А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Дао воина" (страница 19)

   – Я – «Бандит»… У того, что с грузом, переговорное устройство. Не дать провести предупредительный разговор. Позывной – «Шестой»… У моего гостя позывной – «Второй»… У того, что послал навстречу «Шестому» человека, позывной – «Четвертый». А кто у нас «Первый»? – вопрос относился, как все поняли, к пленнику. – Спасибо, друг дорогой. «Первый» – чеченец. Бывший мент из Гудермеса по имени Хамзат. Будем иметь в виду…
   – Я – «Друг». В каком звании мент? – попросил уточнить Клишин.
   – В каком звании «Первый»? – спросил Сохно пленного. И тут же передал ответ через «подснежник»: – Капитан…
   – Уже легче… Капитан Хамзат… Не думаю, что там всех капитанов звали Хамзатами. Найдем…
   – Всем! Я – «Анчар»… Вижу человека, идущего сверху… Здесь просвет между деревьями… Спускается по тропе навстречу человеку с грузом. Всматривается в даль. У него бинокль. Соблюдать осторожность! Может заметить…
   – «Анчар»! Я – «Друг»… Выходи на перехват. Возьми с собой кого-нибудь на подстраховку.
   – Я в стороне… Никого рядом… Один справлюсь…
   – С богом…
   – Я – «Гном», вижу впереди спину… Метрах в сорока…
   – Я – «Весна!» – вступил в разговор капитан Трошин. – Мы тропу контролируем сверху. У нас тоже человек. Тоже спускается… Как раз навстречу грузу…
   – Я – «Друг». Брать без звука…
   – Я – «Бандит». Разворачивайте карту и следите по ней… – вновь заговорил Сохно. – Квадрат «семнадцать». Каменная гряда. На нижней отметке гряды площадка. Минометная точка. Среди камней два снайпера. Должна быть точка внизу, на площадке в середине склона, но мы ее уже сняли. В группе лже-«драконов» большие потери. Примерно половина личного состава. Тела выносили чеченцы, приданные группе в прикрытие. Чеченцев два десятка. Сейчас они у нас за спиной. Рекомендую выставить охранение.
   – Это все? – переспросил Согрин.
   – Нет. Где-то еще затесался крупнокалиберный пулемет. Но «Второй» не знает точку. Он отошел, когда ставилась задача пулеметному расчету.
   – Искать пулемет… – подал команду Клишин. – Два человека, в охранение вниз…
   – Я – «Рапсодия»… «Бандит», чем заняты твои «краповые»?
   – Отправляю их с пленными в село. Пусть лорд с насморком полюбуется и почихает…
   – Осторожно… Снайперы уберут свидетелей первыми.
   – Поздно, доктор, я уж умер… – после непродолжительной паузы сказал Сохно.
   – Что? – не понял Согрин.
   – Они уже начали обстрел. У меня переговорное устройство. Я слушаю разговоры внутри группы. Они начали обстрел, не дождавшись, когда принесут мины. Мины, должно быть, предназначены для вертолетов…
   – У них минометчик хреновый… – вставил фразу подполковник Клишин. – С такой дистанции не попадет…
   – Однако напугает… Но они ждать не стали… Момент показался подходящим. Луспекаев, что у тебя со связью? Нет связи? Нет… Мы не знаем, что происходит в селе…
   – Я – «Анчар»… У меня пленный… Связал… Переговорного устройства нет…
   – Пасть ему его же портянкой заткни…
   – Заткнул косынкой…
   – Будем надеяться, что они подстрелили только лорда и не тронули наших… – сказал Согрин и скомандовал как старший по званию: – Клишин, идем форсированным маршем.
   – Идем форсированным маршем… – повторил Клишин команду для своих «драконов».
   – Я – «Весна», – доложил капитан Трошин. – У нас тоже пленный. Портянок нет, он в башмаках. Используем косынку.
   – Я – «Гном»… Вам хорошо, потому что вы молодцы, а я перестарался… – в разговор вступил лейтенант Тропилин. – Я без пленного… «Шестой» слишком хорошо дерется. Я вынужден был… Или – или…
   – Я – «Друг»… Проверь, может, жив?
   – Проверил реакцию зрачка… Стопроцентно…
   – Выходи за общей группой…
   – Выхожу… Мины беру с собой.
   – Зачем?
   – Захватите миномет… Сгодится…
   – Понял. Молодец… У «Шестого» переговорное устройство. Прослушай…
   – «Друг», я виноват… Переговорное устройство разбил в схватке…
   – Мог бы быть осторожнее…
   – Не мог… Он очень хорошо дерется…
   – Ладно, выходи в темпе…
   – Сейчас… Только перевязку закончу…
   – Что с тобой?
   – Он мне лопатку своей боевой лопаткой порезал…
   – Как сам себе лопатку перевяжешь? Помогите ему, кто рядом!
   – Я «Анчар»! Оставляю пленного… Связал хорошо. На «бабу-ягу»[32]… Сфотографировал… «Переговорки» у него нет… Иду к «Гному»…
   – В темпе… Поможешь тащить мины.
   – Всем! Я – «Бандит»… Отправил «краповых» в село с пленными. Провел инструктаж: подполковника Клишина они не видели, работали с группой полковника Согрина. В курсе будет только старший лейтенант Романов. Он понимает… Следователям пора спать. Лорду тоже… Выхожу на позицию… Осторожнее, не делайте попыток захватить меня. Я – при задержании особо опасен…
   – Я – «Рапсодия». «Бандит», перекрой им возможность отхода между сопкой и селом. Не забывай про чеченское прикрытие… Посылаю к тебе «Прыгуна»…
   – Понял…
   – Всем, кто может! Вперед! «Прыгун», сдвигайся в сторону ближе к «Бандиту». Выходи в пределы видимости.
   – Понял… – Кордебалет сразу свернул в сторону и моментально скрылся среди кустов и деревьев. Он любит работать в паре с Сохно, с которым они друг друга прекрасно понимают.
   – Всем, кто может! Вперед! – повторил подполковник Клишин своим «драконам». Мы подошли вплотную. Максимальная осторожность. Лучше брать ранеными, но живыми. Пленных – на «бабу-ягу». Пусть лежат…
   – Куда они могут отходить? – скорее сам себя, чем кого-то, спросил полковник. И сам же себе ответил: – Только в сторону федеральной трассы. Мы сможем выход к дороге перекрыть?
   – И послать некого, и не успеем… – ответил подполковник Клишин. – Лучше «садиться на хвост», так будет надежнее…
   – «Садимся на хвост»… – согласился Согрин. – Додавливать будем до конца…
   В чехле на поясе полковника завибрировал телефон спутниковой связи. Согрин вытащил трубку, посмотрел на определитель номера. Номер незнакомый…
   – Слушаю, полковник Согрин…

   ГЛАВА ТРЕТЬЯ

1
   Капитан Рославлев, на ходу читая, принес из узла связи и из управленческого шифровального отделения новые сообщения, пришедшие в ответ на многочисленные запросы, отправленные им по приказанию генерала Астахова по разным адресам.
   – Докладывай… – генерал хорошо понимал, что доклад всегда будет короче, чем чтение, а телеграммы ЗАС[33] и шифровки он сможет при необходимости прочитать и потом, когда они будут подшиты в дело, и само дело ему принесут на подпись перед передачей его в военную прокуратуру. Но основные факты в изложении капитана уже сейчас будут выглядеть подготовленным рабочим материалом, потому что Рославлев и собственные выводы, пусть и не обязательно правильные, выложит, и тем самым подтолкнет самого генерала к новым выводам, совпадающим или не совпадающим с выводами капитана, в зависимости от хода мыслей каждого.
   – Хорошо парни поработали… – капитан не удержался, чтобы не похвалить своих сослуживцев в Москве и вне ее, и даже коллег-смежников. Таким образом, пусть по касательной, он и себя хвалит. – Подняли большие силы, подключили антитеррористический отдел СВР и активизировали во многих странах деятельность Интерпола. И вот, товарищ генерал, результат…
   – Что бы они ни передали, я думаю, это еще не результат, а только лишь путь к результату… И кого же мы встретили на этом пути? – у Владимира Васильевича, кажется, судя по тону сказанного, начало подниматься настроение, потому что уже предыдущий материал дал определенную почву для построения версий. Новый, если спецы и в самом деле хорошо поработали, сможет эти версии выстроить. По крайней мере, надежда на подобный исход дела есть.
   – Пусть будет путь… Тем не менее… Но я начну по порядку… Мочилов провел идентификацию отпечатков пальцев. Это действительно домашняя фотокамера лейтенанта Проклова. На ней обнаружены отпечатки пальцев самого лейтенанта, его жены, их сына-второклассника и еще нескольких неизвестных нам людей. В настоящий момент антитеррористический отдел СВР передал в дактилоскопическую лабораторию ГРУ «пальчики» Джамили Хмелевской. Неизвестно, как они их добыли, но, мне думается, что они все-таки пытались «прорабатывать» вариант ее вербовки и отпечатки просто хранились в ее деле.
   Оттуда же, из СВР, сообщили, что в настоящее время Хмелевская находится недалеко, где-то в Подмосковье, на какой-то даче, но несколько дней назад приобрела билет на самолет в Осло. Там у нее прочные связи с чеченской диаспорой и с местными газетами. Собирается вылететь послезавтра. Если есть необходимость, в течение нескольких часов они могут выяснить адрес дачи, где она отсиживается, данные на хозяина и передадут все это нам.
   – Есть необходимость… – отреагировал Владимир Васильевич традиционным стуком по столу тупым концом карандаша.
   – У нас в управлении решили так же, и сейчас парни из СВР ищут этот адрес. У нас нет оснований для задержания Хмелевской. Пока – нет… Эти основания появятся только в том случае, если Мочилов подтвердит, что на фотокамере появились ее отпечатки. Однако и это не все… В настоящее время оперативная группа опять разыскивает Ларису Проклову, чтобы задать только один вопрос – бывала ли фотокамера когда-нибудь в руках Джамили. Телеграммы не будет. Результат нам сообщат просто по телефону. Тогда, при положительном ответе, мы теряем и это основание для ее задержания. Придется искать основания новые, но при делах, которыми Хмелевская занимается, с ними проблем быть не должно…
   – А она очень нам нужна? – наивно спросил генерал.
   – То есть?.. – не понял Рославлев.
   – Нам это задержание ничего не дает. Нет улик, и на все наши вопросы Хмелевская будет только пожимать плечами. И адвокаты насядут, не отвяжешься. Еще и иностранные адвокаты пожалуют, чтобы раздуть скандал… Нам же сейчас необходимо отследить ее связи. Вот что главное… Сама Хмелевская, – даже если предположить с достаточной долей уверенности, что фотокамеру выкрала она, – не лично привезла ее в Грозный и не сама положила в вещевой ящик с персональными вещами офицеров «Боевого дракона». Она просто передала кому-то эту фотокамеру, дальше камера ушла к бандитам, а оттуда срочным порядком была доставлена в казарму и положена в ящик… В строго определенный ящик, прошу учесть. Человеком, который знал, чей это ящик. То есть имел возможность наблюдать, как лейтенант Проклов им пользуется. Ящики подписаны?
   – Нет, только пронумерованы.
   – Номера ящиков «драконы», я полагаю, на груди не носят. Следовательно, я еще раз заостряю внимание на очевидном факте, – сделал это кто-то хорошо осведомленный о деятельности «Боевого дракона» и вхожий в казарму, куда пускают далеко не всякого. Вот именно этого человека необходимо искать. И только отыскав его, мы имеем право думать о полной невиновности лейтенанта Проклова, хотя я лично верю в эту невиновность уже сейчас и продолжаю косвенно верить в невиновность всего «Боевого дракона». Но, повторяю, прошу мне это доказать… Если нам назойливо навязывают одно мнение – значит необходимо рассматривать мнение другое. И потому ты после доклада поедешь к «драконам» и сразу поговоришь о том, кто мог подложить фотокамеру в ящик лейтенанта. Понял задачу?
   – Понял, товарищ генерал. Разговаривать можно, полагаю, со всем личным составом?
   – Естественно. У них боевое братство, команда друг друга поддерживает.
   – Понял.
   – Продолжай…
   – Дальше, товарищ генерал, все так же интересно, но еще более запутано… Интерпол по своим скрытым каналам добыл банковскую подпись со счета, открытого на имя Хмелевской. Наши сотрудники без особых хлопот отыскали образец настоящей подписи. При оформлении гражданства России Хмелевской пришлось подписывать множество документов. Поэтому проблем не возникло. Но… Результат экспертизы получился ожидаемый. В банке Джамиля никогда не была. Это не ее подпись, хотя очень похожа… Повторяю, очень похожа, и эксперты, категорично не утверждая, дают восемьдесят процентов на то, что подпись подделана, и только двадцать процентов на случайное совпадение…
   Трубка сотового телефона на столе перед генералом начала подпрыгивать в тон бравурной мелодии звонка и, одновременно вибрируя, съезжать к краю, угрожая падением на пол. Генерал торопливо взял трубку, раскрыл и глянул на определитель номера.
   – Полковник Мочилов, – вежливо сообщил капитану, тоже ждущему этого звонка, хотя, учитывая разницу в званиях и служебном положении, мог бы и не сообщать. – Я слушаю вас, Юрий Петрович… Есть, я надеюсь, новости?
   – Есть, Владимир Васильевич. И интересные. Нашу телеграмму вы уже получили…
   – Получили. Мне сейчас как раз про ваши успешные дела капитан Рославлев докладывает.
   – В дополнение, товарищ генерал… Нам переслали из СВР отпечатки пальцев Джамили Хмелевской. Провели дактилоскопическую экспертизу… Результат положительный… Она брала в руки камеру… Отпечатки есть… Но вот что меня смущает… В трех случаях ее отпечатки пальцев перекрываются отпечатками пальцев лейтенанта Проклова, а дважды – жены Проклова – Ларисы. Из этого мы можем сделать вывод, что камера была у нее в руках и раньше, но нет никакой гарантии, что побывала после того, как Хмелевская посетила в последний раз квартиру Прокловых.
   – То есть экспертиза не дала нам повода утвердить обоснованность обвинения в адрес Хмелевской, – уточнил Астахов.
   – Так точно, товарищ генерал. Не пойман – не вор… Значит, надо ловить…
   – Ну, отрицательный результат – это тоже результат. У вас что-то еще?
   – Несколько минут назад я связывался с Басаргиным. У него есть свежая телеграмма из Лиона. Я не совсем в курсе его очередной версии, но Басаргин подозревает, что нынешняя акция в Чечне есть только маленькая часть большой и значительной международной акции. Он интересовался Гуантанамо. Оттуда получено подтверждение массового отравления пленных талибов. К счастью, применен несмертельный биологический яд из редких, группы растительных ядов. Дозировка была дана неправильно, иначе яд мог бы стать и смертельным. Но и при небольшой дозировке этот яд обладает побочными действиями, в дальнейшем продолжая отравлять жизнь тому, в чей организм он попал. Происхождение яда индонезийское. И в дополнение к этому Басаргин получил данные из самой Индонезии, где расстрелян автобус с рабочими-мусульманами, возвращающимися с работы к себе в деревню. Известие всколыхнуло еще несколько мусульманских селений, и раньше активно поддерживающих мусульманских повстанцев. Очевидно, завтра нам следует ожидать обобщающих оценок событий в мировой прессе и следует к этому подготовиться.
   – Уточним, Юрий Петрович… Басаргин утверждает, что акция в Чечне не направлена конкретно против России?
   – Да, он считает, что эта акция является частью целой серии акций, цель которых – показать целенаправленность подготовленных мировой глобалистической системой ударов по мусульманскому миру, с глобализмом не согласным, и всколыхнуть волнения среди мусульман в разных странах. Особенно сильная реакция может последовать в мусульманских странах Юго-Восточной Азии и в слаборазвитых странах Африки. Там можно ожидать христианских погромов.
   – А как же пресловутый лорд Джаккоб? Каким образом он оказался в нужный момент в нужном месте? Он, по мнению Басаргина, причастен к международному заговору?
   – Лорд просто явился промежуточным инструментом. Гвоздем, который вбивают по самую шляпку, чтобы сооружение крепче держалось. Он всегда лезет в дела Чечни, но не суется ни в Гуантанамо, ни в Индонезию, ни в Малайзию… И его используют только в Чечне. Но если его здесь убьют, то шум поднимется большой. Не удивлюсь, что лорда вместе с его насморком через какой-то промежуток времени попытаются возвести в мученики «зеленого дела». По крайней мере, все к тому и идет, даже без ведома самого лорда.
   – Спасибо за информацию, Юрий Петрович. У вас нет никаких вестей от самого подполковника Клишина?
   – Пока ничего нет, но в район действия оставшихся на свободе «драконов» вышел полковник Согрин со своими неразлучными подполковниками…
   – Сохно и Афанасьевым?
   – Да… Согрин, надеюсь, сможет Клишина отыскать…
   – Когда у Согрина сеанс связи?
   – Если есть необходимость, можете позвонить ему на спутниковый телефон.
   – Это хорошо. Мне хотелось бы иметь с места события самые свежие данные. Давайте, Юрий Петрович, номер…
2
   Очевидно, день для московских водителей выдался чрезвычайно тяжелый, такой, какие даже в постоянно перегруженной автомобилями Москве встречаются не часто. Это Басаргин понял уже по тому, что Андрей Тобако, не имеющий себе равных в умении пробираться через дорожные пробки, присутствуя на допросе Порошина в «Альфе», привез своего подопечного в офис уже после того, как из той же «Альфы» прислали по электронной почте полностью оформленные протоколы того же допроса. И Александр Игоревич бегло успел с ними познакомиться. Бегло потому, что суть дела он уже знал со слов Доктора и Тобако. И отложил листы распечатанного протокола как раз в тот момент, когда раздался звонок в дверь.
   Порошин показался Басаргину не то, чтобы слишком умным, но сообразительным человеком, умеющим приспосабливаться к любым ситуациям. Такие люди, как правило, не разделяют обстоятельства на плохие и хорошие, они в любых умеют себя чувствовать так, как им хочется. Одним словом, самостоятельный человек, с решительным взглядом.
   – Я уже знаю практически все, о чем вы беседовали в «Альфе», – сказал Александр Игоревич, как только гость уселся, и Тобако принес на всех троих чай, – если вы, конечно, не вели отдельный разговор с условием, что он не будет фигурировать в протоколе.
   – Перед тем как подписать, я протокол прочитал… За исключением несущественных мелочей, они записали все, хотя и не моими словами.
   Порошин держался все же чуть-чуть скованно, говорил сдержанно, но это, должно быть, решил Басаргин, естественное и временное явление. После стольких неприятностей попасть еще и на допросы сначала в «Альфу», а потом в Интерпол. Для обычного человека это слишком много.
   – Рассказ о ваших злоключениях может, конечно, быть в какой-то степени и доказательным материалом… Хотя нынешние суды, особенно международные, найдут доказательства притянутыми.
   – Весь допрос сняли на видеокамеру… Кому следует, пусть показывают…
   – Это естественно. Сейчас все важные допросы снимают на камеру. Но все рассказанное вами – это косвенный доказательный материал. Нет четко прослеживаемой связи между событиями в чеченском селе и лагерем, из которого вы бежали. А хотелось бы большего… Но в «Альфе» не располагают тем, чем располагаем мы… То есть они распечатали фотографии, сделанные в том злополучном чеченском селе. Но получили они эти изображения из Интернета, и с очень низким качеством. Потому, возможно, и не показали вам фотографии…
   – Они показали… Но там мелко и мутно… Какие-то квадратики… Как они называются?..
   – Пикселы.
   – Вот-вот… Пикселы… Ничего не разобрать…
   – Правильно… Так и должно было быть… В протоколе этого, кстати, нет. А это, между прочим, важный момент. Видимо, нечего было сказать, потому и нет в протоколе.
   – Видимо…
   – А нам, надеюсь, сказать будет что, хотя мы протоколы и не ведем. У нас есть фотографии более качественные, и потому я попрошу вас внимательно просмотреть их. Андрей Вадимович, выведи, пожалуйста, на большой монитор фотографии из дела…
   Тобако уже занял место Доктора Смерть в кресле перед компьютером, зная, что если Доктора нет, то замещать его придется именно ему. И быстро отыскал в текущем рабочем каталоге нужную папку. Пощелкал мышью, открывая файлы с изображением.
   – Ближе пододвигайтесь… Посмотрим…
   Эти фотографии, присланные из Лиона, качеством значительно превосходили те, что были выставлены в интернетовских сайтах. Профессиональные хакеры Интерпола без труда смогли скачать их из не имеющих систем защиты компьютеров редакций изданий, что снимки опубликовали. И не привлекли к вопросу излишнего внимания, не посылая официальный запрос, что тоже очень важно.
   – И в это дело меня хотели втянуть… – не вопросительно, а скорее возмущенно и жестко сказал Порошин, рассматривая первый снимок. – Можно сказать, что я легко отделался…
   – Смотрите на задний план. Там часто появляются люди в форме. Сможете ли кого-то из них узнать? Есть там те, кто был вместе с вами в подготовительном лагере в Грузии?
   Порошин отодвинулся от монитора чуть дальше, чтобы лучше видеть.
   – Зрение уже подводит? – поинтересовался Тобако.
   – Очки у кого-нибудь есть? «Плюс полтора»…
   Тобако достал из «барсетки» очечник и протянул свои очки.
   – «Плюс один семьдесят пять»…
   Слава примерил.
   – Нормально. Видно даже лучше, чем в моих. Но глаза сразу устают… Здесь никого нет… Давайте дальше… Стоп… Есть… Этот из наших… Точно… И второй… Жалко, что со спины… Но этот, кажется, тоже…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [19] 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация