-то ладили, задолго до Первого Исхода. Так вот, мою ворожбу, отыскание и открывание пути, можно было проделать только в Хвалине. Старые чары так просто не развеиваются – после какой-то стычки гномы и Дану решили наконец перестать выяснять, что лучше – меч или топор, и заключили мир. В Хвалине были произнесены слова Силы… и тех, и других. Прошли века, но камни помнят…
   – Очень интересно, но давай-ка ближе к делу, и, если можешь, то на ходу, – Кан-Торог тронул поводья. – Пойдём к болоту. Иного выхода нет.
   Они свернули с тропы.
   – Камни помнят, – продолжил Сидри, не обращая внимания на тянущиеся к лицу ветви. – И моё заклятие нуждалось в их памяти.
   – Ах, как нескладно получилось, – хмыкнул Кан-Торог. – Скажи, пожалуйста, Сидри, – у тебя в запасе ещё много таких же неожиданностей?
   Сидри не ответил.
   – Не трогай его, Кан, – вступилась за гнома девушка. – Что с тобой? Никогда не слышала, чтобы ты язвил перед боем.
   – Не люблю, когда бой задумывают глупцы, – пожал плечами Вольный. – Но я так и не понял, почему нам надо было выметаться из Хвалина, словно за нами гналась орда подземных демонов?
   И вновь Сидри промолчал.
   – Потому что открывшее путь заклинание будет действовать вовсе не так долго, как бы нам этого хотелось, – сухо пояснила Тави. – Нам надо спешить. Выбора нет. В топи!
   Сидри тяжело вздохнул.
   – Постойте!
   Человеческий голос раздался совсем рядом. Тави и гном прямо-таки подпрыгнули в сёдлах; Кан-Торог прыгать не стал, просто оба его меча в один миг оказались наготове.
   – Как он сумел подобраться так близко, сестрёнка? – процедил сквозь зубы молодой воин. – Не подскажешь?
   Между деревьями мелькала белая ряса. Идеальная мишень.
   Пальцы Тави медленно поглаживали левую ладонь – осторожно и бережно, словно лаская. Вокруг кисти заклубилось алое прозрачное облачко.
   – Не стреляйте! Я безоружен!
   – Ловушка, – спокойно заметил Кан-Торог. – Интересно, как он ухитрился догнать нас на своих двоих? Или оставил коня? Но зачем?
   Человек и впрямь мчался сквозь лес с невероятной быстротой. Известно – хороший бегун накоротке обгонит лошадь, но… не мог же он так нестись от самого Хвалина!
   Они не замедлили шага своих коней. Если он хочет говорить с ними, пусть поднатужится.
   Запыхавшийся молодой священник в местами порванной, забрызганной грязью рясе с разгону налетел прямо на Сидри. Вернее, он налетел бы, если б ему это позволил Кан-Торог. Вольный сделал всего одно неуловимое движение, весь словно бы растёкся в воздухе – вот он только что был здесь, и вот его тут уже нет. Короткие мечи свои он держал, точно садовые ножницы; а веткой, которую он собрался перерезать, была шея священника.
   – Стой и не двигайся. Слово, жест, взгляд – и ты погиб, – спокойно уведомил Кан-Торог человека в белой рясе.
   – А как же… мне не смотреть?
   – Не прикидывайся. Ты прекрасно знаешь эту формулу. Слово, жест, взгляд – наложение заклятья, – нахмурилась Тави. – Кто ты такой, как догнал нас и что тебе нужно?
   – Я служу Спасителю.
   – Это мы видим и так, если, конечно, ряса на тебе не с чужого плеча, – заметила Тави. – Кан! Пусть он идёт вперёд…
   – Да, да, – заторопился священник. – Погоня уже близко. Вы опережаете их самое большее на две тени.
   – А как же ты?
   – Что я? Могущество Спасителя беспредельно. Я обратился к нему с мольбой, и Он внял. В ногах моих появилась неутомимость…
   – Не обманывай, – сухо вмешался Кан-Торог. – Я про вас кое-что знаю, братья-отшельники. У вас – дарованная Радугой магия…
   – Наши силы – от Спасителя! – священник вздрогнул от обиды.
   – Так. Мы тут с тобой шутки шутить не будем. Говори толком! – Вольный слегка свёл клинки, однако священник даже не дрогнул.
   – Почтенный гном творил волшбу на площади. Мы знаем, от кого он защищался. Вы хотели бы это узнать?
   – Откровенно говоря, не очень, – сказала Тави. – Какое-нибудь страшилище… мало их ещё ползает по катакомбам Дану?
   Священник замотал головой, ежесекундно рискуя порезать себе горло – и даже не замечая этого.
   – Нет! Нет! Вовсе нет! Мы давно следим за ним…
   – Послушай, – ледяным голосом сказал Кан-Торог. – Нас это не интересует. У нас – дело. И погоня за плечами. Неважно, в конце концов, как ты нас нагнал, но вон там, впереди, – болота. Знаменитые предгорные топи. Говорят, тут спят тени Древних Богов. Я в это не верю, но что правда, то правда – хищной дряни там хватает. Ты хочешь лезть туда с нами?
   – Конечно, – не моргнув глазом, ответил священник. – Хочу и полезу.
   – А если я тебя оглушу? – прищурился Кан-Торог.
   – Не сомневаюсь, что ты сможешь сделать это, доблестный воин – по попущению Спасителя. Но стоит ли испытывать Его? Я могу оказаться полезен. Я расскажу вам, что произошло на площади. Потому что ведь именно из-за этого… одним словом, вам не показалось, что вас попросту выставили из города? Да ещё и пустили следом погоню Радуги? Чтобы вы уж точно не могли повернуть назад?
   Он попытался взглянуть в глаза Тави.
   – Не крутись, – прикрикнул Кан-Торог. – Сам себе голову отрежешь. И ты бежал следом, чтобы только сказать нам это? Какое до этого дело Церкви Спасителя?
   Священник остановился, твёрдо взглянул в глаза Вольному.
   – Не стану цитировать тебе наших пророков. Всё равно не поверишь. Но для нас это более, чем важно. Позволь мне идти с вами. Я не стану обузой. Смотри! Именем Спасителя!
   Он не делал пассов, не выкладывал сочетания предметов, не хватался за амулеты и талисманы.
   – Тебе, древо, говорю я – перейди, ибо ты загораживаешь нам путь!
   Раздался тяжкий скрип. Земля вспучилась; корни полезли наружу. Вековая ель закачалась, пронёсся глубокий вздох – и, оставив после себя глубокую яму, и в самом деле сдвинулась в сторону.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [12] 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация