А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Спираль" (страница 14)

   На самом деле посттравматическая память Полынина хранила в себе от силы пару минут сознательных мучений, после которых наступила спасительная чернота…
   Погасив его сознание на Хаборе, она окончилась лишь много месяцев спустя, в реанимационном отсеке космического госпиталя, базировавшегося на орбитах Форта Стеллар – центральной военной базы Конфедерации Солнц…
   …Очнувшись, оттолкнув воспоминания, Антон почувствовал, что опять начинает сползать в эту пропасть. Мышцы напряглись и дрожали, во рту появилась сухость, сквозь которую пробивался солоноватый вкус крови.
   При выписке из госпиталя ему сказали, что мозг после пяти контузий может повести себя совершенно непредсказуемо. Антону сулили провалы в памяти, необоснованные вспышки ярости и прочее, прочее, а он просто запер на замок определенный сорт воспоминаний и не выпускал их оттуда. Все. Нет этого прошлого и никогда не было…
   Хрен там! Никуда оно не делось.
   Он налил себе коньяку, выпил, опять ощутив тот же эффект: словно рядом хлопнул несильный взрыв имитационной гранаты. Сознание оглохло, затормозилось на несколько секунд, а потом все резко вернулось на круги своя – никакого опьянения, лишь сухая горечь во рту, перебившая вкус крови.
   И то ладно…
   Антон вернулся за стол, попутно с раздражением отметив, что РИГМА по-прежнему пашет свои жесткие диски. Было очень похоже на то, что домашний сетевой терминал все-таки словил вирус, от которого никак не может избавиться.
   Вспомнив о поломке реанимационного компьютера «Скорой помощи», Антон решил, что хватит глючить, пора заняться делом, тем более до рассвета оставалось всего два часа, а на десять у него назначена техническая проверка корабля перед предстоящим внеплановым вылетом в Рукав Пустоты.
   Если бы не вырвавшиеся из закоулков памяти воспоминания о Хаборе да упоминание о Паше, плюнул бы он на все это дело и продолжал жить своей, ставшей уже привычной жизнью: рискуя в разумных пределах, получая нормальные деньги за этот риск и не переступая собственных моральных норм. Он никого не грабил, не убивал и не насиловал, а что до нарушения административных и этих мифических «научно-археологических» установлений, так он в Рукаве Пустоты еще не встретил ни одного «очкарика» из института археологии космоса – там, среди дикого и непредсказуемого коловращения сорвавшихся со своих исконных орбит планетарных масс, встречались лишь такие, как он, – отморозки с контуженной башкой… Другие туда попросту боялись соваться…
   Размышляя таким образом, он смотрел на четыре предмета, разложенные на рабочем столе: карманный компьютер, который передала ему Сара Клеймон, урну с ее прахом и два кристаллодиска, в недавнем прошлом составлявших постоянное запоминающее устройство реанимационного компьютера флайера «Скорой помощи».
   С чего начать?
   Он протянул руку, взял урну с прахом, аккуратно отвинтил крышку и высыпал содержимое на заранее приготовленный полиэтиленовый пакет.
   В комнате сразу неприятно запахло жженой костью.
   Антон не был брезглив. Он стал разгребать кучку праха, пока под пальцы не попал твердый предмет. Вытащив его, он убедился, что это именно то, на что он рассчитывал: височный имплант, который, вопреки всему, не сгорел и не расплавился в адской топке крематория.
   Еще в морге Антон заметил, что устройство, вживленное в височную область черепа Сары Клеймон, резко отличается от современных образцов как по своей форме, так и по материалу, из которого оно было исполнено. Этот факт, вкупе с обнаружившимся «криогенным старением» покойной, как раз и навел его на твердое убеждение, что миссис Клеймон никак не могла быть матерью Павла Сытникова, а значит, лгала ему.
   Ссыпав прах назад в урну, он прошел в ванную комнату, где промыл найденную деталь под струей горячей воды, потом решил пожертвовать недавно приобретенной новой зубной щеткой и прошелся ею по поверхности импланта, снимая темный налет окалины, пока не проявились те самые мелкие буквы, что привлекли его внимание в морге.
   Насухо вытерев очищенную деталь, он вернулся к рабочему столу.
   Было пять часов утра. Он обратил внимание на этот факт из-за шума, который доносился с лестничной площадки. На этаже располагалось двадцать квартир, двери которых выходили в квадратный холл с обставленной искусственными цветами лифтовой шахтой посередине. Кому из соседей пришло в голову бузить в столь ранний час, Полынин не знал. Он просто удивился этому шуму, так как подобные эксцессы случались крайне редко. Их дом располагался в дорогом, престижном районе города, и категория жильцов подобралась соответствующая: тихие, уважающие покой благополучные семьи…
   Укладывая очищенный имплант в объемный компьютерный сканер, Антон усмехнулся собственным мыслям. Фрайг его знает, что за «благополучие» кроется за стенами соседней квартиры… Жизненный опыт говорил как раз об обратном: чужая душа – потемки, и ничего нельзя утверждать наверняка. Если из-за смежной с соседями стены доносятся приглушенные звуки Моцарта, это еще не значит, что тучный розовощекий мужчина, поселившийся там несколько месяцев назад, просто музицирует, а не затеняет фоном бессмертной классической музыки какое-нибудь непотребство, типа избиения жены или стонов снятой на ночь малолетки…
   В голову лезла какая-то чушь. Просто кто-то, подвыпив, возвращается домой не в силах нормально уложить ладонь в углубление сканирующей пластины дверного замка…
   Крышка сканера закрылась, чавкнув уплотнителем. Осветился экран монитора, и в его стереобъеме появилось увеличенное изображение височного импланта, который до недавнего времени носила Сара Клеймон, назвавшаяся матерью Паши Сытникова.
   Надпись, едва различимая невооруженным глазом, теперь читалась вполне отчетливо.
   «Земля. Родильный дом номер семнадцать, южный мегагород».
   Дальше шла дата:
   «31 сентября 2263 года».
   И еще строкой ниже:
   «Сара Ф. Клеймон. Гражданство Земного Альянса»
   Несколько секунд Антон немо смотрел на гравированную надпись, потом перевел взгляд на строку, отражающую данные по исследованию материальной структуры предмета.
   Компьютер утверждал, что имплант изготовлен из особого сплава, в названии которого Полынин узнал лишь один известный ему компонент – титан.
   Он встал, прикурил и отошел к окну.
   Небо над городом робко розовело.
   Итак, «безутешная мать» Паши Сытникова родилась на Земле без малого полторы тысячи лет назад… Это утверждала надпись на ее импланте.
   Люди столько не живут, – подумал Антон, глубоко затянувшись сигаретой. – Но человек может пролежать в криогенной камере полтора тысячелетия, – тут же мысленно поправился он, – при исключительных обстоятельствах, конечно… Безобразное, обвальное старение Сары Клеймон как раз говорило в пользу такого вывода.
   С какой целью она пыталась выдать себя за мать Паши? Каким образом и главное – где пересеклись их пути? Как к ней попал мини-компьютер со схемой криминальных связей ганианских кланов, и зачем она везла его на Аллор, Полынину?
   Одна загадка тут же порождала несколько новых.
   Он вернулся к рабочему столу, за компьютер.
   Покосившись сквозь открытый дверной проем на РИГМУ, он с удовлетворением заметил, что сетевой терминал, наконец, угомонился, диски «уснули» – значит, его электронная домохозяйка оттестировалась, и в случае необходимости можно будет использовать ее сетевые мощности для поиска информации в Интерстаре.
   Сколько у меня зацепок? – подумал Антон, глядя на экран компьютера. Произведя мысленный подсчет вариантов, он взял два купленных кристаллодиска и принялся снимать кожух со своего «неприкосновенного» компьютера.
   Отложив в сторону крышку, он подключил оба кристаллодиска в резервные разъемы на материнской базе, потом инициировал их и перезапустил систему.
   Все вроде бы сработало нормально. Оба диска «прижились» в системе, по крайней мере сообщений об ошибках при загрузке не поступило.
   Понятие «осторожно» при операциях с компьютерными файлами – это абстракция, понятная программисту, а Антон являлся всего лишь грамотным пользователем. С его уровнем подготовки развитие ситуации могло пойти лишь двумя путями: если машина работает адекватно, а информация читаема – все будет в порядке. Если информация повреждена или хуже того – заражена, – пишите письма. Антон мог бы потратить несколько часов на медленную проверку массивов информации, размещенных на приобретенных дисках, при помощи специальных программ, но в его распоряжении оставалось очень мало времени, перед тем, как нужно будет одеваться и ехать в космопорт.
   Открыв каталоги новых дисков, он увидел там небольшой список, состоящий из трех стандартных видеофайлов разной длины. Об этом свидетельствовали их расширения. Обратив внимание на размеры отдельных записей, он подумал, что это, скорее всего, какие-то фрагменты, обрывки видеозаписей.
   Интуитивно он был прав. Интерпретировать мысли человека в оцифрованный видеоряд научились достаточно давно, еще в период Первой Галактической войны. Автором устройства являлся Джедиан Ланге, один из первых «хозяев» Форта Стеллар. Превратить изобретенный им мыслесканер в нечто большее, чем устройство для виртуальных допросов, а позже, после запрещения данной практики, в инструмент для «грязного» выкачивания информации, помешал низкий порог чувствительности этого программного средства. Механизм человеческой памяти на поверку оказался намного сложнее, чем процесс записи и чтения информации в аналогичном компьютерном устройстве. Как в формировании долгосрочных воспоминаний, так и в их активации, «считывании», в человеческом организме участвуют очень тонкие биохимические процессы, в которых решающая роль отводится нескольким биологическим стимуляторам, примером одного из которых является адреналин.
   Почему мы ярко помним одни эпизоды своей жизни, имевшие место очень давно, и совершенно не помним, что ели вчера на завтрак?
   Ответ кроется в механизме работы памяти. Все текущие события хранятся в ее «оперативном» отделе, откуда удаляются по мере устаревания и ненужности. Существует несколько механизмов перехода информации из оперативной памяти человеческого мозга в постоянную, но Джедиану Ланге удалось полностью разгадать лишь один из них: так называемую флэш-память, сравнимую с фотовспышкой. Этот вид запоминания информации основан именно на адреналине – когда его уровень в крови человека резко превышает определенную норму, то по центральной нервной системе поступает команда: Print Hear! – печатать сейчас! – и в долгосрочную память укладывается «снимок» события, воспоминание, связанное с какой-то неординарной ситуацией.
   Прибор Джедиана Ланге умел читать именно флэш-память. При допросах человеку вводили постепенно увеличиваемые дозы специального стимулятора, и под его воздействием мозг извлекал из долгосрочной памяти те картинки, что были записаны им ранее, на том или ином уровне насыщения крови адреналином.
   Позже прибор запретили, но в упрощенном варианте он сохранился. Например, в медицинской практике его применяли при диагностике комы, когда с пострадавшим было невозможно общаться напрямую, из-за бессознательного состояния последнего. Очевидно, что среди софтового обеспечения аппаратуры флайера «Скорой помощи» присутствовал именно такой программный пакет. Медики честно боролись за жизнь Сары Клеймон, но препараты, призванные «завести» остановившееся сердце, сработали, в том числе, и как пороговый стимулятор вспышечных воспоминаний, которые автоматически принялся записывать бортовой компьютер, а когда места на первом носителе не осталось, «умная» машина пошла писать поступающие данные на второй диск, где располагалась система, которая в конечном результате и оказалась загробленной…
   Все вроде бы получалось логично в цепи рассуждений Полынина, за исключением одной неясности – почему компьютер флайера позволил уничтожать свои системные файлы, заменяя их на видеообразы, полученные из памяти умирающей Сары Клеймон?
   Ответ напрашивался сам собой: либо у бортового компьютера по непонятной причине была отключена защита стержневых программ, либо ее кто-то сломал за те несколько секунд, которые предшествовали смерти Сары Клеймон…
   Антон опять покосился на РИГМУ. Очередь до домашнего терминала еще не дошла, но им следовало заняться как можно скорее – пробить защиту домашнего компьютера в квартире Полынина пытались именно с флайера «Скорой помощи».
   Ладно… РИГМОЙ займусь чуть позже.
   Щелчок, и первый файл видеозаписи открылся в отдельном оперативном окне.
   Несколько секунд Антон ошалело смотрел на экран.
   Ну и ну! Вообще-то после Рукава Пустоты «дыхание прошлого» уже не удивляло Антона – некоторым находкам, которые проходили через его руки, насчитывалось по миллиону лет и больше, но то были чужие артефакты, а на открывшейся его глазам видеозаписи была запечатлена… Земля! Земля полуторатысячелетней давности!..
   Полынин даже предположить не мог, что его так сильно заденет внезапно материализовавшееся на экране прошлое. Темные, мрачные века, самое начало Великой Экспансии – волны безумного исхода, которая разнесла споры человечества по множеству миров…
   Это было безошибочное узнавание места и времени. Сомнений быть не могло: глазами юной Сары Клеймон он созерцал небоскребы, вершины которых укутывали облака свинцово-серого смога, зловещее марево истекало из ущелий улиц и застилало своей пеленой окна верхних этажей зданий… Он видел лазерные вензеля Всемирного правительства Джона Хаммера, начертанные тончайшими нитями лазерных лучей на зыбком экране постоянно меняющих конфигурацию ядовитых облаков, отчего начальные буквы словосочетания «Земной Альянс» казались пляшущими, кривляющимися и хохочущими в отравленных небесах… Затем в поле его зрения попал выпуклый борт какого-то космического корабля, фрагмент трапа и надпись… надпись! на блестящей, глянцевитой, еще нетронутой космосом керамлитовой броне:
   «Колониальный транспорт „Бристоль“.
   …
   Картинка погасла, но тут же сменилась новой.
   Тусклый, рассеянный, желтый свет.
   Колпак криогенной камеры, поднявшийся лишь на половину своего хода, – он нависает над головой, словно матовая могильная плита. За ним видны стены отсека, все в потеках ржавчины, которая наросла на облупленных балках каркаса, будто короста, в некоторых местах свисая рыжей бахромой.
   В компьютере внезапно включилась аудиосистема: Полынин услышал хриплое, прерывистое дыхание, отчетливый звук монотонно капающей воды, тихий скрип раскачивающейся где-то на невероятной высоте, оторванной от основания металлической секции.
   Желтый свет едва разгонял мрак, освещая несколько квадратных метров площади, но само помещение, судя по эху, которое порождал каждый звук, было огромным, исполинским, пустым и гулким.
   Полынин сидел, не смея оторвать глаз от монитора.
   Он интуитивно понял, где очнулся разум Сары Клеймон.
   Она пыталась выбраться из криогенной камеры, которая была установлена внутри огромного, разделенного на решетчатые палубы двухкилометрового «яйца» – такую форму и конструкцию имели все грузопассажирские модули колониальных транспортов эпохи Первого Рывка.
   Его внимание привлекла рука, уцепившаяся за борт криогенной камеры. Это была морщинистая рука старухи. Длань человека, который проспал весь свой биологический ресурс, и то, что Сара вообще очнулась от ледяного сна, показалось Полынину чудом: резиновый уплотнитель камеры на его глазах раскрошился от слабого усилия, которое прилагали пальцы старухи, пытаясь уцепиться за него.
   Нет… – Антон не обдумывал данный вопрос, он просто интуитивно знал ответ на него: После стольких лет криогенного сна не просыпаются!.. Когда металл превратился в ржавый прах, резина – в хрупкую крошку, а истощенные мышцы присохли к костям, как может человек, потерявший в своем сознании полторы тысячи лет, не просто восстать из бездны криогенного сна, а выбраться из неизвестной точки пространства к обитаемым мирам, где царит иная эпоха, и найти среди миллиардов людей его – Антона Полынина?
   Естественно, Сара Клеймон не приходилась матерью Паши Сытникова. Она не являлась никем – просто телесная оболочка, вырванная по чьей-то воле на последней стадии медленного умирания из ледяных объятий криогенного сна. Она была зомби, вопрос только в том, чья воля руководила до последней секунды этим дышащим на ладан телом?
   Очевидно, что видеофрагменты не могли дать Антону вразумительного ответа. Они занимали огромный объем на кристаллодисках из-за высокой детализации видеоряда, всего фрагментов было три, и последний, самый короткий, также не прояснял суть дела, скорее, добавлял загадочные потусторонние интерьеры к запутанной мозаике обрывочных воспоминаний.
   …Участок равнинной местности был покрыт глубоким слоем оранжевого песка, на котором виднелись оплывшие следы гусеничной техники. Среди них присутствовала четкая цепочка исполинских четырехпалых следов, оставленных ступоходами боевой шагающей машины.
   У близкого горизонта, ограниченного пологой дюной, рос кустарник странного серо-металлического цвета, правее виднелось нагромождение наполовину утонувших все в том же рыжем песке решетчатых конструкций и край исполинской, поставленной на ребро плиты, которая, очевидно, запирала вход в некий тоннель.
   Все…
   На этом предсмертные воспоминания Сары Клеймон, записанные бортовым компьютером флайера «Скорой помощи», обрывались.
* * *
   Некоторое время Антон сидел, в задумчивости разглядывая последний стоп-кадр, по-прежнему отраженный в глубинах объемного монитора.
   Похоже на свалку отработавшей свой ресурс техники… Или это фрагмент поверхности неизвестной на сегодняшний день планеты, колонизированной людьми в темную эпоху Первого Рывка? Если это так, то ржавые остовы техники ясно говорили в пользу деградации, а то и полного вымирания человеческих поселений.
   Да, но при чем тут следы шагающей боевой машины, явственно пропечатавшиеся в песке? – размышлял Полынин, продолжая анализировать статичное изображение испещренного оплывшими неровностями участка песчаной почвы. Серв-машины, конечно, не новинка технологий, – они были сконструированы еще в эпоху Первой Галактической войны, но, судя по дате на импланте Сары Клеймон, она покинула Землю в период так называемого Первого Рывка, когда до противостояния Земного Альянса и Свободных колоний оставалось еще без малого четыреста лет.
   Значит, второе пришествие людей в мир, колонизированный транспортом-невозвращенцем, состоялось уже после двадцать восьмого века космической эры, и пришли они отнюдь не с миром. Полынин отлично знал что серв-машины, следы которых он видел на песке, являлись самыми смертоносными образчиками боевой планетарной техники…
   Странный узелок завязывали эти видеовоспоминания, вкупе с событиями последних суток и его личной памятью, разбуженной упоминанием о Паше Сытникове.
   Его размышления прервал предупреждающий сигнал таймера.
   Взглянув на часы, Антон понял, что исследования придется прервать – через два часа он должен попасть на площадку технического осмотра в седьмом секторе космопорта. Без технической визы ему попросту не разрешат старт с планеты, а за состояние корабля, по взаимной договоренности с Джонатаном, отвечал лично Антон. Вообще, все, что касалось обеспечения вылазок в Рукав Пустоты, висело на Полынине. Роглес просто предоставил ему корабль, за использование которого удерживал арендную плату, а также без разговоров, по негласному обязательству, скупал все, что привозил Полынин, производя расчеты по фиксированным ценам. Схема получалась несколько кособокая, с точки зрения справедливости, – ведь в глазах сотрудников полицейского управления и инспекторов колониальной администрации Аллора Антон Полынин являлся «черным археологом», контрабандистом, а господин Роглес – уважаемым коллекционером, респектабельным гражданином, владельцем сети антикварных магазинов, которые пользовались хорошей репутацией у посещающих Аллор туристов…
   …Отключив приобретенные у техника «Скорой помощи» кристаллодиски от материнской базы компьютера, Антон вернул на место пылезащитный кожух.
   Пора было ехать, но он еще не решил, что делать с РИГМОЙ и тем мини-компьютером, который достался ему от Сары Клеймон. Следовало также решить, как поступить с прахом несчастной женщины, проспавшей свою молодость в ледяной тиши криогенной камеры…
   …Внимание Антона опять привлек доносившийся с площадки шум. Он непроизвольно прислушался и вздрогнул. Было похоже на ругань двух мужчин, которые спорили на… ганианском!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация