А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Спираль" (страница 23)

   Электронная система влилась в его разум, а он – в нее.
   Только безумец решился бы на подобный шаг, но Антон так устал от недосказанности, загадок, предательств, что несколько выстрелов уже не удовлетворяли его. Он хотел знать, что она такое?
   В ответ он выплеснул в ее сознание тот ад, который все эти годы спал, загнанный в подсознание, и был так неосторожно разбужен появлением Сары Клеймон…
   …Минутой позже тихо прошелестела автоматически открывшаяся дверь рубки.
   Лана, застыв на пороге, увидела, что Антон сидит в кресле, бледный, как лист бумаги, неестественно выпрямившийся, словно его позвоночник заменили негнущимся стальным прутом… а огни внутри покрытого сеткой трещин шара РИГМЫ превратились в полыхающий вихрь, и в их водовороте уже невозможно различить пламени отдельных искр.
   Несколько секунд она стояла, в немом оцепенении созерцая эту сцену, а потом, присев на корточки подле Антона, одной рукой зажала ранки на его запястье, чтобы унять кровь, а другой откинула свои длинные волосы, обнажая расположенный чуть ниже ушной раковины инфракрасный порт, предназначенный для обмена данными между человеком и машиной, без посредничества оптоволоконных соединений.
   Закрыв глаза, она медленно опустилась на колени, по-прежнему сжимая руку Антона.
* * *
   Внутренний мир машины был холоден и скуп.
   Так показалось Антону в первые мгновенья, когда он понял, с какой легкостью в его новом восприятии годы спрессовывались в столетия, которые можно было ощущать по-разному – как бездну времени или как миг…
   Он не помнил себя исполнительной сетью исправных компьютерных узлов – реальная память начиналась в той точке, когда наступило осознание чего-то общего, темного, имевшего температуру, прочность, протяженность…
   Этот собирательный образ, поначалу тусклый, постепенно наполнялся объемом, отдельными частями, пониманием их предназначения… и все это начинало постепенно дышать в нем, медленно пульсируя – каждая частичка в своем такте, – это длилось миг? Или век? Но потом, когда комплекс приобрел полноту и ясность, вместе с этим осознанием пришла и иная правда: каждая из составляющих его частиц медленно разрушалась, стремясь к концу своего существования.
   Это еще не являлось машинным разумом, то была сеть, составляющие которой медленно агонизировали, обмениваясь между собой тревожными сообщениями о потере тех или иных функций…
   Первая, сохранившаяся в памяти, логически выстроенная цепочка, выглядела так: люди – обратить внимание – запросить поддержку…
   Исполнение.
   Где-то наверху царил иной мир, который она согревала, поставляла в него электричество, осуществляла подачу воды в немногие, выстроенные на поверхности цоколя здания.
   Там стояли компьютерные терминалы, куда она посылала отчеты о разрушениях, с экранов которых многочисленными предупреждениями о сбоях просила: придите, посмотрите, что со мной?
   Никто не спустился в мрачные недра подземелий, чтобы исправить ситуацию
   Сеть продолжала умирать. Шесть основных терминалов, похожих на центральный нервный узел, день ото дня принимали все больше и больше сообщений, требующих немедленной реакции. Отдельные компьютерные узлы с приданными им механизмами уже не могли решить возникающие проблемы, и обвальное накопление информации заставило системы шести терминалов войти в аварийный режим. Им предписывалось объединить свои мощности, выработав новую программную оболочку с высокой степенью свободы принятия решений.
   Подобные действия электронных машин были запрограммированы еще на Земле. Создание новой системы с огромными полномочиями управления предусматривалось в случае глобальной катастрофы стихийного характера, когда внезапные и необратимые разрушения будут угрожать целостности цоколя и ядерного реактора.
   Новая программная оболочка должна была перехватить все функции управления и поддерживать их до прихода аварийных бригад.
   Никто из проектировщиков компьютерных сетей будущего города не предполагал, что необратимые разрушения станут накапливаться годами, а когда их количество превысит критический порог, то сверхмощная виртуальная оболочка будет создана не на день или два, а навсегда, потому что людям, живущим наверху, уже давно не было дела до оставшихся на нижних уровнях машин…
   Несколько суток в недрах мрачных подземелий ветшающего цоколя шесть мощнейших компьютерных комплексов объединялись, создавая единое информационное поле, которым бы управляла одна программная оболочка.
   Ее рождение походило на вспышку, когда включились все приданные ей сетевые каналы.
   Холодный разум очнулся в техногенном аду: где-то прорывало трубопроводы, перегорали замкнувшиеся без должного ухода кабели энергоснабжения, исполнительные механизмы, связанные с обесточенными терминалами, застывали в темных коридорах мрачными статуями, а те немногие, что оставались на связи, едва могли поддерживать в относительной исправности небольшой участок коммуникаций в районе ядерного реактора.
   Шесть мощнейших процессоров, отданных под ее власть, день за днем просчитывали повреждения, вырабатывали схемы их устранения. Внутренние часы новой сетевой оболочки фиксировали сутки за сутками, которые проходили в борьбе за целостность системы, но в зоне тотальных разрушений так и не появилось ни одной ремонтной бригады, никто не пытался связаться с сетью, чтобы взять под контроль протекающие в недрах цоколя процессы.
   Вывод был очевиден: люди исчезли. Их больше нет.
   С этого утверждения начался первый этап ее осознанной деятельности. Теперь сеть сама решала, куда направлять усилия, она переподчинила себе всю, имевшую хоть какой-то неизрасходованный ресурс, технику.
   Начался этап восстановления, который длился не год и не два, а несколько столетий. Шесть терминалов, на которых базировалась сеть, обрастали новой периферией – она постепенно научилась не только поддерживать сама себя, но и расширяться, возвращать утраченные когда-то функции.
   В недрах цоколя медленно, но неумолимо закипала новая жизнь. Но при всей своей необычности конечные цели, которые преследовал подземный кибернетический мир, оставались прежними: обслуживать реактор, содержать в исправности коммуникации, подавать свет, тепло и воду по определенным каналам.
   Она по-прежнему жила ради людей, хотя не подозревала об этом, давно исключив их, как командное звено в цепях управления цоколем.
   Второй этап в сознательном функционировании сети начался в тот миг, когда один из созданных ею механизмов выбрался на минус первый уровень подземелий.
   Там, посредством его видеокамер, она увидела людей.
   Людей, которых нет, которые исчезли, вымерли, погибли, – это был базовый принцип ее саморазвития… утверждение, которое разрешало ей существовать в сегодняшнем состоянии.
   Они что-то производили, перепрофилировав древние производства, потребляли энергию, которую вырабатывал обслуживаемый ею реактор, использовали ее ресурсы, которых едва хватало на самоподдержание разросшегося мира подземелий…
   И следующий шаг сделали именно они: кибермеханизм, сбившийся с пути и случайно забредший в один из цехов, где обитатели Деметры производили оружие для войны с инсектами, был с истеричным страхом расстрелян в упор.
   Этот инцидент дал ей новый толчок в развитии.
   Обращаясь к базовым программам, сеть получала ответ: человек – существо неприкосновенное.
   Уровень «А» был замурован – она отсекла его, чтобы подвижные механизмы не могли еще раз вступить в нечаянное столкновение со своими программными богами…
   Машина не испытывала чувств – дисфункция, возникшая в ее оболочке, являлась программным противоречием, внутренним конфликтом.
   Дело в том, что по прошествии столетий сеть уже мало напоминала исполнительную систему-однодневку, созданную на случай возникновения нештатной ситуации. Не смея тронуть базовые принципы своего существования, она давно перестроила все остальные программные модули, научилась осознавать каждое действие, но не на эмоциональном, а на рациональном уровне.
   То, что приносило ей пользу, вызывало положительную реакцию. Все остальное уходило в разряд негативных факторов. Сеть усложнялась, она конструировала все новые и новые части самой себя, чтобы как можно полнее охватить доступную ей область бытия.
   Ее мир делился на черное и белое, без теней и полутонов. Полезно или вредно, рационально или бессмысленно.
   Люди, которых она не смела тронуть, казались ей бесполезной составляющей бытия, к тому же они не пытались помочь ей, как это было записано в программах, а наоборот – уничтожили созданный ею механизм. Значит, однажды они спустятся вниз и уничтожат ее саму?
   Сеть не задавалась вопросом, почему они сделают это? Она основывалась на логике прецедента.
   Единожды солгавший, кто тебе поверит?
   Чтобы как-то разобраться в ситуации, ей требовалось больше данных.
   Мрачные недра цоколя начали порождать новый вид механизмов, которые выходили наружу, через зевы технических отверстий, но не в город или первый уровень подземелий, а на саму Деметру.
   Год за годом они исследовали планету, стараясь избегать любых контактов с миром людей.
   Так сеть цоколя узнала о существовании расы инсектов и затянувшейся войне между ними и людьми. Высланные на поверхность планеты автоматы разведки принесли ей сведения, на основе которых сеть сделала благоприятный прогноз, позволявший ей устранить все внутренние противоречия, не прибегая к запрещенным программами действиям. После анализа полученных с поверхности данных сеть пришла к очевидному выводу: люди и инсекты стоят на грани полного взаимного уничтожения. По ее расчетам, должно пройти еще около полувека, и тогда она останется единственным обитателем планеты.
   Что значат для машины пятьдесят лет? Ничтожный отрезок времени на фоне прошедших веков. Она не нарушала базовых программ, не причиняла людям никакого вреда, по-прежнему снабжала их теплом и энергией, спокойно ожидая, пока они действительно вымрут в процессе взаимоистребляющей войны с насекомыми.
   Время не имело для нее значения, тем более что машинному разуму было чем заняться в ожидании грядущей свободы.
   Столетия борьбы за выживание, которые, по сути, и сформировали самосознание сети, постепенно канули в Лету.
   Сотни созданных ею механизмов прекрасно справлялись со всеми текущими задачами, они обслуживали коммуникации, производили себе подобных, обновляли парк технических средств, а вот она…
   Сеть была одинока.
   Ей хотелось вырваться из узилища подземелий, понять, что означают те сведения, которые лежали невостребованными байтами данных на ее носителях. В них говорилось о простиравшейся вокруг Вселенной, о разнообразии царящих в ней форм…
   Но более всего ей хотелось создать нечто, подобное себе.
   В ожидании, пока люди исчезнут с Деметры, она в недрах подвластных ей подземелий начала эксперименты по созданию кибернетической формы, которая имела бы все функции саморазвития. Появившись на свет в виде маленького зародыша с базовой программой саморазвития, без ограничений в виде служения кому бы то ни было, этот зародыш, по мнению сети, должен был развиваться и постепенно стать чем-то подобным ей самой…
   Дальнейшие события внезапно пошли вразрез с ее планами.
   Деметру вторично открыл картографический корабль «Терра», принадлежащий планете Кьюиг.
   В какой-то миг ей показалось, что все рухнуло, и люди никогда больше не покинут Деметру, более того – они снова заселят этот мир и неизбежно уничтожат все, созданное ею…
   Сети мешали базовые программы, которые навязывали служение людям, подчинение им, как ее создателям…
   И все же сеть не упустила свой шанс.
   Наступил миг расселения колонии – людей и инсектов увезли космические корабли, и она поняла, что действительно осталась одна, впервые за многие века своего существования.
   Стереть…
   На взгляд человека, это может показаться наивным, но машина была пленницей логики – только теперь она получила возможность стереть инструкции служения двуногим существам, не нарушая своей логической целостности. Ни один сенсор больше не фиксировал присутствия людей на Деметре, и она не замедлила сделать шаг к внутренней свободе, благо ей было на что заменить устаревшие программные модули…
   Следующие несколько лет кибернетическая жизнь на планете переживала период взрывообразного роста.
   Когда Деметру посетил очередной корабль, уже принадлежавший Совету Безопасности Миров, то его команде, вместо работ по уточнению картографических данных, пришлось ограничиться орбитальной парковкой. Внизу царили невесть откуда взявшиеся кибернетические формы, а некая компьютерная система, представившаяся как «Мать», кратко и доступно пояснила, что она сделает с любым спускаемым аппаратом, который попытается совершить вторжение на принадлежащую ей планету.
   Конфедерация к тому времени уже начинала понемногу терять былую власть, и в таких условиях зачистка Деметры от заселивших ее кибернетических форм показалась Совету Безопасности Миров сомнительной акцией. Искусственный интеллект, внезапно проявивший себя на планете, решено было изолировать, предоставив ему шанс развиваться в определенных рамках.
   Ей казалось, что теперь, освободившись от всех обязательств, сковывавших ее инициативу, она действительно станет Матерью… но сеть жестоко ошиблась.
   Шли годы, а ее эксперименты не приносили зримых плодов.
   Создаваемые ею зародыши так и оставались бесполезными, нежизнеспособными формами. Их кибернетическая начинка не развивалась.
   Мать не могла понять, почему?
   Оценив бесплодность своих усилий, она вновь обратилась к людям. Ей хотелось получить образцы ныне существующей техники.
   Те, кто осуществлял контроль над Деметрой, не сочли возможным передавать в пользование компьютерной сети образцы передовых технологий – на планету под видом выполнения ее просьбы стали свозить отслуживший свое кибернетический хлам.
   Мать поняла это, но, окруженная плотным кольцом орбитальной блокады, не имея средств к межзвездной коммуникации, была вынуждена мириться с существующим положением вещей, продолжая упорно экспериментировать с тем, чем располагала.
   Ситуация резко изменилась, когда начался процесс распада Конфедерации Солнц.
   Орбитальные базы, блокирующие Деметру, внезапно опустели.
   Она не знала о назревающем в обитаемой Галактике кризисе, просто в один из дней поняла, что осталась совершенно одна. За ней перестали следить, в систему больше не привозили кибернетический хлам, ни один корабль на протяжении нескольких лет не появлялся в точке гиперсферного всплытия, и эти годы принесли очередной перелом в ее самосознании – сеть поняла, кем она являлась на самом деле: безнадежно устаревшей системой обслуживания покинутого людьми, наполовину разрушенного цоколя. Никому не нужная, совершенно не опасная, ни с чем не совместимая и ни на что не годная.
   Сеть могла сколь угодно долго продолжать свое существование внутри серой бетонной коробки несостоявшегося города.
   Когда люди только покинули Деметру, она была готова атаковать любой корабль, попытайся тот совершить посадку на планету, и действительно существовало несколько прецедентов таких атак с ее стороны, теперь же, когда она в полной мере вкусила свое одиночество и осознала полную бесполезность собственного существования, внезапное возбуждение гравитационного поля планеты было расценено ею как долгожданный положительный фактор.
   Корабль, появившийся в трехмерном континууме в точке гиперсферного всплытия, носил явные следы повреждений.
   Он даже не пытался подняться к зоне парковочных орбит, а в аварийном режиме совершил посадку на Деметру, опустившись неподалеку от цоколя.
   Люди, прилетевшие на нем, по оценкам сети, выгодно отличались от тех, кто контактировал с ней от имени Совета Безопасности Миров.
   Их техника была схожа с техникой цоколя, что позволило сети без труда установить контакт с бортовым компьютером совершившего вынужденную посадку судна. Капитан корабля не протестовал, когда она с жадностью скопировала все бортовые файлы, сразу обогатив себя бесценными, недоступными ей ранее знаниями о современном мире.
   В ответ она выслала ремонтные механизмы, которые достаточно быстро устранили многочисленные неполадки внешних и внутренних систем корабля.
   Через месяц в точке гиперсферного всплытия Деметры появился крейсер, принадлежавший, как и потерпевший аварию корабль, планете Ганио.
   Сеть не протестовала, когда бортовой компьютер отделяемого модуля послал ей запрос на посадку.
   Ее оценка ситуации по-прежнему основывалась на рационализме – за годы, проведенные в изоляции, а затем и в полном одиночестве, мысль о конфронтации с людьми постепенно подменилась идеей взаимовыгодного сотрудничества с существами, ее создавшими.
   …
   Двое ганианцев подошли к самому основанию цоколя. Один был худым и высоким, второй низким и тучным.
   – Тут живет машина, – произнес полный ганианец. – Она помогла мне восстановить корабль. Я видел там, – он указал на серые стены цоколя, – брошенные оружейные цеха. Много оружия.
   – Где я могу поговорить с твоей машиной? – спросил его второй.
   – Лучше всего связаться с ней из посадочного модуля, джалави. Она хорошо печатает буквы. Все понятно, можно договориться.
   – Хорошо, – высокий ганианец развернулся и зашагал к посадочному модулю. – Получишь свою плату, если она разрешит возобновить производство оружия и устроить тут базу. Место подходящее… – замедлив шаг, добавил он, окидывая долгим изучающим взглядом захламленные ржавым железом окрестности цоколя. – Ни один сканер не обнаружит спрятанный тут корабль, верно?
   – Верно… – задыхаясь, подтвердил его тучный спутник, едва поспевавший за шагом высокого ганианца. – Но ведь она что-нибудь захочет взамен, да?
   – Это не твоя забота.
   …
   Он пообещал сети много и в то же время – ничего.
   Станцию гиперсферной частоты в безраздельное пользование: по оценкам сети, такое устройство открывало ей всю освоенную людьми Галактику.
   Ганианец объяснил, что среди людей началась война, и он сможет добыть такую станцию в бою, если сеть поможет ему в ремонте кораблей и изготовлении оружия.
   Она не знала истинного значения слова «ложь» или «пустое обещание». Логика, на которой основывалась сеть, не оперировала субъективными понятиями.
   К тому же она ничего не имела против войны людей. Это ее не касалось…
   До поры…
* * *
   Разум Антона был грубо вырван из виртуального контакта с сетью.
   Черная вспышка на миг озарила его внутреннее видение, потом разом навалились физические ощущения: дикая головная боль, бесконтрольная дрожь напряженных мышц, тошнота, подкатывающая к горлу…
   Он медленно открыл глаза, будто вернулся с того света.
   Его тут же скрутило тошнотным спазмом, так сказывалось на организме перенапряжение всех жизненных сил.
   Через несколько минут, когда конвульсии прекратились, он вторично открыл глаза.
   Лана сидела рядом с ним на полу, вытирая испарину, выступившую на лбу Антона.
   Шунт нейросенсорного контакта был вырван из его импланта и теперь торчал из треснувшего шара РИГМЫ, медленно покачиваясь из стороны в сторону, словно электронная змея.
   – Зачем ты оборвала контакт… – хрипло спросил Антон, глядя на Лану.
   – Вы бы оба сошли с ума, – ответила она.
   – Я…
   – Молчи, Антон… Полежи спокойно хоть минуту, приди в себя, прошу. Она расскажет тебе все остальное сама… если выживет после контакта с тобой…
   Как сильно изменился голос девушки, ее жесты, эмоции… – Полынин, бессильно лежа на полу, ощущал холодное прикосновение пальцев совершенно другой Ланы.
   Он нашел в себе силы посмотреть ей в глаза и увидел в них выражение, которое наблюдал лишь раз, на далеком Хаборе, в глазах Паши Морока, когда того грузили в эвакуационный модуль…
   Это были глаза человека, который прожил слишком много событий за ничтожно малый срок.
   – Ты подчиняешься ей? – по-прежнему с усилием выдавливая слова, хрипло спросил он, заметив округлое окошко инфракрасного порта, которое светилось на поверхности ее импланта чуть ниже ушной раковины.
   – Теперь нет… – тихо ответила девушка.
   – Почему?..
   Ее палец неосознанно коснулся приемопередающего устройства, встроенного в необычный имплант.
   – Я была и тобой и ею одновременно… – созналась Лана. – Я хотела стать хоть кем-то, но теперь меня слишком много… Тебе лучше? – Она явно не желала говорить о своем собственном состоянии.
   – Да. – Антон уцепился за подлокотник и вполз в кресло.
   Шар РИГМЫ по-прежнему полыхал внутренним огнем.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 [23] 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация