А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Таня Гроттер и Золотая Пиявка" (страница 19)

   Прикинув, что она не так давно видела и слышала Грызиану Припятскую по зудильнику, Таня предположила, что на сей раз не повезло именно Синей Бороде, Невольно улыбнувшись, она взглянула на заголовок следующей магзеты, и – внезапно буквы запрыгали у неё перед глазами: «Академик Сарданапал злодейски убивает Леопольда Гроттера и его жену Софью. Младенца берет на воспитание волшебница Чума-дель-Торт. „Лео Гроттер был моим лучшим другом“, – утверждает она».
   – Этого не может быть! Чушь какая-то! – пробормотала Таня.
   Разорвав магзету, она отшвырнула её, но следующая же магзета сообщила ей: «Мир спасен от злодея Сарданапала! Талисман Четырех Стихий у Чумы-дель-Торт».
   Буквы в заголовках ехидно прыгали, как на черных надгробиях, Кажется, магзеты, к которым долго никто не обращался, успели соскучиться без читателей и теперь поспешно выпаливали все новые гадости:
   «Белые маги проходят принудительное лечение от вируса доброты».
   «Новые правила драконбола: без мячей и драконов».
   "Профессор Клопп: «Гадить ближнему – есть оснофф отличный настроений. Не нагадиль ближнему – прожиль день зря!»
   «Убийца Гроттеров академик Сарданапал навеки заточен в подвалах Тибидохса».
   «Белое отделение Тибидохса закрыто. Белая магия запрещена. Ученики волшебных школ отправляются на добровольное зомбирование».
   «По многочисленным просьбам болельщиков драконбол переименован в тухлобол».
   В следующей магзете Таня увидела жуткую оживающую фотографию. Костлявая старуха в плаще и младенец у неё на руках, которого старуха прячет в футляр от контрабаса. Надпись под фото поясняла:
   «Чума-дель-Торт со слезами отдает сиротку Гроттер на воспитание лопухоидам. Уж кто-кто, а Дурневы сумеют дать девочке достойное воспитание».
   После этого в магзетах надолго наступило затишье. Лишь через девять годовых подшивок она наткнулась на жирный заголовок: «Танечка Гроттер возвращается в Тибидохс. Трогательное прощание с родственниками (на фото: Таня целует Г. и Н. Дурневых)».
   – Ой, нет! И Пипа тоже растрогана! Дарит мне коробку конфет! А тут что? Мамочки, пристрелите меня, чтобы я не мучилась! – простонала Таня, рассматривая следующую магзету: «Дочь Гроттера поступает на очень темное отделение (на фото: Та-Кого-Нет и Поклеп Поклепыч принимают у новой ученицы клятву на черепе)».
   – Мерзость какая! И где они такой череп выкопали? Впрочем, лучше не спрашивать, – сказала Таня.
   Просмотрев ещё сорок магзет, она обнаружила в сорок первой небольшую заметку: «Таня Гроттер делает успехи в темной магии (на оживающем фото слева-направо: Баб-Ягун, Т.Гроттер, Г.Склепова)».
   – Брр! – поежилась Таня, – Я обнимаюсь с Гробыней! Что на меня нашло? Может, меня гнилыми помидорами обкормили?
   Несколько месяцев магзеты молчали, а затем вновь запестрили крупными заголовками:
   «Чума-дель-Торт: эта девочка рождена для тухлобола».
   «Победа в тухлобольном турнире. Грифы отдыхают. Татьяна Гроттер забрасывает семь кусков гниющего мяса в череп темным».
   «Т.Гроттер отказывается от дополнительных занятий по червеедению. „Спортивные нагрузки слишком велики“, – говорит она».
   – Уф, хоть одна хорошая новость! – буркнула Таня, возвращая магзеты на место.
   Она уже поняла, что магзеты, набитые всякой чушью и однодневными сенсациями, не собираются сообщать ей главного: как произошло, что изменилась реальность. Причем не просто изменилась, а на одиннадцать лет вглубь!
   Почему академик Сарданапал был обвинен в убийстве её родителей? Отчего Чума, завладевшая талисманом, не убила её, даже не завладела её телом, а сделала своей любимой ученицей? Почему белые маги сдались почти без боя? И наконец, если Чума достигла желаемого и получила талисман, отчего она не открыла Жуткие Ворота и не выпустила духов хаоса?
   Из-за стеллажей донеслось старческое хихиканье.
   «Интересно, что он там делает?» – подумала Таня и прокралась к стеллажам. Джинн Абдулла сидел на полу и увлеченно перелистывал дебильные журнальчики для подростков, выстригая ножницами фотографии подмигивающих полуодетых ведьмочек. Он явно вознамерился составить себе целый гарем.
   Заметив Таню, Абдулла пугливо оглянулся и прижал журналы к груди.
   – Уходи, а то укушу! Не отдам мои картинки! – закричал он.
   Таня попятилась, подумав, что переборщила с заклинанием.
   «Ну и ладно! От „Склеротикус маразматикус“ ещё можно излечить, чего уж точно не скажешь про проклятия самого Абдуллы», – успокаивая себя, решила она и пошла между стеллажей.
   Тысячи книжных корешков нависали со всех сторон и пытались давить своей многочисленностью на неустоявшуюся детскую психику. Некоторые книги были прикованы к полкам цепями. Другие неуклюже шевелились и шуршали. Третьи на глазах раздувались до невероятных размеров.
   Что-то с писком выскочило у Тани из-под ног. Это, высоко подскакивая и отталкиваясь от пола залистанными страницами, мчалась тоненькая книжонка. На обложке у неё значилось: «Клавдия Яузник и граф Фоманов. Теория доносительства».
   «Нет, так я точно ничего не найду. А что, если попытаться иначе?» – подумала Таня.
   Остановившись, девочка сосредоточилась, выпустила из кольца искру и громко произнесла:
   – Квасис грасис отыскатис. Я хочу хоть что-то понять!
   Не успела зеленая искра погаснуть, как послышался шорох. К Тане катился смятый бумажный ком – вырванная страница из какой-то книги. Снаружи ком был покрыт толстым слоем пыли. Похоже, ему много лет пришлось пролежать где-то под стеллажом.
   Разворачивая бумажку, Таня ощутила внутри что-то твердое. К ней на ладонь упал старинный перстень с печаткой. Девочке почудилось, что когда-то ей уже приходилось его видеть, но вот где и у кого? Кольцо Феофила Гроттера ревниво проворчало что-то невразумительное.
   Таня уже хотела отбросить бумажку, в которую был завернут перстень, но случайно взглянула на неё и узнала... свой собственный почерк.
   Точнее, её рукой здесь были выведены лишь некоторые строки. Другие же строки и отсутствующие слова приписывал явно кто-то другой, обладающий старомодным почерком со множеством завитушек.

   От яростных молний дрожат небеса -
   Не скроются в толще стены чудеса.
   Никто не обманет мрака стекло -
   Во зле отразится безликое зло.
   Старая печь натоплена жарко -
   И в щель торопливо вползает Пиявка.
   Расставлены сети злодейские ловко
   Столкнутся два первых – и лопнет веревка.
   Свершится проклятие древних могил.
   И встанет Чума во главе темных сил.
   Лишь тот победит, кто забу...

   И это все, что можно было разобрать. Нижний край страницы – теперь Таня поняла уже, что это была последняя страница из книги исчезнувшего Гуго Хитрого – отсутствовал. Вероятно, в последний момент, уже понимая, что улизнуть ему не удастся, Гуго торопливо вырвал лист и, завернув в него свой перстень, его магией телепортировал расшифрованное пророчество под стеллаж в библиотеке. Он был уверен, что там его рано или поздно найдут.
   «Дух, Пиявка и веревка. Когда происходит последнее событие, высвобождается древнее проклятие. Неудивительно, что мир перевернулся с ног на голову. Я подружка Пипы, приятельница Гробыни и любимая ученица Чумы-дель-Торт... Просто крыша едет!» – подумала Таня.
   Она попыталась припомнить конец пророчества, его оторванную самую важную теперь строку, но в памяти уже все смазалось. Кажется, Древнир предлагал куда-то шагнуть, но вот куда? Единственным, кто, возможно, мог ещё ответить на этот вопрос, был Сарданапал, томящийся в подвалах Тибидохса. Вот и не верь после этого пророческой жиже профессора Клоппа!
   Витражное окно библиотеки залилось нежным поросячьим румянцем. Рассветало. Малютка Гроттер, как тут, похоже, многие её называли, сообразила, что пора возвращаться в магпункт. Спрятав перстень Гуго Хитрого и лист с пророчеством в карман, она выскользнула из книгохранилища.
   Джинн Абдулла млел от счастья в объятиях бумажных красоток и заливался визгливым смехом. Журнальный гарем пугливо косился на дрожащие ножницы в старческой руке.
   Прежний мир безмятежно летел в тартарары...

   Глава 12
   САМЫЙ ПРЕДАННЫЙ НЕДРУГ

   Вернувшись в магпункт и заглянув за свою ширму, Таня замерла соляным столбом.
   На её кровати кто-то лежал, накрытый одеялом с головой. Приготовив на всякий случай кольцо, чтобы метнуть, если понадобится, боевую искру, она рывком сдернула одеяло. Под одеялом обнаружился сияющий Баб-Ягун, в руках у которого была целая связка мухоморов.
   – Ага, вот и ты! – засмеялся он. – Где ты шастаешь по ночам? Я уже два раза засыпал!
   – Ягунчик! Здорово, что ты пришел! Ты настоящий друг! – радостно взвизгнула Таня.
   Она забыла уже все прежние обиды. Ей захотелось расцеловать Ягуна в обе щеки – все-таки родной человек в таком неродном, изменившемся мире!
   Вот только Ягун почему-то обиделся.
   – Чего ты меня оскорбляешь? Какой я тебе друг? Я твой недруг! Разве какой-то там друг потащится среди ночи в магпункт с целым букетом мухоморов и только что срезанных поганок? Да ещё каких! С капельками росы на гнилых ножках! На такое способен только самый заклятый, самый преданный недруг! – заявил он.
   – Ну да... Конечно, ты мой недруг... Самый преданный недруг! Я так сильно шарахнулась головой, что все путаю, – поспешно согласилась Таня.
   Она запоздало сообразила, что в опрокинутой реальности всё понятия перевернуты: дружба называется враждой, добро – злом, а лучший друг – злейшим недругом.
   «Бедный Ягун, ведь в этом новом мире он был зомбирован вместе со всеми белыми магами, причем ещё ребенком!» – подумала Таня, Интересно, может она доверять этому Ягуну так же, как прежнему? Девочка понадеялась, что хотя бы по сути ничего не изменилось и друг так и остался другом.
   – Где ты пропадала? Небось ходила по коридорам и гадила всем? – поинтересовался внук Ягге.
   – Э-э... Вроде того... – осторожно ответила Таня.
   – Так я и знал! Ты всегда была заученной ботаничкой. Все нормальные маги гадят днем, а заученным – тем и дня мало. Недаром Чума ставит тебя всем в пример. Даже Шурасик завидует, – закивал Ягун.
   Вскочив с кровати, он отыскал где-то вазу и поставил в неё свой скверно пахнущий букет. При этом вид у Баб-Ягуна был такой горделивый, что Таня, опасаясь обидеть самого преданного недруга, не стала сбрасывать букет с тумбочки.
   – Слышала новость? – спросил Ягун. – Только – тшш! – никому! Мне бабуся по секрету сказала, а сама она узнала от Медузии. Никому не расскажешь? Даже джинну Абдулле?
   – С каких это пор я ему докладываюсь? Да и потом у него сейчас, кажется, другие проблемы, – пожала плечами Таня.
   – Ладно, слушай, Чума-дель-Торт собирается оживить каменных истуканов и отправить их покорять Черепаху Вечности, Кто покорит Черепаху – тот покорит и весь мир. Уж тогда-то Жутким Воротам точно не устоять, – возбужденно сообщил Ягун.
   – Какую ещё Черепаху Вечности? – не поняла Таня.
   Она еще, помнится, удивилась, что Ягун отважно называет Чуму-дель-Торт по имени. Прежний Ягун, как и все в Тибидохсе, предпочел бы более неопределенное – Та-Кого-Нет.
   Ягун поднял брови.
   – Ой, мамочка моя бабуся! Да ты и правда все забыла. Магический мир стоит на трех слонах, а три слона на черепахе!
   – Да? А я почему-то думала, что земля круглая, – хмыкнула Таня.
   Все-таки, что ни говори, а то, что в московской школе она была хорошисткой, так скоро не пропьешь. Даже если регулярно отхлебываешь лекарства из скляночек Ягге.
   Ягун возмущенно подпрыгнул на трехногой табуретке.
   – Чушь! Твои лопухоиды не верят в очевидные вещи – например, в волшебные школы и в то, что можно летать на пылесосе! А раз так, что стоит вся их наука? И потом, только лопухоид не видит разницы между планетой – Сарданапал её знает, может, она точно круглая? – и магическим миром. Если они где-то и пересекаются, то лишь в одной, совсем пустяковой точке, в которой мы и живем! Вроде как две прямые! Один раз встретились – и всего хорошего! Пишите письма!
   Таня едва слушала Ягуна. Она размышляла о другом. Черепаха... Три слона... Каменные истуканы... Не те ли, которых она видела в коридорах Тибидохса? Значит, даже получив талисман Четырех Стихий и власть над магическим миром, Чума не смогла открыть Жуткие Ворота. Лишь теперь, долгие годы спустя, она вновь подбирается к ним уже с помощью каменных истуканов, которых хочет послать войной на Черепаху!
   Вот только чего Чума ждала все эти годы? Не лопнувшей же веревки? Едва ли. Что ей стоило отобрать контрабас у своей любимой ученицы Танечки Гроттер и швырнуть его, скажем, с Большой Башни, Нет, разгадку следует искать в другом.
   Таня поняла, что ей обязательно надо увидеть Сарданапала и поговорить с ним. Похоже, в перевернутом мире лишь три фигуры сумели устоять на доске и остались прежними; Чума-дель-Торт, академик Сарданапал и она, Таня, волей случая оказавшаяся на контрабасе в тот миг, когда лопнула веревка.
   Очнувшись от задумчивости, Таня поняла, что Ягун склонился над ней и давно что-то нетерпеливо повторяет:
   – Эй, эй! Ты меня что, не слушаешь? Я уже пять раз спросил, что с тобой такое?
   – Прости, я отвлеклась. Слушай, Ягун, помоги мне, будь другом...
   – Что?
   – То есть недругом... – поправилась Таня. – Я должна пробраться к Сарданапалу!
   Оттопыренные уши Ягуна понимающе вспыхнули:
   – А, навредить ему хочешь! И правильно, после того, что этот добрячок сделал с твоими родителями!
   – А точно известно, что это он? – не выдержала Таня.
   Внук удивленно моргнул.
   – А то кто же? Он, больше некому. Разве Чума-дель-Торт станет врать? Она ведь прилетела туда сразу после Сарданапала и скрутила этого гада с помощью народных дружинников из нежити! Он даже не сопротивлялся. Стоял, как дурачок, и повторял:
   «Леопольд, Софья! Как же так? Кто это сделал?» Глумился, одним словом.
   Таня заставила себя промолчать. Кажется, Ягуна зомбировали сильнее, чем она предполагала. В противном случае, неужели он не понимал бы очевидных вещей?
   – Хорошо, пошли к Сарданапалу! Поиздеваемся над ним. Время до завтрака вроде ещё есть. Только учти, мы рискуем. Нам придется пробираться мимо караулки циклопов, а потом сразу вниз – в подвал. Если нас застукают – тут уж жди добра. Собирать слизняков и мышиный помет – это самое меньшее, что нам светит, – предупредил Ягун.
   – Червей я уже собирала. И жуков-вонючек тоже. Так что особо привыкать не придется. А твоя бабуся не всполошится, если утром не найдет меня в магпункте? – поинтересовалась Таня.
   – Не-а. Ты ей только оставь записку. Ушла, мол, на «Дополнительные зверства» и «Общее оподление». Или напиши там, что готовишь доклад по «Теории нравственных пыток». Тогда бабуся точно поймет, что у тебя с башкой все в порядке, – заверил её Ягун.
   Толком не дослушав, Таня вырвала лист из книжки рецептов и крупно написала:

   «ПРОШУ МЕНЯ НЕ ИСКАТЬ. УШЛА НА ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ ЗАПАДЛО. ТАНЯ ГРОТТЕР».

   Ягун покачал головой.
   – Опять не то! Что это за «допольнительное западло»? Нет такого предмета, Ладно, оставь как есть! Бабуля разберется. Пошли!
   Ребята выскользнули из магпункта и, свернув сразу к лестнице атлантов, направились в старую часть школы. Атланты угрюмо стояли, удерживая на плечах массивные своды Тибидохса. У некоторых успели отрасти длинные бороды из сталактитов. У других были отбиты носы и уши. Третьи выглядели обрюзгшими. Таня отметила, что в её реальности за атлантами смотрели лучше.
   – Тихо! Ты что, не слышишь? Кого это ещё угораздило на рассвете шляться? – Ягун схватил девочку за руку и потащил её за мраморную ногу ближайшего атланта.
   С лестницы спускался Конек-горбунок, навьюченный огромными мешками с битым кирпичом. Ноги у конька расползались от непомерной тяжести. Копыта были сбиты. Прежде неунывающий горбунок сильно смахивал на печального ишака из восточных сказок.
   За коньком, грубо поторапливая его, шагал завуч Тибидохса Поклеп Поклепыч. Небритая физиономия Поклепа, мертвенное голубоватое сияние его плеши и новый идиотический блеск, появившийся в маленьких глазках-буравчиках, ясно свидетельствовали, что в этой реальности Поклеп – стопроцентный черный маг.
   – А ну пошел! Шевелись, ленивая тварь! Не будешь шевелиться – пойдешь на похлебку циклопам! – покрикивал Поклеп.
   Конек-горбунок едва справлялся с огромными ступенями лестницы. Когда он поровнялся с атлантом, за ногой которого прятались ребята, передние ноги у него подломились, и он упал на колени.
   – А ну вставай, мешок с костями! Тебе бы только сено жрать! Можно подумать, я не кормлю тебя раз в неделю! – заорал на него Поклеп, изо всей силы пиная конька в тощий бок.
   Таня увидела на глазах у конька слезы. Он пытался подняться, но не мог.
   – Не хочешь вставать? Не хочешь? Хуже будет! Хребет сломаю!
   Завуч вновь занес ногу, но пнуть конька во второй раз уже не успел.
   – Искрис фронтис! – не задумываясь о последствиях, быстро шепнула Таня.
   Боевая искра с треском оторвалась от её перстня и толкнула Поклепа между лопаток. Кафтан завуча задымился. Потеряв плащ, черный маг покатился вниз, носом считая ступени. Атланты провожали Поклепа заинтересованными взглядами. Учитывая колоссальные даже для волшебного мира размеры лестницы, завуча ждало долгое и увлекательное путешествие.
   А Таня уже торопливо развязывала мешки, освобождая конька от груза. Тот благодарно шевелил ушами и тыкался ей носом в живот.
   Ягун оцепенел. Он все никак не мог прийти в себя.
   – Ой, мамочка моя бабуся! Ты сделала это с Поклепом! Выпустила зеленую искру! Зеленую! Если Чума узнает, тебя зомбируют, сотрут память! Белая магия же запрещена! Откуда ты вообще узнала эти заклинания? Кто тебя научил?
   Таня выпрямилась и внимательно посмотрела Ягуну в глаза. Бывают минуты, которые определяют все. Эта была именно такой.
   – Кто научил – тот научил. Ты-то Чуме не скажешь? Нет? – спросила Таня. Баб-Ягун побагровел.
   – Я скажу? Как ты могла такое подумать? Я же твой недруг! И потом, разве не с тобой мы выпустили из клетки жертвенных голубей! – воскликнул он.
   Таня благодарно посмотрела на Ягуна. Ей почудилось, что с души у неё упали точно такие же мешки с кирпичом, как те, от которых она только что освободила конька.
   – Прости, Ягун. Я сама не знаю, что на меня нашло. Может, я и правда стала какая-то чокнутая, – сказала она.
   – Забудь об этом! Не бери в голову! Но как ты Поклепа искрой шарахнула! Я глазам своим не поверил. Недаром этой белой магии так все боятся! – успокаиваясь, с восхищением повторил Баб-Ягун.
   Заметив на лестнице слетевший с Поклепа плащ, Таня подняла его, решив, что он может ещё пригодиться, Неожиданно снизу донесся вопль – кошмарный, злобный вопль. Похоже, Поклеп только что завершил свой экстремальный спуск и теперь спешил наверх в поисках, кого поблагодарить за незабываемый маршрут. Он явно использовал одно из скоростных заклинаний черной магии, потому что поднимался стремительно, перескакивая через несколько ступеней и оставляя в сером предрассветном воздухе огненный след.
   Таня поняла, что им не уйти, Поклеп приближался слишком быстро. Девочка вскинула руку с кольцом, собираясь крикнуть «Искрис фронтис», но тут Конек-горбунок заржал и нетерпеливо ударил копытцем.
   – Смотри! Он приглашает, чтобы мы на него сели! – шепнул Баб-Ягун.
   Внук Ягге запыхался. Он сталкивал вниз мешки, решив поиграть с завучем в интересную народную игру «убеги от кирпича!». Взбешенный Поклеп решал проблему просто: испепелял катящиеся сверху камни раскаленным взглядом.
   – Я уже на коньке! – крикнула Таня, отрывая Ягуна от его увлекательного занятия.
   Она забралась на горбунка и крепко ухватила его за длинные уши. Ягун запрыгнул сзади. И откуда только у конька взялись силы! Выбивая копытцами искры, он помчался по каменным ступеням. В ушах у девочки засвистел ветер, Ощущения были те же, что при игре в драконбол, Вот только в драконболе контрабас летел обычно ровно, конек же то ухал вниз, то совершал очередной головокружительный прыжок. Да, это была незабываемая джигитовка!
   – Я с-с-сей-ч-ч-час шы-ш-шы-ле-е-пнусь! – Ягун сидел на крупе конька, поэтому и тряски ему перепадало побольше.
   Если он пока удерживался, то лишь потому, что клещом вцепился Тане в пояс. Перспектива прослыть отважным джигитом явно не казалась бедолаге привлекательной.
   – Будь мужчиной!
   – П-п-при чем т-т-ту-ут э-э-т-то? М-может, п-пе-е-е-реся-я-дешь? – раздраженно донеслось сзади.
   Предложение было чисто риторическим. Ягун отлично знал, что пересесть на такой скорости невозможно. Внезапно конек остановился как вкопанный, Потрескивающие впереди черномагические заклинания мешали ему скакать дальше.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [19] 20 21 22 23

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация