А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Высокое окно" (страница 1)

   Рэймонд Чандлер
   Высокое окно

   1

   Дом стоял на Дрезден-авеню в Пасадене – большой, массивный, неприветливый на вид, со стенами из бургундского кирпича, с белой отделкой из камня и черепичной крышей терракотового цвета. Верхние окна были украшены по периметру каменным орнаментом в стиле рококо.
   От полускрытого цветущими кустами фасада к улице полого спускалась чудесная зеленая лужайка, которая обтекала росший на пути исполинский кедр, подобно тому, как спокойный зеленоватый поток обтекает с двух сторон скалу. У широкого тротуара росли три радующие глаз белые акации. Город был наполнен тяжелым ароматом летнего утра, и ни листочек не шевелился в словно безжизненном воздухе, предвещавшем то, что здесь называется прохладным славным деньком.
   Об обитателях дома я знал совсем немного – здесь живет миссис Элизабет Брайт Мердок с семьей и эта дама хочет нанять симпатичного частного детектива, который не стряхивал бы пепел на пол и никогда не носил бы с собой больше одного пистолета. И еще я знал, что она вдова старого усача по имени Джаспер Мердок, который сделал кучу денег, занимаясь организацией благотворительных мероприятий в местном обществе и фотография которого с датами рождения и смерти под ней и с подписью «Вся его жизнь – служение» ежегодно появлялась в пасаденской газете.
   Я оставил машину у тротуара, поднялся по нескольким десяткам кособоких каменных ступенек, вделанных в зеленый склон, и нажал кнопку звонка в кирпичном портике под островерхой крышей. Вдоль фасада здания почти от входной двери до подъездной дороги тянулась низкая стена из красного кирпича. В самом конце стены на бетонной плите был нарисован маленький негритенок в белых бриджах, зеленом жакете и красной кепке. В руке он держал кнут, и вид у него был чуть печальный, как если бы он долго ждал кого-то и, в конце концов, начал приходить в уныние. Я прогулялся вдоль стены и потрепал его по голове.
   Спустя некоторое время пожилая мегера в платье горничной приоткрыла дверь дюймов на восемь и уставилась на меня маленьким круглым глазом.
   – Филип Марлоу, – сказал я. – К миссис Мердок. Она меня ждет.
   Пожилая мегера проскрежетала зубами, зажмурила глаза, потом выпучила их и спросила одним из тех истерических сварливых голосов, которые характерны для пионеров жесткого рока:
   – К какой именно?
   – Что?
   – К какой именно миссис Мердок? – почти провизжала она.
   – Миссис Элизабет Брайт Мердок, – сказал я. – Не предполагал, что их несколько.
   – Тем не менее, это так, – отрезала она. – Ваша визитная карточка?
   Дверь она так и держала приоткрытой всего на восемь дюймов. В щель высовывался кончик ее носа и тощая жилистая рука. Я достал бумажник, вытащил оттуда одну из визиток, где значилось только мое имя, и протянул ей. Рука и нос исчезли, и дверь с грохотом захлопнулась.
   Я подумал, что, может быть, мне не стоило идти с парадного входа, и еще раз прогулялся вдоль стены, и еще раз потрепал негритенка по голове.
   – Дружище, – сказал я, – мы с тобой в одном положении.
   Прошло некоторое время – и довольно продолжительное. Я сунул в зубы сигарету, но не зажег ее. Мимо в бело-синем фургоне проехал уличный музыкант, наигрывая на шарманке нехитрую песенку. Огромная черно-золотая бабочка сделала крутой вираж и опустилась на цветок гортензии рядом с моим локтем; она медленно пошевелила крыльями, потом тяжело сорвалась с цветка и полетела зигзагами сквозь неподвижный горячий воздух.
   Дверь снова открылась, и та же мегера произнесла:
   – Сюда, пожалуйста.
   Я вошел. Огромная проходная гостиная была погружена в полумрак и прохладу – безжизненная атмосфера кладбищенской часовни царила в ней, и запах был как будто такой же. Гобелены на шероховатых оштукатуренных стенах, железные решетки французских балкончиков за высокими окнами, тяжелые резные кресла с плюшевыми сиденьями и обтянутыми ковровой тканью спинками. Под потолком на противоположной стене – окно с витражными стеклами размером с теннисный корт, а под ним – створчатые двери с занавесками. Старая, унылая комната. Непохоже было, чтобы кому-нибудь когда-нибудь захотелось хотя бы посидеть здесь. Мраморные столики на кривых ножках, золоченые часы, статуэтки из двухцветного мрамора. Горы никому не нужных безделушек: чтобы вытереть с них пыль, потребуется неделя. Куча денег – и все брошены на ветер. Лет тридцать назад в Богатом молчаливом провинциальном городке Пасадене это еще вполне могло бы сойти за комнату.
   Из гостиной мы вышли в коридор, и вскоре мегера распахнула какую-то дверь и знаком пригласила меня войти.
   – Мистер Марлоу, – злобно сказала она в дверь и пошла прочь, скрежеща зубами.

   2

   Это была маленькая комнатка, выходящая окнами в сад за домом. На полу лежал безобразный красно-коричневый ковер, обстановкой комната напоминала канцелярию. Худенькая бледная блондинка в очках в роговой оправе сидела за столом с пишущей машинкой перед ней и стопкой бумаги слева. Руки ее лежали на клавишах, но бумага в машинку заправлена не была. Девушка смотрела на меня напряженно, с несколько глуповатым видом – так застенчивый человек смотрит в объектив фотоаппарата. Голос ее, пригласивший меня присаживаться, был чист и нежен.
   – Я мисс Дэвис, секретарь миссис Мердок. Она просила узнать, кто может дать вам рекомендации.
   – Рекомендации?
   – Именно. Рекомендации. Это вас удивляет?
   Я положил шляпу на стол и не зажженную сигарету – на шляпу.
   – Вы хотите сказать, что она обратилась ко мне, ничего обо мне не зная?
   У девушки задрожала нижняя губа, и она прикусила ее. Было не понять, испугана она, или раздражена, или ей просто не совсем удается роль холодной, деловитой секретарши. Но впечатления счастливого человека она явно не производила.
   – Ваше имя назвал ей директор филиала Калифорнийского банка. Но лично он вас не знает.
   – Приготовьте карандаш, – сказал я.
   Она показала мне свежезаточенный, готовый к работе карандаш.
   – Во-первых, вице-президент того же банка Джордж С. Лик. Его можно найти в главном здании. Затем сенатор Хьюстон Оглихорт. Его можно найти в Сакраменто или в его офисе в Лос-Анджелесе. Затем адвокат Сидни Дрейфус-младший из страховой компании «Дрейфус, Тернер энд Свейн». Готово?
   Писала девушка быстро и легко. Она кивнула, не поднимая головы. Солнечный блик плясал в ее светлых волосах.
   – Оливер Фрай из нефтяной корпорации «Фрай-Кранц» на Западной Девятой. И еще, парочка полицейских: Бернар Олз из штаба Департамента полиции и следователь лейтенант Карл Рэндэлл из Центрального бюро. Этого достаточно, как вы полагаете?
   – Не смейтесь надо мной, – сказала она. – Я только делаю то, что мне приказано.
   – Последних двух лучше не беспокоить, – сказал я. – Я не смеюсь над вами. Жарко, верно?
   – Для Пасадены это не жарко, – ответила она, взяла со стола телефонную книгу и приступила к работе.
   Пока она искала номера телефонов и звонила, я внимательно разглядывал ее. Она была бледна, но бледна от природы и выглядела вполне здоровой. Ее жесткие светлые с медным оттенком волосы сами по себе были вовсе не безобразны, но так гладко зачесаны назад с узкого лба, что вообще не создавали впечатления волос. У нее были тонкие необычайно прямые брови, более темные, чем волосы. Крылья ее носа были бледны, как у человека, страдающего малокровием. Слишком маленький подбородок был чересчур острым и безвольным. Косметикой девушка не пользовалась – лишь ее губы слегка оттеняла красно-оранжевая помада. Глаза ее за стеклами очков – огромные, серо-синие, с широкими зрачками – смотрели отрешенно. И верхние, и нижние веки были натянуты так, что в разрезе глаз чудилось что-то восточное. Видимо, кожа ее лица была так упруга и эластична, что чуть растягивала глаза к вискам. В целом мисс Дэвис была не лишена некоей особой прелести, свойственной нервным угловатым подросткам, и ей не хватало только умело подобранной косметики, чтобы выглядеть эффектной.
   На девушке было цельнокроеное льняное платье с короткими рукавами, без всяких украшений. Ее голые руки в редких веснушках были покрыты золотистым пушком.
   Я не очень вслушивался в то, что она говорила в трубку. То же, что говорили ей, она стенографировала быстрыми, легкими штрихами карандаша. Закончив, девушка повесила трубку, встала, пригладила платье на бедрах, сказала:
   – Подождите минуточку… – и направилась к двери. Но с полпути вернулась к столу и плотно задвинула его верхний боковой ящик. Потом вышла. Дверь закрылась.
   Было тихо. За окном жужжали пчелы. Откуда-то издалека доносился вой пылесоса. Я взял не зажженную сигарету со шляпы, сунул ее в зубы и встал. Обошел стол и выдвинул ящик, который мисс Дэвис только что задвинула. Почему – это меня совершенно не касалось. Я заглянул туда просто из любопытства. И меня совершенно не касалось, что в ящике лежал маленький кольт. Я задвинул ящик и вернулся на место.
   Девушка отсутствовала минуты четыре. Потом дверь открылась, и она сказала:
   – Миссис Мердок сейчас примет вас.
   Мы прошли по каким-то коридорам, и она открыла половинку стеклянной двустворчатой двери и посторонилась, пропуская меня. Я вошел, и дверь за мной закрылась.
   Там было полумрак, и сначала я не видел ничего, кроме лучей света, пробивавшихся сквозь густые кусты за окнами и занавески. Потом я рассмотрел, что помещение представляет собой что-то вроде веранды, снаружи совершенно заросшей кустарником. Здесь было много циновок и плетеной мебели. У окна стоял соломенный шезлонг с изогнутой спинкой и таким количеством подушек на нем, что их было бы достаточно, чтобы нафаршировать слона. В шезлонге полулежала женщина с бокалом в руке. Еще до того, как я смог составить представление о ее внешности, я почувствовал тяжелый запах алкоголя. Потом глаза мои привыкли к темноте, и я, наконец, смог разглядеть миссис Мердок.
   У нее было толстое лицо с массивным подбородком, тусклые серые волосы, безжалостно изуродованные перманентом, тяжелый нос и большие, наполненные влагой глаза, выразительные, как речные голыши. Шею ее украшал кружевной воротничок, но к такой шее больше бы подошел футбольный свитер с глухим воротом. Миссис Мердок была одета в серое шелковое платье без рукавов, открывавшее жирные крапчатые руки. В ушах виднелись агатовые пуговки. Перед ней стоял низкий стеклянный столик с бутылкой портвейна. Она неторопливо тянула вино из бокала, рассматривала меня и молчала.
   Я стоял перед ней. Она заставила меня стоять столько времени, сколько понадобилось ей, чтобы осушить бокал, поставить его на стол и снова наполнить. Потом она промокнула губы носовым платком. Потом раздался ее голос. Это был грубый баритон, принадлежавший человеку, явно не склонному ни к каким шуткам.
   – Садитесь, мистер Марлоу. Не зажигайте сигарету. Я астматик.
   Я уселся в плетеное кресло-качалку и засунул так и не зажженную сигарету в нагрудный карман за носовой платок.
   – Я никогда не имела дела с частными детективами, мистер Марлоу. И ничего о них не знаю. Ваши рекомендации кажутся мне удовлетворительными. Какие у вас расценки?
   – Расценки на что, миссис Мердок?
   – Надеюсь, вы понимаете, что дело мое сугубо конфиденциальное. Никакой полиции. Если бы могла идти речь о полиции, я бы туда и обратилась.
   – Я беру двадцать пять долларов в день, миссис Мердок. И, естественно, текущие расходы.
   – Дороговато. Должно быть, вы делаете большие деньги. – Она отхлебнула из бокала. – Я не признаю портвейн в жару, но приятного мало, когда тебя вот так вынуждают от него отказываться.
   – Вовсе нет, – сказал я. – Конечно, можно нанять следователя за любую цену – как простого юриста. Или дантиста. Я не организация. Я – всего лишь один человек и никогда не веду больше одного дела. Я рискую, иногда очень рискую. И работаю не постоянно. Нет, не думаю, чтобы двадцать пять долларов в день было слишком дорого.
   – Понятно. А что за текущие расходы?
   – Разные мелкие разности. Никогда не знаешь заранее, что и как.
   – Я бы предпочла знать, что и как, – ехидно сказала она.
   – Узнаете. Все будет предъявлено черным по белому. У вас будет возможность опротестовать расходы, если они вам покажутся чрезмерными.
   – На какой аванс вы рассчитываете?
   – Сотня долларов меня устроит, – сказал я.
   – Хочу надеяться. – Она осушила бокал и снова наполнила его, даже не успев вытереть губы.
   – Когда речь идет о людях вашего круга, я не настаиваю на обязательном авансе.
   – Мистер Марлоу, – сказала она, – я довольно суровый человек. Не заставляйте меня пугать вас. Если это у меня получится – значит, вы не тот человек, который может быть мне полезен.
   Я кивнул, пропустив это мимо ушей.
   Она внезапно расхохоталась и потом рыгнула. Это была изящная легкая отрыжка, исполненная с полной непринужденностью.
   – Моя астма, – небрежно пояснила миссис Мердок. – Вино я пью как лекарство. Поэтому вам не предлагаю.
   Я закинул ногу на ногу. Я надеялся, что это не повредит ее астме.
   – Деньги – не самое важное, – сказала она. – Женщины моего круга всегда переплачивают и всегда готовы к этому. Надеюсь, вы окажетесь достойны вашего гонорара. Дело же вот в чем. У меня похищено нечто весьма ценное. Я хочу вернуть похищенное. Но это не все. Я не хочу, чтобы кого-нибудь арестовали. Так случилось, что вор является членом моей семьи.
   Она повертела бокал в толстых пальцах, улыбка ее была едва заметна в полумраке затененной комнаты.
   – Моя невестка, – пояснила миссис Мердок. – Очаровательная девушка… и несгибаемая, как бревно.
   Она посмотрела на меня внезапно заблестевшими глазами.
   – Мой сын – круглый дурак, – сообщила она. – Но я очень привязана к нему. С год назад он женился самым идиотским образом, без моего согласия. Это было глупо с его стороны, так как он совершенно не в состоянии зарабатывать себе на жизнь, а денег у него нет, кроме тех, что даю ему я, – а я ведь не щедра на деньги. Леди, которую он избрал или которая избрала его, работала певичкой в ночном клубе. Линда Конкист. Они жили здесь. Мы не ссорились, потому что я никому не позволяю ссориться со мной в моем собственном доме. Но тепла в наших отношениях не было. Я оплачивала их расходы, купила каждому по машине, дала леди возможность одеваться вполне прилично – хотя и не броско. Конечно, она находила жизнь здесь несколько скучной. Конечно, она находила моего сына скучным. Я сама нахожу его скучным. Так или иначе, она совершенно неожиданно уехала где-то с неделю назад, не оставив адреса и не попрощавшись.
   Миссис Мердок закашлялась, высморкалась в платок и продолжала:
   – После ее отъезда обнаружилась пропажа монеты. Редкой золотой монеты, известной как дублон Брэшера. Это жемчужина коллекции моего мужа. Меня подобные вещи не интересуют, а его – интересовали. Я хранила его коллекцию в целости и сохранности четыре года после его смерти. Она находится наверху, в запертом несгораемом помещении в нескольких несгораемых сейфах. Она застрахована, но я еще не заявила о пропаже. Не хочу, пока монету можно вернуть. Я абсолютно уверена, что ее взяла Линда. Говорят, монета стоит более десяти тысяч. Это образец, не бывший в употреблении.
   – Но неудобный для сбыта, – сказал я.
   – Возможно. Я хватилась монеты только вчера. Я еще долго не хватилась бы, так как и близко не подхожу к коллекции, но вчера позвонил один человек из Лос-Анджелеса по имени Морнингстар. Он представился торговым агентом и поинтересовался, подлежит ли, как он выразился, Брэшер Мердока продаже. К телефону подходил мой сын. Он ответил, что вряд ли, но надо уточнить у меня, – и попросил мистера Морнингстара позвонить попозже. Меня он не стал беспокоить: я отдыхала. Агент обещал перезвонить. Сын передал об этом разговоре мисс Дэвис, а та – мне. Я велела ей позвонить этому человеку. Мне было просто интересно.
   Она отпила из бокала, потрясла платком и хрюкнула.
   – Что вам было интересно, миссис Мердок? – спросил я, чтобы хоть что-нибудь сказать.
   – Если человек является торговым агентом, он должен знать, что монета не продается. Мой муж, – Джаспер Мердок, указал в завещании, что никакая часть его коллекции не может быть продана, предоставлена во временное пользование или в залог, пока я жива. Не может быть вынесена из дома – кроме как в случае какого-либо бедствия, представляющего угрозу зданию, да и тогда только в присутствии поверенных. Мой муж, она мрачно усмехнулась, – считал, что я могла бы уделять больше внимания этой куче металла при его жизни.
   Стоял прекрасный день, светило солнце, благоухали цветы, пели птицы. По улице с приглушенным, успокаивающим гулом проезжали машины. В сумрачной комнате, пропитанной тяжелым винным запахом, рядом с этой грубой, малопривлекательной женщиной все казалось чуть нереальным. Я вверх-вниз качнул ногой и продолжал молча ждать.
   – Я поговорила с мистером Морнингстаром. Его полное имя Элиша Морнингстар. Его офис расположен в Белфонт-Билдинг на Девятой, в центре Лос-Анджелеса. Я сказала ему, что коллекция Мердока не продается и, пока я жива, продаваться не будет. И выразила удивление его неосведомленностью в этом вопросе. Он что-то замычал и заблеял, а потом спросил, нельзя ли ему посмотреть дублон. Я ответила, что, конечно, нельзя. Он довольно сухо откланялся и повесил трубку. Старик – судя по голосу. А я пошла наверх взглянуть на дублон самолично, чего не делала уже целый год. Монета исчезла из запертого сейфа.
   Я молчал. Она снова наполнила бокал и выбила дробь толстыми пальцами на ручке шезлонга.
   – Вы, вероятно, догадываетесь, о чем я сразу подумала?
   – Вероятно. В том, что касается мистера Морнингстара.
   Кто-то предложил ему монету, и он знал или подозревал, откуда она. Монета, должно быть, очень редкая.
   – Не бывший в обращении дублон, так называемый незатертый образец, действительно большая редкость. Да. Именно это и пришло мне в голову.
   – Каким образом монету можно было украсть?
   – Это мог очень просто сделать любой обитатель дома. Ключи всегда лежат у меня в сумке, а сумка валяется где попало. Было легче легкого вытащить ключи, открыть сейф и шкатулку, а потом возвратить ключи на место. Для постороннего это, может быть, и трудно, но для любого из домашних нет ничего проще.
   – Ясно… Почему вы решили, что монету взяла ваша невестка?
   – Собственно, никаких доказательств у меня нет. Но я в этом совершенно уверена. Вся прислуга в доме состоит из трех женщин, которые появились здесь очень давно, – задолго до того, как я вышла замуж за мистера Мердока, а это произошло всего семь лет назад. Садовник в доме не бывает, шофера у меня нет – меня возит мой сын либо секретарша. Мой сын этого сделать не мог, во-первых, потому, что он не такой идиот, чтобы обкрадывать собственную мать, и, во-вторых, потому, что, если это он взял монету, ему ничего не стоило бы предотвратить мою беседу с мистером Морнингстаром. Мисс Дэвис – смешно и думать. Не из тех: слишком робка. Нет, мистер Марлоу, Линда – именно тот человек, который мог сделать это – хотя бы назло, если ни для чего другого. И вы прекрасно знаете, что за публика ошивается в ночных клубах.
   – Самая разная, – сказал я. – Как и везде. Полагаю, никаких следов взлома?
   Трудно представить хладнокровного профессионала, который удовольствовался бы только одной монетой. Но все-таки нельзя ли осмотреть помещение наверху?
   Она выдвинула челюсть, и мышцы на ее шее вздулись твердыми буграми.
   – Я только что сказала вам, мистер Марлоу, что дублон Брэшера взяла миссис Лесли Мердок, моя невестка.
   Я молча уставился на нее, она – на меня. Взгляд ее был тяжел и холоден – под стать фасаду этого дома. Я пожал плечами:
   – Допустим. Что вы хотите от меня, миссис Мердок?
   – Во-первых, я хочу вернуть монету. Во-вторых, мне нужны доказательства для развода. Я не собираюсь оплачивать его. Осмелюсь предположить, вы знаете, как устраиваются подобные дела?
   Она завершила очередной прием «лекарства» и вдруг грубо расхохоталась.
   – Слышал краем уха, – ответил я. – Вы сказали, что леди не оставила адреса. Значит, вы даже не предполагаете, где ее искать, так?
   – Именно.
   – То есть никаких концов. У вашего сына могут быть какие-то соображения по этому поводу, которыми он с вами не поделился. Я хочу поговорить с ним.
   Черты ее толстого серого лица вдруг затвердели и стали еще более грубыми, хотя казалось, дальше некуда.
   – Мой сын ничего не знает. Даже о пропаже дублона. И я не хочу ставить его в известность. В свое время он обо всем узнает. Сейчас его трогать не надо. Он будет неукоснительно делать то, что я от него потребую.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация