А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Удачи капитана Блада" (страница 1)

   Рафаэль Сабатини
   Удачи капитана Блада

   ОТ ПЕРЕВОДЧИКА

   Создатель бессмертного капитана Блада, английский писатель Рафаэль Сабатини (1875 – 1950), – один из наиболее интересных авторов историко-приключенческой литературы первой половины нашего столетия. Сын оперных артистов – отца-итальянца (маэстро кавалера Винченцо Сабатини) и матери-англичанки, – он родился в небольшом итальянском городке Ези, учился в швейцарской школе и португальском лицее, после чего отправился в Лондон, чтобы по настоянию отца преуспеть на поприще коммерции. С юношеских лет свободно владея несколькими языками, он смог получить место клерка в крупной фирме. Но бизнес не интересовал Рафаэля, и он обратился к журналистике.
   Опубликовав в газете, где он сотрудничал, несколько рассказов, Сабатини с первых лет XX века начинает выпускать в свет свои романы, постепенно завоёвывая популярность.
   По собственному признанию, «не интересовавшийся ничем, кроме истории», писатель, называемый критикой «Александром Дюма современной беллетристики», делал персонажами своих книг людей минувших эпох, как существовавших в действительности – от Цезаря Борджа, Торквемады, Лжедимитрия до Робеспьера, Шарлотты Корде и герцога Веллингтона, – так и вымышленных героев. Подлинную славу принесли ему романы «Морской ястреб», «Рыцарь таверны», «Западня», а особенно роман о французской революции «Скарамуш», написанный в 1920 году, и книги о капитане Бладе.
   Тема моря, приключения вольных корсаров всегда волновали воображение Сабатини, присутствуя во многих его произведениях («Морской ястреб», «Чёрный лебедь» и др.). Однако наиболее яркое воплощение они обрели в романе «Одиссея капитана Блада» (1922), сразу принёсшем ему всемирную известность и в 1935 году экранизированном выдающимся американским режиссёром Майклом Кертицем при участии звёзд Голливуда Эррола Флинна (Блад), Оливии де Хэвалленд (Арабелла) и Бэзила Рэбоуна (Левассер). Взяв за основу отдельные факты биографии знаменитого английского пирата Генри Моргана, нисколько не уступавшего в жестокости своим противникам-испанцам, Сабатини создал обаятельный образ корсара-джентльмена, чуждого злобе, стяжательству, несправедливости. Не в силах расстаться с любимым героем, писатель сочинил в 30-е годы ещё три книги о нем, построенные в виде сборников связанных между собой рассказов – «Хроника капитана Блада», «Капитан Блад возвращается» и «Удачи капитана Блада».
   Несмотря на успех многих произведений, Сабатини пришлось пережить годы невнимания и даже забвения. Когда писатель скончался, расцвет его славы был далеко позади. Конечно, в какой-то мере основания для этого даёт его творчество, весьма неоднородное по качеству. Многие книги Сабатини, примитивные по сюжету и лишённые ярких художественных образов («Глупец фортуны», «Попрание лилий» и др.), забыты по заслугам. Однако, к сожалению, это коснулось и его лучших книг, издающихся даже в Англии и Соединённых Штатах крайне редко. Подобно тому, как классические образцы приключенческого кино на Западе – вестерны, детективы, фильмы «плаща и шпага» – сменила видеомакулатура и похождениях суперменов, компенсирующих своими физическими достоинствами полное отсутствие интеллекта, так и в приключенческой литературе герой типа капитана Блада, благородного и великодушного рыцаря без страха и упрёка, хранящего безупречную верность даме своего сердца, оказался ненужным современному её потребителю (в историко-приключенческом жанре наибольшим успехом продолжает пользоваться эпопея об Анжелике супругов Голон, отличающаяся вопиющей пошлостью и безграмотностью, зато содержащая необходимый сексуальный «техминимум» – естественно, в такой компании капитану Бладу делать нечего).
   В итоге Сабатини в настоящее время, пожалуй, как это ни парадоксально, наиболее популярен в нашей стране. Хотя популярность эта касается исключительно двух романов о капитане Бладе – переведённый в незапамятные времена «Морской ястреб» никогда не переиздавался, другие произведения и вовсе неизвестны.
   Знакомство нашего читателя с творчеством Сабатини началось с публикации во второй половине 50-х годов «Одиссеи капитана Блада». В 1969 году, во второй серии подписной «Библиотеки приключений», вместе с «Одиссеей» была напечатана «Хроника капитана Блада». С тех пор оба романа продолжают переиздаваться, причём в книжных магазинах их и ныне приобрести невозможно.
   Две другие книги о капитане Бладе, однако, продолжают оставаться неизвестными – лишь глава «Избавление» из «Удач капитана Блада» появилась в 60-х годах в журнале «Дон» в сокращённом переводе. Одна из причин этого отсутствие романов Сабатини на прилавках книжных магазинов Англии и США (автору этих строк до сих пор не удаётся заполучить книгу «Капитан Блад возвращается», даже используя зарубежные связи).
   Пока что читателю предлагается первый перевод на русский язык заключительного романа серии – «Удачи капитана Блада». Как и в предыдущих книгах, герой сохраняет благородство и обаяние, а приключения его отличаются свежестью и изобретательностью. Жаль только, что в главе «Святотатство» писатель заставляет Блада выручать представителя грязной профессии работорговли из беды, вполне им заслуженной. Подобный поступок, вполне естественный среди подлинных корсаров, кажется странным диссонансом, будучи совершённым идеальным героем. Но в целом недостатки, присущие даже лучшим произведениям Сабатини, в том числе и «Скарамушу», – отсутствие психологической глубины и многомерности образов, многословие и декларативность – практически незаметны в книгах о Бладе, полностью компенсируясь увлекательностью сюжетного развития.
   Представляя новую книгу о капитане Бладе, хочется надеяться, что встреча с любимым героем принесёт радость как юному, так и взрослому читателю.

   ПАСТЬ ДРАКОНА

   Глава 1

   Великолепный фрегат[1] носящий имя «Сан-Фелипе»[2], в котором сочетались благочестие и верноподданность, отличался удивительной чёткостью и красотой линий и богатством внутренней отделки, что было присуще большинству судов, сооружавшихся на верфях Испании.
   Просторная каюта, полная солнечного света, который лился сквозь кормовые окна, открытые над пенящейся в кильватере[3] водой, радовала глаз роскошной резной мебелью, зелёным бархатом драпировок и позолотой украшенных орнаментом панелей.
   Питер Блад, теперешний владелец фрегата, временно вернувшийся к своей первоначальной профессии хирурга, склонился над испанцем, лежащим на кушетке. Его точёные сильные руки уверенными движениями меняли повязку на сломанном бедре испанца. Наложив пластырь, держащий лубок, Блад выпрямился и кивком отпустил негра-стюарда, присутствовавшего при операции.
   – Все в порядке, дон Иларио, – заговорил он на безупречном испанском языке. – Теперь я даю вам слово, что вы снова сможете ходить на двух ногах.
   Слабая улыбка мелькнула на измученном лице пациента Блада, озарив его аристократические черты.
   – За это чудо, – сказал он, – я должен благодарить Бога и вас.
   – Здесь нет никакого чуда – просто хирургия.
   – Значит, вы хирург? Это уже само по себе чудо. Вряд ли мне поверят, если я кому-то расскажу, что меня вылечил капитан Блад.
   Капитан, высокий и гибкий, аккуратно спустил рукава своей батистовой рубашки. Из-под чёрных бровей ярко-голубые глаза, цвет которых казался особенно удивительным на фоне смуглого, загорелого, ястребиного лица, задумчиво окинули взглядом испанца.
   – Врач всегда остаётся врачом, – объяснил он. – А я, как вы, возможно, слышали, раньше был им.
   – К счастью для себя, я убедился в этом на собственном опыте. Но какая странная причуда судьбы превратила вас из врача в пирата?
   – Мои огорчения начались с того, – улыбнулся капитан Блад, – что я, как и в случае с вами, выполнил свой долг врача, позаботившись о раненом человеке, не принимая во внимание то, каким образом он был ранен. Это был один из повстанцев, сражавшихся под знамёнами герцога Монмута[4]. А по законам, принятым в христианских странах, человек, оказавший мятежнику медицинскую помощь, сам, в свою очередь, становится мятежником, Я был пойман на месте преступления, перевязывая ему рану, и за это был приговорён к смерти. Но приговор изменили – отнюдь не из милосердия, а потому что на плантациях требовались рабы. Вместе с другими несчастными меня перевезли через океан я продали в рабство на Барбадос[5]. Мне удалось бежать, и с тех пор вместо доктора Блада появился капитан Блад. Но в теле корсара ещё не погиб дух врача, как вы сами могли убедиться, дон Иларио.
   – К моему величайшему счастью и глубокой признательности к вам. И дух врача продолжает заниматься милосердными поступками, которые однажды оказались для него пагубными?
   – Увы! – Живые глаза капитана изучающе оглядели испанца, заметив румянец, появившийся на его бледных щеках, и странное выражение взгляда.
   – Вы не боитесь, что история может повториться?
   – Я вообще ничего не боюсь, – сказал капитан Блад, протягивая руку за своим чёрным, отделанным серебром камзолом. Расправив брабантские кружевные манжеты, он тряхнул локонами чёрного парика и выпрямился, являя собой воплощение мужества и элегантности, более уместное в галереях Эскуриала[6], нежели на квартердеке[7] пиратского корабля.
   – Теперь отдыхайте. Постарайтесь поспать до восьми склянок[8]. Хотя никаких признаков жара у вас нет, все же я предписываю вам полный покой.
   Когда пробьёт восемь склянок, я вернусь.
   Пациент, однако, не намеревался пребывать в состоянии полного покоя.
   – Дон Педро… Прежде чем вы уйдёте… Я поставлен в крайне неловкое положение. Будучи столь обязанным вам, я не считаю себя вправе лгать. Я обманывал вас.
   На тонких губах Блада мелькнула ироническая улыбка.
   – Мне самому тоже немало приходилось обманывать многих.
   – Но здесь есть разница. Моя честь восстаёт против этого. – И глядя прямо в глаза капитану, дои Иларио продолжал:
   – Вы знаете меня только как одного из четырех потерпевших кораблекрушение испанцев, которых вы сняли с рифов Сент-Винсента[9] и великодушно обещали высадить в Сан-Доминго[10]. Но долг велит мне сообщить вам всю правду.
   Слова испанца, казалось, забавляли Блада.
   – Сомневаюсь, чтобы вы смогли добавить что-либо, неизвестное мне. Вы дон Иларио де Сааведра, назначенный королём Испании новым губернатором Эспаньолы[11]. До того как шторм потопил ваш корабль, он входил в эскадру маркиза Риконете, совместно с которым вы намеревались уничтожить проклятого пирата и флибустьера, врага Господа Бога и Испании по имени Питер Блад.
   На лице дона Иларио отразилось глубочайшее удивление и изумление.
   – Virgin Santissima![12] Вы знаете это?
   – С благоразумием, заслуживающим всяческой похвалы, вы положили ваш патент в карман, когда ваш корабль пошёл ко дну. С не менее похвальным благоразумием я обыскал ваш костюм вскоре после того, как принял вас на борт. В нашей профессии не приходится быть разборчивым.
   Но это простое объяснение ещё более удивило испанца.
   – И, несмотря на это, вы не только лечите меня, но и в самом деле везёте в Сан-Доминго! – Выражение его лица внезапно изменилось. – Ага, понимаю. Вы рассчитываете на мою признательность…
   – Признательность? – прервал его капитан Блад и рассмеялся. – Это последнее чувство, на которое я стал бы рассчитывать. Я вообще, сеньор, рассчитываю только на себя. Как я уже сказал вам, я ничего не боюсь. Ваша благодарность относится к врачу, а не к пирату, поэтому на неё не приходится особенно надеяться. Не тревожьте себя проблемой выбора между долгом перед вашим королём и мной. Я предупреждён, и этого для меня достаточно. Спите спокойно, дон Иларио.
   И Блад удалился, оставив испанца окончательно сбитым с толку.
   Выйдя на шкафут[13], где слонялось без дела несколько десятков пиратов, он заметил, что небо уже не так чисто и безоблачно, как раньше.
   Погода вообще стала неустойчивой после урагана, разразившегося десять дней назад и забросившего дона Иларио с его тремя попутчиками на скалистый островок, откуда они были взяты на борт «Сан-Фелипе». В результате постоянно сменяющих друг друга штормов и штилей фрегат все ещё находился в двадцати милях от Саоны[14]. Корабль еле-еле полз по ярко-фиолетовым, точно смазанным маслом, волнам; паруса его то надувались, то повисали. Видневшиеся невдалеке по правому борту гористые берега Эспаньолы сейчас растаяли в туманной дымке.
   – Надвигается очередной шквал, капитан, – сказал Бладу стоящий на корме штурман[15] Чеффинч. – Я начинаю сомневаться, что мы вообще когда-нибудь доберёмся до Сан-Доминго. Мы взяли на борт Иону[16].
   Чеффинч не обманулся в своих предположениях. В полдень с запада подул сильный ветер, вскоре перешедший в шторм. Никто из команды не сомневался, что раньше полуночи им не добраться до Сан-Доминго. Под потоками дождя, раскатами грома, захлёстывающими палубу волнами «Сан-Фелипе» боролся с бурей, отбросившей его к северо-западу. Шторм терзал корабль до рассвета; лишь после восхода солнца море относительно успокоилось, и фрегат подучил возможность потихоньку зализывать раны. Кормовые поручни и вертлюжные пушки[17] снесло за борт; ветер сорвал с утлегаря[18] одну из лодок, и её обломки запутались в носовых цепях.
   Однако наибольшей неприятностью была треснувшая грот-мачта[19], которая стала не только бесполезной, а даже угрожающей целости фрегата. В то же время шторм продвинул их ближе к цели. Меньше чем в пяти милях[20] к северу находился Эль-Росарио, за которым лежал Сан-Доминго. В водах этой испанской гавани, под дулами пушек форта, дон Иларио ради собственной безопасности был вынужден давать Бладу необходимые указания.
   Ранним утром потрёпанный бурей корабль с едва колеблемыми лёгким ветерком парусами на фок– и бизань-мачтах[21] и без единого клочка материи, за исключением кастильского флага на грот-мачте, проплыл мимо созданного природой мола, постепенно размываемого приливами Осамы[22], и сквозь узкий пролив, известный под названием Пасть Дракона, проник в гавань Сан-Доминго.
   Пройдя восемь саженей[23] вдоль берега, который образовался, как и мол, в результате скопления кораллов, принявшего форму островка менее четверти мили шириной и около мили длиной с небольшой грядой посредине, где росло несколько пальм, «Сан-Фелипе» бросил якорь и приветствовал пушечным салютом, прогремевшим на всю гавань, Сан-Доминго – один из самых красивых городов Новой Испании.
   Казавшийся ослепительно белым на фоне обрамлявших его изумрудно-зелёных саванн город изобиловал площадями, дворцами н церквами, словно перевезёнными из Кастилии и увенчанными шпилем собора, где хранились останки Колумба. На белом молу началась суета, и вскоре к «Сан-Фелипе» направилась позолоченная двадцативесельная барка, сопровождаемая несколькими лодками, над которой развевался красно-жёлтый флаг Испании.
   Под красным, окаймлённым золотом навесом сидел полный смуглый сеньор в светло-коричневом костюме из тафты и в широкополой шляпе с пером.
   Тяжело дыша и обливаясь потом, он вскарабкался по забортному трапу на шкафут «Сан-Фелипе».
   Здесь его ожидали капитан Блад в чёрном, отделанном серебром костюме и беспомощно лежащий на койке дон Иларио, которого вынесли из каюты, а также три других испанца, стоящие вокруг него. За ними выстроилась шеренга корсаров, облачённых в шлемы и латы и вооружённых мушкетами испанских пехотинцев.
   Но дона Клементе Педросо, отставного губернатора, место которого должен был занять дон Иларио, этот маскарад не обманул. Год назад неподалёку от Пуэрто-Рико[24] на палубе галеона[25], взятого на абордаж капитаном Кладом, Педросо находился лицом к лицу с прославленным флибустьером, а забыть Блада было вовсе не так легко. Дон Клементе остановился, как вкопанный, и его смуглую, похожую на грушу физиономию исказила гримаса бешенства, смешанного со страхом.
   Сняв шляпу, капитан Блад вежливо поклонился ему.
   – Ваше превосходительство делает мне честь, запомнив меня. Но не думайте, что я плаваю под чужим флагом. – И он указал на испанский флаг, обеспечивший «Сан-Фелипе» радушную встречу. – Вымпел Испании означает присутствие на борту Иларио де Сааведра, назначенного королём Филиппом новым губернатором Эспаньолы.
   Дон Клементе, уставившись на бледное надменное лицо человека на койке, застыл как статуя в не проронил ни звука до тех пор, пока дон Иларио в нескольких словах не обрисовал ему ситуацию, предъявив свой патент, текст которого, несмотря на солидную обработку морской водой, оставался достаточно разборчивым. Дон Иларио и три его спутника добавили, что все дополнительные подтверждения будут даны маркизом Риконете, адмиралом военно-морского флота его католического величества в Карибском море, чья эскадра вскоре должна прибыть в Сан-Доминго.
   В мрачном молчании дон Клементе выслушал это сообщение и внимательно изучил предъявленные ему полномочия нового губернатора. После этого он благоразумно постарался скрыть под маской надменного спокойствия ярость, забушевавшую в нем при виде капитана Блада.
   И все же дон Клементе явно намеревался поскорее удалиться.
   – Моя барка, дон Иларио, к услугам вашего превосходительства. Думаю, что здесь нас ничто более не задерживает.
   И он повернулся к трапу, нарочито не замечая капитана Блада и выказывая ему тем самым своё презрение.
   – Ничто, – сказал дон Иларио, – кроме выражения благодарности моему спасителю и выдачи ему соответствующего вознаграждения.
   Дон Клементе даже не обернулся.
   – Естественно, – кисло промолвил он, – нужно обеспечить ему свободный выход из гавани.
   – Я бы постыдился такой жалкой и скудной благодарности, – заявил дон Иларио, – особенно учитывая плачевное состояние «Сан-Фелипе». За эту величайшую услугу, которую оказал мне капитан, безусловно, следует разрешить ему запастись здесь дровами, водой, свежей провизией и лодками. Кроме того, необходимо предоставить кораблю убежище в Сан-Доминго для ремонта.
   – Для ремонта мне вовсе незачем беспокоить жителей Сан-Доминго, вмешался капитан Блад. – этого островка вполне достаточно. С вашего разрешения, дон Клементе, я временно вступлю во владение им.
   Дон Клементе, кипевший от злобы во время речи дона Иларио, не выдержал и взорвался.
   – С моего разрешения? – Его лицо пожелтело. – Благодарение Богу и всем святым, я избавлен от этого позора, так как губернатор теперь – дон Иларио.
   Сааведра нахмурился.
   – Поэтому будьте любезны не забывать этого, – сухо произнёс он, – и несколько сбавить тон.
   – О, я покорный слуга вашего превосходительства. – И экс-губернатор отвесил дону Иларио иронический поклон. – Конечно, от вас зависит решить, сколько времени этот враг Господа Бога и Испании будет наслаждаться гостеприимством и покровительством его католического величества.
   – Столько времени, сколько ему понадобится для ремонта.
   – Понятно. А когда ремонт будет окончен, то вы позволите ему беспрепятственно удалиться, чтобы продолжать топить и грабить испанские корабли?
   – Я дал капитану слово, – холодно ответил Сааведра, – что ему гарантирован свободный выход и что в течение сорока восьми часов после этого против него не будут предприняты никакие меры, в том числе и погоня.
   – Тысяча чертей! Так вы дали ему слово?..
   – И это навело меня на мысль, – вежливо прервал его капитан Блад, взять такое же слово и с вас, друг мой.
   Блад произнёс эту фразу, движимый не страхом за себя, а беспокойством за великодушного дона Иларио; связав старого и нового губернаторов одинаковыми обязательствами, он лишил бы дона Клементе возможности вредить впоследствии дону Иларио, на что тот был вполне способен.
   В бешенстве дон Клементе замахал своими маленькими толстыми руками.
   – Взять с меня такое же слово?! – От злобы он едва не задохнулся; его физиономия, казалось, вот-вот лопнет. – Вы думаете, что я стану давать слово грязному пирату? Ах, вы!..
   – Если вы предпочитаете, я могу заковать вас в кандалы, посадить за решётку и держать вас и дона Иларио на борту, пока не отплыву из гавани.
   – Это насилие!
   Капитан Блад пожал плечами.
   – Можете называть это как угодно. По-моему, это задержка заложников.
   Дон Клементе свирепо уставился на него.
   – Я протестую! Вы принуждаете меня…
   – Здесь нет никакого принуждения. Перед вами свобода выбора. Либо вы дадите мне слово, либо я вас закую в кандалы.
   Дон Иларио решил вмешаться, – Довольно, сеньор! Эта перебранка становится просто невежливой. Вам придётся дать слово или отвечать за все последствия.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация