А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Король сделки" (страница 19)

   Глава 20

   Плохие новости преследовали чудодейственный дилофт. Было опубликовано еще два экспертных заключения, в одном из которых убедительно доказывалось, что «Лаборатории Акермана» скрыли кое-какие данные и подергали за все ниточки, чтобы получить сертификат на опасное лекарство. Фармкомитет наконец дал команду изъять его из продажи.
   Эти плохие новости были, разумеется, хорошими для адвокатов. Обстановка накалялась все сильнее по мере того, как к иску присоединялись все новые и новые пострадавшие. Принимавшие дилофт пациенты получили от «Лабораторий Акермана» и своих врачей официальные зловещие предупреждения, за которыми обычно следовали пакеты с еще более устрашающей информацией от адвокатов. Адресная рассылка по почте оказалась наиболее эффективной. Газетная реклама охватывала все крупные секторы рынка. Телефоны горячих линий сообщались по всем телевизионным каналам. Казалось, что угроза образования опухолей заставила практически всех пользователей дилофта обратиться к адвокатам.
   Даже Пэттон Френч не мог припомнить, чтобы массовый иск складывался настолько удачно. Поскольку они с Клеем первыми финишировали в суде Билокси, их групповой иск и зарегистрирован был первым. Все остальные истцы по дилофту, которые хотели присоединиться к коллективной тяжбе, автоматически становились их клиентами, при этом управляющему комитету истцов причитался дополнительный гонорар. Дружески расположенный к Френчу судья уже назначил такой комитет в составе: Френч, Клей, Карлос Эрнандес из Майами и еще два закадычных дружка Пэттона из Нового Орлеана. Теоретически комитет был призван готовить крупное и сложное судебное разбирательство против «Лабораторий Акермана». Практически вся пятерка собирала бумаги и вела административную работу, направленную на то, чтобы сохранять контроль над почти пятьюдесятью тысячами клиентов и их адвокатами.
   Каждый истец по делу о дилофте имел право выйти из игры и предъявить «Лабораториям Акермана» индивидуальный иск. Поскольку в коалиции участвовали адвокаты со всех концов страны, неизбежно возникали конфликты. Кому-то не нравилось, что дело зарегистрировано в Билокси, они хотели подать собственный иск в своем городе. Кто-то не любил Пэттона Френча. Находились такие, которые желали довести дело до суда и выиграть крупный вердикт.
   Но Френчу подобные баталии были не в новинку. Он не вылезал из своего «Гольфстрима», мотался по стране от побережья к побережью, встречался с адвокатами, имевшими на руках всего по нескольку сотен дел, и непостижимым образом поддерживал целостность коалиции, обещая, что в Билокси сможет добиться более крупных и выгодных для всех компенсаций.
   Он ежедневно вел переговоры со штатным юрисконсультом «Лабораторий Акермана», опытным, закаленным бойцом. Тот дважды пытался уйти из компании, но совет директоров его не отпустил. Послание Френча было простым и ясным: лучше договориться напрямую, без привлеченных адвокатов, поскольку вы прекрасно знаете, что выходить с таким препаратом на суд для вас смерти подобно. И у «Акермана» наконец начали прислушиваться к этому предложению.
   В середине августа Френч назначил общий слет всех участников коалиции на своем обширном ранчо неподалеку от Кетчума, Айдахо. Он объяснил Клею, что его присутствие как члена комитета обязательно, к тому же, что не менее важно, союзникам не терпится познакомиться с восходящей звездой адвокатского корпуса, человеком, выпустившим из бутылки джинна по имени Дилофт.
   – И вообще с этих ребят нельзя спускать глаз, а то они всадят тебе нож в спину, – сказал он.
   – Приеду, – пообещал Клей.
   – Я пошлю за вами самолет, – предложил Френч.
   – Спасибо, не нужно, сам доберусь.
   Клей арендовал «Лир-35», симпатичный маленький самолет, втрое уступающий размерами «Гольфстриму-5», но, поскольку путешествовал он один, этот малыш его вполне устраивал. В аэропорту Рейгана он оказался в толпе таких же важных шишек, как он сам, только постарше, и отчаянно старался вести себя так, словно ничего необычного для него не было в том, чтобы летать по делам на собственном самолете. Конечно, он всего-навсего арендовал его в чартерной компании, но на предстоящие три дня самолет безраздельно принадлежал ему. Пилоты ждали Картера возле частного терминала.
   Пока самолет взлетал и брал курс на север, Клей смотрел на извивающийся внизу Потомак, на мемориал Линкольна и другие достопримечательности Вашингтона. Он увидел дом, в котором располагался его офис, а чуть подальше – здание Бюро государственных защитников. Что бы подумали Гленда, Жермен и остальные, кого он там оставил, если бы увидели его сейчас?
   Что бы подумала Ребекка?
   Ах, если бы у нее хватило терпения подождать еще чуть-чуть.
   В последний месяц у него было слишком мало времени, чтобы подумать о ней.
   Самолет вошел в облака, земля скрылась из виду. Вскоре Вашингтон остался далеко позади. Клей Картер летел на секретное совещание богатейших адвокатов Америки, специалистов по коллективным искам, тех, кому доставало ума и мускульной силы тягаться с самыми могущественными корпорациями.
   И они хотели познакомиться с ним!
* * *
   Его самолет оказался самым маленьким на стоянке аэропорта «Кетчум – Сан-Вэлли» во Фридмене, Айдахо. Пока его буксировали мимо «гольфстримов» и «челленджеров», Клея посетило неуютное ощущение ущербности: нужно было арендовать лайнер покрупнее. Однако, тут же опомнившись, он рассмеялся: сидит в обитом кожей салоне трехмиллионного «лира» и сокрушается, что не взял что-нибудь побольше! По крайней мере он не утратил еще способности к самоиронии. Что будет, когда эта способность его покинет?
   Они припарковались возле знакомого самолета, на хвосте которого значился номер 000КИ – ноль, ноль, ноль Коллективный Иск, – второго, летающего, дома Пэттона Френча. Рядом с ним «лир» казался еще меньше, и несколько секунд Клей, задрав голову, с откровенной завистью смотрел на этот самый роскошный в мире частный самолет.
   Микроавтобус с ряженым ковбоем за рулем ждал его у выхода. К счастью, водитель попался неразговорчивый, и Клей сорок пять минут молча наслаждался дорогой, пока они поднимались по серпантину, который становился все уже. Клея нисколько не удивило, что обширные владения Пэттона напоминали красивую новенькую открытку, – другого он и не ждал. Дом представлял собой многоэтажный особняк с большим количеством флигелей, так что мог дать приют целой адвокатской конторе средних размеров. Еще один ряженый принял у Клея багаж.
   – Мистер Френч ожидает вас на задней террасе, – сказал он так, словно мистер Картер был здесь завсегдатаем.
   Когда Клей вышел на террасу, разговор шел о Швейцарии, вернее, о горнолыжных курортах, которые предпочитали адвокаты. Четыре члена комитета вальяжно развалились в шезлонгах, созерцая горы, попыхивая темными сигарами и налегая на напитки. При появлении Клея все встали, как встает зал при появлении судьи. За первые же три минуты бурных приветствий его назвали «блестящим», «проницательным», «бесстрашным» и, что понравилось ему больше всего, «провидцем».
   – Вы должны рассказать нам, как вышли на дилофт, – сказал Карлос Эрнандес.
   – Он не расскажет, – заверил его Френч, готовя для Клея какую-то адскую смесь.
   – Да будет вам, – не поверил Уэс Солсбери, новоиспеченный друг Клея. За несколько минут знакомства он успел поведать ему о том, что три года назад сорвал около полумиллиарда на сделке с некой табачной компанией.
   – Я дал обет молчания, – подтвердил Клей.
   Другим новоорлеанским адвокатом был Деймон Дидье, один из докладчиков на семинаре, который Клей посетил во время слета кружка барристеров. У Дидье было каменное лицо и стальные глаза. Клей вспомнил, что тогда еще удивился: как такой человек может входить в контакт с каким бы то ни было жюри присяжных? Вскоре Клею стало известно, что Дидье огреб кучу денег, когда речной пароход, на борту которого находилось целое студенческое землячество, затонул в озере Понтчартрейн. Какая мерзость.
   Всем им не хватало лишь черных повязок на глазу и медалей на груди, как героям войны. Вот эту, мол, я получил за взрыв танкера, в результате которого погибло двадцать человек. А эту – за тех ребят, что сгорели на морской буровой вышке. А вот эту большую – за кампанию против «Тощего Бена». Эта – награда за боевые действия против табака. Эта – за битву с департаментом санитарно-эпидемиологического надзора.
   Клей, у которого не было собственных «военных мемуаров», просто слушал. Конечно, можно было переплюнуть всех, рассказав историю с тарваном, но он ни за что не стал бы этого делать.
   Дворецкий в рубашке под Роя Роджерса доложил мистеру Френчу, что ужин будет подан через час. Все спустились в комнату с бильярдными столами и большими экранами. Здесь около дюжины белых мужчин пили, болтали и орудовали киями.
   – Конспиративное гнездо, – шепнул Клею Эрнандес.
   Пэттон представил ему присутствующих. Имена, лица, названия городов – Сиэтл, Хьюстон, Топика, Бостон, какие-то другие, коих он даже не разобрал, и еще Эффингем, Иллинойс. Все джентльмены отдали должное «блестящему» молодому адвокату, который потряс их своим дерзким штурмом дилофта.
   – Я увидел рекламу в первый же вечер, когда она была запущена, – сказал Берни-какой-то из Бостона. – До той поры я и названия-то такого – дилофт – не слышал. Поэтому позвонил на вашу горячую линию и поговорил с приятным молодым человеком. Я навешал ему лапши на уши, сказал, что принимаю это лекарство и все такое прочее. Потом зашел на ваш сайт. Он сработан превосходно. И я сказал себе: «Меня обставили». А три дня спустя уже открыл собственную горячую линию «Дилофт».
   Все рассмеялись – вероятно, потому, что каждый мог рассказать о себе подобную историю. Клею до тех пор даже в голову не приходило, что другие адвокаты станут звонить в его офис и пользоваться его сайтом, чтобы красть у него клиентов. Но почему, собственно, это должно его удивлять?
   Когда с восторгами было покончено, Френч сообщил, что до ужина, во время которого, кстати, им предложат сказочный выбор австралийских вин, необходимо кое-что обсудить. У Клея уже и так кружилась голова от крепкой кубинской сигары и первой двойной порции водки. Он был самым молодым среди присутствующих и во всех отношениях чувствовал себя новичком. Особенно это касалось выпивки. Здесь его окружали профессионалы по этой части.
   Самый молодой адвокат. Самый маленький самолет. Самая слабая печень... Клей решил, что пора взрослеть.
   Все сгрудились вокруг Френча. Ради таких вот минут он и жил.
   – Как вам известно, я потратил кучу времени на переговоры с Уиксом, юрисконсультом «Лабораторий Акермана». В результате они согласились на сделку, причем быструю. Их атакуют со всех сторон, и они хотят уладить все как можно скорее. Акции упали настолько, что они опасаются за свой контрольный пакет. Хищники вроде нас готовы растерзать их. Если компания будет знать, во что обойдется им сделка по дилофту, они могли бы реструктурировать некоторые свои долги и удержаться. Чего они больше всего не хотят, так это затяжного судебного разбирательства на многих фронтах, которое может повлечь множество суровых вердиктов. Плюс к тому отстегивать десятки миллионов долларов на защиту.
   – Бедняги, – притворно посочувствовал кто-то.
   – "Бизнес уик" намекал на банкротство, – заметил кто-то другой. – Они не прибегали к этой угрозе?
   – Пока нет. И, думаю, не станут. У «Акермана» слишком много активов. Мы только что завершили финансовый анализ – утром он будет вам представлен, – так вот, наши эксперты считают, что компания может выделить на сделку по дилофту от двух до трех миллиардов.
   – А какова сумма их страховки?
   – Всего триста миллионов. В течение последнего года на рынке успешно действовала их дочерняя компания по производству косметики. Они просят за нее миллиард. Реальная цена – три четверти этой суммы. Но они могут скинуть ее за полмиллиарда и получить достаточно наличных, чтобы удовлетворить наших клиентов.
   Клей заметил, что о клиентах здесь вспоминали редко.
   Стервятники еще теснее обступили Френча, а тот продолжал:
   – Нам нужно выяснить два вопроса. Первый: сколько клиентов мы можем получить в общей сложности? И второй: какую цену назначить каждому?
   – Давайте подсчитаем то, что имеем пока, – прогудел какой-то техасец. – У меня тысяча.
   – У меня восемьсот, – подхватил Френч. – Карлос?
   – Две тысячи, – ответил Эрнандес и начал записывать.
   – Уэс?
   – Девятьсот.
   У адвоката из Топики оказалось меньше всех – шестьсот. Пока потолок составлял две тысячи. Но главное Френч приберег напоследок.
   – Клей? – спросил он, и все обратились в слух.
   – Три тысячи двести, – ответил Картер, сумев сохранить непроницаемый вид игрока в покер. Его новообретенные собратья выразили восхищение. По крайней мере сделали вид, что восхищены.
   – Вот это хватка! – воскликнул кто-то.
   Клей подозревал, что под белозубыми улыбками и ободряющими восклицаниями коллег кроется черная зависть.
   – Итого двадцать четыре тысячи, – закончил подсчеты Карлос.
   – Думаю, мы смело можем удвоить эту цифру, что составит около пятидесяти тысяч. Примерно на столько «Акерман» и рассчитывает. Два миллиарда разделить на пятьдесят тысяч – получается по сорок тысяч на нос. Неплохая стартовая сумма.
   Клей быстро произвел в уме собственные подсчеты: сорок тысяч умножить на три тысячи двести... это будет более ста двадцати миллионов. Треть от этой суммы составит... он ощутил слабость в коленках.
   – А процент злокачественных опухолей?
   – По подсчетам компании, такие случаи составляют около одного процента.
   – То есть пять тысяч дел.
   – Как минимум по миллиону каждому.
   – Это еще полмиллиарда.
   – Миллион – это несерьезно.
   – В Сиэтле меньше чем на пять миллионов никто не согласится.
   – Мы ведь говорим о противоправных случаях, повлекших за собой смерть.
   У каждого адвоката было собственное мнение, и они наперебой принялись их высказывать. Восстановив порядок, френч провозгласил:
   – Джентльмены, ужин!
* * *
   Ужин обернулся сплошным кошмаром. Обеденный стол представлял собой гигантский полированный брус, выточенный из целого дерева – великолепного красного клена, простоявшего несколько веков, пока он не понадобился богатой Америке. За этим столом могли усесться по меньшей мере сорок человек. В тот вечер гостей было всего восемнадцать, и они благоразумно рассредоточились по периметру стола, иначе дело могло дойти и до потасовки.
   Среди всех этих бойких парней, каждый из которых мнил себя яркой личностью и лучшим адвокатом на свете, самым мерзким пустозвоном был громогласный и настырный техасец Виктор К. Бреннан из Хьюстона. После третьего или четвертого бокала, не успев разделаться с толстенным бифштексом, он начал сетовать на слишком малые суммы компенсаций. У него был некий сорокалетний клиент, делавший большие деньги, процветавший, а теперь вот заполучивший из-за дилофта злокачественную опухоль.
   – Я мог бы от любого техасского жюри добиться для него десяти миллионов прямой компенсации и еще двадцати за моральный ущерб и упущенную выгоду, – вещал он.
   Большинство присутствующих с этим согласились. Некоторые даже заявили, что могли бы на своей площадке достичь и большего. Френч твердо придерживался теории, что если несколько человек получат миллионы, то основной массе пострадавших останутся крохи. Бреннан на это не клюнул, но для возражений нужной аргументации не нашел. Просто у него было смутное подозрение, что «Лаборатории Акермана» располагают гораздо большей наличностью, чем хотят показать.
   Сотрапезники разделились на две группы, но состав их менялся так быстро и принадлежность каждого к той или иной партии была настолько зыбкой, что о большинстве присутствующих Клей не мог бы даже сказать, какую, собственно, точку зрения кто защищает. Френч подловил Бреннана на утверждении, будто тот может выторговать столь высокий штраф, заметив, что доказать дело в суде будет не так-то просто.
   – Но у вас же имеются какие-то документы, если я правильно понял? – не сдавался Бреннан.
   – Клей достал кое-какие документы. «Акерман» пока этого не знает. Вы, ребята, их не видели и никогда не увидите, если отколетесь от нас.
   Все семнадцать человек (исключая Клея) отложили ножи и вилки и одновременно загалдели. Официанты предусмотрительно удалились. Клей так и видел, как они попрятались под кухонные столы. Бреннану не терпелось с кем-нибудь сцепиться. Уэс Солсбери не собирался отступать. Посыпались нецензурные выражения. В разгар этой грызни Клей взглянул в дальний конец стола и увидел, что Пэттон Френч спокойно понюхал вино в бокале, отпил немного, закрыл глаза и предался смакованию нового сорта.
   Сколько таких драк довелось ему вот так же невозмутимо пережить на своем веку? Сотни? Клей отрезал кусок бифштекса.
   Когда гвалт утих, Берни из Бостона рассказал анекдот про католического священника, и все стервятники разразились дружным хохотом. Минут пять адвокаты наслаждались едой и винами, пока Алберт из Топики не предложил свой вариант: довести «Лаборатории Акермана» до банкротства. Он дважды проделывал такой трюк с другими компаниями и добивался неплохих результатов. В обоих случаях его жертвы использовали закон о банкротстве, чтобы выпотрошить свои банки и кредиторов и таким образом выплатить Алберту и тысячам его клиентов максимум наличными. Кое-кто выразил сомнение по поводу его стратегии, Алберт оскорбился, и вскоре в зале бушевала новая свара.
   Они ссорились друг с другом весь вечер – снова возникал вопрос о документах, снова предлагалось идти в суд, вместо того чтобы добиваться быстрого соглашения, вновь и вновь поднималась тема «своей площадки», объединения дел и расходов, обсуждались гонорары. У Клея в желудке стоял ком, и он не произнес ни слова. Остальные же, казалось, получали от еды огромное удовольствие, не переставая при этом вести перепалку с двумя или тремя оппонентами одновременно.
   Вот что значит опыт, сказал себе Картер.
   По окончании этого самого долгого в жизни Клея ужина Френч повел всех обратно в бильярдную, где их ждали коньяк и сигары. Люди, в течение трех часов казавшиеся непримиримыми противниками, теперь пили и смеялись, как члены одного дружного землячества. При первой же возможности Клей улизнул и, затратив немало усилий, нашел наконец свою комнату.
* * *
   Доклад Барри и Харри Шоу был назначен на десять утра в субботу – время, когда все отсыпались с похмелья или давились обильным завтраком. Френч организовал ловлю форели и стрельбу по тарелочкам, но ни один адвокат не принял участия в развлечениях.
   Барри и Харри имели в Нью-Йорке собственную фирму, которая занималась исключительно тем, что анализировала состояние финансов компаний, предназначенных в жертву. У них были свои источники, обширные связи, шпионы, и они имели репутацию людей, способных влезть под кожу любой корпорации и выяснить истинное положение дел. Френч вызвал их для часового доклада.
   – Это обошлось нам в двести «косых», – с гордостью шепнул он Клею на ухо. – Но мы заставим «Акермана» возместить и этот расход. Не сомневайтесь.
   Тактика доклада была у них давно разработана: Барри чертил графики, Харри водил по ним указкой – точь-в-точь два профессора на лекции. Оба стояли лицом к публике в небольшом зале, расположенном под бильярдной. На сей раз адвокаты слушали молча.
   Сумма страховки «Лабораторий Акермана» составляла минимум пятьсот миллионов – триста от страховщика ответственности и двести от вторичного страховщика. Анализ движения денежной наличности был особенно насыщенным, Харри и Барри говорили оба, дополняя друг друга. Они жонглировали цифрами и процентами до тех пор, пока всю честную компанию не начало клонить в сон.
   Потом специалисты коснулись дочерней компании «Лабораторий Акермана» по производству косметики. При срочной продаже она могла принести корпорации шестьсот миллионов. В Мехико было также подразделение компании, производящее пластмассы, которое хозяева были готовы скинуть за двести миллионов. Чтобы объяснить структуру долгов «Лабораторий Акермана», потребовалось еще пятнадцать минут, Барри и Харри сами были адвокатами и прекрасно знали, как определить предполагаемый размер денежной компенсации за причиненный ущерб, который могла себе позволить компания, стремящаяся избежать массового иска в связи с таким бедствием, каким оказался дилофт. Самым мудрым решением для «Акермана» было согласиться на быструю поэтапную досудебную сделку – «блинчатую» сделку, как назвал ее Харри.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [19] 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация