А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Хроники амбициозной брюнетки" (страница 19)

   Глава 19

   Она не злилась. Не бесновалась. Не обиделась. Скорее… разочаровалась. Ну как если бы застала возлюбленного с горничной. Это выше любых чувств – расстраиваться из-за идиота, который трахает… горничную. Это диагноз.
   Даша все еще смотрела в монитор – не могла прийти в себя. Возможно, это забавно.
   Ирония судьбы прямо-таки.
   Вернувшись домой, она достала компьютер, но на рабочем столе не обнаружила нужный файл. Даша перетряхнула весь жесткий диск, открыла все текстовые документы – и ничего. Но самураи не сдаются – Даша порылась в портфеле и обнаружила флешку, на которой и оказалась искомая книга. Ура!
   Сто пятьдесят страниц. Окончание еще не придумано.
   Но все равно понятно – книга-то про нее, Дашу. О том, какая она сука.
   Местами довольно едко и остроумно.
   И книга ведь хорошая!
   Живая. Язык бледноват, но большинство новичков пишут либо чрезмерно просто, либо слишком витиевато – и второе много хуже.
   И злость такая нормальная… Автор должен быть злым. Она сама злая.
   Но… Это все равно что подслушать мысли человека. О себе. И не самые лестные мысли.
   Конечно, книга не документальная. Но все равно не очень-то и приятно, когда приближенный к тебе человек так откровенно и беспристрастно тебя осуждает.
   Даша поняла – она не нравится Оксане.
   Не то чтобы Даша стремилась угодить всем и каждому, но зачем находиться рядом, работать, если тебе неприятно?.. Оксане так нужны деньги? Связи?
   Первым порывом было немедленно позвонить Оксане, заорать: «Ты уволена, тварь!», стереть книгу с лица земли и…
   Но Даша была не так импульсивна, как могло показаться. И она сегодня занималась сексом с парнем Оксаны. Правда, тогда она не знала, что он ее парень. Так что это не считается.
   Да уж… Интрига.
   По первому пункту все ясно. Оксаночка хочет стать знаменитой и в качестве бонуса утереть Даше нос. Только вот Оксаночка не понимает, сколько сил придется положить на то, чтобы хотя бы полстраны знало тебя в лицо.
   Ну а что касается Захара… Что ей, Даше, с ним делать? Он вообще кто – любовник? У нее есть настоящий драматический любовник? Хорошая шутка.
   И Витя.
   Витя, правда, ее заморочил совсем, но, с другой стороны, у него все время гастроли, так что видятся они не каждый день. И это удобно.
   Можно, собственно, встречаться с Витей, а когда Вити нет – с Захаром… а в свободное от любовников время продавать тело олигархам, а если олигархи не возьмут – по дешевке в «Распутине»!
   Бр-р…
   Можно, конечно, и без Захара обойтись. Но как-то не хочется.
   Захар… Ар-арр… Горячий мальчик.
   Вот он – сюжет: одна Даша, двое мужчин, да еще и Оксана с боку припека.
   Такой бы сюжет да в порноиндустрию.
   Послушать, что ли, «Киллерсов», вдруг полегчает? И торт доесть невкусный, который Витя вчера за внешность приобрел. Внешность в виде фруктов, навороченной шоколадной композиции и желе подъели, остался гнусный сухой бисквит с кремом, подозрительно похожим на дешевые взбитые сливки.
   Нехорошо, конечно, что она бросила Витю на вечеринке, предварительно изменив ему с Захаром, но…
   Витя – счастье. Но он утомляет.
   Приходит она домой, а там сидит Петя, сосед, и разглагольствует о внешней политике США. Где Витя этого Петю подцепил? В лифте? В пивной? Петя – неудачник и пьяница, и то, что Вите хочется слиться с народом, еще не повод тащить этого Петю на ее хорошенькую кухню.
   Ну и друзья его. Даша, разумеется, всех их очень уважает – и электриков, и Костю Кинчева, и Шевчука, и даже муфтия, который раньше был православным священником, а еще раньше – наркоманом, который фактически этим самым наркоманом работал на полную ставку: разнюхивался с рок-звездами.
   Но… Суть даже не в том, что муфтий-священник… еще он, кажется, между делом боксировал… личность не особенно приятная и чистоплотная, а в том, что они как соберутся, так только и слышишь:
   – Даш, поставь чайник!
   – Даш, принеси пепельницу!
   – Даш, сделаешь бутерброды?!
   После таких вечеринок ей казалось, что вот сейчас уйдет последний гость, и Витя запихнет ее в чулан – между пылесосом и моющими средствами.
   Потому что все эти мужчины, хоть ты им смертью угрожай, хоть чип в череп вживляй, все равно будут считать, что женщина – это такая штука, которая красит волосы и переворачивает дорожную карту вверх ногами.
   Их не переделаешь. Они… старые.
   Даша, конечно, строго запретила собираться у нее. У Вити дома она вроде была гостем. Правда, после того, как ее попытались послать в магазин за пивом, она устроила скандал прямо у всех на глазах и даже выкинула стул из окна, но Витя курса не сменил.
   Он даже набрался наглости и произнес сакраментальную фразу «Принимай меня таким, какой я есть», на что Даша погнала его из дома.
   Вернулся он, конечно, не сразу, но все-таки вернулся.
   Возможно, это та самая разница в поколениях. Разрыв.
   Ну и еще… В общем, он не брил лобок. Не то чтобы для Даши это было делом принципа, просто ей давно не попадались такие мужчины, и в первый раз она начала громко и нервно смеяться. Замяли. Вскоре Даша стала намекать, что не грех прибегнуть к элементарным процедурам, но Витя уперся, как будто она просила его не волосы отрезать, а палец.
   Тогда Даша отрастила волосы под мышками. Это было трудно, но стоило того – Витя неуверенно взял в руки триммер и удалился в ванную, где часа два кряхтел, сопел, не пускал ее в туалет, но вышел с таким лицом, словно ожидал, что вот сейчас его поразит кара божья – но нет, не дождался.
   Правда, неделю он вел себя так, словно его вынудили совокупляться с собачкой, а потом отправили видео в Интернет, но самое ужасное случилось, когда он понял, что это надо делать регулярно.
   Была ссора. С битьем вазы.
   Витя грохнул вазу на пол, а потом еще и сплясал на останках.
   Даша обещала отпустить кудри не только под мышками, но и на ногах, забросить маникюр и мыться не чаще раза в неделю.
   Вите все это показалось неубедительным.
   Тогда Даша и задумалась впервые, что у них никогда ничего не получится.
   Это ведь основа основ – бритый лобок. И подмышки. Это вам не шуточки.
   Она же не будет всю жизнь спать с орангутаном, который считает, что лучший мастер маникюра – собственные зубы?!
   Как бы вот найти нечто среднее между Захаром и Витей?
   Чтобы и не метро – извините – сексуал, но и не брутальный пахан?
   Ха-ха.
   Был у нее… Мирон.
   Совершенно еврейский мужчина, внешности которого позавидовал бы Бениссио Дель Торо.
   Мужественный красавец, который так за собой ухаживал, что и Мадонне не снилось, но он никогда об этом не говорил. Никаких вот этих, между мальчиком и девочкой: «Ой, Шисейдо – да-а… Биотерм – не-ет…»
   Но Мирон женился на другой. И даже не на правоверной, что можно было бы проглотить, запив коктейлем «Ну, тут все понятно – традиции и прочая чушь». Женился на восемнадцатилетней барышне с Украины, которая уже через три года превратилась в сорокапятилетнюю тумбу с двумя детьми и замашками отставного прапорщика.
   Но дело не в этом. Дело в Оксане.
   Которая изобразила эту свою «популярную писательницу» стопроцентной сукой. Взбесившейся стервой, одержимой тщеславием и алчностью. Смешной образ, если не думать о том, что это она, Даша.
   Ладно, пусть девочка повеселится.
   Черт! Сколько раз Даша обещала себе не переживать из-за всех этих бумагомарак из желтой прессы, которые разве что только не пишут, что сами видели – у Дарьи Аксеновой член; из-за злобных пользователей ЖЖ, которые ничего о ней не знают, но на всякий случай сообщают, что, по их скромному мнению, Аксенова – дряблая, прыщавая и у нее дислексия?!
   И после того, как проходит первая обида и рассасывается злость, понимаешь, что все эти уродцы делают на тебе деньги! Зарабатывают на том, что говорят о тебе мерзости – и получают за это зарплату! Пиндык!
   Но Оксану-то она знала с детства… Вот что… противно.

   А Оксана тем временем разошлась и представлялась всем как писательница. Она же пишет? Значит – писательница. Писательница, писательница, писательница… Это слово согревало, его можно было прижать к сердцу!
   Она будет знаменитой. Честное слово. Кто, если не она?
   У нее будет Захар, слава, деньги, она тоже построит дом и будет печатать на печатной машинке, а за домом будет озеро, и вечером над ним поднимется туман…

   Захар с трудом запихнул Оксану в машину – она требовала ехать в Сергиев Посад, слушать колокольный звон, но Захар понимал – по дороге ее развезет и они только зря проездят сто километров.
   Он валился с ног.
   Но дома Оксана не успокоилась – ей хотелось любви. Захар спрятался в ванной, где сначала оттирал от себя Дашу, а потом ждал, когда же Оксана заснет.
   Она не спала.
   – Ты меня не хочешь? – спросила она и уставилась на него прозрачными от спиртного глазами.
   Она была ему неприятна. Пьяная, потная, взлохмаченная.
   Некоторые люди не умеют пить. Или же им это не дано. Ни куража, ни веселья – просто пьяные, слишком откровенные, слишком фамильярные…
   – Оксан, у меня сил нет, – признался он. – Я вымотался.
   – Давай я все сделаю сама, – Оксана села на кровати.
   – Нет-нет! – отшатнулся Захар. – Не сегодня.
   – Я поняла! – воскликнула Оксана. – Я тебе противна!
   О’кей, это была пьяная истерика, но она ведь попала в точку, и Захар устыдился.
   Это его любимая девушка.
   И она хорошая. Красивая. Умница.
   Она его очень любит – так, как никогда не полюбит никакая Даша.
   Но вот вопрос: нужна ли ему ее любовь?
   – Я… – Оксана встала и покачнулась. – В душ пойду…
   Из ванной она вышла совсем сонная, рухнула рядом, и на Захара пахнуло гелем для душа. Ее запах. Он повернулся, обнял, всмотрелся в ее лицо. Она открыла глаза. Влажные от воды ресницы. Алые губы. Бархатистая кожа…
   Они ведь вместе загорали, вместе смотрели, как появляются белые следы от трусов. От воспоминаний пахнуло летним зноем – и Захар едва не задохнулся, дыхание перехватило от неожиданной нежности, близости…
   Может, это и есть взросление, когда ты внезапно понимаешь – то, чего ты жаждешь больше всего на свете, не всегда для тебя хорошо.
   Захар прижал девушку к себе, уткнулся носом в ее влажные волосы, и Оксана заснула у него на плече. Спустя четверть часа он перевернул ее на другой бок, лег на живот, отвернулся и представил, как приезжает в Лос-Анджелес и встречает там Вайнону Райдер.

   – А позвонить ты не мог?! – возмущалась Даша.
   – Я же говорил – не люблю звонить с гастролей, – Витя явно старался побыстрее от нее отделаться.
   – Ты меня, право слово, удивляешь! – негодовала Даша. – Это от жадности? Что, роуминг слишком дорогой? Ты только скажи – я положу тебе денег!
   – Что за черт! – рявкнул Витя и бросил трубку.
   Она перезвонила, но телефон был выключен, или «находился вне зоны действия сети».
   Не стоило с ним ругаться.
   Но иногда так хочется услышать одно, а слышишь совсем иное.
   Ей хотелось, чтобы о ней позаботились. Приласкали. Понежили. А вместо этого: «Что за черт!»
   Неужели есть человек, который мечтает в ответ на жалобы: «Ой, у меня такое плохое настроение… Хандрю я и расклеиваюсь…» услышать «Да ты че! Все путем! Не вешай нос!» – да еще и получить дружеский тычок в бок?
   Даша точно не была таким человеком. Она ждала, что кто-нибудь скажет: «Дашенька, бедненькая девочка моя, солнышко, утя-кутя… Ты у нас самая красивая, самая хорошая…»
   Но некому.
   Может, кого-нибудь нанять?
   Все считают, что она железная. Железная, наглая, самонадеянная.
   Так оно и есть. Но не всегда.
   Запищал домофон.
   – Кто? – грубо отозвалась Даша, уверенная, что сейчас начнется «это почта, пустите, хотим загадить ваш подъезд рекламой белорусских носков».
   – Захар.
   – Заха-ар? А что это ты тут делаешь? – любезно поинтересовалась она.
   – Даш, поссать негде! – не менее вежливо отозвался он.
   – Класс.
   – Проходил мимо, решил напроситься в гости, – пояснил Захар. – Ты что в самом деле?
   – Ну заходи, – смилостивилась она, решив, что компания ее расшевелит.
   Послезавтра Новый год. А настроения нет.
   Захар пришел с подарком.
   – Ух ты! – обрадовалась Даша. – Что там? Что?
   Коробка была большая. Даша поспешно разодрала ленточки, открыла и перво-наперво уставилась на большой набор косметики «Мак». Здоровенная прозрачная косметичка, под завязку набитая помадами, блесками, тенями, пудрой.
   – О-о-о… – простонала она. – Ты чудо!
   Настроение повышалось на глазах.
   За косметикой последовал комплексный уход для лица от «Ля Мер» – не очень-то и хотелось, но все равно приятно, длинная кофта на поясе крупной вязки – очень, очень модно, шикарные черные брюки со штанинами под морячка, джинсы, несколько стильных футболок и ларчик с бижутерией.
   Новый год.
   – Ты чего это? – Даша подняла на Захара глаза.
   – Хотел тебя отблагодарить за открытие клуба.
   Ну да, ну да.
   В этом была отнюдь не вся правда. Он поехал закупать подарки, да. Пальто маме. Роскошный пояс и духи Оксане.
   А Дашу Захару вдруг захотелось побаловать – и тому не было ни одной нормальной причины. Просто ее хотелось баловать. Она вызывала именно эти чувства.
   Даша поднялась с пола, влезла в кофту и прижалась к нему. А он гладил ее по голове.
   – Спасибо, друг! – сказала она. – Ты сделал то, чего я ждала от этого мира.
   У них был секс. Смешной, дружеский, «секс по-пацански». Без сантиментов. Без объяснений.
   А потом они заявились в «Азбуку вкуса», притащили в дом кучу сладостей и долго пили чай, посматривая новый сериал, который знакомые Даши выкачали из Сети, «Потерянная комната».
   – А тебе домой-то не надо? – удивилась Даша. – Или на работу?
   – Надо, – кивнул Захар. – Поеду в клуб.
   – Как там дела?
   Захар свел колечком указательный и большой пальцы. О’кей.
   – Только благодаря вам, – добавил он.
   – Может, я у тебя Новый год отмечу? – задумалась Даша.
   – Я закажу тебе стол, – обрадовался Захар. – Все за счет заведения.
   Он уехал, а Даша позвонила знакомой журналистке и сообщила, где будет отмечать праздник. Завтра это появится во всех изданиях. В интернете уж точно. Для верности она сделала запись в своем блоге.
   А утром, в пять, приехал Витя.
   – Какая же ты сука! – заявил он, бросая свои здоровенные гриндерсы на коврик. – Я в семь лечу в Омск.
   – В семь утра? – ахнула Даша.
   – С ума сошла, вечером! – отозвался он по дороге в ванную. – Разбуди меня в полдень, – попросил Витя, обнимая ее. – Я мертв.
   В полдень он проснулся и занялся с ней любовью.
   А Даше хотелось плакать от собственной глупости. Она чувствовала себя шалавой и подозревала, что такой и была.
   Что она вытворяет?
   Зачем ей Захар, секс с ним – вся эта канитель, если есть человек, который после выступления покупает билет на самолет и летит к ней в Москву сказать, что она сука?
   Надо прекращать эти метания. С Нового года – новая жизнь.
   Ага, ага. В который раз.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [19] 20 21 22 23 24 25 26

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация