А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Туманность Ориона" (страница 26)

   В контейнере, удерживаемые специальными захватами, лежали импульсные винтовки. Оружие было старым, и по всем признакам уже побывало в бою. Рядом, в специальных отделениях контейнера, располагались тщательно закрепленные электронные прицелы и системы подствольных гранатометов.
   Аль Максуд пробежал взглядом по содержимому ящика, глазами пересчитал его: десять винтовок, десять прицелов, десять подствольников. Все заботливо упаковано, смазано, лишь царапины на некоторых пластиковых деталях оружия и оборудования говорили о том, что оно уже было в употреблении.
   – Хорошо, – отрывисто произнес Хаким, так и не прикоснувшись к содержимому ящика.
   Павел посмотрел на хозяина и, дождавшись едва заметного кивка, водрузил крышку на место.
   Гамаюнов щелкнул пальцами.
   Неизвестно, кому предназначался данный знак, но в глубинах складского ангара что-то пришло в движение, тяжко заворочалось, раздался визгливый звук сервомоторов, вслед за которым пол ангара поколебала тяжкая поступь.
   По центральному проходу, в «затылок» друг другу двигались пять погрузочных роботов.
   Огромное помещение ожило. Коротко взвыла предупреждающая сирена, и в задней стене пришли в движение сегменты переборки, закрывавшие приемные площадки пяти грузовых шлюзов.
   Первый механизм уже остановился. Вместо рук у него присутствовали два штыря, которые он ввел в специальные гнезда стеллажа. Раздалось шипение, что-то щелкнуло, и робот без видимых усилий приподнял целый штабель контейнеров.
   Хаким обернулся к Гамаюнову, который равнодушно наблюдал, как первый робот удаляется в сторону шлюза.
   – А как с остальным? – повысив голос, чтобы перекрыть грохот работающих механизмов, спросил Аль Максуд.
   Андрей Генрихович укоризненно покачал головой.
   – У нас есть время, пока роботы перегружают товар, – напомнил он. – Мы давно не общались, думаю, у нас найдется что обсудить, верно?
   Хаким бросил взгляд на своих телохранителей.
   – Юсуф, проследи за погрузкой. Анвар, ты пойдешь со мной. – Он повернулся к хозяину корабля. – Я не удовлетворен. Мне нужно остальное!
   Гамаюнов посмотрел на него, потом перевел взгляд на первого робота, который уже возвращался, транспортируя на борт его корабля пачку иссиня-черных, глянцевитых листов металловодородной брони.
   – Думаю, что разговор за обедом пойдет нам на пользу, – с внезапной сухостью в голосе заявил он.
* * *
   – Что это у него в лапах? – осведомился Рорих, постучав ногтем по экрану.
   Вадим, который ждал этого мига два долгих, трудных месяца, не отрываясь, смотрел на робота, несущего стопку черных как смоль листов. Прямо в точку… Оружие, собранное с кладбищ космических кораблей, в обмен на листовые заготовки для обшивки…
   – Броня, – ответил он, осознав, что Эрни задал вопрос. – Слышал про недавний анонс «Аллорских Космоверфей»?
   Рорих кивнул, догадавшись, о чем идет речь.
   Его взгляд скользил по контейнерам с оружием, а мысленно Эрни представлял, как фигуры в белоснежных скафандрах ползают в вакууме среди окоченевших, застывших трупов, обирая их…
   Эхо войны… Злое, извращенное, неправильное эхо, ибо те, чьи тела плавали в стенах братских могил погибших кораблей, отдали когда-то жизнь ради рождения и жизни сегодняшних поколений…
   Теперь, как он понимал, это оружие должно было пойти сюда, на Ганио, чтобы вооружать новые отряды головорезов, разжигать новую войну… но в эти секунды ему страшны и омерзительны были не ганианцы, а те, вторые, которые являлись представителями цивилизованного мира, те, кто с помпой мелькал на экранах сферовизоров, ронял слезу на публичных захоронениях останков, а в душе…
   Впрочем, Эрни не знал, есть ли души у такого сорта людей.
   Он вздрогнул, когда Вадим, на минуту оторвавшись от экрана, спросил:
   – Ты заказал корабль?
   – Да. Старт челнока через два часа.
* * *
   Помещение, куда Гамаюнов привел своего гостя, предварял небольших размеров тамбур, в котором был установлен привинченный к полу стол в окружении нескольких кресел; стены украшали мониторы внутренней системы безопасности.
   Телохранители, не дожидаясь особых команд, молча заняли кресла.
   – Проходи, Хаким.
   Следующее помещение космического корабля носило явный отпечаток той борьбы противоположностей, которую испокон века вели между собой два ставших уже антагонизмами понятия: «комфорт» и «функциональность».
   Стол, заранее сервированный на двоих, был также привинчен к полу, его окружало узкое пространство, где вряд ли бы разминулись два человека, стены украшали вездесущие мониторы.
   Хаким покосился на изображение пустых коридоров корабля, которое транслировалось большинством экранов, и молча сел в кресло.
   Андрей Генрихович занял кресло напротив. Налив вино в два высоких бокала, он поднял свой.
   – За возобновление нашего партнерства, Хаким.
   Ганианец продолжал напряженно молчать. Взяв бокал, он выцедил его содержимое и только тогда, соблюдя свой взгляд на приличия, спросил, глядя на Гамаюнова:
   – Меня интересует вторая часть сделки.
   Представитель колониальной администрации Аллора, который уже принялся за еду, поднял взгляд от тарелки, заинтересованно взглянув на гостя.
   – Пока не получается, – ответил он.
   «Какой ты прыткий…» – неприязненно подумал Андрей Генрихович, сохраняя на лице выражение сдержанной заинтересованности.
   – Андрэй, ты же знаешь, как это важно, да? – Аль Максуд исподлобья посмотрел на него, словно хотел этим взглядом еще раз подчеркнуть значимость сказанного.
   – Понимаю, – согласился Гамаюнов. – Но я и так прыгнул немного выше, чем может позволить себе честный чиновник. Поставки металла на Ганио возобновлены. В следующем месяце ты получишь первую партию.
   – Что это будет?
   – Два крейсера.
   Хаким покачал головой.
   – Мало. Медленно…
   Гамаюнов помахал вилкой, словно пытался отогнать от себя некий злой дух.
   – Я получил лицензию на утилизацию нескольких кладбищ кораблей, – прожевывая, пояснил он. – Но наглеть тоже нужно с умом. Десять лет назад Совет Безопасности уже задал бы себе вопрос: не слишком ли много Ганио потребляет металла? А? И думаю, что парочка крейсеров Конфедерации уже болталась бы на выходе из гипера, у границ территориального пространства твоей планеты, верно?
   – Конфедерации нет, – напомнил ему Хаким, без особого удовольствия принимаясь за еду.
   Гамаюнов кивнул.
   – Конфедерации нет, но эмбарго осталось. Я же не спрашиваю, куда ты деваешь старые крейсера. – Он усмехнулся, недобро посмотрев на Аль Максуда. – Большие такие крейсера, дырявые, но с пушками. Заметь: с исправными пушками, с рабочими движками… – Он откинулся на спинку кресла. – И зачем только ганианцам вдруг понадобилась большая партия устаревших кораблей? А главное, почему они так обнаглели, что начали нарушать условия договора? – внезапно, словно пулю, выпустил он новый вопрос.
   Хаким насупился.
   – Ты о чем?
   – Не понимаешь?
   – Нэт!
   – Хорошо, тогда я объясню. – Гамаюнов чуть подался вперед, навалившись животом на стол. – Странные вещи начинают твориться на кладбищах старой техники. Мои фирмы покупают лицензии на их утилизацию, я трачу миллионы на то, чтобы легализовать этот бизнес, и что обнаруживают мои рабочие, когда дело доходит до освоения новых участков? Кто-то уже побывал там! – Гамаюнов продолжал в упор смотреть на Аль Максуда. – Мои люди видели странных роботов, которые дистанционно управляются через сеть Интерстар, по «плавающему» каналу ГЧ. Ты ничего не слышал об этом, Хаким?
   – Нэт!
   – Нехорошо… Зачем так высоко мнишь о себе? – Гамаюнов откинулся назад, в объятия мягкого кресла, но выглядел он уже далеко не таким безобидным и добродушным, как за несколько минут до этого. Сейчас в его чертах просквозило что-то жесткое, отталкивающее, презрительное. Он смотрел на ганианца, как на некую экзотичную тварь, которая вдруг попыталась отгрызть руку, ее кормящую.
   – Ты считаешь себя крутым, умным и бесстрашным, да, Хаким?
   Максуд, слушая его, молча багровел, это было заметно даже под коричневатым отливом кожи.
   – Буду вынужден тебя разочаровать… – пальцы Гамаюнова неосознанно выбивали медленный ритм ударов по подлокотнику кресла. – Чтобы не сильно зарываться, тебе стоит вспомнить, что именно обнаружил первый картографический корабль Конфедерации на Ганио. Ты знаешь об этом? Помнишь?
   – Мои предки жили как…
   – Они жили, как первобытные скотоводы, – зло оборвал его Андрей Генрихович. – Пасти верблюдов в пустыне – вот на что хватило мозгов твоих драгоценных пращуров. – Он посмотрел на своего собеседника и медленно произнес:
   – Я хочу, чтобы ты понял: без нас вы никто. Что изобрели твои драгоценные соотечественники за века развития? Новый вид упряжи для верблюда? Иной способ пыток? Я, и люди подобные мне, поставляем на Ганио технологии. Ты знаешь, как спускать курок, но не имеешь понятия, как сделать импульсный пистолет. Твое историческое оружие – это палка и камень.
   – Зачем ты оскорбляешь меня? – выдохнул Аль Максуд.
   – Я восстанавливаю историческую справедливость, чтобы ты понял: Ганио занимается своим разбойным промыслом лишь до тех пор, пока нам это выгодно. И не надо вторгаться в мой бизнес. Ты не умнее меня, а всего лишь наглее. Мои ребята навестили того бедолагу, который подписался изготавливать для тебя модели кладбищ космических кораблей, чтобы ты мог их грабить с помощью дистанционно управляемых машин.
   Веко Максуда дрогнуло.
   – Да. Они выпотрошили его компьютер. И у меня есть доказательства, что заказчиком был ты. А теперь подумай, что, если я вторгнусь в твой бизнес? Перестану обменивать твой товар на оружие, а приду со своими ребятами туда, где ты добываешь этот уникальный материал? Думаешь, что плавающий канал ГЧ невозможно вычислить? Ошибаешься. Туманность Ориона – это говорит тебе о чем-нибудь?!
   Дальше Андрей Генрихович развить свою мысль не успел – он все-таки перегнул палку.
   Выстрел, произведенный из-под стола, снес ему половину черепной коробки, забрызгав стены бледно-серыми ошметьями мозга.
   Несколько секунд Аль Максуд сидел неподвижно, глядя, как дергается в кресле напротив обезглавленное тело.
   – Ты уже продал нам все, что мог, шакал… – медленно процедил он сквозь плотно сжатые зубы.
   Коричневое лицо ганианца, несмотря на все самообладание, было в этот миг серым, как пепел.
   Он слишком хорошо понимал, что тихий, почти беззвучный выстрел импульсного пистолета не означал решения проблемы.
   Встав, Аль Максуд подошел к переборке и коснулся сенсора, управлявшего механизмом дверей.
   Как только щель открылась сантиметров на тридцать, он несколько раз выстрелил в проем, затем не останавливаясь вошел в забрызганное кровью тесное помещение и отрывистым, осипшим голосом приказал своим ошарашенным телохранителям:
   – Вычистить оба корабля! Живо!
* * *
   Получив короткую передышку в событиях, Вадим отвел взгляд от экрана.
   Диск-кристалл продолжал судорожно взмаргивать индикатором записи. Рорих, который присел на скошенный край терминала, подозвал Ваби и что-то негромко сказал ему на ухо. Карлик кивнул и исчез в соседней комнате.
   – У них много кораблей? – наконец спросил Эрни, нарушив тягостную тишину.
   – Я видел пять.
   – И все, как я понял, обшиты этой новой броней?
   Вадим неопределенно пожал плечами.
   – А у нас? – настаивал Рорих.
   – У нас их нет, Эрни. Земля под действием санкций. Элианский протокол, слышал о таком?
   – Нет, – покачал головой Рорих и добавил:
   – Я бы на твоем месте поискал по помещениям Хакима.
   – А что?
   – Я знаю этого отморозка. Он сейчас наверняка беседует по ГЧ с Ганио.
   – У нас нет возможности отследить канал.
   – Зато можно услышать, что говорит Бешеный.
* * *
   Аль Максуд действительно говорил в этот момент по ГЧ.
   И Рорих, и Полуэктов – оба знали ганианский в той мере, чтобы обойтись без переводчиков.
   Нетрудно было догадаться, о чем идет речь по отрывистым, нервным фразам, которыми обменивался Хаким с невидимым абонентом:
   – Нет… Он раскрыл нашу станцию. Что? Это не мое дело, Ванг Шиист! Я воин, а не торгаш!
   На несколько минут в отсеке, откуда велись переговоры, наступила тишина. Хаким молча слушал, кивая.
   – Хорошо. Мне нужны люди. Я устал играть в прятки. Да, все корабли укомплектованы. Нет. Я сломаю им хребет! Я заберу их флот и уведу его в туманность!
   Опять наступила пауза, но теперь она оказалась очень короткой.
   – Э, они не воины! – зло произнес Хаким. – Я спущу их орбитальные станции им же на голову! Все, я сказал!
   Похоже, что сопротивление на том конце связи было сломлено.
   – Я ухожу в туманность, к флоту. Свяжусь оттуда. – Аль Максуд раздраженно хлопнул ладонью по панели связи, заставив ее огоньки судорожно, заполошно взморгнуть.
   Некоторое время он стоял, опираясь руками о приборную панель, и его мутный, отсутствующий взгляд был направлен в темные глубины погашенного экрана, где жило его смутное, искаженное отражение.
   Справившись с обуревавшими его эмоциями, он наконец выпрямился и произнес, обращаясь в никуда:
   – Анвар, Юсуф, вы еще долго там будете возиться? Мы уходим!
* * *
   Рорих подошел к окну, чуть отодвинул занавеску, выглянув на улицу.
   – Уходить надо, Вадим, – произнес он. – Скоро тут не останется ни одного свободного корабля. Дай бог, чтобы наш фрахт не отменили… – Он обернулся, посмотрел на Полуэктова, мысленно представляя, как медленно уходят со своих орбит, падая в бездонную синь атмосферы, орбитальные заводы-станции, по которым только что грозился ударить Хаким Аль Максуд, и добавил:
   – Это, по-моему, уже не гладенький форс-мажор, а война?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [26] 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация