А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Его благородная невеста" (страница 25)

   Впрочем, какой бы Гвинет ни была на самом деле, она уже начала скучать по мужу. Она прикусила губу, силясь сдержать наворачивающиеся на глаза слезы.
   Услышав стук в дверь, Гвинет вскочила на ноги и резко повернулась. Она крикнула стучавшему, чтобы он входил, и через мгновение в комнате появился граф Ротгейт. Старик осторожно передвигал ноги, а в его седой бороде пряталась приветливая улыбка.
   – Доброе утро, Гвинет, – поздоровался он. – Уж не буду спрашивать тебя, как ты спала, потому что по твоему измученному личику видно, что сон обошел тебя стороной минувшей ночью.
   Гвинет, нахмурившись, посмотрела на него. Что ему здесь нужно? Может, Арик рассказал Гилфорду об особенностях ее характера?
   – Комната очень уютная, – заговорила она в ответ. – Просто я не…
   – Ты еще не смогла почувствовать себя здесь свободно? – Гвинет хотела что-то возразить, но Гилфорд остановил ее взмахом руки. – Нет-нет, не говори ничего, я же вижу, что ты сильно огорчена и на сердце у тебя невесело.
   – Все пройдет. – Гвинет была озадачена тем, что старик с такой легкостью догадался о ее чувствах, сумел заглянуть даже в ее сердце.
   – Ты так думаешь? – пожал он плечами. – Жаль, но, похоже, Арик придерживается иного мнения.
   Гвинет невольно напряглась. Не зная, что Арик рассказал старику, она не хотела вдаваться в подробности их расставания.
   – Арик уехал, – вымолвила она.
   – Да, – кивнул Гилфорд. И добавил: – Он уехал биться.
   Гвинет нетерпеливо вздохнула.
   – Нет, Арик отправился в свою лесную хижину, расположенную возле моего дома в Пенхерсте, что в Бедфордшире.
   Улыбка Гилфорда стала шире.
   – Мы разговаривали с ним этим утром, – сказал он. – Арик отправился биться. И он сделал это ради тебя.
   «Ради меня? – промелькнуло у нее в голове. – Приятная новость, конечно, но можно ли ей верить?»
   – Вы ошибаетесь, я уверена, – проговорила Гвинет.
   – Присядь, дитя, и я кое-что расскажу тебе.
   Скептически усмехнувшись, Гвинет уселась. Насколько она могла предположить, у старого графа вполне могли быть куриные мозги – как и у любого деревенского дурачка. Наверняка Арик не слишком подробно описывал ему свои проблемы.
   Кивнув, Гилфорд устроился на подоконнике. Несмотря на возраст, держался он все еще довольно уверенно и выглядел внушительно.
   – Арик любит тебя… – заговорил Гилфорд.
   – Нет! – воскликнула Гвинет. Сердце подскочило у нее в груди.
   – Да, любит, – настойчиво повторил Гилфорд. – Я знаю это, потому что он готов биться за тебя. Если бы речь шла только о нем, он бы предпочел умереть.
   – Этого я не понимаю, – пробормотала Гвинет.
   – Как и все мы, дитя мое. От родителей Арик унаследовал честолюбие, он сам и его семья всегда имели большую власть при дворе, были людьми влиятельными, вассалы всегда уважали их. Это можно сказать и про Арика, и про его отца с дядей, и про деда… Он связан родственными узами с самыми родовитыми британскими семьями, среди которых сами Плантагенеты… и Тюдоры. Ребенком Арик бы сообразительным, – продолжал Гилфорд. – Когда он стал молодым человеком и появился при дворе, ему не составляло никакого труда заставлять людей с радостью выполнять его желания. А если учесть его удивительные заслуги в боевых действиях, то становится понятно, что он был, пожалуй, самым влиятельным человеком в своей семье, даже более влиятельным, чем его дядя, возводивший королей на трон.
   Непросто было представить себе, что все это говорится о человеке, который вел жизнь затворника в лесной хижине. И почему только он оставил такую жизнь, предпочел по собственной воле уйти от мира и поселиться в лесу?
   – И что же изменилось? – спросила Гвинет, недоуменно хмурясь.
   Старик пожал плечами.
   – Мы все хотели бы получить ответ на этот вопрос, – промолвил он. – У Арика, вероятно, были причины так поступить, но он предпочел держать их в секрете.
   Наверняка эти же самые причины заставляли его отказываться от участия в сражениях, подумала Гвинет.
   Но ведь Гилфорд считает, что Арик ушел на войну из-за нее. Это невозможно. С какой стати он пойдет защищать свою жену, которую считает низкой и подлой? Жену, которую он бросил?
   – Теперь это все уже не важно, – пробормотала Гвинет. – Арик уехал.
   Старик подумал, а потом встал перед ней во весь рост.
   – Ты говоришь одно, а сердце подсказывает тебе совсем другое, – промолвил он. – Может, стоит прислушаться к его словам. – Гвинет хотела что-то сказать, но он остановил ее. – А теперь отдыхай, дитя мое, и знай, что в Харидж-Холле тебе рады.
   Гвинет молча смотрела на Гилфорда. У того на лице появилась какая-то удивительно удовлетворенная улыбка, а потом он вышел из комнаты.

   Глава 17

   Туманным английским утром Арик ехал на юго-запад между Кираном и Дрейком. Они почти не разговаривали и перекинулись несколькими словами лишь тогда, когда его ирландский друг попытался заставить улыбнуться его и Дрейка.
   Но Арику было не до улыбок.
   Ох, следовало ему придержать язык в разговоре с Гвинет! Она поступила так, как поступила бы любая другая женщина. Они все ложатся в постель с мужьями ради того, чтобы обеспечить себе безоблачное будущее. Глупо было ждать от нее, от их брака чего-то другого. Собственно, он смог бы пережить все это, если бы не ложь о любви. Арик не выносил лжи. Хуже того, ему очень хотелось верить в то, что Гвинет действительно привязалась к нему. Глупец! Поэтому он так и разгневался, узнав, что она солгала ему, – почувствовал себя преданным, обиженным.
   Арик нахмурился. Неужели женитьба все-таки изменила его, сделала мягче, повлияла на его разум? А может быть, Гвинет связана каким-то образом с темными силами, обладает способностью к колдовству, которую жители Пенхерста приписывали ему?
   Но возможно, все дело в том, что он ее любит.
   Арик даже вздрогнул, когда эта мысль пришла ему в голову. Неужели именно в этом дело? Неужели за несколько последних месяцев его сердце привязалось к этой невоспитанной, крикливой, несдержанной, но в то же время такой теплой, ласковой и нежной девчонке, которую он назвал своей женой? Помоги ему Господь!
   Неудивительно, что он не согласился на сделку, вынуждавшую его принять ее тело в обмен на его богатство. Просто он уже некоторое время любит Гвинет.
   Но полюбит ли она его по-настоящему, если ему удастся выжить в предстоящей битве? Святые угодники, да ему ненавистна даже мысль о том, что он будет жить рядом с женщиной которая отдалась ему только ради денег и общественного положения. А ведь он все больше попадал под ее обаяние, его гак и манил ее чувственный рот, удивительная душа. Он был готов на что угодно, лишь бы она была рядом.
   Хотя нет, это все не так важно. Как бы ни любил он ее, им лучше находиться подальше друг от друга. У Гилфорда ей будет хорошо, ведь она сможет хозяйничать в замке, наслаждаться своим положением знатной леди. А он после окончания битвы уедет в свою лесную хижину, потому что безжалостная, жестокая политика и бессмысленные смерти не для него. Не станет у него легко на сердце, если он убьет и свою душу.
   Вздохнув, Арик посмотрел на небольшую возвышенность, простиравшуюся перед ними. Окутанный туманом зеленый пейзаж оказался ему знаком и был приятен глазу. И все же у него нет желания продолжать это путешествие.
   Подумать только, ведь когда-то он женился на Гвинет, чтобы спасти ее жизнь. А теперь именно из-за этого она может умереть. Арик с отвращением покачал головой. Политика, когда-то восхищавшая его, теперь кажется бесчеловечной и бесчестной. А король Ричард стал для него символом всего плохого, что было в Британии, символом полного отсутствия морали.
   И для того чтобы сохранить жизнь женщине, которую он не может выбросить из головы, он вынужден биться на стороне того самого режима, который презирает. Поразительно! Но это можно счесть признаком любви.
   – Какой-то у тебя озадаченный вид, мой друг, – тихо проговорил Дрейк, скачущий на коне рядом с ним.
   Арик постарался придать лицу более приветливое выражение.
   – Я просто думаю о грядущем сражении, – промолвил он в ответ.
   Дрейк кивнул, но ничего не сказал.
   – Считай его развлечением, полезным для души, – улыбнулся Киран.
   Развлечением? Ничего себе развлечение – из смерти, крови и битвы! И почему только этот юный глупец не понимает, что его беспечность может привести к его собственной смерти?
   Арик подавил вздох – за долгие годы знакомства с Кираном он уже уяснил: бесполезно увещевать его и объяснять, что война – это не развлечение. Не поверит.
   Бросив недовольный взгляд на своего ирландского друга, Арик пришпорил коня и поскакал вперед. Он понимал, что Дрейк и Киран сочтут его поведение по меньшей мере странным, но ему было все равно.
   Еще никогда в жизни Арику так не хотелось побыть в одиночестве.
   Миля за милей оставались позади. Утро за утром переходили в дни и сменялись теплыми сырыми ночами, которые он проводил в беспокойном сне. Арик заставлял себя не думать о Гвинет, но его разум противился этому. И одна мысль ни на мгновение не выходила у него из головы: он любит женщину, которая никогда не захочет жить той простой жизнью, которая так нужна ему.
   Троица отважных воинов повстречалась с силами короля Ричарда в Ноттингеме и последовала за ними в Лестер, где был разбит лагерь. Арик разделил палатку с Дрейком и Кираном и молил Бога о чуде, которое каким-нибудь непостижимым образом прекратит эту бессмысленную и глупую войну до того, как дело дойдет до кровавой развязки. Войска Генриха Тюдора прошли к западу от Уэльса и теперь ждали начала боевых действий в считанных милях отсюда.
   Той ночью он так и не смог крепко заснуть, а когда все же погружался в тревожную дремоту, ему снился страшный сон, в котором все было погружено в багряное марево, прячущее убитых мальчиков, и слышались их крики о помощи. Арик проснулся, рассвет был жарким и влажным. Ну как он мог оставить молодых принцев, особенно младшего? Как мог недооценить преступных намерений короля?
   Больше всего на свете ему не хотелось принимать участие в этой бессмысленной войне, но он должен сделать это – ради Гвинет. Слепая ярость терзала его нутро. Увы, ничего нельзя изменить и неминуемого не избежать. Его момент истины – хотя вообще-то это был момент истины для всей Англии – наступил.
   При мысли об этом Арика затошнило. Не находя себе места, он встал и вышел из палатки, оставив Дрейка и Кирана спать, сколько им хочется. Он быстро прошел мимо нескольких рядов палаток. Все люди, спавшие в них, были сторонниками короля Ричарда. Они были готовы ценой своих жизней удержать гнусного убийцу на троне.
   Подумав об этом, Арик яростно заскрежетал зубами. Вскоре он оказался возле палатки герцога Норфолка, к которой была прикреплена записка: «Норфолкский мошенник, не слишком ярись, твой хозяин Дикон[3] куплен и продан».
   Арик, нахмурившись, снова и снова перечитывал записку, пытаясь разгадать содержащуюся в ней загадку. Наконец, когда он, кажется, уже в сотый раз проговорил странные слова про себя, ему пришло в голову: король Ричард предан одним из своих сторонников, которого подкупил его враг Генрих Тюдор. Но кто этот человек?
   За последние два года многие северные лорды отказывались поддерживать короля. Герцога Бекингема схватили за открытый мятеж и казнили за измену прямо на рынке Солсбери. Его сосед граф Нортумберленд по-прежнему поддерживал Ричарда, но, слышал Арик, и он высказывал недовольство чрезмерно жестоким королем. Преданность королю лорда Стенли была весьма непостоянной, о чем всем было известно. А теперь, после того как он стал третьим мужем Маргарет Боуфорт, матери Генриха Тюдора, его особа и вовсе вызывала подозрения. Лишь в лорде Говарде можно было не сомневаться, раздумывал Арик, но его армии не хватит для того, чтобы оказать влияние на ход сражения.
   Спаси их всех, Господи, потому что многие из этих людей найдут сегодня свою смерть на поле брани. Ради чего?
   – Ты знаешь, что это означает? – спросил кто-то у него за спиной.
   Арик замер – он сразу же узнал этот резкий и властный голос.
   Взяв себя в руки и придав лицу почтительное выражение, Арик повернулся к своему королю и слегка поклонился ему.
   – Нет, ваше королевское величество, не знаю, – ответил он.
   Король Ричард выругался, его тело напряженно вытянулось.
   – Неужели я вообще никому не могу доверять?
   Ярость охватила Арика, он едва сдерживал себя, чтобы не выложить этому мерзавцу, что он не будет биться на его стороне, не поддержит детоубийцу. Конечно, у него был неплохой шанс сделать это, ведь они стояли совсем рядом, наедине, и он мог сказать королю все, что думает о нем. Но поступить таким образом – значит обречь себя и, главное, Гвинет на казнь. Арик заговорил, тщательно подбирая слова:
   – Повсюду можно повстречать тщеславных людей, которые жаждут власти для себя ценою жизни других.
   Тщеславных людей вроде самого короля, который принес в жертву собственных племянников, для того чтобы занять место на троне.
   Темные глаза Ричарда прищурились.
   – Умный человек знает, как проложить себе путь, чтобы сохранить господствующие позиции, и когда захватить власть для себя, – вымолвил он многозначительно.
   Без сомнения, размышлял Арик, Ричард считает себя человеком умным. А почему бы и нет? Это ведь почти неслыханное дело, чтобы третий сын стал королем. Как тщательно он разработал план убийства собственных племянников, как поддерживал своего старшего брата Эдуарда в его горе, ведь тот, будучи королем, был вынужден казнить их третьего брата! Как надо было все продумать, чтобы после всех этих маневров дверь во власть для Ричарда оказалась открытой!
   И как мало, судя по его виду, он сожалеет о совершенных убийствах!
   Арик заставил себя скупо улыбнуться.
   – Бывает, что глупцы в прошлом считали себя людьми умными, – промолвил он. – Но я не вижу, чтобы они переменились.
   Темные глаза короля полыхнули недобрым огнем, но он промолчал. Да, ему показалось, что его оскорбили, только он не был абсолютно в этом уверен.
   – Я отправлю на тот свет всех предателей! – воскликнул он.
   – Меньшего я от вас и не ожидал, ваше величество.
   Придав взору ледяное выражение, король топнул ногой, сорвал записку, отвернулся от Арика и вошел в палатку Норфолка.
   Пожав плечами, Арик пошел готовиться к предстоящей битве.

   Не прошло и часа, как воины пустились в путь; Дрейк и Киран ехали рядом с Ариком. Они молча следовали за королевскими рыцарями на юго-запад. Возле широкой голубой реки Сор, над которой нависал массивный мост, всадники остановились и стали по очереди пересекать его.
   Король Ричард ехал в гуще своих людей с высоко поднятой головой. Утреннее солнце отражалось в его темных волосах и в короне – главном знаке королевской власти.
   – Ричард Плантагенет! – внезапно закричала какая-то старуха, стоявшая у моста.
   Воины, как по команде, остановились и изумленно посмотрели на бедно одетую крестьянку, которая отважилась так смело разговаривать с королем.
   Словно не замечая их недоуменных взглядов, старуха отбросила со сморщенного лица длинные пряди седых волос и спокойно произнесла:
   – Еще до конца дня твоя голова ударится о то место, которое ты только что задел шпорой.
   Когда старуха указала на боковую часть моста, несколько воинов громко охнули, только Арик не понял, что было причиной такой реакции – страх или ярость. Другие принялись осенять себя крестным знамением, сокрушаясь по поводу того, что женщина, вероятно, была ведьмой. Уж кому-кому, а Арику-то было известно, с какой легкостью к человеку пристает подобное обвинение, однако когда он подумал, что старуха могла говорить правду, по его спине пробежал холодок.
   – Бесстыжая старуха, – прошептал Киран на ухо Арику.
   Король Ричард, стараясь держаться храбрецом, только посмеялся над пожилой женщиной и поехал вперед. Армия двинулась вслед за своим предводителем. Создавалось впечатление, что войско окутано недоверием, словно английским туканом.
   Заскрежетав зубами, Арик вознес Богу молитву о том, чтобы этот день не стал последним в жизни его младшего брата.
   Позвякивая металлическими доспехами, армия с помпой двигалась на юг через Босуортский рынок. Коробейники спешили к солдатам со своими товарами, а дети бросали игры и, разинув рты, глазели на них. Фермеры с женами громко благодарили короля за то, что тот не повел войско через посевные поля. Арик старался не обращать на все это внимание, но запахи сена, лошадей и навоза так и щекотали ему нос, заставляли его держаться начеку. Впрочем, не давало ему расслабиться и тревожное чувство ожидания.
   Наконец они вышли на открытое пространство, с одной стороны которого возвышался невысокий холм с пологими склонами. Остальная часть пространства представляла собой равнину, простиравшуюся вдаль, насколько мог видеть глаз.
   На этот раз более дальний обзор заслоняла армия Генриха Тюдора.
   Как только противники заметили друг друга, движение вперед прекратилось. Воины обеих армий выстроились в ровные шеренги, в затылок друг за другом – так они демонстрировали свою мощь. Арик направился к Стивену, который с мрачным видом подвел своего скакуна к Нортумберленду. Они заняли позицию за холмом. Если даже Стивен и удивился, увидев брата, то виду он не подал. Во всяком случае, выражение его юного нервного лица ничуть не изменилось. Но здесь Арик сможет защитить своего брата, если в этом возникнет необходимость, к тому же за холмом он сможет держаться подальше от пекла битвы.
   С мрачным видом оглядев равнину и холм, которые кто-то при нем назвал Амбиенскими, Арик увидел армию Генриха Тюдора, уступающую по численности королевской. Тюдор выстроил своих людей вдоль старинной римской дороги.
   В воздухе повисло ожидание. Воины проверяли свое вооружение, а их кони нервно били копытами, ожидая команды двинуться вперед. Было еще раннее утро, но солнце уже поднялось высоко в небе.
   «Сколько людей не увидит закат?» – подумал Арик.
   – Эй вы, Макдугал и Бродерик! – крикнул Нортумберленд, указывая на Дрейка и Кирана. – Возьмите двоих моих людей и отправляйтесь на разведку в тыл врага. А потом возвращайтесь к месту битвы.
   Нортумберленд вызывающе посмотрел на Арика, словно понимая, что без двух своих друзей тот может почувствовать себя неуверенно или хотя бы разгневаться. Для того чтобы доказать графу, что его цель не достигнута, Арик спокойно кивнул вслед уезжающим друзьям, а затем вновь обратил взор к полю боя.
   Отдаленный звук боевого горна и клацанье оружия вернули Арика в настоящее. Он вытащил меч и уже собрался рвануться вперед, но тут Нортумберленд остановил его взмахом руки.
   Обращаясь к почти сотне воинов, занявших боевую позицию позади Амбиенского холма, граф прокричал:
   – Мы будем ждать сигнала о выступлении, чтобы застать наших уэльских врагов врасплох!
   Арик с тяжелым вздохом опустил меч. Он ждал. Где-то вдалеке маленькая армия Генриха Тюдора двинулась вперед навстречу медленно продвигавшейся армии Ричарда. Воинов короля поддерживали лучники, выстроившиеся вдоль края равнины.
   Воздух наполнился лязганьем мечей, громкими угрожающими криками и стонами умирающих. Стрелы взлетели в небеса, чтобы закончить свой путь в человеческой плоти. Лошади ржали и топтали землю, в воздухе стоял запах крови.
   Нет, Арик не испытывал желания вступить в бой, однако ожидание изматывало его. Господи, как ему хотелось, чтобы все поскорее закончилось! Но не мог он в то же время трусливо отступить с занятой позиции!
   Вскоре армия Тюдора остановилась. Она продвинулась вперед всего на каких-нибудь десять футов от своего знамени. Неужели армия короля оказалась настолько сильнее армии Тюдора и смогла с такой легкостью доказать свое превосходство?
   – Что ты видишь, Белфорд? – крикнул ему Нортумберленд. Граф, который был много ниже Арика, привстал в стременах, безуспешно пытаясь увидеть происходящее.
   – Похоже, армия Тюдора прекратила продвижение вперед, – ответил Арик. – Впрочем, вид загораживают королевские воины, так что я не совсем уверен.
   Нортумберленд от нетерпения нахмурился.
   – Скачи на вершину холма и рассмотри все как следует, – сказал он. – А потом расскажешь мне, что увидел.
   – Но разве таким образом я не раскрою нашу позицию для разведчиков Тюдора? – недоуменно переспросил Арик.
   Граф окинул Арика ледяным взглядом.
   – Король лично назначил меня ответственным за эту часть боя, – отчеканил он. – Считай, что это приказ, Белфорд.
   Пожав плечами, Арик направил коня на вершину Амбиенского холма. Увиденное представляло собой печальное зрелище: королевские воины дрались на пределе сил.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [25] 26 27 28 29 30 31

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация