А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Россия суверенная. Как заработать вместе со страной" (страница 29)

   КОНСТРУИРОВАНИЕ СОБСТВЕННОСТИ. ОЧЕРК НАЦИОНАЛЬНОЙ ПРОГРАММЫ

   В чем беда?

   Если судить по масштабу природных ресурсов, Россия должна быть богатейшей страной, безусловным мировым лидером. Что касается мощности производственных фондов, унаследованных от СССР и все еще работоспособных, мы и здесь пока среди сверхдержав. Но рыночная оценка стоимости этих ресурсов и фондов в десятки раз ниже, чем у сопоставимых активов, которыми располагают развитые страны Запада. Являясь ресурсным и производственным гигантом, на мировых экономических весах страна оказывается карликом.
   Век назад Россия первой прорвалась в новую эру социального конструирования. Здесь расцвели филоновские цветы Мирового расцвета. Российские ваятели нового общества клепали и резали по живому, социальные хирурги догоняли и перегоняли мясников. Но с тридцатых по шестидесятые страна ходила в лидерах планеты, и восточно-общественная собственность прирастала быстрее западно-частной. Даже мировая война только подняла страну еще выше. Какая же сила ее опустила? Внук Гайдара предал дедушку, но и это не помогло. Проект провалился.
   Вполне советского качества гидротурбина, будучи перенесена из итальянских в российские берега, мигом просела бы в цене в 15 раз. Значит, тайна не в теле турбины, а в свойствах берегов. Стоимость работающего станка определяется не затратами на железо и зарплату машиностроителям, а тем, много ли может заработать его собственник. Стоимость вещи-собственности пропорциональна плотности, длине и устойчивости пропущенных сквозь нее нитей добавленной стоимости. Социальная ткань позднего СССР была трухлява. В перестройку она поползла по швам. Шоковая терапия сорвала последние покровы хозяйственных связей, и наши фонды встали в убогой наготе.
   Проблема неэффективности управления национальной собственностью унаследована новой Россией от Советского Союза. Неспособность решить ее привела страну к краху. Однако теперь, по итогам процессов, проходивших в стране в 90-е годы, эта проблема только усугубилась. Пауза, щедро отпущенная нам историей на преобразования, заканчивается, а локальные позитивные сдвиги все фатальнее отстают от темпа глобальных перемен, масштаба проблем и вызовов, встающих перед страной. Мировое общественное мнение уже открыто подталкивают к выводу, что Россия хронически не способна распорядиться случайно доставшимися ей природными богатствами, которые поэтому должны быть переданы под внешнее управление. Нам угрожает потеря суверенитета над большей частью территории в форме международного банкротства. Эльдорадо размером с континент, малонаселенное спившимися индейцами, не укрыть даже за ядерным щитом.
   Наши трудности имеют не ресурсный, а субъектный характер. Мы располагаем всеми возможностями для решения масштабных задач, однако их некому ставить. Невидимая рука рынка, полезная во многих отношениях, не в силах приделать нам «невидимую голову». Общество не осознает себя собственником и не ведет себя как хозяин своих производительных сил.
   Остается не столько объяснять, убеждать и агитировать, сколько делать все собственными руками.

   Новое русское чудо

   Основываясь на разработках в сфере институционального управления собственностью, которые мы ведем с 1983 года, можно утверждать, что с управленческой точки зрения эта проблема разрешима. К тому же основные теоретические и практические предпосылки для ее решения сегодня налицо.
   За исторически короткий срок в 10–15 лет вполне достижимо «русское экономическое чудо»: рост капитализации активов страны в 10–20 раз.[24] Больше того, тут единственный случай, когда справедлива дискредитированная формула «Иного не дано». Стране предстоит сделать это – либо умереть. За счет нового управленческого качества, конструктивного и компетентного уплотнения системы хозяйственных связей можно и нужно решить такие стратегические задачи, как вовлечение в оборот неиспользуемых ресурсов, модернизация основных производственных фондов, мобилизация инновационного потенциала.
   Мои товарищи и я намерены принять непосредственное участие в обеспечении роста российской капитализации в качестве одной из управляющих компаний. И дело тут не в избытке амбиций. Одно из трех: либо это сделает кто-то за нас (кто бы?), либо мы справимся сами, либо в ближайшее время надо уезжать из России, причем надолго. Торговать керосином на тонущем «Титанике» не просто некрасиво, не только аморально, но и нерационально.

   Пароход среди парусников

   Перейти от теории к практике сразу в национальном масштабе мы не готовы, да этого нам никто и не предложит.
   Для обеспечения «допуска» на стратегический уровень необходимо продемонстрировать работоспособность институционального подхода к управлению собственностью на локальных, но масштабных примерах. Предстоит создать несколько эффективных систем управления собственностью на уровне региона или отрасли.
   В 2003–2006 годах удалось достичь договоренностей с руководством ряда субъектов Федерации и секторов экономики, инициировать несколько таких программ, накопить опыт запуска и сделать первые шаги по реализации. Однако мы столкнулись с технологическими ограничениями применяемого подхода.
   Системы управления собственностью должны оптимизировать распределение инвестиционных и других корпоративных ресурсов по отношению к потоку параллельно реализуемых предпринимательских проектов. При этом каждый из них направлен на повышение стоимости активов путем их включения в конструируемые цепочки производства добавленной стоимости.
   Сегодня мы располагаем вариантом методологии управления предпринимательскими проектами «вручную», которая позволяет осуществлять их предварительный отбор, анализ, доработку и представление инвесторам и при этом является самоокупаемой. Однако эта методология пока находится на самой ранней стадии технологизации. Она предъявляет избыточно высокие требования к компетенции управленцев, не позволяет работать одновременно с большим количеством проектов, не рассчитана на детализированную регламентацию и сквозное сопровождение крупномасштабных проектов вплоть до их завершения.
   По принципу действия теплоходы значительно эффективнее парусников, а главное, обладают рядом принципиально новых возможностей. Однако первые пароходы уступали лучшим парусным судам в скорости и маневренности. По аналогии можно сказать: в первой версии нашего способа работы с проектами потенциал институционального управления собственностью реализован лишь на доли процента. Хотя и при этом преимущества отчетливо видны.
   Нужно быстрее переводить содержательные представления институционального подхода в операциональную форму управленческого стандарта.
   Стандарт предполагает, в частности, основанную на нем детальную типологию предпринимательских проектов и максимально рационализированную процедуру отнесения конкретного проекта к одному из типов. На этой основе можно получить типовое ноу-хау по реализации подобного проекта, в концентрированном виде содержащее накопленный управленческий опыт.
   Для конвейерного управления потоком стандартизованных проектов необходима информационная технология, которая позволит увеличить среднюю длину и время стабильного поддержания проектных цепочек добавленной стоимости (а следовательно, увеличить их капитализацию), обеспечить оптимальное распределение корпоративных ресурсов и разрешение конфликтов между ними.
   Первичная инструментализация подхода может занять два-три года.

   О суммах и сроках

   Сказанное позволяет грубо оценить масштабы и сроки предстоящей всем нам работы, пятясь от необходимого результата к точке старта.

   Сроки общенационального этапа программы – 2012–2021 годы.
   • Прогнозируемая исходная капитализация экономики России – 1,5 триллиона у. е.
   • Проектируемая капитализация спустя 9 лет – 15 триллионов у. е.

   Сроки демонстрационного этапа программы —
   2009–2011 годы.
   • Исходная капитализация фондов под управлением ГУК ПН[25] в 2009 году – 10–20 миллиардов у. е. (порядка 1 % от национального уровня).
   • Среднегодовые темпы роста капитализации —
   30 %.
   • Капитализация фондов под управлением ГУК ПН спустя три года – 20–45 миллиардов у. е.[26]

   Отсюда следуют задачи на технологический период программы – 2007–2009 годы:
   • Технологизировать используемый нами стандарт управления собственностью, конкретизировать типологию предпринимательских проектов, запустить первую IT-версию для управления потоком проектов.
   • Собрать под управлением региональные и отраслевые комплексы активов с общим объемом капитализации от 10 миллиардов у. е.
   • Выйти на уровень ежегодного прироста их капитализации не ниже 30 %.

   Программа в прошлом и настоящем

   Реализация программы, о которой идет речь, началась не вчера. Разработка и практическое внедрение институциональных методов и стандартов управления собственностью преемственно ведутся с 1983 года.
   Какие этапы прошла наша деятельность в 1983–2006 годах? С какими проблемами мы столкнулись, чему научились на каждом из них?
   Понимание этого важно по трем причинам.
   Во-первых, история деятельности содержит в свернутом виде правильную структуру ее предстоящего этапа. За двадцать с лишним лет работы мы смогли детально прощупать всю структуру проблемы собственными руками. Конструкция эффективной управляющей компании, призванной обеспечить достижение поставленных задач в установленные сроки, должна быть зеркальным отражением этой структуры. При этом нужно отдавать себе отчет: прямых прецедентов таких УК не существует, списать не у кого.
   Во-вторых, необходимо проанализировать набор компетенций и ресурсов, которыми мы располагаем, чтобы убедиться, что задуманное предприятие не является авантюрой.
   В-третьих, нас особо интересует история неудач, она полезнее истории успехов.[27]
   1983–1987. Идеологический этап. В ответ на призыв Юрия Андропова мы предприняли попытку разработать и предложить партийно-государственному руководству реформистскую идеологию модернизации страны. В серии докладов «на самый верх» была сделана реконструкция подхода немецких классиков и Маркса к институтам собственности и управлению собственностью. На этой основе вполне возможен был перевод страны на рельсы постиндустриального развития без водевиля с отречениями от социализма и самосносом крыши.
   С формальной точки зрения попытка увенчалась полным успехом. Мы вступили в прямой диалог по содержанию предложенной концепции (что сегодня кажется немыслимым) со многими представителями высшего руководства партии и правительства, включая членов Политбюро и зампредов Совмина. Сотни часов плодотворных дискуссий за четыре года. Мы встретили понимание и поддержку.
   Однако, как выяснилось, в советском обществе в тот период отсутствовали институты трансформации идеологии в стратегическое действие. Четверо из наших номенклатурных собеседников[28] независимо друг от друга в разное время совершили один и тот же акт гражданского мужества: сложили подготовленные материалы в папку и отправились к первому лицу. На том, если опустить трагикомические детали, все и закончилось.
   Документальные итоги нашей первой пятилетки, включая закрытые доклады и записки руководству страны, в 1989 году опубликованы в книге «После коммунизма» (под псевдонимом С. Платонов).

   Разработанные в этот период концепции, идеологемы и модели образовали долговременный фундамент для дальнейшего развития программы. Будущее подтвердило их адекватность. В частности, именно в этом направлении двинулся в 90-е годы мировой мейнстрим «новой институциональной экономики».

   1987–1989. Стратегический этап. Мы решили самостоятельно создавать институты и инструменты прямого стратегического действия на основе разработанной концепции и идеологии. Вначале был подготовлен и проходил согласование с высшим руководством проект Международного фонда им. Маркса (по аналогии с немецкими фондами Аденауэра и Эберта). Затем по тактическим причинам был взят курс на формирование Международного фонда «Культурная инициатива», учрежденного американским Фондом Сороса и советскими Фондом культуры и Фондом мира. Организация действовала по модели инвестиционного фонда, осуществляя конкурсный отбор и финансирование проектов (при этом не ставилась задача извлечения прибыли). Правление, экспертные советы и аппарат «Культурной инициативы» состояли только из советских граждан. Представитель Сороса в фонде имел право вето (которым, кстати, ни разу не воспользовался). В 1989 году фонд проанализировал свыше пяти тысяч заявок и осуществил финансирование около 200 проектов на общую сумму 25 миллионов долларов. Были реализованы программы «Экономическая инициатива», «Правовая культура», «Гражданское общество», программа грантов, поездок и приобретения оборудования для ученых, издательская и целый ряд других. Деятельность фонда разворачивалась в условиях острой многосторонней борьбы.
   В 1988 году на базе фонда и созданного нами ранее подразделения во ВНИИ внешнеэкономических связей
   (оно напрямую подчинялось зампреду Совмина СССР Владимиру Каменцеву) был инициирован стратегический проект «Открытый сектор в советской экономике». Проект лично курировал председатель Совета министров Николай Рыжков. Он докладывал о ходе работ Горбачеву. Руководство проектом осуществлял международный комитет, в шести профильных комитетах над важнейшими разделами проекта трудились около сотни экспертов, включая представителей 16 стран. Опираясь на Каменцева и Бессмертных, конструктивно взаимодействуя с Соросом, мы смогли построить механизм контроля над содержанием проекта.
   К концу 1989 года все усилия ушли в песок.[29] Предлагать стратегические решения было уже некому.

   От этого этапа, несмотря на его предсказуемый конец, программа унаследовала формы работы в публичном пространстве, отработанные PR– и GR-технологии и набор инструментов стратегического проектирования. С тех пор они неоднократно применялись – и при администрации Ельцина, и во времена Путина, неизменно подтверждая, что можно эффективно осуществить выход практически на любой уровень руководства, хотя само по себе это успеха не гарантирует.

   1989–1991. Корпоративный этап. К февралю 1989 года удалось наконец-то согласовать и выпустить постановление правительства СССР, предоставившее беспрецедентные льготы фонду «Культурная инициатива». В частности, он сам, все его отделения, представительства и предприятия были полностью освобождены от налогов и таможенных сборов. Фонд получил невиданное в СССР право «дарить гражданам и организациям печатно-множительное оборудование и компьютеры».
   В фонде была создана экономическая дирекция, под эгидой которой вскоре уже работало свыше ста предпринимательских компаний и проектов. Вклад дирекции в финансирование деятельности фонда стал сопоставим с вкладом Сороса. Планировалось всемерное расширение масштабов деятельности дирекции как независимой хозяйствующей корпорации.
   Однако вскоре выяснилось, что эффективные механизмы корпоративного управления бурным потоком разнородных предпринимательских проектов отсутствуют, поэтому он создает едва ли не больше проблем, чем решает.
   Тем временем осенью 1989 года, когда стало очевидно, что общество на пороге серьезных социальных потрясений, был учрежден клуб «Гуманус», который запустил ряд перспективных программ педагогического, исследовательского и издательского характера.
   В 1991 году, в обстановке углубляющегося хаоса в стране, контроль над фондом был утерян.

   Важным достижением этапа стала отработка первой версии системы управления потоком проектов, эффективного распределения между ними корпоративных ресурсов и реструктуризации на этой основе различных сфер жизни страны. Была продемонстрирована возможность вывода такой деятельности на самофинансирование. Кроме того, возникла сеть проектов, успешно реализованных при поддержке фонда, лидеры которых в дальнейшем оказывали поддержку программе.

   1991–1998. Реинтеграционный этап. Нужно было искать новые пути и способы деятельности после распада страны.
   В 1991 году был создан аналитический центр «ГРУППА БЕССМЕРТНЫХ» на площадке Внешнеполитической ассоциации. В его работе принимали участие ведущие аналитики и эксперты самой различной политической ориентации: Андрей Белоусов, Александр Бессмертных, Олег Генисаретский, Вячеслав Глазычев, Симон Кордонский, Сергей Кургинян, Владимир Малявин, Глеб Павловский, Джахан Поллыева, Петр Щедровицкий и ряд других. Параллельно продолжал свою работу клуб «Гуманус».
   В 1992–1995 годах был инициирован проект «ИНОЕ. Хрестоматия нового российского самосознания».[30] В его рамках было проведено сканирование интеллектуальных ресурсов страны и организовано прямое взаимодействие лидеров тридцати новых направлений общественной мысли.
   Зимой 1995/1996 года началось сближение с проектами и структурами Глеба Павловского, Юрия Милюкова и Ярослава Кузьминова, перешедшее в многолетнее сотрудничество.
   Был инициирован кадровый проект «Русский университет». По этому поводу, в частности, совместно с помощником президента РФ Юрием Батуриным была подготовлена и направлена записка Борису Ельцину (не имевшая последствий). Проект в дальнейшем развивался как сетевой. На площадке Высшей школы экономики началась отработка элементов новой педагогической системы.
   Летом 1996 года был учрежден Русский институт в качестве перспективного идеологического инструмента. Поначалу он сконцентрировал усилия на развитии русского Интернета. За год была сформирована (в основном из студентов) команда Русского журнала (www.russ.ru), которая впоследствии имела самое непосредственное отношение к разработке таких известных сетевых ресурсов, как Лента. ру, Газета. ру, Страна. ру, и ряда других.
   В 1997 году был учрежден Комитет по встрече III тысячелетия, в который вошли Каха Бендукидзе, Марат Гельман, Сергей Караганов, Юрий Милюков, Глеб Павловский, Леонид Парфенов, Константин Эрнст и другие. В дальнейшем комитет был расширен и преобразован в национальный.
   В 1997–1998 годах была предпринята попытка вернуться на корпоративный уровень проблемы, запустив систему управления регламентацией в банке МДМ. Был учрежден департамент систем и процедур (судя по всему, первый в России), привлечены средства международных организаций, налажено сотрудничество со службой Systems & Procedures банка ABN-AMRO. Эта работа была прервана дефолтом 1998 года.
   Кризис с особой наглядностью вскрыл серьезный разрыв между проектами корпоративного и тем более стратегического уровня и интересами хозяйствующих субъектов, которые в силу объективных обстоятельств не поднимались выше уровня предпринимательских схем.

   На данном этапе были успешно найдены способы концентрации лучших интеллектуальных ресурсов на решении задач программы преодоления политических и конъюнктурных противоречий. Вокруг нее сложилась беспрецедентная коалиция ведущих экспертов, методологов, идеологов страны. Отработаны технологии создания и использования сетевых информационных ресурсов. Созданы бренды Русского института и Русского университета, роль которых в программе в дальнейшем будет возрастать.

   1998–2003. Предпринимательский этап. К этому моменту на основе накопленного опыта было решено преодолевать указанный разрыв своими силами, перенести акцент с методов идеологического воздействия, развития общественных связей, корпоративной реструктуризации и т. п. на выстраивание целостного здания программы собственными руками снизу вверх, «от земли», то есть непосредственно с предпринимательского этажа.
   В 1998–2000 годах были разработаны достаточно конкретные понятийные схемы и модели предпринимательской деятельности.
   В 1999 году при поддержке делового сообщества был учрежден Центр корпоративного предпринимательства (ЦКП), создан Институт корпоративного предпринимательства на базе Высшей школы экономики, начата подготовка кадров для малых и средних предпринимательских проектов. С участием группы ведущих методологов и культурологов – Олега Генисаретского, Вячеслава Глазычева, Владимира Малявина, Сергея Попова, Петра Щедровицкого – разработана и прошла экспериментальные проверки первая версия педагогической технологии.
   В 2001 году ЦКП организовал ряд профессиональных и общественных экспертиз, доказавших востребованность его продуктов рынком, и продемонстрировал способность выхода на самоокупаемость.
   В рамках подготовки и проведения общероссийского Гражданского форума ЦКП взял на себя координацию работы по вопросам подготовки кадров, реформы образования и молодежной политики. Значительный импульс получил проект «Русский университет». По итогам форума была сформирована сеть из 150 региональных организаций, готовых сотрудничать с ЦКП. В нескольких крупных городах были созданы инициативные группы, а во Владивостоке и Саратове приступили к работе ЦКП-В и ЦКП-С.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 [29] 30 31

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация